Подкидыш для Цербера

— Не говорю по-итальянски, — откровенно призналась я, — да и в роли модели себя плохо представляю.

Радостная улыбка озарила лицо Николаича. Он потер руки, словно только что заключил сделку века.

— На этот счет можешь не волноваться, — любезно сообщил он мне, — Бруни хорошо говорит по-русски, так что проблем с пониманием не возникнет. А что до фотосессий — ни одна из моделей Сандро не была профессионалом. Наш итальянец предпочитает нанимать девушек из эскорт-служб.

— Постойте-постойте… — опешила я. — Так ведь это те же проститутки, только в профиль. И вы предлагаете мне…

— Ты все неверно истолковала, — остановил мою гневную речь начальник. — Бруни отправил заказ не в какую-нибудь шарашкину конторку, а в известное в определенных кругах агентство. Там работают девушки с высшим образованием, умные и при этом привлекательные. Конечно, бывает, что работницы эскорт-услуг проявляют симпатию к клиенту и продолжают знакомство в более интимной обстановке. Но это уже на их собственное усмотрение, в контракте об этом речь не идет.

Я зашипела, как проколотое колесо. Бред какой-то… столько лет сидела на своем месте, никого не трогала. И тут на тебе — нежданчик.

— Я не так умна, как бы мне хотелось, — призналась в сокровенном, — да и не настолько привлекательна. Ваш итальяшка раскусит меня на раз-два.

Николаич поднялся из-за стола, подошел ко мне, как кот, почуявший трусливую мышку. По-отечески посмотрел, гипнотизируя взглядом.

— Кредиторы якобы погибшего бизнесмена готовы оплатить все издержки. Захочешь — сделаем из тебя конфетку.

Я отвела глаза и уставилась на темное пятно на линолеуме:

— А с общением как? Я светские беседы вести не умею, а при посторонних и вовсе теряюсь.

— Вот и прекрасно — молчи, — продолжил наседать Николаич, — сойдешь за умную.

Смутное подозрение, что не все в этом деле так чисто, не отпускало меня до последнего. Николаич ждал ответа, а я все молчала — как приказано, сходила за умную.

— Если удастся изъять снимки, получишь хорошую премию по итогам года, — начальник притворился Якубовичем и предложил мне «черный ящик». — А заодно посетишь дорогущий салон красоты и обзаведешься новыми шмотками. Годится?

Пришлось тщательно прятать дурацкую улыбку. В предприимчивости Николаичу не откажешь — все предусмотрел.

— Так и быть, — сдалась я, — согласна. Схожу на фотосессию к вашему итальяшке. Одну встречу как-нибудь перетерплю. А если начнет приставать — вызову подмогу. Вы ведь снабдите меня переговорным устройством?

Николаич скривился. Отшагнул назад и уселся на стол, едва не свалив чашку с кофе.

— Аппаратуру мы установим, за это не волнуйся, — задумчиво процедил он. — Только терпеть тебе придется не одну встречу.

— А сколько? — я затаила дыхание.

— Бруни попросил подыскать ему девушку на месяц — он, видите ли, любит подолгу наблюдать за моделями и снимать их в самые неожиданные моменты. Например, когда те готовят завтрак, читают, курят или попросту спят.

— Месяц?.. — неверяще произнесла я. — Месяц наедине с подозреваемым. Вы это серьезно?

— Конечно, — бодренько отозвался Николаич. — Поживешь на загородной вилле — свежий воздух, простор… Двухэтажный особняк, прислуга, бассейн, тренажерный зал… Только подумай, сколько возможностей будет обыскать дом и забрать всего-то несколько снимков и пленку. Ребенок — и тот справится. А ты?

Сандро

Он отключил сотовый и довольно улыбнулся. Эскорт-агенство записало все его требования и пообещало найти и прислать подходящую девушку в ближайшие дни. Именно такую, как он описал. Девушку из его видений.

Он слегка нервничал, предвкушая новую встречу. Девушка-загадка так давно не посещала его обычно наполненные кошмарами сновидения, не согревала своим теплом. Он почти отвык.

И меньше всего ожидал, что она приснится ему вдали от солнечной Италии, в чужой для него стране. Но сегодняшняя ночь стала особенной. Девушка приходила вновь, Сандро видел ее так близко, что, кажется, мог коснуться. Сегодня она смеялась, примеряя новое платье. И смотрела на себя в зеркало так странно, точно впервые.

Странная, милая и искренняя. Нереальная. Единственное, что он знал о ней — место работы. Всегда видел, как она сама приезжает к нему после телефонного звонка. Вначале пугался, что его красавица может оказаться девушкой легкого поведения. Но ее манеры, улыбка и открытый взгляд говорили о другом. Она скромна и слегка замкнута, хорошо образованна. Так притворяться невозможно, либо он — ее первый клиент.

Осознав это, Сандро стал приглашать девушек из эскорт-агентств, с каждым разом все меньше надеясь найти ту единственную, что являлась в видениях.

— Глупо верить в сны, — сказал он и усмехнулся. — Это лишь обман. Желание выдать полуночный бред за реальность.

Размышляя подобным образом, он пересек улицу и направился к своему авто. По дороге сделал несколько снимков проходящих мимо людей, осмотрел через объектив фотокамеры витрины магазинов и вывески. Все так серо кругом, что навевает тоску. И только сны… только его сны наполнены цветом. Как в далеком детстве.

Сандро тяжело вздохнул, поправил темные очки и поднял ворот куртки. Несмотря на теплую погоду, он вздрогнул, словно холод пробирал его изнутри.

— Еще один раз, — пообещал он себя. — Попробую и сдамся.

Возле припаркованного фиата сидел побирушка. Сандро положил в его загрубелую ладонь крупную купюру и сотовый телефон:

— Возьми, его можно выгодно продать.

— Как это? — потрепанного вида мужичонка удивленно крякнул, обдав благодетеля перегаром.

— Телефон мне больше не понадобится, — печально улыбнулся Сандро и сел в машину.

— Совсем зажрался, фраерок, — прогнусавил ему вслед побирушка, пряча сотовый и деньги в карман куртки. Оглядываясь, побрел к знакомому скупщику: — Что нажито, то не украдено…

Глава 2

Вера

Нет, я, конечно, девушка не из пугливых, да и кто не мечтает почувствовать себя Золушкой, пусть и по долгу службы. Но селиться в дом к незнакомцу, к подозреваемому? Позволять ему фотографировать себя спящей — то есть, по сути, быть под пристальным наблюдением двадцать четыре часа в сутки. Да и Игорь — вряд ли он одобрит такую «командировку».

— Простите, Иван Николаевич, но я вынуждена отказаться, — как можно убедительнее произнесла и отвернулась. — Не по мне эта работа. Подыщите другую «девочку-подростка».

— Ты обиделась, что ли? — нахмурился начальник. — Глупая, я ж тебе такую возможность даю, а ты…

— Нет, — пришлось повторить мне. На этот раз еще более убедительно. — Не поеду к этому итальяшке, не фотогенична я.

Николаич вздохнул и отвернулся.

— Напрасно…

Как-то очень подозрительно это прозвучало. Уволит за отказ? Да и фиг с ним — не настолько дорожу я своей работой. Пойду в «Макдоналдс» — надеюсь, на картошку фри у меня нет аллергии. В отличие от пыли.

— Мне можно идти домой? — Я поднялась и сложила руки на груди.

После откровений начальника о моей фигуре мне стало совершенно неуютно. Вроде бы остались далеко позади подростковые комплексы, но… все еще неприятно, когда сравнивают с мальчишкой.

— Ступай, — разрешил Николаич. — Если передумаешь — звони, я всегда на связи.

— Хорошо, — согласилась только из вежливости.

И направилась к двери. Фух, наконец-то можно расслабиться и подумать о чем-то более приятном. Например, о встрече с Игорем.

Достала сотовый, чтобы набрать его номер и округлила глаза: надо же, разговор с начальником занял так много времени. А я и не заметила. Через час закроется моя любимая кондитерская — надо поспешить. Иначе не видать мне любимого тортика с заварным кремом, как прибавки к зарплате.

Я закинула телефон обратно в задний карман джинсов, бегом, перепрыгивая сразу через две ступеньки, спустилась в архив. С нескрываемым удовольствием рассовала дела по шкафам, заперла сейф и поставила кабинет на охрану. Здравствуй, свобода!

В кондитерскую все же успела. А в соседнем магазине приобрела еще и бутылку шампанского — гулять так гулять. Устроим себе настоящий праздник — наедимся на ночь, посмотрим любимый фильм, а потом…

Предвкушая свидание с Игорем, я тихонько повернула ключ в замочной скважине, открыла дверь в квартиру и на цыпочках вошла в прихожую. Скинула обувь, сняла с торта верхнюю часть коробки и вдохнула сладкий аромат выпечки. Хотела открыть и шампанское, но решила оставить эту работу Игорю — кавалер все же.

Держа на вытянутых руках покупки, как трофей, пошла в спальню — она же зал и гостиная. В однокомнатной квартире иначе и быть не может.

Игорь не забыл о знаменательной дате — приготовил сюрприз. В комнате играла тихая музыка, и горели свечи. Экран телевизора помаргивал яркими всполохами. До моего слуха донеслось тихое характерное постанывание женщины.

Вот же озорник. Опять смотрит фильмы для взрослых. Уже не впервой я застаю Игоря за подобным занятием — но не сильно ругаю. Лучше пусть смотрит, чем сам участвует в подобных вакханалиях. Да и заводится он после, как самец волка в брачный период.

На кровати я заметила подозрительную возню. И смех женщины — он раздавался вовсе не в телевизоре, а доносился из-под покрывала.

Цепенея от осознания происходящего, рукой с зажатой в ней бутылкой я нащупала выключатель. Люстра зажглась и осветила комнату, позволив мне рассмотреть разбросанную по полу одежду и силуэты двух тел, слившихся под покрывалом в страстном экстазе.

— Что за?.. — Игорь высунул из-под покрывала голову и прищурился.

Его партнерша оказалась проворнее и быстренько сообразила, в чем дело. Прикрыла лицо руками, но я успела ее узнать. Сестра моего парня — Лизка, смугленькая брюнетка, напоминала внешностью Наоми Кемпбелл.

Точнее, это Игорь утверждал, будто эта деваха — его двоюродная сестра. Хранил на ноуте ее семейные фотки, дарил подарки, поздравлял с днем рождения. Получается, все это время он попросту встречался с замужней…

Так вот почему он нас никогда не знакомил, и звонил «сестре», только когда ее муж был на работе. И фамилии у них разные, и общих снимков в соцсетях нет.

— Пошли вон с моих маков! — взревела я не своим голосом.

Не знаю почему, но больше всего меня задело то, что эти двое занимались сексом на моем любимом постельном белье. Дорогущем, шелковом, расшитом ярко-красными маками. А я-то, дура, берегла его для особых случаев.

«Сестренка» первой скатилась с постели, замоталась в простыню и принялась оправдываться.

— Ты все не так поняла!

— Вот только не говорите, будто я пересмотрела «Игры престолов», — мне не понравилось, что меня пытаются выставить как идиотку, — никакие вы не брат и сестра. Я давно замечала, что вы слишком шифруетесь при общении.

— Успокойся и давай поговорим. — Игорь натянул спортивные штаны, позабыв подобрать с пола скинутые в порыве страсти боксеры, и шагнул ко мне с видом «да все нормально, чё ты».

— Не подходи ко мне, — зарычала я.

— Или что? — он попытался все выставить как шутку.

Вообще я тихая и смирная, но в тот момент будто бес в меня вселился. Хотелось рвать и метать… а еще реветь — но это всегда успеется.

