Помоги проекту - поделись книгой:
— Разумеется.
Сам же он расправлялся с мошенниками быстро и жёстко, конфискуя товар и облагая изготовителей контрафакта такими неподъемными штрафами, что несчастным приходилось работать на Кнехта за еду. Да и то в долг.
— Но учтите, милая Оливия, я обязательно припомню вам ваши же слова про второй шанс, когда придёт время, — он хитро улыбнулся девушке.
Кроу быстро опомнилась и убрала руку.
Она непременно перестанет вздрагивать от его прикосновений со временем, но останется такой же серьёзной и горделивой, только не в постели. Там Оливия Кнехт будет совсем другой…
Ладонь, держащая зонтик, взмокла, и мужчина быстро повернулся к Лив, боясь, что спутница увидит отблески похоти во взгляде, но девушка бесследно пропала.
* * *
На самом деле юная Кроу никуда не пропала.
Пухлая ручка появилась из толпы и утащила растерянную девушку в проулок, где рядком стояли передвижные ширмы-примерочные.
— Скорее, пока никого нет, — глаза незнакомки горели азартом. — Вашему жениху такое обязательно придётся по вкусу.
— Он не мой же… — Лив не договорила, полноватая блондинка затолкала её в примерочную и начала стремительно раздевать.
Сперва Кроу хотела закричать, чтобы позвать на помощь, но, оказавшись в одном нижнем белье, стыдливо прижала руки к простенькому комплекту. Предстать такой перед стражами порядка — сущий позор для дочери Декарда. Это точно бросит тень на компанию отца, и всё чем он занимается. А она, обесчещенная, едва ли сможет набраться наглости просить даже такого, как Кнехт, о свадьбе. Особенно такого, как Кнехт. В свете сложившейся ситуации, он уже не казался таким отталкивающим.
Оливия чуть не заплакала.
— И чего вы хнычете, госпожа?..
— Кроу, — шмыгнула носом девушка, всё ещё держась за тонкую маечку, которую незнакомка пыталась стянуть со своей жертвы.
— А я вот Милдред Миле. Для друзей Мил-мил. Мы ведь с вами друзья? — блондинка с крепкой хваткой без труда убрала руки Лив и дёрнула бельё вверх, растрепав причёску своей клиентки.
— Даже больше чем друзья. Боюсь, Мил-мил, вы теперь обязаны на мне жениться,
— в голосе Оливии сквозили истеричные нотки.
— Легко! Сын императора весьма свободных взглядов. Уверена, когда он придёт к власти, можно будет и за табуретку замуж выйти. Хотя некоторые табуретки в хозяйстве полезнее иных мужчин, — Милдред ловко опутала грудь девушки невесомым чёрным кружевом, едва скрывающим прелести жертвы, скорее наоборот…
Юная Кроу не поняла, как осталась и без панталон. Их место тут же заняло новое веяние моды, которое язык не поворачивался назвать одеждой. Девушка видела такое в дальних секциях бутиков, но всегда краснела до корней волос, представляя себя в чём-то подобном.
— Нравится? Я много не возьму, — улыбалась Мил-мил, держа за спиной вещи клиентки поневоле.
Агрессивный маркетинг во всей красе. Оливия тяжело вздохнула:
— Беру, — она мысленно поклялась спрятать это треклятое бельё в самый дальний сундук и никогда не доставать.
— Чудесно! К этому всему есть прелестные чулочки и подвязки. Сейчас примерим.
— Нет, я верю, беру и чулочки, и подвязки, только ради всего… — девушку била мелкая дрожь, а когда в переулке раздался знакомый окрик, она едва не упала без чувств.
— Госпожа Кроу!
— О, пресвятой Император, — запищала Оливия. — Это Ленц!
— Ваш жених? Вполне себе ничего. Правда, глаза грустные. Но как только он увидит это, ручаюсь…
— Мил-мил, он не жених мне. Коллега отца по работе. Отдайте одежду, умоляю!
Кто-то тронул занавеску соседней примерочной, и девушки едва подавили испуганный вскрик.
— Оливия? Лавочник видел, что вы убежали сюда. Я обидел вас чем-то? Клянусь, буду молчать весь оставшийся вечер. Только не прячьтесь.
Резким движением мужчина одёрнул ткань, за которой стояла парализованная от ужаса Кроу и Милдред Миле. Вот только реакция у последней оказалась поразительной для столь пышной особы. Блондинка резко выхватила зонтик из рук ошарашенного Ленца Кнехта и начала бить им мужчину наотмашь, приговаривая:
— Распутник, нечестивец!
Оливия сползла по стене и зарыла лицо в ладонях, а молодой изобретатель, получая удар за ударом, мысленно проговаривал ещё одну просьбу для Декарда Кроу.
Троица сидела в дилижансе и молчала. Ленц потирал скулу, на которой проступал внушительных размеров синяк. Оливия прижалась лбом к прохладному стеклу, грозившему лопнуть со стыда вместе с девушкой. И только Мил-мил, чудом избежав ареста за незаконную торговлю, пребывала в радостном предвкушении.
