Посох с проблемами (полная)

— Я тебя найду! — одеваться на время меня тоже учили, поэтому уже через несколько секунд я была полностью экипирована и распахнула дверь. — Но позже!

— Э? — мужчина опешил настолько, что даже не попытался меня остановить.

Я не удержалась и быстро улыбнулась ему с порога улыбкой сытой кошки Грау, празднуя свою победу. Мое! А потом захлопнула дверь в номер и со всех ног кинулась к стационарному порталу. Еще десять минут и Вальд будет весь вечер нудеть про то, что если Оружие не хочет быть обузой, оно должно вовремя исполнять свои обязанности и не опаздывать с занятий.

Глава 3

Филициус:

— Она забыла надеть трусики, — фыркнул Жорка, неодобрительно покачивая в лапках скорлупу от ореха. Очень неодобрительно.

— Ты вообще понял, что это было? — спросил я у колючего друга.

— Не, ну вряд ли она настолько разочаровалась тобой в постели, и потому убежала. А жаль, — съехидничал дикобраз.

— Как будто такое вообще возможно, — я растянул в руках вышеупомянутые веревочки… как женщины это вообще носят? Но цвет красивый — жизнерадостно черный, и размер самый мой — примерно «три ай». Есть, за что подержаться, хотя талия у девушки оказалась тонкая, двумя ладонями обхватить.

— Ну конечно, конечно. Как тебя там назвали? Полено? А не, извини… бревно!

— Зависть — плохое чувство, Жор.

— Было бы чему завидовать, — фыркнул портативный БиоИД последней разработки. — Тебя привязала к себе незнакомая малолетка, которой вообще нет в системе. По полному обряду привязала, если ты не заметил. Ей твоего «бревна» мало было, она хотела заполучить суть. И заполучила.

— Ну, когда тебя так откровенно жаждут… тут даже суперспособность сбрасывать узы бессильна, — ответил я, крутанув нижнее белье на пальце.

— Свисти больше, — пимпла смял пакет от орехов в круглый аккуратный мячик и метко запустил им мне в нос. — А то тебя в клане не жаждали. Помнишь ту древнюю, что больше тридцати циклов нам прохода не давала? Что-то я не видел, чтобы ты таял от ее желания. Сбрасывал привязку на раз, как она тебя только в постели не окучивала.

— Она была слабее, — я нахмурился, осознав свои слова. — Не как мастер слабее, а… в желании? Ничего хорошего наш союз бы не принёс ни мне ни ей, ты же помнишь мои видения. К тому же, она скорее не меня хотела, а моё приданое… на какую ржу типичной мечнице кусаригама? Она меня в цель метала, словно я молоток с хвостом, сделала бы инвалидом миссии так на десятой. Если я дистанционник, это значит, что я могу достать тварь на расстоянии, а не то, что меня надо в нее швырнуть.

— Ну надейся, что эта малолетка тобой гвозди забивать не станет, — хмыкнул со шкафа Жор. — Она вон трусы надеть забыла, а ты что-то про охоту на тварей говоришь.

— Пфф! — я аккуратно свернул трусики, потянулся к спинке стула, на которой висела куртка и сунул их в боковой карман. — А знаешь… хват у нее правильный. Импульс был на обращение и… я почувствовал. Она умеет держать рукоять кусаригамы.

— Правильный или нет, поменять уже ничего не получится, — тяжело вздохнул явно переживающий за меня Жор.

— Потому и жалеть уже не о чем, — зевнул я с некоторой долей ностальгии глянул на развороченную кровать, — Пошли домой?

— И чего, искать совсем не будешь свою Золушку?

— Зачем? Она ж сказала — сама найдёт, — я пожал плечами и направился в душевую комнату. — Ты все параметры ауры снял? До и после?

— Я-то снял, — пимпла с ворчанием начал спускаться со шкафа. — А вот с тебя дома еще не то снимут. У тебя в ауре свеженький знак привязки, дундук, только слепой не заметит. Во маман обрадуется!

