Сокол и Ласточка

– Одна, – повернувшись ко мне, кивнул он. – А там посмотрим.

– Нет. Учись и ты помнить о договоренностях.

Не дожидаясь ответа, я сильно хлопнула дверью, хоть в чем-то вымещая свои истинные эмоции, и уверенной походкой направилась к подъезду.

Чего мне стоила эта легкость, не знал никто.

Но… нужно держаться Ласточка… нужно. А то тут столько хищников, что бдительности терять не стоит.

А еще нужно навести справки о соседе.

Я же не знаю о нем практически ничего, кроме факта нашего соседства. А также того, что он рыжий, хамоватый и по профессии художник – дизайнер.

Маловато.

Но как? Как выяснить необходимую информацию? Я не общаюсь с жителями нашего дома, все как-то прошло по касательной.

Даже фамилии его не знаю!

Да ничего не знаю…

Кошмар какой!

Пока я поднималась на лифте и подходила к дверям родительской квартиры, успела немного успокоиться и попыталась выкинуть из головы мысли о Саше и его странном поведении.

Как-то не ассоциируется оно с озвученной для меня ролью.

Хотя… то, как он меня целовал было похоже, скорее, на наказание. Ставил на место, понимая, как я на такое отреагирую. Потому что романтическим порывом это дело не назвать даже с крайнего перепуга. А вернее особенно с перепуга.

Вот же подлец!

Нажала на кнопку дверного звона, закрыла глаза, глубоко вдохнула, затем выдохнула, и когда мама открыла дверь, на лице цвела лишь жизнерадостная улыбка.

– Привет, блудная дочь, – радостно воскликнула мамочка, затаскивая меня в квартиру и крепко обнимая. – Как же я соскучилась!

– Я тоже, – поцеловала ее в щеку, с наслаждением вдыхая тонкий аромат цветочных духов и запах свежей выпечки. – Прости, что не появлялась. Забегалась.

– Еще и на звонки через раз отвечаешь, – обиженно посмотрела на меня синими глазами моя красавица – мама.

Елена Георгиевна. Элегантная и строгая в миру, дома мягкая и уютная. Самая лучшая, самая хорошая и любимая на свете мама.

– А папа где? – поинтересовалась я, аккуратно высвобождаясь из крепких родительских объятий. Сняла жакет и наклонилась, расстегивая туфли. – И Юлька?

– Папа второй час полоскается в ванной, так что скоро должен выйти. Юлька ускакала в магазин, у нас сливочное масло Ханурик сожрал, и пироги обмазывать нечем. А они скоро должны дойти!

– Опять Юлькин зверь вредительствует? – усмехнулась я и прошла на кухню.

Там, на коврике у окна обретался сам вредитель. Доберман приподнял голову и, увидев меня, вскочил, рванув здороваться и выражать свой восторг от встречи.

Я послушно почесала псинку сначала за ухом, а после и по подставленному пузу.

Хануриком эту тварюшку обозвал папа и оно, как ни странно, прижилось.

Хотя по документам доберманчика звали как-то многосоставно, длинно и чрезвычайно заковыристо.

Пока мама суетилась, из ванной выполз закутанный в полотенце здоровенный бритый бугай в татуировках. Увидев меня, просиял и рванул на кухню с басовитым воплем:

– Доча!

– Папа, – пискнула я, приподнятая со стула и малость придушенная крепкими руками, имитирующими любящие объятия.

– И не заходила, и даже не звонила, – проворчал папочка, наконец, отпуская меня. – Мы с мамой переживаем, места себе не находим, а она!

– А вот не надо! – сварливо заявила я. – По проверенным сведениям, вы про меня вспоминали не до такой степени часто. И если ты, папочка, так уже переживал, то сам бы приехал!

– Ну, так я могу и приехать! – усмехнулся отец. – С орлами своими даже. Посмотрим там, есть ли у Светочки любовники по шкафам!

– Есть, – мрачно отозвалась я. – В шкафах, антресолях и даже на балконе сразу два прячется.

– Моя доча, – умиленно выдал родитель.

– Это в смысле? – зловеще вопросила моя хрупкая, но для папы наверняка жуткая мамочка. – Димочка, а Димочка!

– Эм… это я о бурной молодости, – честно ответил он.

– Ну да, ну да… – все еще подозрительно глядела на него супруга.

Вообще, судя по слухам, в молодости он и правда отличился по полной программе. Геройствал на всех фронтах, от гоночных до любовных… Пока маму не встретил.

Я, конечно, не могу гарантировать, но от нее он не гуляет.

Все же за столько лет шила бы в мешке не утаили.

Да и маму все еще любит, уважает и заботится. А уж как ревнует!

Если в юности папа был безбашеным байкером, то сейчас он респектабельный гражданин, владелец своего охранного агенства.

Кстати…

– Пап, у меня просьба, – я приподнялась на цыпочках и чмокнула его в подбородок.

– Все для тебя, подлиза.

– Пробей по своим каналам одного парня…

– О как… – внимательно посмотрел на меня он. – Хорошо. Кто таков?

– Без понятия, – со вздохом пожала плечами я. – Он живет в соседней квартире, зовется Александром. Все, что знаю.

– Достает? Может мне с ним… пообщаться?

Я представила результаты общения здоровенного папы и мелкого худощавого Сашки…. И поняла, что его смерти мне точно не хочется.

А значит…

– Нет, пока просто выясни его подноготную.

– Мальчик понравился? – проявила интерес и мама.