На переполох в переулке примчались законники, но благо к этому моменту Оливия успела натянуть поверх новоприобретённого белья свои вещи. Пришлось импровизировать и врать на ходу, чтобы выгородить торговку, ошарашенного Ленца и себя. В итоге девушка наплела что-то про сверхзаботливую компаньонку, принявшую друга семьи за уличного афериста.
На афериста Кнехт обиделся, но виду не подал. В итоге, признав двух выходцев известных семей, правоохранители расшаркались и ушли по делам.
— Простите, недоглядел.
Мужчина нарушил тишину, и Оливия глухо простонала от двусмысленности фразы. Всё-то он видел, иначе бы не ёрзал, как грешник перед причастием.
— Забыли.
— Позвольте, хотя бы оплачу ваши покупки.
Милдред оживилась, а Кроу лишь сильнее вскипела:
— Господин Кнехт, вы, верно, издеваетесь надо мной? Хотите оплатить нижнее бельё?
— Я не… Оливия, — он с такой мольбой выдохнул имя спутницы, что впервые в сердце девушки что-то кольнуло. — Просто, знайте, я готов. Можем сегодня же объясниться перед вашим отцом. Готов ждать, пока вы поступите в академию и выучитесь. Помолвки, длящиеся годами, далеко не редкость.
В ушах дочки Декарда зазвенело. Объясниться? Отец? Помолвка?
— Ни слова моему отцу! Если он узнает о случившемся в подворотне, его удар хватит, — Кроу оторвалась от окна и гневно посмотрела на молодого человека.
— Но, как порядочный мужчина, я просто обязан…
— Господин Кнехт, вы ничего мне не должны, не выдумывайте! Это было досадное недоразумение, — замахала руками девушка, чувствуя, как в кожу больно впиваются бретельки нового лифа.
— Но я хочу, — выдохнул Ленц и тут же зажал себе рот рукой.
Милдред повернулась к ошарашенной Оливии:
— Госпожа Кроу, вы понимаете, что сейчас произошло?
— Достопочтенный Ленц Кнехт, видимо, шутит, чтобы меня подбодрить, — голос девушки стал наигранно высоким. — Так ведь?
— Именно, — нервно хохотнул мужчина. — Чудесная работа, Милдред, а уж фасон… Никого не оставит равнодушным. Я, пожалуй, пройдусь до поместья. Здесь немного душно. Давно пора оснастить салоны системой подачи свежего, охлаждённого воздуха. Как вам идея, Оливия?
— Великолепная. Лаборанты отца сейчас как раз изучают свойства хладагентов. Кто знает, может, мы с вами вместе запатентуем нечто подобное для паромобилей.
— Обязательно, — рассеяно кивнул Ленц, постучал в окошко водителю и попросил остановить.
Ловко спрыгнув с подножки, он исчез в облаке дорожной пыли.
— Не понимаю, чем вам не нравится богатенький наследник Кнехтов. Я почти устроила вашу личную жизнь, — сокрушалась блондинка.
— Милдред! Я не люблю Ленца Кнехта и не собираюсь за него замуж!
— Но он вам нравится!
— Мне много чего нравится. И, вообще, это не твоё дело.
— Как вам будет угодно, госпожа, — Миле покорно склонила голову, но тут же встрепенулась: — Там, в переулке, про компаньонку. Вы же не шутили? Я могу остаться подле вас? Теперь-то констебль точно положил на меня глаз. Вряд ли смогу дальше торговать.
— Торговать? Ты считаешь это честной торговлей? — изумилась Кроу.
— Без лицензии нельзя открывать своё дело. А у меня нет ни связей, ни денег.
— На жалость давишь? — Оливия забросила ногу на ногу и скрестила руки на груди.
Она изображала из себя надменную леди, но в глубине души мечтала о такой подруге. То как Милдред бросилась на Кнехта, вызвало благоговение и трепет. И хотя изобретателя было немного жаль, Лив внутренне ликовала.
— Никак нет, госпожа.
Даже обращаясь почтительно, Мил-мил делала это задорно и с толикой лукавства. В голубых глазах мерцали хитрые искорки, а уголки губ едва сдерживали улыбку.
— Но разве вы отпустите свидетельницу сегодняшней сцены?
— Шантажируешь?
— А вдруг симпатяга Ленц предложит мне что-то повыгоднее? Проболтаться вашему папеньке о случившемся, к примеру.
— Ты не!..
— Шучу, госпожа, — Миле вскинула вверх руки.
— Я поговорю с отцом. Но я не из тех девушек, что таскают своих компаньонок по званым ужинам. Нас ждут фабрики, мастерские, магазины запчастей. Это тебе не бутики и рюшки, Милдред, — Лив погрозила пальчиком.
— Я знаю, кто такая Оливия Кроу. Наслышана, — расплылась в улыбке блондинка, и у дочки Декарда впервые закрались сомнения, а были случайной та встреча на площади?
* * *
Лив зашипела, когда случайно коснулась указательного пальца жалом паяльника. Благо инструмент не успел сильно нагреться, но на коже все равно остался белесый след от ожога.