— Главное, не дикарка, — я наслаждением подставив лицо под колючие ледяные струйки, я потянулся всем телом, чувствуя сытую усталость в мышцах. — Следов поглощения живых в ауре нет.

— Дикарям ты точно нафиг не сдался, они вон своих полукровок выруливают пачками, мы только и успеваем подбирать! — ответил забравшийся следом за мной в душевую пимпла, отфыркиваясь от попавшей на морду капли воды. — Но Мастеров среди этих подкидышей нет, я проверил. Так что наша откуда-то из другой дыры мироздания вылезла.

— Может как эта, как ее, Самгина? Тоже прародитель погулял?

— Этот мог, — задумался Жор и машинально потер лапками свой большущий замшевый нос. — Было бы неплохо, на самом деле. Кровь Прародителя, не водица.

— Главное, не начинай мечтать раньше времени и не ляпни лишнего, — я включил режим сушки и уже через секунду натягивал на себя штаны. — И вообще помалкивай. Не хватало, чтобы весь многочисленный клан поднялся искать моего нового Мастера. Всю призму на уши поднимут. А так — меньше знают, крепче спят.

Одевшись, я еще на пару секунд завис, обдумывая одну идею, а потом спросил у пристроившегося на плече дикобраза:

— Сколько там дней надо, чтобы свежий узел привязки вглубь ауры ушел?

— Хм… от трех часов до трех суток, все индивидуально.

— Отлично. Домой мы не идем. Навестим Курпатого, развеемся и подзаработаем за одно.

— Опять?! — взвыл Жор и его черно-белые колючки-антенны встали дыбом — Ты глаза чуть не лишился и снова-заново!?

— Сенсоры настрой, — я открыл дверь и оглянулся: нет, кроме смятой постели никаких следов нашего пребывания в номере не осталось. — Все у меня в порядке с глазом. Сам не понял как, но видать привязка регенерацию подстегнула. Не так все плохо, а? И, главное, никаких лекарей.

— Жаль мозгов не отросло, — сердито пробурчал БИД, прячась в капюшоне куртки. — Как был дебилом без чувства самосохранения, так и остался… и мастер у тебя, судя по всему, такая же — на всю башку в маске стукнутая!

— Мы идеально подходим друг другу, ты хотел сказать?

— Совпадение параметров — восемдесят девять процентов, — недовольно пробухтел капюшон, а я присвистнул. Ого! Живём! А ведь уже и не надеялся, что в призме есть кто-то настолько же долбанутый, как я.

Таири:

Этот закуток на территории академии я нашла еще до того, как всю нашу группу заманили в ловушку и попытались ликвидировать. Лабиринт технических коридоров начинался ниже, а это был даже не отдельный этаж, скорее непонятного назначения лестничная площадка гигантских размеров, вся перегороженная какими-то переборками, ящиками и трубами. Здесь было столько пыли, что дурак догадается — даже андроиды-уборщики забыли об этом складе хлама.

Немного осмотревшись, я нашла четыре узелка камер, два из которых были неисправны сами по себе, а еще два удалось легко запорошить заботливо собранной с ящиков пылью. И все — место, где можно хранить кое-какие приспособления и вещи, пересидеть или переодеться — готово.

Достав из за одной из коробок достаточно крупный осколок зеркала, я снова всмотрелась в созданный мной образ. Остатки косметики, что я осторожно прибрала у сестры своего Мастера, уже значительно искажали форму глаз и губ. Очень кстати пришлись несколько сломанных миниатюрных колец, найденных мной в одном из технических помещений. После обработки из них вышла неплохая имитация висячих блестящих сережек, отвлекающих взгляд.

И, наконец, маска… эту вещь я тоже нашла на помойке позади корпуса, в котором учился второй курс мастеров. Похоже, там была вечеринка, или, может, оргия. Во всяком случае, странная серебристо-металлическая пленка у меня в руках поплыла и вдруг превратилась в блестящую сетчатую полумаску, сделанную в форме бабочки.

Довольно дурацкая конфигурация, и, судя по размерам, предназначенная для мужского лица. Чем они там занимаются вместо того, чтобы учиться разить тварей?