Размахнулась и метнула торт в лицо Игорю. Мой любимый заварной крем размазался по самодовольной физиономии предателя, а украшения из ягод запутались в его волосах. Меткий бросок.

— Вот это ты зря, — бросил Игорь и умчался в ванную умываться. — Я сейчас вернусь, подождите. Вера, ты ведь будешь умницей. Правда?

— Ага, — зачем-то буркнула я. — Обязательно…

— Давай поговорим как женщина с женщиной, — попыталась воззвать к моему здравому смыслу «сестренка». — Давно собираюсь порвать с Игорем… но все не нахожу в себе сил. Но я не собираюсь забирать его у тебя насовсем.

— Заткнись! — угрожающе «ощетинилась» я и потрясла бутылкой шампанского. Какой здравый смысл, если мои светлые чувства только что втоптали в грязь.

— Не глупи. — Лизка улыбалась так, словно пришла в гости к давней подруге, а не попалась с поличным. — Вдруг убьешь нечаянно, посадят потом. Зачем так рисковать?

— Убивать тебя не буду, — собрав в кучу остатки гордости, произнесла я. — Лучше найду в «Одноклассниках» страничку твоего мужа и напишу ему, чем ты занимаешься, когда его нет дома. А еще лучше — предоставлю доказательства.

Я бросила бутылку на кровать и достала из кармана сотовый. Сделала вид, что включила камеру. Но снимать не могла — злость и обида белесой пеленой застлали глаза. Только бы не разреветься перед соперницей.

— Хорошо, уже ухожу. — Лизка поверила и начала поспешно одеваться.

Больше попыток подружиться она не делала. А я присела на кровать, подтянула колени к груди и невидящим взором уставилась на закрытую дверь ванной. Похоже, Игорь по-предательски сбежал с поля боя, предоставив слабому полу выяснять отношения наедине. Но он напрасно рассчитывает, что я проглочу такую пилюлю.

Без доверия нет отношений. Пусть я буду снова одинока, но не позволю сделать из себя посмешище.

Дверь квартиры громко хлопнула, и Игорь высунулся из ванной. Увидев меня, он поморщился. Кажется, надеялся, что это я ушла.

— Зачем ее выгнала? — спросил он и побежал к телефону. — Она же ничего плохого не сделала. Как ты не понимаешь, ей приходится жить с мужем…

— Ты только что изменил мне!.. — взорвалась я. Вскочила и заметалась по тесному пространству комнаты, как тигрица по клетке. — В нашей постели. И упрекаешь, что я выгнала твою любовницу?..

Игорь переступил с ноги на ногу и поморщился, точно нюхнул прокисших щец.

— Ну… мы так-то еще с тобой не женаты, — напомнил он, — так что Лиза мне не любовница. И вообще, встречаемся мы с ней редко, ночи вместе не проводим, так что тебе грех жаловаться. Вот скажи, разве я мало уделял тебе внимания?

Я смотрела на него и не верила. Мне казалось, что моего любимого парня подменили злобные демоны — на другого, отвратительного, черствого и беспринципного. Не мог мой Игорек вести себя так… Или мог?

— Ты считаешь это нормальным — встречаться сразу с двумя? — глухим от обиды голосом вопросила я. — С твоей этой все ясно — у нее есть муж и дети. Ты развлекаешься, меняя партнерш. А как быть мне?

В тот момент я ждала одного — что он пообещает бросить Лизку, вычеркнуть ее из своей памяти. Попросит у меня прощения, скажет, что ошибся.

Но нет, Игорь этого не сделал.

— Продолжить жить, как жила, — наивно предложил он. Присел на диван, закинув ногу на ногу, и отрешенно уставился в потолок. — Ты меня устраиваешь как подруга. Возможно, мы даже когда-нибудь поженимся. Тоже заведем детей.

В его словах не было сарказма, просто констатация факта — он все распланировал, и выделил мне роль наивной и всепрощающей дурочки. Не потрудившись спросить, устраивает ли меня это.