– Нет… – медленно покачала головой. – Но знать о нем больше очень хочу.

– Хорошо, – дружно кивнули родители.

Вот за что люблю своих родителей – никаких пыток и выноса мозга!

Хотя, интуиция мне подсказывает, что папа попытается все узнать сам, без действия мне на нервы.

Мама поставила на стол чашки, чайник и пироженки из холодильника, когда хлопнула входная дверь и, спустя несколько секунд, раздался счастливый вопль:

– Светик приехала!

Почти сразу на кухне нарисовалась Юлька, и была вторая попытка придушить блудную Свету.

– Как вы по мне соскучились-то, однако… – просипела я.

– Еще как! – звонко чмокнула меня в щеку сестренка. – Я рада, что ты появилась! Светик, когда мы вместе, наконец, погулять сходим?

– Ну, как только, так сразу… – пробормотала я, вспоминая о своих обязательствах. Предпочту сначала решить все с рыжим, а потом уже начинать жить в свое удовольствие.

– О чем таком приятном думает моя дочка? – шепнул на ухо папа, тут же погладив меня по голову и обнив за плечи, прижал к себе.

– Да так… – положила голову на его плечо, ощущая себя просто замечательно.

– Кстати, зря ты Свет не пошла вчера с нами, – подала голос Юлька, копаясь в своей безразмерной сумке и выкладывая на стол продукты. – Было круто! Правда, Сокол быстро ушел, зато остальные остались. А Сашка сказал, что ему, видите ли, к девушке надо!

– Опять ты про своего Сокола, – поморщилась я. – Не представляю, как ма и па это терпят! Ведь он даже мне оскомину набил, хотя я с тобой в одной квартире не живу.

– Ну, тебя, – показательно обиделась сестрица. – Он классный!

– Подтверждаю, – помахала деревянной лопаточкой, которой двигала пирожки, мама. – Сокол, и правда, классный! Эх, где мои восемнадцать лет!

– Я не настолько в восторге, но парень понравился, – кивнул и папа, подтверждая мои выводы о том, что семейство сошло с ума.

– Да когда вы с ним познакомиться-то успели?!

– Давно, – ответила Юлька. – Пару месяцев назад, когда они меня на хастл отпускать не хотели одну. А от сопровождающих папы я сама отмахивалась. Тогда Сашка предложил поговорить с родителями. Они пообщались и меня с Соколом теперь хоть на Эверест отпустят!

– Ты утрируешь, – охладил ее пыл папа. – Но да, он хоть и щуплый, да лохмы длинные, но мужик нормальный. И драться умеет… Что тоже плюс. Я одобряю, хотя с ходу предупредил, что именно ему оторву и куда засуну, если он как мужик на Юльку посмотрит.

– Мда… – я поболтала ложечкой в чае. – Интересно. Даже любопытно на это ваще совершенство глянуть!

– Когда со мной пойдешь – тогда и посмотришь!

– Уговорила, – усмехнулась я и обвела взглядом все семейство, ощущая такой покой и тепло, каких уже давно не чувствовала.

Все же… какие они у меня замечательные.

– Юль, а как ты с ним вообще познакомилась?

– Он сидел на лавочке в нашем дворе и, матерясь, пытался кровь остановить, – с охотой начала рассказывать животрепещущую историю сестра. – Видать опять подрался с кем-то. И наверняка по той же причине. Саша очень трепетно реагирует на все подъе… – Юлька бросила затравленный взгляд на нахмурившихся родителей и тотчас исправилась. – На подколки в адрес своей внешности. Ну и… дерется, стало быть.

– Молодой, горячий, – прокомментировал папа. – Но то, что не сидит просто так, это ему плюс и большой такой. Не хлюпик… морально.

Что-то у меня весь этот рассказ вызывает какие-то смутные чувства… похожести.

Странно. Очень странно.

И… этот Сокол тоже Саша.

Мелкий, длинноволосый и неформал.

Фух! Да ладно, мало ли таких в Москве!

Не может же мне так не везти по всем фронтам?

– Вот я тогда не испугалась, а подошла и предложила помочь. Меня послали… Домой в куклы играть. Я и пошла, правда за аптечкой, и сказала, что моя кукла на сегодня он, а играть мы станем в больничку. Сокол поржал и позволил помочь.

– И с тех пор общаетесь?

– Не совсем… Просто мы встретились в новой для меня компании, Сашка вспомнил и взял меня под свое крыло, образно говоря. Чтобы не обжали и вообще… Вот.

– Молодец твой Сокол, – вынуждена была признать я, потирая висок.

– Кстати, давай я тебе его покажу? У меня ж фотки на телефоне есть! – подорвалась со стула Юлька.

– Давай, – обреченно кивнула я, понимая, что сестренка не отстанет. Да и… посмотреть хотелось. А вдруг?

– Щаааас, – возбужденно прикусила нижнюю губу она, теребя короткую прядку темных волос. Юлька сама была маленькая, худенькая и выглядела гораздо младше своего возраста. Да и вела себя соответственно.

– Оу… – огорченно вытянулась мордашка Юли. – Мобильный сдох. Я сейчас заряжу и все!

– Нет уж, – пресекла этот беспредел мама. – Давайте уже есть, а Сокол ваш никуда из мобильного не убежит!

– Точно-точно, – покивала я, ощущая как внутренности скручивает узелком голод. – Кушать!

– Фи, какая ты скучная, – передернула плечиками сестра. – Я ей про потрясного парня, а она опять про еду!

Я лишь показала мелкой язык и улыбнулась.