Больше я ничего интересного не обнаружила, а эту штуку утащила к себе в «гнездо». Сначала просто для того, чтобы исследовать и разобраться, почему она по щелчку то повисает серебряной слизью на пальцах, то раскрывается крылатым монстром девичьих грез. А еще эта занятная вещичка прилипала к пальцам и отодрать ее можно было только нащупав в глубине субстанции шершавую горошинку, которую надо было сжать и особым образом повернуть.

Разобравшись в принципе ее действия, (а на это ушло довольно много времени, потому что тащиться домой с приклеенной к пальцу маской я не рискнула) я поняла, почему маску выкинули — одно крыло бабочки понизу висело лохмотьями, так, словно ее рвали зубами.

Глава 4

Немного поразмыслив, я тайком стащила (кхм, арендовала) из дома ножницы и принялась экспериментировать. Раз чужие зубы не помешали маске трансформироваться, то можно попробовать ее слегка перекроить и посмотреть, что получится.

Результат мне понравился: мало того, что теперь эта маскировка покрывала половину моего лица, превращая его в гладкое зеркало, в нее оказалось возможно «вживить» потихоньку «реквизированные» у Тьяны, сестры Вальда, поломанные украшения. Такой своеобразный пирсинг на скулах и на лбу получился, окончательно прячущий очертания лица даже для вездесущих сканеров ИД. Причём из за плотного, текучего прилегания «зеркала» к коже — они идентифицировали ее как моё собственное лицо. Жаль мимикрии под кожу в ней нет… или не нашла… или сломано.

Как показал сегодняшний рискованная попытка заработать денег самостоятельно, без ведома Вальда — маска оправдала себя на все сто. Идентифицировать меня не смогли. С тем, что случилось, еще предстоит разобраться, а пока… рабочий «костюм» долой, возвращаем две тощие косицы, сутулость, неуверенные движения, дешевые очки и мертвое выражение лица. И марш-марш домой, сегодня надо не только разобрать еще один мини-отсек в старом-престаром общественном транспортнике третьего класса, который Вальд почти задаром взял на свалке и постепенно превращал в базу, но и приготовить ужин.

Мастер у нас сверхбережливый, обнаружив у меня способности к кулинарии, он моментально закупил на оптовой базе продукты и перестал пользоваться дорогой доставкой готовых блюд. Но зато и отношение ко мне снова слегка улучшилось — я сокращала семейные расходы и была полезна.

Наверное, кому-то это могло показаться неприятным, но мне расчетливость и практичность Вальда даже импонировали. Никаких дурацких сантиментов и все четко знают свои обязанности. Все работают на общее благо без подачек. Ни чувства вины, ни вынужденных обязательств, все ясно и честно.

К тому же немного присмотревшись, я поняла истоки Вальдова скопидомства. Тьяна была довольно слабенькой саблей, и ее старший брат не рисковал брать высокоранговые задания, но при этом почти весь заработок тратил на то, чтобы раскачать потенциал сестры. Он оплачивал ей ежемесячные развивающие курсы у целителей, покупал специальные травы, настои и прочие лекарства, питал скверной на пределе возможностей ее восприятия, а почти все, что оставалось, вкладывал в развитие базы. Со временем ржавое корыто должно было превратиться в высококлассную и супер защищенную крепость, напичканную всем необходимым оборудованием. Жаль только, что «время» это наступит не скоро. Лет через сто, такими темпами…

Работать со случайным наемным Оружием Вальд почему-то не любил и делал это очень редко. Я достаточно изучила его, чтобы понять: ради денег своё «не люблю» он бы засунул поглубже и не крякнул. Значит, что-то нечисто и причина куда глубже. Со временем разберусь.

Переодевшись в домашний комбинезон, я быстро протерла пыль, помыла полы (денег на дроидов-уборщиков у семьи Сафатера тоже не было, это недешевые игрушки), вытащила из очередного отсека и расставила в коридоре коробки — что там внутри мы будем смотреть вместе с Мастером после ужина. Теперь быстрый сухой ультрафиолетовый душ-дезинфектор — кожу после него сильно стягивало, но на водяной просто не хватало времени, и бегом-бегом на кухню.

Мясо я с утра замариновала, так что оставалось лишь закинуть его в местную печь и контролировать готовность, крупу тоже промыла и замочила ещё со вчерашнего вечера. Перед Вальдом лучше всегда изображать бурную деятельность — так он становится намного дружелюбнее и общительнее. А рассказывает он порой очень нужные вещи.

— Добро пожаловать домой, Мастер, — вдруг ожил немного хрипловатый динамик под потолком. Ага, старичок-ИД проснулся. Значит, мои вернулись с охоты.

— Очень смешно, — недовольно выдал Вальд, устало ввалившись из шлюзового отсека в рубку со спящей Тьяной на руках.

То, что девушка спала, а не лежала в обмороке, подтверждало относительно спокойное лицо ее брата. Если б на сестре была хотя бы царапина, картина была бы абсолютно другой…

— Разве есть в этом что то доброе… — все же Вальд ворчун и зануда, каких мало.

Я одним взглядом оценила всю картину, на секунду задумалась, а потом развила бурную деятельность. После очередного курса лечения скованность и слабость движений у меня почти исчезла, я ее просто имитировала время от времени, но Вальд к этому еще не привык, потому очень сильно удивился, когда я запросто освободила от тяжелого ремонтного конструкта пилотское кресло, выдвинула из его угла, осторожно развернула опешившего мужчину к сиденью спиной и предложила:

— Садитесь, мастер.

— Не… — все ещё ошарашенно мотнул он головой, — Надо мел… Яну отнести в постель. Если сяду, уже не встану.

— И не вставайте, — я присела и в одно мгновения расшнуровала на парне высокие тяжелые ботинки. Сниму позже, как усядется. Потом метнулась к кухонному блоку, схватила уже приготовленную глубокую миску тушеным мясом и овощами и большой узкий стакан с трубочкой — протеиновый коктейль. Метнулась обратно, прежде чем Вальд успел что-то сказать, поставила еду на специальный подлокотник пилотского кресла и ловко подхватила Тьянну из рук мастера. — Сейчас отнесу и напою. Ужинайте.

— Не… уронишь? — смирившись со своей слабостью, спросил Вальд, слегка нахмурившись. — Тогда в сухой душ… и переодень ещё, — то, что он вот так запросто, без боя доверил мне самое ценное, указывало на практически смертельную усталость.

А ещё Мастер явно берег бок. Кровью вроде не пахло, но в куртке чуть выше правого подреберья небольшое рваное отверстие. Так… понятно, были у целителей, но собранной скверны хватило только на мелкую.

Я покачала головой, вздохнула и шустро унесла спящую девчонку в душ и в ее спальню. Там дел-то на пять минут, вернусь и займусь им.

Вальд мог быть каким угодно сухарем и скупердяем, на мой долг жизни это никак не влияло. Я не рвалась становиться частью его семьи и ему меня тоже навязали, но он всё же дал мне свою фамилию и возможность выжить. Не бесплатно — ну так это правильно и нормально. Мне не нужно от него каких-то нежностей, или, не дай бог, лишнего внимания. Но что такое долг по отношению к своим я знаю лучше многих. А они теперь для меня свои, хотя мы взаимно друг друга не хотели.

Пока я возилась с Тьянной, Мастер успел кое-как съесть ужин и уснуть в кресле. Я постояла перед ним секунды три, оценивая композицию и фронт работ, потом осторожно забрала грязную посуду и негромко окликнула Шео.

— Информацию по последней охоте уже слили в хранилище? Что опять случилось, можешь глянуть?

— У тебя нет доступа к этой информации, — недовольно проскрипел старикан.

— Да мне и не нужно, — я пожала плечами, присела возле кресла и таки стянула с мастера ботинки. — Сам глянь, что у него за ранение, раздевать-обрабатывать- зашивать надо?

— Куда катится мир, дикарки хозяйничают в доме Мастера, сам он спит, полумертвый от усталости, слабое оружие таскают на высокоранговые охоты… тфу! — судя по всему, ИД завелся надолго. — Что вообще творится в призме! Третьеклассная тварь на вдруг выдает восемнадцать нерассеяных мегакубов и делится на девять модулей чуть ли не второго класса, искатели только руками разводят, лекари изводят энергию почем зря, даже не могу толком восстановить пострадавшее оружие, а до мастера у них ни скверна ни руки не доходят! Ты, никчемушкница, куртку с него тоже сними. Не проснется… зашивать там нечего, а прикладным регенератором обработать надо.

Ну вот, в целом картина ясна. Нет, Вальда до его кровати я не дотащу. Я подлечилась, конечно, но еще не восстановилась полностью. Потому и подсунула под него пилотское кресло, оно универсальное и если предварительно смазать и почистить простенький механизм — легко раскладывается в неудобную пологую кушетку. Ну что делать, поспит и на такой.

Умело стащив с Мастера куртку и рубашку (он даже не всхрапнул, так глубоко спал), я осмотрела глубокую ссадину у него на ребрах и полюбовалась живописным синяком на пол-бока. Судя по следам, вмазали чем-то продолговатым, ребристым, с короткими шипами-занозами. На щупальце не похоже, скорее хитиновая лапа крупного насекомого. Тварь в панцире — это действительно второй класс опасности, Вальд еще никогда на моей памяти не брал сестру на такие опасные задания. Явно что-то пошло не так.

Попробую завтра расспросить. Если они завалили все девять тварей, то утром должен прийти гонорар, перекрывающий расходы на лекарей, плюс компенсация от гильдии искателей за неверно сформированную миссию. Если Тьяна проснется здоровой, а Вальд увидит пополненный счет, он будет в хорошем настроении и под это дело из него можно будет добыть много полезных сведений.

Обработав ссадину, я прикрыла мужчину на кресле-кушетке пледом и ушла на свой диван в другом углу рубки, за ширмой. Отдельной каюты мне не полагалось, да ее просто и не было.

Уже засыпая, я по привычке раскладывала по полочкам памяти прожитый день. Самый главный вопрос теперь: кто я? Посох Вальда, или Мастер Кусаригамы? Эх, Кусаригама… руки чешутся с ним потренироваться, но всему свое время. Мало информации, мало.

Глава 5

— Таиси, подай отвертку-тройку, — Вальд вытянул руку из под короба старой, пошарпанной медески и едва уловимо поморщился — бок у него все ещё болел. Но все равно наш скупердяй разве что не светился собственным светом от счастья: достать медеску, пусть и списанную, устаревшую, за наши гроши — это нужны почти фантастическое везение и нехилая изворотливость. Повезло мне все же с мастером, хозяйственный мужик, умный и ни разу не сентиментальный. И ко мне не пристает. Идеальный.

Жаль, на охоту с ним я все еще не могу отправиться, и из-за этого в глазах Вальда остаюсь обузой. Я, было, как-то заикнулась после очередного ранения Тьяны, что могла бы ее заменить. Но на меня так рыкнули, что я предпочла опять прикинуться ветошью и не отсвечивать. Вальд только на людях ворчал, что при первой же возможности бросит меня тварям в пасть. А на деле строжайшим образом соблюдал все предписания лекарей и все пункты договора опеки. А это значило, что сначала я должна полностью поправиться, потом пройти обследование, получить допуск к тренировкам, сработаться с мастером (потому что он мечник, а я вообще-то палка с набалдашником) и только потом…

Моя попытка заработать самостоятельно была чистой воды авантюрой. И я еще сама не поняла, во что в результате вляпалась. Мда… Вальд, если узнает, придет в ярость.

Я вот тут еще узнала, что и ИД он себе когда-то не просто так подобрал, наплевав, что модель старая, маломощная и почти без возможности апгрейда. Зато древний ворчун почти тысячу лет стоял в одном из лекарских отделений большого госпиталя и знал об устройстве тел мастеров и оружий практически ВСЕ. Диагностика у него от виртуальных зубов отскакивала. А еще он умел настраивать медески. И программировать их. Да, только старые модели… именно такие, какую приволок на корабль Вальд.

А ведь практически каждый мастер тратит более трети всей собранной скверны на лечение у целителей, для Вальда это было просто дикое транжирство. Особенно поначалу, когда он был никто со слабенькой сестренкой-оружием на руках. То есть, пацан зеленый был, когда комбинацию просчитал. И шел к ней с упорством барана все эти годы. Его даже появление лишнего голодного рта не сильно смутило. Уважаю.

И кстати, все вопросы по поводу того, куда делась моя компенсация за инцидент в академии снялись сами собой. Я бы и сама лучше эту скверну не пристроила. А то мелькала мысль, что все ж не совсем честно, хотя мне даже жалко не было тех денег. Но тут прямо удовольствие от собственной неправоты.

Вальд, смонтировав очередной шланг, распрямился и — редкое дело — улыбнулся мне:

— Все, задохлик. Теперь вы с Янкой дома будете лечиться, и вся скверна разом на восстановление пойдет. Без десятка посредников. Шео до завтра выполнит тонкую настройку, а как твое пособие придет — сразу заляжешь на полный цикл. А то эти сквернопивцы из госпиталя совсем озверели — в последний раз чуть ли не тридцать кубов из ста взяли за диагноз и сопровождение.

Я с трудом удержалась от того, чтобы не присвистнуть. И правда, сквернопивцы. Обойдутся без нашей энергии, теперь мы сами с усами.

— Третий отсек почистила? Ага, молодец. Вечером разберем, после охоты. Иди скажи Янке, чтоб собиралась.

Я кивнула, вытерла руки какой-то ветошкой — ванну медески, прежде чем монтировать, пришлось еще отмыть от застарелой грязи, и пошла будить мелкую.

Вообще сестренка Вальда не была ни избалованной, ни вредной, но больше ничего особенного я о ней сказать не могла. Для меня Тьяна была… никакая. Она слишком много спала после охот, после лекарских процедур, после тренировок… да после всего. Ложилась намного раньше меня, а просыпалась позже. За все время моего пребывания на корабле мы едва парой слов перемолвились. Может, дело было еще в том, что я много времени проводила в академии, а вечера обычно пыхтела где-то на грузовом уровне, выполняя очередное задание мастера. В любом случае, мы обе не стремились к общению.

— Тьяна, Вальд передал, чтобы ты была готова через десять минут! — я постучала в дверь ее комнаты.

— Ум…угу, — из-за двери раздалось невнятное и не слишком радостное мычание девушки. Опять спала что ли? Вот же сплюшка. — А Чиииньх есть?

— Сейчас заварю, — я кивнула и пошла обратно в рубку-гостинную-кухню. А по пути пыталась сообразить, сколько шмакодявка сегодня уже выдула чашек этого слабенького тонизирующего напитка. Вальд запретил давать ей больше пяти в день.

Когда эта тощенькое малорослое подобие оружия вползло в кухню и присосалось к чашке, жадно заедая чиньх свежими блинами со сметаной, я только вздохнула. По-хорошему, оставить бы ребенка нормально подрастать. Она не тянет. И на охоту ходить не любит, хотя при брате старается этого не демонстрировать — что такое долг, благодарность и обязанности в семье Тьяна понимает очень хорошо. А мастер всеми силами тянет девчонку до нужного уровня и ничего для этого не жалеет. Ходит в штопаной куртке…

Вот обрадовался, наверное, Вальд, когда ему второго такого же заморыша подкинули. Отлично понимаю его злобные сентенции на тему — подлечу и пусть работает, а убьется на охоте, туда и дорога. Я бы и сама злилась на его месте. Но вот что характерно — мастер вслух бухтел, бурчал, ругался и даже гадости говорил. А на деле кормил-лечил и вовсе не напрягал сверх меры.

Вот и подумаешь, что лучше, любовь-морковь на словах, или реальные дела под аккомпанемент сердитого брюзжания.

— Не надоело тебе пить эту гадость? — поинтересовался вошедший в комнату Мастер и с легкой улыбкой потрепал сестру по голове.