Ерунда. Бывало и хуже. Девушка машинально прижала больное место ко рту и поморщилась.
Главное, чтобы Мил-мил не обиделась за такое отношение к своему телу. В том, что произошедшее с юной Кроу не иллюзия, девушка убедилась почти сразу же, едва увидела на нескольких преподавателях очки с линзами истинного зрения. Полезный артефакт для тех, кто боится попасться на уловку мошенников. Оливия крутилась и так и эдак перед носителями линз, но никто не признал в толстушке дочку знаменитого Декарда. Либо проклятье, наложенное на неё, оказалось слишком сильным для зачарованного предмета, либо… Либо кто-то действительно поменял двух девушек телами.
Остается надеяться, Милдред будет одеваться поприличнее в теле самой Кроу.
— Что мастеришь?
Южанин оказался единственным, кто решился заговорить с гостьей. Он оседлал стул верхом и устроился напротив девушки.
— Есть идеи? — Лив обвела взглядом своё рабочее пространство.
Инженер покрутил в руках собранное устройство:
— Смахивает на какой-то хитрый динамик. Но для музыкальных проигрывателей не подойдёт точно. Параметры смущают. Ты явно перемудрила, диффузор слишком маленький для подобной конструкции. Таким образом получишь очень высокие частоты. Или это нарочно? — парень покосился на старенький осциллограф, которым Оливия делала замеры. — Сто лет им не пользовались. А ты полна сюрпризов, Милдред Миле!
Девушка подмигнула, забрала динамик и, прибравшись на рабочем месте, поблагодарила студентов и поспешила в архив.
Всего через два часа в Академии Высокого Волшебства случилось такое, после чего Алистер Фланнаган в очередной раз убедился в необходимости ограничить использование артефактов учащимися. Серый Лис надолго запомнил тот день, когда пухлая Мил-мил разрушила своим появлением привычный уклад жизни в его драгоценной вотчине.
Глава четвёртая
— О, дорогая ты, наконец-то, приехала! — блондинка с пышной шевелюрой и в не менее пышном платье, всплеснула руками, встречаясь взглядом с Сильвией.
Удерживая небольшой саквояж с минимальным набором необходимых вещей, Дэн кивнула. Соседка по жилому блоку тут же затараторила, рассказывая последние слухи академии.
В своем темно-зеленом платье молодая сплетница Алана Роузвуд напоминала пародию на светскую львицу в дешевой театральной постановке. Но академия не делала различия между благородными и безродными — официально, разумеется. Однако это нисколько не мешало дочерям богатых родов одеваться в лучшие шелка, носить дорогие платья, макияж и драгоценности. Девицы, именно так их характеризовала для себя Сильвия, из семей победнее старались не отставать.
Как и подавляющее большинство девушек в стенах академии, болтушка считала главным достоинством учебы возможность составить удачную партию. Чтобы потом, получив покровительство богатого жениха, никогда не перетруждаться, проводя жизнь за чтением популярных журналов и походам к модисткам.
— Ты не представляешь, что тут было на приеме документов! — ахнула Алана, всплеснув руками и делая круглые глаза, что с ее лицом выглядело скорее комично, чем томно.
— И что же? — подняла бровь Сильвия, ступая по вымощенной дорожке между корпусами.
— Какая-то безродная, — скривилась Роузвуд, словно сама из аристократов, — служанка пыталась обмануть комиссию, представившись Оливией Кроу! Нет, ты представляешь? Вот дуреха! Была бы поумнее, знала бы, что встречать первогодок будет сам Алистер Фланнаган, — произнося имя главного безопасника академии, Алана закатила глаза и сделала вид, будто сейчас рухнет в обморок от восхищения.
Ну да, симпатичный и нелюдимый, Алистер производил впечатление. Сильвии пришлось как-то сотрудничать с ним по приказу ректора. Сейчас, на втором курсе студенты только начнут изучать основы атакующей магии, но Сильвия уже на первом курсе защитила свой проект. Тогда-то и сошлись их дорожки с Серым Лисом.
— Ваш артефакт вызывает восхищение, Сильвия, — заметил он, изучая бумаги черноволосой первокурсницы. — И кто вам помогал в построении атакующего заклятья? — поднял взгляд на студентку.
— У меня было много помощников, господин Фланнаган, — спокойно ответила Сильвия.
— Назовите имена, я хочу прямо сейчас же знать, кто в стенах нашей академии учит первогодок создавать крайне опасные артефакты.
От доброжелательного тона не осталось и следа, безопасник подобрался, как чующая добычу гончая. Он был готов рвать нарушителей на клочки голыми руками и зубами. Трудоголик, одержимый, вспыльчивый — именно такую мысленную характеристику Алистер получил от Сильвии.
— С радостью, я горжусь тем, что смогла с ними поработать, — кивнула она в ответ, без страха смотря в серые глаза Фланнагана. — Мэтры Тревор и Михаэль Файераган, магистр прикладной магии Вильгельм, магистр боевой магии Крис.
Поделиться книгой: