Собственный выбор

— Было же вроде меньше? — Удивленно уставился на него Стефан. — Или наша эльфийка в лазарете яд с обезболивающим перепутала?

— Семьдесят девять человек убитыми. Шестеро ушедших в увольнительную и больше не вернувшихся. Причем, судя по полному отсутствию денег в их вещах, виновата в этом именно моя отвратная квалификация как командира. Не могу всерьез винить их за дезертирство, потеря в первом же сражении едва ли не половины экипажа — это действительно ужасно… — Олег тяжело покачал головой, закусив губы. — Плюс еще семь человек сгубила не темная магия вампиров или клыки тварей, а собственная дурость, усугубленная выплаченными призовыми! Аж троих зарезали в кабаках и борделях, когда они стали сорить во все стороны серебром и даже золотом. Еще двое слишком сильно переоценили свое вновь обретенное здоровье и сдохли примерно там же, основательно перебрав выпивки и шлюх, тем самым доведя себя до инфаркта. Один умник черт знает зачем попытался вломиться среди ночи в жилой дом и был застрелен его хозяином. Последний помер прямо у нас на корабле, вернее у его подножия, когда будучи изрядно поддатым чебурахнулся с верхней части трапа и вдребезги разбил затылок о так некстати подвернувшийся ящик. Возможно, к окончательному числу потерь придется еще добавить троих покалеченных, которых я своими силами на ноги не поставлю, если не получится установить им действительно качественные протезы.

— А нечего было давать на руки матросам сразу по сто-сто пятьдесят золотых монет золотом, а некоторым так и вообще по двести. И это я еще про младших офицеров не вспоминаю, у которых жалование в два-три раза выше. — Укорил друга Стефан. — Большая часть нашего экипажа таких денег сроду в руках не держала! Неудивительно, что одни на радостях упились досмерти, а другие решили — на тихую спокойную старость им хватит.

— Ну не воровать же мне было их законную долю с продажи трофеев! — Искренне возмутился Олег. — Тридцать пять процентов на ремонт и возможное улучшение «Тигрицы» с полученной суммы я отложил. Двадцать пять будут разделены между тобой и мной…Ну в основном тебе пойдут в уплату долга, себе так, чудок на бытовые расходы оставлю. И сорок процентов делится между командой в соответствии с должностями, заслугами и полученными в бою ранами. Вот только поскольку по итогам операции мы получили почти сто сорок тысяч американских золотых долларов, то между неполными двумя сотнями членов экипажа пришлось делить пятьдесят пять тысяч монет.

— Почему, кстати, с нами рассчитались именно ими? — Задался вопросом Стефан. — Мы же в Мексике, тут свои доллары есть. И эти…Как их…Пессо.

— Угу. Не меньше пары десятков разновидностей, — согласился Олег барабаня пальцами по раскиданным на его столе документам. — С той чехардой, которая за последние лет двести происходит в этой стране, свои монеты штамповали и штампуют все кому не лень. Разного размера и с разным содержанием непосредственно золота. Потому для совершения крупных сделок и используют иностранную валюту. Меньше шансов, что кто-нибудь вроде нас посчитает себя обманутым и в качестве компенсации разницы курсов прихватит с собой голову торгового партнера, отрезанную на память.

— Нет, я конечно видел, что тут все плохо, но что б до такой степени, — пораженно присвистнул толстяк. — И куда ж местный король смотрит? Как налоги собирает?

— А нету тут короля или иной верховной власти. Последние десятилетия Мексика — числящийся республикой союз из пары десятков штатов, но по факту каждый из них вполне самостоятельное маленькое государство со своими законами и правящей верхушкой. Причем зачастую там обосновался откровенный криминал, удерживающий свое место исключительно благодаря личной силе и тому, что никому другому эту землю, где нежити чуть ли не больше чем смирно лежащих в могилах трупов, даром не надо. — Ответил Олег своему другу, который в некоторых вопросах принципиально не желал учиться. Например, геополитика страны в которой они находились казалась ему куда менее важным делом, чем очередная попытка запустить руки под юбку находящейся рядом эльфийке…Даже если она от толстяка в противоположенном конце корабля пыталась прятаться. Для вставшего на тропу не то войны не то любви сибирского татарина расстояние меньше дневного перехода роли не играло. — Нет, лет двадцать назад тут был свой император, но его немножечко съели. Причем даже не вампиры, а какие-то культисты темных богов. Сей почивший в желудках демонополонников монарх во главе военной хунты завалил верховного текората Мексики, которого святой престол сначала протолкнул на роль главы государства, а потом вскоре отлучил от церкви и объявил еретиком. Полвека примерно с той поры прошло. До церковного деятеля за право зваться президентом боролись английский лорд и какой-то восточный султан…Но тут уже подробностей не помню. Знаю только, что такая чехарда продолжается чуть ли не с тех самых пор, как конкистадоры сию территорию от кровососов освободили, да и передрались между собою на радостях.

— И почему тогда вампиры эту землю себе назад не вернули? — Удивился Стефан, озадаченно почесывая лысый затылок. — Сюда же явно ближе за людьми ходить, чем в тот же Китай или Африку.

— Ну, они вроде несколько раз пытались, но тогда все грызущиеся за власть в Мексике силы на время забывали о своих распрях и дружно давали кровососам отпор. Да и из США помощь всегда приходила. А потом кровопийцы решили, что им намного выгоднее иметь такой вот буфер между собой и американцами, чем граничить с самой технически подкованной нацией планеты напрямую. — Пожал плечами Олег, который в тонкостях местной политики тоже плавал. Он и известные ему сведения то имел только потому, что попросил Мигеля выдать своему капитану краткий исторический обзор основных событий на данной территории. А испанский аристократ, пусть даже другие представители данного сословия включая родственников смотрели на него с жалостью и презрением, образование получил достаточно неплохое. И большую часть своей жизни провел не на родине, а именно в Мексике, где долгие годы безуспешно пытался разбогатеть несмотря на высокий риск оказаться однажды убитым. — Официально, разумеется, ничего такого не сообщалось, но если посмотреть на динамику их действий, то можно сделать выводы. За последнюю пару сотен лет по Мексике били стратегическими чарами раз в десять меньше, чем по США. И под корень тут рейдерами кровососов вырезаются лишь относительно небольшие поселения, а в случае штурма хотя бы городков, часть жителей оставляют в покое. Вернее, на развод. И побочный ущерб инфраструктуре кровососы по возможности минимизируют, воздерживаясь от того чтобы целенаправленно устраивать пожары или травить водоемы. Как ты верно заметил, сюда им за людьми ходить ближе, а потому нежить старается не мешать восполнению численности своей кормовой базы.

— Да ладно?! — Не поверил Стефан. — Ты хочешь сказать, упыри сознательно терпят у себя под боком какое-никакое, но государство людей? Как-то это не похоже на гордых наследников Атлантиды.

— Думаю, кровавые боги предпочли бы восстановить здесь свою власть, но пока не имеют для этого реальных возможностей. И потому выбрали для себя лучший из возможных вариантов. Все-таки они монстры, а не идиоты и прекрасно знают свои возможности и возможности своих подчиненных. Которые хоть и внушают, но отнюдь не бесконечны. — Олег почесал подбородок и отметил, что ему было бы неплохо побриться. Причем еще дня два назад. — Ты разве не заметил, что вампиры в открытых боевых действиях имеют обыкновение проигрывать, если только у них нет действительно серьезного перевеса в численности войск или их качестве? Да, стоит допустить нежить до мирного населения, и размер их армии за несколько дней вырастет как на дрожжах, а трупами можно закидать кого угодно… Особенно когда они ходячие. Но когда кровососам идет выбивать клыки кто-то более-менее равный по силам, они в большинстве случае либо проигрывают, либо драпают.

— Ладно, оставим пока в покое этих пиявок, — Стефан решил вернуться в прежнее русло беседы, то есть к обсуждению состояния корабля и его команды. — Про то, что нужный «Тигрице» ремонт будет завершен в течении трех-четырех дней, да и то исключительно потому, что нам с поврежденной турелью приходится ждать свой очереди у лучших техномагов города, я в курсе. А чего там с автоматронами?

— Шестеро исправны и требуют по большей части лишь косметического ремонта, с которым я и сам справлюсь. Ну там дыры в корпусе залатать, оторванную ногу на место приделать. Семь разбиты на части, но поскольку их сердечники уцелели, восстановление должно быть принципиально возможным. Квалификации у меня на это может и хватит, но вот нужных станков, запчастей и материалов на борту «Тигрицы» нет. Можно бы и прикупить пока США рядом, но дорого ведь, зараза… — С тоской вздохнул чародей, уже понимая, что потратиться придется, а в сумме расходов будет ну никак не меньше трех нулей. И первая цифра станет отнюдь не единицей. Однако, автоматроны на борту были нужны не меньше, чем живые члены экипажа. Только благодаря бесстрашию, выносливости и огромной силе этих магических роботов прорыв вампиров и упырей в глубины судна удалось остановить. А ведь пройди нежить через трюмы и ударь в спину сражающимся на верхней палубе людям — чаша весов в битве могла склониться на другую сторону. Или в случае победы в схватке «Тигрица» лишилась бы хода и плюхнулась на землю, ведь у клыкастых диверсантов и без того почти получилось вывести из строя её энергосистему. — Пять надо либо похоронить, либо переплавить, либо в крайнем случае на запчасти разобрать, хотя мне и претит так обращаться с почти разумными существами. Один пропал без вести…Вероятнее всего, был сильно поврежден и в какую-то дыру во время погони за рейдерами выпал, а мы и не заметили.

— Хорошо, хотя конечно ничего хорошего, — задумался Стефан. — Слушай, а можешь ты автоматронов как-нибудь усилить? Ну, там защитные амулеты в них вмонтировать, броню навесить… Вооружить чем-нибудь получше обычных молотов, пусть и здоровых. Я конечно не говорю, что они должны встать на уровень Анны, пусть земля будет нашему стальному комиссару пухом, но можно же сделать из них нечто иное, чем просто тупых нерассуждающих исполнительных болванчиков с неподъемными молотками?

— Разумеется, я мог бы их несколько модифицировать, пусть даже кардинальные перемены в конструкцию вносить и бесполезно, — согласился Олег, который начало Четвертой Мировой войны провел не где-нибудь, а в мастерских, где ремонтировали пришедшую с фронта побитую технику. Самую разную технику, некоторые образчики которой могли поспорить с летучими кораблями в размерах, стоимости и весе бортового залпа. — Пока наши автоматроны не пробудят разум, если это вообще когда-нибудь случится, пользоваться мало-мальски сложным оружием они не смогут, да и тактику ведения боевых действий попросту не поймут. Вот только ношение дополнительного слоя брони или поддерживание заряда защитных амулетов вызовет повышенный расход энергии, значит надо вдобавок покупать емкие накопители, чтобы они у нас не встали памятниками посреди рабочего дня.

— На корабле им все равно убрести особо некуда, — презрительно отмахнулся Стефан. — Пусть хоть три раза в день энергию сосут от реактора.

— Не скажи, — возразил ему Олег. — Причина, по которой этих не требующих жалования и продовольствия маго-механических гигантов на большинстве летучих кораблей лишь две-три штуки очень проста… Цены на топливо для алхимреактора не просто кусаются, они грызут куда там самым голодным упырям!

— Мне казалось, ты всегда ратовал за эффективность, а не за экономию. — Удивленно уставился на своего друга толстяк, даже перестав жевать от изумления. — Я вообще несколько удивлен тому, что у нас на корабле не знающих усталости, боли и страха стальных гигантов всего два десятка было, а не две сотни…И пара дюжин людей при них, занятых техническим обслуживанием.

— Пусть автоматрон работает за пятерых, но содержать его дороже чем целых десять матросов. Мы же не в Сибири, где волшебные деревья растут чуть ли не целыми рощами, а свободных магических источников вполне достаточно, чтобы годами мариновать в исходящей из них энергии обычные дрова! — Тяжело вздохнул Олег, которому идея во время боя выставить против врага стену из стальных гигантов, каждый из которых молодого вампира голыми руками в бараний рог согнет, тоже очень нравилась. Как и тот факт, что магических роботов гораздо проще чинить чем людей, ведь можно растянуть процесс на несколько суток без риска ухудшения их состояния. И пахнет машинная смазка гораздо лучше крови. — А до недавнего времени вопрос со свободными денежными средствами стоял слишком остро…Золота даже не хватило на то, чтобы наших матросов вооружить не примитивным однозарядным старьем или недалеко ушедшими от него двустволками, а нормальными ружьями с многозарядным магазином или хотя бы барабаном на несколько патронов. А ведь мы закупались не где-нибудь, а в США! Крупнейшей кузнице оружия на всей планете!

— Ну, вот теперь я тебя узнаю. Запросы как у главы какой-нибудь дружины старшего боярского рода. — Фыркнул Стефан, вновь начиная щипать виноград. — А ничего, что стандартом в большинстве современных армий является один револьвер на группу из десяти человек, находящийся у ведьмака-командира?

— Мой стандарт — это наличие у каждого бойца автомата и по меньшей мере пяти гранат, одна из которых должна надежно выводить из строя крупного и бронированного врага, вроде пилотируемого голема. А в отделении, ну том же десятке, обязательно должен быть также пулеметчик и огнеметчик. — Олег вполне резонно полагал, что при достаточной плотности обстрела самыми обычными свинцовыми пулями с небольшим добавлением отлично разрушающего энергетические структуры огня, количество существ, способных представлять угрозу для экипированных подобных образом бойцов, резко снизится. Живые враги, ходячие мертвецы, химеры, духи да хоть демоны — все будут сметены подобным отрядом! И преимущество их над людьми в силе, ловкости, выносливости или скорости не будут иметь уже никакого значения. Девяносто пять процентов известных чародею тварей не смогли бы даже забрызгать своими внутренностями ботинки создат, возьмись за их уничтожение подготовленные кадры, на снаряжении которых не экономили. А немногочисленные исключения — существа или персоны умеющие телепортироваться, становиться неведимыми или использовать засадную тактику. Ну и конечно магистры-архимаги, но их уже стоило оценивать не как отдельных врагов, а скорее как миниатюрные укрепрайоны, способные к невероятно быстрому перемещению. — Ну и конечно каждый солдат должен иметь защитные амулеты хотя бы навроде тех, которые нам с тобой в училище выдавали. Пусть защищающие только с одной стороны и перезаряжающиеся целые сутки, но зато с гарантией удерживающие выстрел из ружья или удар лапой от взбешенного оборотня.

— Мда, это уже даже не уровень боярской дружины, это уже императорская гвардия какая-то. — Аж крякнул Стефан. — Надо ли тебе напоминать, что простых солдат снаряжать защитными амулетами и прочими изделиями артефакторов бесполезно, поскольку они не смогут зарядить их сами? И если ими будет заниматься одаренный командир, что ведет отряд, то на бой сил у него может и не хватить!

— Ну, лучшие из артефакторов способны ведь сделать и такие изделия, которые сами накапливают заряд. — Возразил своему другу Олег. — Да, я понимаю, что это будет намного дороже и действительно может приблизиться к стандартам императорской гвардии…

— Не приблизится, не бойся. — Успокоил его толстяк. — Столько денег, чтобы снабжать простых людей самозаряжающимися артефактами, нет ни у одного императора.

— Эй, мы своими глазами видели только элитные войска правителя России! Да и то не уверен, что его тогда сопровождали действительно лучшие части.

— Это на страже во дворце может стоять кто угодно, а в бой решавший судьбу всей Сибири должны были взять только лучших! И если бы остальные так сильно от него отличались по своим возможностям, императоров в мире было бы намного меньше. Скажем — всего один, но правящий владениями всех тех, кто есть сейчас.

Полушутливую перепалку двух друзей прервал стук в дверь, после которого на пороге капитанской каюты объявился единственный неодаренный боец на корабле, который действительно подходил под стандарты Олега. Украшенная рунами серебристая кольчуга, имеющая на плечах инкрустацию из драгоценных камней, была несколько великовата щуплому китайцу, но зато она сама собирала энергию из окружающей среды и сама создавала вокруг владельца магический барьер, если к нему что-нибудь приближалось слишком близко. А еще массивные толстые наручи могли по одному лишь мысленному желанию хозяина метнуть огненную стрелу или даже две-три, а толстые стальные башмаки не только за одно мгновение подкидывали того на кого обуты в воздух на высоту десятка метров, но и плавно опускали обратно, словно на невидимом парашюте. Правда, для того, чтобы боцман «Тигрицы» стал в бою не менее опасен, чем любые другие младшие офицеры, друзьям пришлось выделить ему во временное пользование артефактов, чья стоимость даже по самым скромным подсчетам составляла десяток тысяч золотых монет. Причем в любой из валют этого мира, которые подчас довольно серьезно между собой различались.

— Шен? — Удивился Олег неожиданному визитеру. — Ты почему на ногах, да еще и в доспехе, да к тому же без костылей?! Тебе еще слишком рано вставать с постели!

— Господин, милостью Неба и вашими усилиями я уже нормально себя чувствую! — Запротестовал китаец, которого Олегу пришлось почти в прямом смысле слова превращать обратно в человека из груды фарша, которую из него сотворил вооруженный двумя булавами вампир. Зачарованные латы его удары выдержали, а вот плоть под ними — нет. В результате Шен чуть не умер, поскольку ему раздробили череп и сломали в нескольких местах грудную клетку, почти полностью распоров легкие осколками костей. — К моему глубочайшему стыду я плохой боец и ужасен в постижении таинств мистических энергий, но уж оправдать ваше доверие и прилежно исполнять свои обязанности по надзору за матросами и обстановкой на корабле мне ничто не помешает. К нам прибыл посланник местного губернатора, он несет послание от своего господина и хочет встретиться с вами.

— Есть предположения какого черта ему надо? — Мрачно осведомился Стефан, который прекрасно понял боцмана, поскольку говорил тот на своем родном китайском.

— Ни малейших, — покачал головой его друг. — Но у меня уже заранее есть какие-то дурные предчувствия насчет этого типа и послания, которое он несет. Проводи его сюда, Шен. И потихоньку объявляй на корабле повышенную боевую готовность, только без тревожных сигналов, открытия пушечных портов и массового топота разбегающихся по местам матросов. Так, на всякий случай.

— Ты чувствуешь опасность? — Насторожился Стефан и буквально испарился из каюты, непостижимым образом для персоны его габаритов умудрившись просочиться даже мимо разворачивающегося в дверях китайца. Однако, поскольку обитал сибирский татарин в соседней каюте, голос его все равно остался прекрасно слышен. Как и лязганье брони, в которую стремительно облачался толстяк.

— Не уверен точно, но что-то смутное вроде есть. — Прислушался Олег к своей интуиции, как правило работающей в довольно тесной связке с даром оракула. И тоже принялся облачаться в броню. Не то, чтобы он действительно думал, будто дойдет до драки, но встречать посланника столь высокопоставленной персоны следует будучи при полном параде. И стоящие маленького состояния зачарованные латы в этом мире считались не устаревающей классикой, в которой можно хоть биться, хоть жениться, хоть предстать перед монархом. Все-таки случаи бывают разные…И иногда на оказаться поле боя безопаснее, чем находиться в окружении родственников, желающих стать твоими наследниками или правителя, по умолчанию являющегося целью номер один для разнообразных заговорщиков. — А еще у нас с тобой вполне достаточно опыта, чтобы твердо быть уверенными: когда дело доходит до властьимущих, все превращается в политику. И лично у меня вот нет желания вновь становиться инструментом в чужой игре.

— Ну, на сей раз мы хотя бы можем послать местного губерантора с его приглашением к чертям собачьим и просто улететь из города…И из данной провинции… — Судя по напряженному пыхтению, упаковка массивных жировых запасов Стефана в доспехи перешла в решающую стадию. — Да хоть вообще покинуть Мексику!

— Можем, — согласился с ним Олег, застегивая ремни впитывающей магию кирасы. — И честно говоря, осознание данного факта меня изрядно радует и будоражит своей новизной. Но все-таки для начала давай выслушаем, чего там хочет нам сказать местный губернатор. Мало ли, вдруг это просто приглашение на бал или иную светскую вечеринку, которое можно просто проигнорировать, продолжив заниматься своими делами?

Вошедший в помещение человек выглядел так, словно являлся жителем скандинавского полуострова, а не обитателем жаркой Мексики. Длинные светлые волосы, широкие плечи и голубые глаза мало соответствовали как коренным обитателям этого континента, так и приплывшим из европы конкистадорам, большая часть которых в данной местности являлась испанцами. Не то, чтобы англичан или французов тут вообще не было, но в основном они занимали более северные территории, ныне ставшие США. Одет посланник был в белоснежную ливрею, обильно украшенную золотой резьбой, в извивах которой можно было легко замаскировать магические знаки. Ощущения приближающихся неприятностей в сознании Олега усилилось, и он машинально положил руки на рукоятки топоров. В конце-концов, один из магистров, чьим артефактами ныне владели друзья, как раз таки и был северным викиногом, пусть и изрядно обрусевшим.

— Сеньор Коробейников? — Полуутвердительно спросил посланник, слегка наклоняя голову. И, дождавшись утвердительного кивка, продолжил. — Я имею вам честь сообщить…Аургкххх….

Внезапно у запнувшегося на середине своей речи блондина горлом пошла кровь, он захрипел подавившись собственными словами, пошатнулся и рухнул. Лишь пара мгновений потребовались чародею, чтобы справиться с растерянностью, вызванной столь необычным поворотом беседы и достигнуть упавшего на пол человека, но когда Олег дотронулся до посланника губернатора, тот уже был мертв.

Глава 6. О том, как герой вспоминает своих врагов, сознается в убийстве и крушит палубу

— Вот же срань, — только и смог сказать Стефан, разглядывая лежащее на полу тело. Лицо покойника было сведено гримасой боли и ужаса, хотя гибель его произошла слишком быстро, чтобы в нормальной ситуации человек успел осознать происходящее с ним и так напугаться. — Зуб даю, что это подстава, а не случайное совпадение. Причем чей угодно: хоть твой, хоть мой, хоть у сильнейшего из кровавых богов из пасти голыми руками вырванный.

— Боюсь, такое пари никто не примет. Я тебе и без всякого пророческого дара скажу, что это либо племянник губернатора, либо любимчик, либо все сразу. Или как минимум с нас спросят за него, как за главное достояние этого чертова города. — Олег при помощи магии обследовал тело лежащего перед ним мужчины, пытаясь понять, отчего именно тот умер. И результат лишь подтверждал его худшие подозрения. Под белой с золотом одеждой прятались синяки, сломанные ребра и оплавившиеся от серьезной перегрузки но все еще сохраняющие какие-то крохи энергии защитные амулеты, а само тело посланника несло на себе следы неестественно сильных мышечных спазмов, в конечном итоге просто разорвавших его сердце. Примерно так бы выглядела картина, если бы какой-нибудь весьма злой целитель измолотил беднягу до полусмерти, использовав в качестве добивающего удара такое волшебство, что не проломило держащуюся из последних сил волшебную броню, а обошло её. — Вопрос только в том, кто именно захотел нас подставить. Вампиры, расстроенные потерей двух рейдеров и партии живого товара, которую им везли? Работорговцы, что скорее всего тесно повязаны с кем-нибудь из местной правящей верхушки? Английские шпионы, решившие отомстить мне за леди Маргарет…Хотя нет, последнее вряд ли. Откуда у этих уродов взяться корпоративной солидарности?

Вообще-то врагов у Олега хватало и помимо всех вышеперечисленных. Семья его нынешнего тела, которые когда-то сплавили юношу в армию с кабальным контрактом. После того как «дядя» чародея был уличен в убийстве его же «родителей», избежавшие казни члены семейства Коробейниковых были выкинуты из дома, проданного с молотка. Родственники Анжелы или, по крайней мере, та часть рода Лещиновских, которая продолжала питать в адрес излишне талантливого бастарда негативные чувства, то есть в первую очередь сводные сестры жены чародея. Друзья тех, кого волшебнику пришлось убить на дуэлях, пусть даже ни одну из них он, в общем-то, не горел желанием начинать, но кого волнуют подобные мелочи? Священнослужители города Нанкина, где была устроена больница для бедных, поломавших им выстраиваемую десятилетиями, если не веками, цепочку по закабалению обитателей городского дна. Товарищи тех, с кем Олег вступал в схватку на поле боя…Ведь имелись же среди них те, кому везло уцелеть, и пусть даже они не знали имени своего врага, но тот обладал вполне достаточным количеством особых примет для успешных поисков. Те, кто полагал себя законными хозяевами артефактов, которые присвоили себе единственные выжившие в битве на безымянном островке посреди океана. Но все эти персоны должны были находиться далеко от Мексики. И кроме того большая их часть вряд ли обладала достаточными возможностями, чтобы организовать подобную подставу.

— Гадать можно долго, — Стефан снял шлем и стал ожесточенно чесать свой лысый затылок. — Делать то что будем?

— Господин капитан, там сопровождающие посланника чего-то забеспокоились. Говорят, что почувствовали неладное и хотят… — в капитанскую каюту заглянул Шен и сбился с речи, в изумлении уставившись на лежащее перед ним тело.

— Поднимаем корабль и улетаем отсюда к чертовой матери? — Предложил Стефан.

— У нас половина команды в увольнительной, и если мы скроемся после такого, то в скорее всего всех этих людей сгонят в тюрьмах или отправят на официальные рабские рынки. Губернатор же должен поддерживать имидж человека, которого нельзя оскорблять безнаказанно, а иначе во власти ему не удержаться. — Тяжело вздохнул Олег, мысленно отвешивая своему пророческому дару пинки. И совести заодно. Но вторая никак не желала засыпать, а первый даже и не думал просыпаться и подсказывать хозяину способ, которым можно бы было выкрутиться из этой ситуации. — А еще город имеет свой периметр безопасности с зенитными орудиями. Они, конечно, поставлены из расчета отражения воздушного десанта вампиров, но и одинокого беглеца изрешетят за милую душу. И если эти пушки по чистой случайности не находятся сейчас в полной боевой готовности, то я сильно удивлюсь.

— Предлагаешь сдаться на милость правосудия? — Скептически поднял одну бровь толстяк, который в торжество справедливости прекратил верить, наверное, раньше чем в детские сказки. В конце-концов, некоторые из их героев являлись вполне реальными историческими личностями или существами, которых ученые уже давно поймали, вскрыли, изучили внутри и снаружи, а потом занесли в бестиарии.

— Все улики против нас, отрицать умышленное убийство не получится. Остается лишь думать, как сделать его вполне законным деянием ну или хотя бы снизить степень вины до уровня, на котором появится шанс договориться-откупиться. Все-таки мы больше не бесправные ведьмаки, которых любой полицейский способен отправить в тюрьму или на плаху. За нами стоит самый главный аргумент в этом мире. Сила. Пусть даже её и меньше чем у губернатора, который если не ошибаюсь, является магистром. — Олег попытался вспомнить ауру посланника и, если ему не изменяла память, соответствовала та примерно второму рангу. Вполне достаточный уровень, дабы быть мальчиком на побегушках у правителя этой мексиканской провинции, но слишком маленький, чтобы пытаться убить истинного мага иначе как в самоубийственной атаке, вызванной невероятной ненавистью. Да еще и на его территории, в окружении подчиненных. А если пойти от противного? — Хм…Шен! Во-первых, отправь незаметно пару матросов собрать наших по кабакам и пусть бегут обратно на борт. Возможно, покидать город придется с треском. А во-вторых, передай сопровождающим, что этот тип меня оскорбил и умер. Тело пока побудет у нас, кто хочет его получить — пусть приходит. И спроси у них, чего мне губернатор передать то хотел, а то его посланник отправился на тот свет раньше, чем приступил к порученному делу!

— Матросы будут драться за нас практически с кем угодно. Возвращение молодости, да плюс сумасшедший размер боевых выплат подняли их боевой дух на почти недосягаемую высоту. Но думаешь признаться в убийстве — это хорошая стратегия? — Уточнил Стефан, давно отбросивший свою вечную веселость и беззаботность. И в моменты, когда толстяк становился убийственно серьезным, думать он умел вполне неплохо. — Нет, конечно пришибить какого-нибудь наглеца за тяжкое оскорбление, это нормально…Сойдет как смягчающее обстоятельство при назначении откупа. Но ведь все зависит от того, кто именно убит. В некоторых случаях рубят голову, несмотря на любые доводы и огромное количество свидетелей.

— Посмотрим, — пожал плечами Олег, беря в руки посох и перешагивая через мертвое тело. Убрать его смогут и другие, а чародею сейчас лучше находиться на верхней палубе. Оттуда и обзор лучше, и больше шансов дать стрекача и затеряться в городе, если брать «Тигрицу» штурмом заявится элитные силы этого города. Потеря судна, конечно, здорово ударит по гордости, карману и уже намеченным планам…Однако все, кроме смерти, чародей мог исправить рано или поздно. — По крайней мере, можно будет попробовать угадать, кто и как замыслил эту подставу по реакции окружающих. Вот если нас через минуту окружит маленькая армия из городской стражи и армейских подразделений — губернатор или как минимум кто-то его замов точно замешан и положил глаз не то на корабль, не то на наши артефакты. В случае же, когда с ним просто испортятся отношения — нас подставил кто-то рангом пониже, и он не может внаглую использовать в личных целях государственные и муниципальные войска.

— В таком случае я подготовлю самые убедительные аргументы из тех, что у нас есть. — Решил Стефан. — Придется еще разок открыть сокровищницу.

— Это опасно, — осторожно заметил Олег своему другу. — Из полутора десятков тех одаренных, кто использовал артефакты магистров, семеро умерло отнюдь не от рук врага.

— Ну, зато мы теперь точно знаем, какие игрушки в нашем арсенале трогать не стоит, если нет желания расстаться с жизнью. Да ладно, брось хмуриться, я понимаю риски. — Сибирский татарин был настроен серьезно. — Если артефакты магистров не убили чужака, завладевшего их имуществом после пяти или десяти использований, то вполне могут сделать это после пятнадцати. Или двадцати. Но надо же чем-то осадить местных, если они будут нас штурмовать. А если не будут — моей жизни ничего и угрожать то не будет.

— Ладно, — сдался Олег и развернулся в сторону каюты, где под охраной уцелевших автомтаронов находились остатки чужих сокровищ. — Но себе чтоб взял не больше одного-двух! Остальные раздадим тем одаренным, кто есть сейчас на корабле. Если в прошлой битве они их использовали и уцелели, то и сейчас должны взять в руки без особой неприязни.

Худшие опасения чародея не сбылись, никто не стал окружать «Тигрицу» и требовать от команды сложить оружие и выходить с поднятыми руками. Однако и без весьма неприятных последствий смерть посланника губернатора не осталась. Примерно через полчаса, когда треть сошедших в увольнительную матросов и младших офицеров вернулась на судно, три летучих корабля из стоящих в воздушной гавани внезапно поднялись в воздух, но никуда улетать не стали. И их пушечные порты быстро открылись, а орудия оказались нацелены на эрзац-крейсер. Поодиночке яхта и два пузатых торговых судна особой угрозы бы не представляли, но в совокупности их вес бортового залпа был крайне серьезным аргументом в случае конфликта. Всего через минуту к трапу подъехала целая кавалькада из десятка шикарных автомобилей, блестящих черным хромированным покрытием и судя по полному отсутствию звуков работы двигателя передвигавшихся благодаря одной лишь магии. Сопровождали их бегущие трусцой и лязгающие на весь город пилотируемые големы в количестве двух с половиной десятков. Разнообразные человекоподобные шагающие машины, ростом от четырех до семи метров, были оснащены оружием как для ближнего, так и для дальнего боя, и могли победить почти любого врага, включая низколетящие крейсеры. Цен на подобную технику явно американского производства Олег не знал, но подозревал, что сумма вырученная с продажи машин могла бы кормить всех городских бедняков, по меньшей мере, лет десять. А то и все пятьдесят. Высыпавшие из них люди были довольно однообразно экипированы в длиннополые блестящие на солнце алым кольчуги из неизвестного металла или того же материала латы. Те из них, кто носили открытые шлемы обладали преимущественно смуглым цветом кожи и темными волосами, как в общем-то и почти все жители Мексики, однако на их фоне отчетливо выделялось несколько блондинок и блондинов разного возраста. Дреколья в руках этой толпы не было, только богато выглядящие зачарованные клинки, жезлы, посохи и техномагическое оружие. И их лица настолько полыхали неприкрытой ненавистью и злобой, что чародей поежился и порадовался высокому качеству своей брони. Если дело дойдет до драки — сразу его не убьют. А там можно попробовать сблизиться с противником и пустить в дело топоры-вампиры, что при наличии в зоне досягаемости живых врагов лечат хозяина чуть ли не быстрее, чем он успевает раны получать.

— Так это ты убил моего внука? — Предводителем сего воинства был довольно молодой на вид худосочный паренек, которого Олег мог бы счесть младше себя, если бы не аура очень сильного мага, выдающего обладателя то ли пятого, то ли шестого ранга. Для губернатора целой провинции маловато, а вот чтобы считаться одним из первых лиц города — хватит вполне. Да и группа поддержки из полусотни чародеев внушала, пусть даже большая часть их и находилась на степени ученика или подмастерья. Впрочем, чем их встретить у давно готового к отражению возможной атаки экипажа «Тигрицы» бы нашлось. Ведущий на судно трап располагался естественно с боковой стороны корабля, а потому в случае эскалации конфликта в толпу врагов ударили бы восемнадцать пушечных ядер и два снаряда из артиллерийских турелей. Хотя может быть при виде такого количества потенциальных целей кто-нибудь из артиллеристов и додумался самостоятельно заменить тип заряда, использовав крайне эффективную против пехоты картечь. В любом случае, огневой мощи было вполне достаточно, чтобы за один залп перемолоть в фарш не меньше половины прибывшей в воздушную гавань толпы.

— Не совсем так, хотя из моих слов и можно было сделать подобный вывод, — медленно ответил Олег, изучая возможного противника. В отличии от большей части своих спутников, он был облачен не отблескивающий алым металл, а в травы, цветы и листья. Состоящая из десятков если не сотен разных растений живая одежда, в которую кое-где вросли крупные изумруды, почти полностью скрывала собою друида, по всей видимости, сумевшего обрести вечную молодость. Ну, или просто виртуозно пользующегося магической косметикой. — Блондин, представившийся посланником губернатора, просто вошел, оскорбил меня и умер. Даже раньше, чем я успел до него хоть пальцем дотронуться. У тебя случайно нет врагов, способных провернуть нечто подобное?

— Думаешь, я поверю твоей лжи? — Злобно прищурил глаза друид, что впрочем выглядело не слишком грозно из-за его излишне молодой внешности.

— Хотел бы соврать — придумал бы нечто более правдоподобное. Скажем, про коварного убийцу-вампира, от которого твой внук случайно закрыл меня своей грудью. Прахом кровососов и их же доспехами у меня полтрюма забито, а если уж даже в городах США есть подполье нежити, то в ваших краях они вообще себя почти как дома должны чувствовать. — Олег прищурился, разглядывая друида, который пока оставался для него безымянным. Сейчас от умения логически рассуждать этого человека зависело очень многое…К сожалению чародей успел убедиться, что подавляющее большинство могущественных волшебников не очень дружат со сдержанностью и здравым смыслом. Власть над разрушительными энергиями, силами природы и простыми людьми опьяняла, а вдобавок занятия определенными видами волшебства серьезно било по мозгам. Стереотипы о вспыльчивых пиромантах или безразличных к чужим страданиям магах смерти родились отнюдь не на пустом месте. Любители живой природы обычно славились своим добродушием, которое однако же странным образом не мешало им приносить кровавые жертвы или убивать во имя своих интересов. В конце-концов, пожирание хищником добычи или гниение мертвых тел под кустами жадно поглощающих питательные элементы растений — тоже часть естественного круговорота событий. — А еще если бы я хотел сбежать, то давно бы это сделал. На то, чтобы улететь из города, моему кораблю хватило бы и жалких десяти минут.

— Что ж, возможно ты говоришь правду, — Олег успел уже мысленно порадоваться тому, что в голове этого чародея есть работающие мозги, как друид поспешил испортить о себе все впечатление. — В таком случае прикажи своим людям сложить оружие, дабы мои люди смогли осмотреть тут все и проверить истинность твоих слов, а сам ступай со мной. Уж поверь, я сделаю все, чтобы наказать убийц моего внука.

— Увы, но у меня в этом городе нет доверия ни к кому, кроме тех, кто сейчас находится на этом судне. — Покачал головой Олег, чем заставил своего собеседника буквально покраснеть от гнева. А его живая одежда зашуршала, показывая острые шипы, которые до поры до времени прятались под слоем листьев и цветов. — И не спеши сыпать угрозами. Я готов к разумному диалогу, но ты должен понимать, что если бросишь своих людей в атаку, то хоронить будут не только твоего внука. На кладбище придется копать, по меньшей мере сотню могил для представителей твоего рода…Клана…Слушай, а вы кто вообще такие то?

— Перед тобой, наглец, стоит мэр города, в котором ты находишься! — Вспылила какая-то светловолосая особа за спиной обманчиво юного друида, но осеклась, стоило лишь её старшему родственнику поднять руку. Внезапно дар оракула напомнил Олегу о своем существовании. Теперь чародей точно знал, что смерть любого из близких родственников младшего магистра магии природы активировала сеть тревожных амулетов. И силы обороны данного населенного пункта в течении пары минут после подобного события переходили в состояние полной боевой готовности, предусматривающее в том числе и сбивание летательных аппаратов, не опознающихся как безусловно свои. Пусть и после одного предупредительного выстрела.

— Кажется, ты не понимаешь своего положения, чужак. Я не прошу твоего содействия, а приказываю повиноваться мне! — Одновременно со словами аура мага природы пришла в движение, показывая, что блондин уже готовится ударить Олега каким-нибудь заклинанием. Вероятно, он полагал, что находящиеся за его спиной люди достаточно опытны, чтобы выдержать один пушечный залп, а быть может просто о них ни капли не заботился.

— Что ж, раз так, то докажи, что можешь от меня чего-то требовать. Пусть нас рассудит поединок! — Это был очень рискованный ход, но Олег отчаянно не хотел допустить крупномасштабного побоища и никак не мог придумать лучшего варианта. Хотя и прекрасно осознавал — стоящий перед ним волшебник намного опытнее и сильнее. И победа над ним в честном бою практически невозможна. Вот только оставшиеся от двух полноценных магистров артефакты, призванные условно безопасными, могли помочь компенсировать разницу меж ними. Главное успеть их собрать. А также не подохнуть в процессе схватки. И чтобы собеседник вообще на дуэль согласился. — Победа останется за тобой — я буду наблюдать за ходом расследования из твоей темницы, а мои люди сложат оружие и не будут сопротивляться обыскам и допросам. Ну а если проиграешь, то прекратишь заниматься ерундой и мы вместе станем искать наших общих недоброжелателей, которые и заварили всю эту кашу.

— Ты смеешь ставить мне условия, червь?! — Со стороны светловолосого друида было очень любезно сначала рассердиться и заорать, а лишь потом взмахом руки послать в Олега нечто напоминающее облако из искрящейся на солнце пыльцы. Чародей успел отдать приказ вшитым в его тело левитационным пластинам и взмыл в воздух, пропуская атаку под собой. К сожалению, группа поддержки мага природы посчитала действия своего начальника руководством к действию и обрушила на волшебника град разнообразных заклинаний. Огонь, молния и прочие энергетические атаки оказались поглощены древней кирасой, успешно впитавшей в себя вражеское волшебство и мгновенно приобретшей температуру раскаленной сковородки, но вот более материальные атаки вроде наколдованных булыжников или летящих со скоростью пуль кусочков дерева ударили в тело капитана «Тигрицы», отшвыривая его назад. А потом одна за другой стали стрелять по очень близко расположенным мишеням корабельные пушки. Ружья команды, конечно, тоже стреляли, однако на общем фоне их треск оказался едва заметен.

Прижавшийся к палубе Олег, в чьем теле теперь точно имелась как минимум десяток сломанных костей, едва-едва успел сместиться в сторону, прежде чем по месту где он находился ударило нечто среднее между кнутом из лоз и циркулярной пилой. Покрытые длинными и загнутыми шипами растительные канаты переплились между собой, но тем не менее двигались с удивительной синхронностью. Там, куда пришелся удар взмывшего в воздух друида, толстые доски палубы превратились в брызнувшие во все стороны облачка стружек и очень-очень маленькие щепочек. Кроме того маг природы послал в сторону Олега еще одно облако искрящейся пыльцы, и на сей раз куда большего размера. Чародей не очень понял, что это такое, но древняя кираса исправно впитала всю магию из созданного вражескими чарами порошка, и у подвергшегося атаке русского боевого мага всего лишь слегка засвербело в носу. Поток пламени, который должен был умерить пыл чересчур вспыльчивого блондина, к сожалению, никакого влияния на того не оказал, рассеявшись еще на подлете к цели. Та же судьба постигла и стрелы из черного пламени, маленький смерч из бешено вращающихся хрустальных лезвий и тонкий белый луч белого света, которые в него выпустили те, кому раздали артефакты погибших магистров. Мэр города ожидаемо обладал неплохой защитой и похоже она работала в пассивном режиме, поскольку очень юный на вид друид буквально разразился целым каскадом разнообразных боевых заклинаний. Хорошо хоть направил он их не на истребление команды «Тигрицы», а на Олега, который за счет сочетание устойчивости к вражескому волшебству и высокой маневренности остался в основном невредимым.

— А этот урод хорош, — как-то даже отстраненно констатировал русский боевой маг, разворачиваясь боком и буквально проскальзывая между двумя едва видимыми в воздухе лезвиями, остроту которых он очень не хотел проверять на своей шкуре. Выпущенный в него десяток деревянных колышков был сбит телекинезом и воткнувшись в палубу, немедленно пустили корни. Молния, ударившая сверху, долбанула по шлему, но к счастью этот артефакт пока мог защищать своего обладателя. На а нечто вроде призрачной пасти, сомкнувшейся на правой ступне чародея и отхватившее её по щиколотку, было сочтено приемлемыми потерями. Олег стремился сократить дистанцию и дотянуться до врага лезвиями зачарованных топоров, которые могли бы лишить противника его магической и жизненной энергии, вот только навязать врагу ближний бой не получалось. Раскалившаяся кираса, очевидно, находилась на грани поломки из-за количества впитанной силы, а без неё сыплющий заклятиями в пулеметном темпе младший магистр прикончил бы обидчика секунды за две, ну максимум три. И никакая повышенная живучесть вкупе с умением останавливать кровь силой мысли не поможет. — Лучше меня…

В окружении ярко мерцающей от многочисленных попаданий защитной сферы на борт «Тигрицы» обманчиво медленно взлетел отряд спутников друида. Многослойный магический щит прикрывал толпу воинственно настроенных вражеских магов спереди, сзади, сбоков, сверху и даже снизу…Но некоторые грани этого барьера, очевидно, были гораздо прочнее чем остальные. Доказательством этого стал тот факт, что когда участок палубы, куда они приземлились, внезапно вспух огромным взрывом, молотящие по воздуху всеми конечностями тела и их ошметки и разлетелись в разные стороны. Во вспышке пророческого озарения Олег понял — Шена придется премировать. И очень сильно. Пусть при схватке с вампирами весьма неожиданную для летучего корабля тактику минной засады использовать не получилось, поскольку чуть ли не первой жертвой кровососов стали размещающие в нужном месте бочки с порохом саперы, но назначенный боцманом китаец взял на себя инициативу и использовал столь смелый тактический ход. Причем вполне успешно. Держащиеся компактной группой под огнем ружей и пушек вражеские маги делали все возможное, чтобы защищающий их барьер выдержал свинцовый шквал, однако усилив оборону с наиболее опасных направлений, они ослабили ту часть барьера, которая как им казалось была в безопасности…И поплатились за это. Устоять на ногах или по крайней мере не выйти из боя сумело от силы с десяток человек. И на них тут же набросилась элитная группа рукопашников «Тигрицы», состоящая из Стефана, Мигеля, братьев-индейцев и шести автоматронов, оставшихся в рабочем состоянии после схватки с вампирами.

— Я убью тебя! Вырву твое сердце и засуну на его место хищного червя! — Взвыл вконец осатаневший друид, наконец-то делая небольшую паузу между своими атаками. Но не потому, что кричал угрозы. Просто очередной использованный против него артефакт наконец-то оказался эффективным, и мага природы окутало небольшое синеватое облачко, по всей видимости сбивающее блондину прицел или нарушающее стабильность созданных им чар. Во всяком случае, шипастые плети и деревянные дротики били куда придется, а какая-то наполненная нежно-зеленым светом сфера и вовсе улетела в небо, вихляя по пути из стороны в сторону. Олег отбросил в сторону посох, который хоть и мог быть использован в ближнем бою, но все-таки сильно проигрывал более специализированным инструментам для убийства и на всей доступной ему скорости метнулся к противнику.

По «Тигрице» начали стрелять находящиеся в небе летучие корабли и приведенные врагами пилотируемые големы. По всей видимости, раньше они боялись зацепить своих если не случайным попаданием, так снарядом чью траекторию нарушил защитный барьер, но теперь очевидно были сочтены приемлемыми. Пока магическая пелена выдерживала вражеский огонь, но долго так продолжаться явно не могло. Вот только судно, а вернее эльфийка которая сейчас находилась в рубке и отвечала за командование эрзац-крейсером, не собиралось безнаказанно позволять себя расстреливать. Кормовые и носовые турели повернулись вверх и одна за другой выпалили снарядами в один из грузовых кораблей, который был достаточно крупной мишенью, чтобы риск промахнуться находился на низком уровне. А еще скорее всего обладал худшими защитными барьерами чем яхта и, очевидно, не нес на себе никакой брони. Но одним лишь ответным обстрелом Лили явно ограничиваться не собиралась. С легким толчком брюхо летательного аппарата оторвалось от земли и тут же на корме «Тигрицы» вспыхнули факелы новых ускорителей, которые появились там меньше двух суток назад, и судно словно пришпоренная лошадь рвануло вперед. И немного вбок. Прямо на расстреливающих его пилотируемых големов. Гибриды боевых роботов и магических доспехов были грозными врагами, которые весили целые тонны, а в некоторых случаях и десятки тонн. Но летучий корабль был больше, тяжелее и прочнее. Намного больше, тяжелее и прочнее, а еще вся эта масса сейчас двигалась на бреющем полете со скоростью, которой от неё никто не ожидал. Наверняка враги успели увидеть и осознать угрозу. Вероятно, они намертво вцепились в рычаги управления и напрягли все свои силы, отдавая мысленные приказы своим машинам как можно скорее убраться с курса прущей на них махины. Возможно, некоторым из них и удалось это сделать, но таких счастливчиков насчитывалось не так уж и много. С оглушительным лязгом нос «Тигрицы» смялся, тараня первого пилотируемого голема, почти сразу второго, третьего…Четвертый как и пятый врезались в переднюю часть борта а шестой и седьмой отлетели в сторону после близкого знакомства с центром бывшего грузовоза, но вряд ли это серьезно повлияло на результат столкновения, в результате которого меньшие по размеру машины скорее всего надежно вышли из строя, получив примерно такие же повреждения, которыми обзаведется человек, если протаранить его автобусом.

Олег наконец-то смог сблизиться с магом природы на дистанцию удара и принялся молотить друида зачарованными топорами, одновременно при помощи телекинеза удерживая в воздухе револьвер, пули которого одна за другой били в голову блондина. И деформированными комочками свинца отскакивали от его бледной кожи, словно та по прочности превосходила гранитные скалы. А вот лезвия древнего оружия, которые маг природы высокомерно проигнорировал, пытаясь насадить предполагаемого убийц внука на выскочившие из его груди и живота длинные деревянные шипы, вполне успешно прочертили на лице мэра две тонкие полоски, принявшиеся сочиться кровью зеленого цвета. Хотя вообще-то такими ударами усиливший свои мышцы при помощи волшебства русский боевой маг мог бы рассечь пополам рыцаря своего родного мира. Возможно даже вместе с конем. К счастью выстрелившие из живой одежды иглы, из чьих кончиков сочилась крайне подозрительная мутноватая жидкость, тоже не имели особого успеха, обломавшись о доспехи Олега. Возможно, его нынешний соперник и мог успешно изображать из себя щетинящегося во все стороны ежа-мутанта, но мастерства чтобы поразить щель в броне ему не доставало. Зато у друида в избытке имелось грубой физической силы. Приняв еще один двойной удар топорами на правое предплечье, с которого вниз тут же посыпались опавшие лепестки, разрубленные веточки и прочий растительный мусор, он схватил соперника за руку а потом взмахнул им, точно тряпкой, вбивая в доски палубы. Вернее, пробивая им эти самые доски. А затем повторил процедуру раз пять или семь, пока не сделал несколько незапланированных входов в трюм и не разгромил все вокруг себя.

— Кха… — Ребра Олега, сокрушившего своим телом не меньше шести квадратных метров палубы, треснули в десятке мест сразу, а рот наполнился кровью, однако это было далеко не самое худшее. На третьем или четвертом ударе топоры были обвиты выросшими из рукавов мага природы лозами и вырваны из его рук. И чародей их не видел, а следовательно и телекинезом вернуть обратно не мог. А сейчас друид уже заносил над поверженным русским боевым магом странного вида кривой кинжал, по виду сделанный из покрытого мхом камня. И пророческий дар твердо обещал своему обладателю, что настоящие неприятности у него как раз начнутся после смерти от подобного оружия.

— Гдах! — Чего было не отнять у Стефана, так это умения передвигаться быстро, тихо и незаметно, несмотря на свои более чем внушительные габариты. Подкравшийся сзади к младшему магистру сибирский татарин тащил в каждой руке по сорванному с креплений противоабордажному ружью. Причем каждое из них было заряженном сразу десятком пуль, над которыми потомственный сибирский охотник основательно поколдовал в те минуты, когда вместе с остальным кораблем ожидал развития событий. Два синхронных и сделанных практически в упор выстрела накрыли блондина градом разрывных выстрелов, что обладали достаточной убойной мощью, чтобы крошить лобовую броню бронетехники. Но он выдержал, всего лишь покатившись кубарем и теряя по пути растительный мусор и капли своей явно нечеловеческой крови! Вот только прыгнувший следом толстяк, отбросивший ставшие бесполезными орудия, несколько раз взмахнул сделанным магистром двуручным топором с такой скоростью, что за его лезвием трудно было уследить человеческому глазу. А после поднял истекающий вязкой зеленой жидкостью обрубок мэра города, у которого больше не имелось ни одной конечности.

— Прикажи своим людям прекратить атаку! — Рявкнул он прямо в лицо младшему магистру магии природы ничуть не заботясь о том, понимает ли тот русский язык. И может ли дышать, когда его шею стискивает с ужасающей силой латная рукавица. Вероятно, даже без рук друид в живой одежде мог бы разделать кого-нибудь другого под орех, но сделанная гномами броня скорее всего выдержала бы один удар деревянных игл или какую-нибудь другую атаку. А второй раз блондин ударить бы скорее всего не успел, поскольку к его лбу было прижато лезвие зачарованной секиры, которое по воле сибирского татарина в любой момент могло двинуться дальше, разрезая череп и находящийся за ним мозг. — Или твоим наследникам уже сегодня придется собачиться, деля имущество!

Глава 7. О том, как герой понимает суть интриги, задумывается о захвате власти и резко меняет курс

— О, а вот это по наши души, — даже обрадовался Стефан, наблюдая за тем, как на краю воздушной гавани заходит на посадку костяной дракон. Это была не самая крупная нежить подобного типа, которую доводилось видеть Олегу, однако движущийся по воздуху скелет громадного ящера все равно внушал. В том числе и потому, что с его оскаленных навечно клыков нет-нет да и срывались небольшие завитки ярко-рыжего пламени. Способность этих разумных крылатых чудовищ извергать огонь по своей природе была магической и, похоже, тот некромант который вернул тварь к подобию жизни смог сохранить за ней главный калибр, способный с легкостью плавить металл и камень. — Как думаешь, драться будут?

— Надеюсь, что нет. — Ответил капитан «Тигрицы» переводя взгляд с огромной нежити на человека, что сидел на её спине. Облаченный в мало подходящий к столь чудовищному скакуну черный деловой костюм губернатор изволил наконец-то появиться в той части его города, где велись полноценные боевые действия с участием мэра, который ныне находился в плену. Вот только чародей ждал его значительно раньше, минимум четверть часа назад. Не то, чтобы он был не рад опозданию мага шестого ранга, который мог легко переломить ход сражения или вообще в одиночку захватить судно, однако столь длительная его задержка невольно заставляла напрячься. Нежели все это время хозяин данного региона стягивал свои силы в единый кулак, чтобы одним махом раздавить нарушителей спокойствия? Тогда где они? Вслед за костяным драконом магистра летели по небу два бронированных корабля, но их размеры совсем не внушали… — Тебе предыдущей драки не хватило?

— Ну, не то чтобы совсем не хватило, однако как-то меня местные воители не впечатлили. — Стефана, похоже, накрыло головокружение от успехов. — У нас всегда двое погибших, да и те матросы, которых случайно прошедшим через наш щит ядром зашибло. А с их стороны только вражеских магов на борту полудохлых осталось десяток, да столько же трупов, да плюс те кого взрывом слишком далеко унесло и големы еще, которых мы задавили…О! Еще ж на том летучем грузовозе, в который мы из всех четырех орудий выстрелили, пожар начался! Фиг его знает насколько хорошо там горело, но дым минуты три шел!

— Есть маленькая такая проблемка. На их стороне перевес больше чем три к одному, и если бы вражеские офицеры не разглядели вовремя своего шефа в твоих руках, нас бы тупо за счет числа раскатали, поскольку защитный барьер должен был отключиться буквально через считанные секунды. — Костяной дракон приземлился там, куда отошли уцелевшие пилотируемые големы и силы нападавших, а сидевший на нем магистр, очевидно, сейчас выслушивал их версию развития событий. И не надо было являться оракулом, чтобы догадаться, когда враг выставит виновником переполоха. Впрочем, Олега и его людей местные власти могли считать кем угодно: хоть преступниками, хоть террористами. Главное, чтобы дали оставшейся части команды взойти на борт и выпустили из города. Ну и денег подкинули на ремонт судна, которое изрядно пострадало из-за подрыва мины в районе трапа и неоднократного столкновения с пилотируемыми големами. Взамен чародей, так уж и быть, вернет им попавшего в плен младшего магистра и тех его подчиненных, кого во время схватки вывели из строя, но не убили на месте. — А если к местным силам правопорядка присоединятся охотники на нежить и прочие частные лица, которые к нашему счастью не спешили влезть в чужую заварушку, то соотношение сил станет уже двадцать-тридцать к одному. И тут нам ловить уже совсем нечего будет.

К удивлению чародея, губернатор выслушивал подчиненных находящегося в плену друида всего минуты три, прежде чем полетел дальше. Но уже без костяного дракона, а сугубо своими силами. А еще двигался он без свиты и довольно медленно, и это было явным сигналом к началу переговоров. Поэтому Олег и Стефан подошли поближе к тому, что осталось от младшего магистра, пусть даже сибирский татарин принять участие в беседе вряд ли бы сумел. За остальными пленниками, рассредоточенными по верхней палубе на примерно одинаковом расстоянии друг от друга, надзирало по парочке вооруженных ружьями матросов. Этого должно было хватить, поскольку, во-первых, вражеские маги находились далеко не в лучшей форме раз остались на поле боя а не отступили вместе со своими коллегами, а во-вторых, каждого из них помимо целительных чар еще и заклинанием сна приголубили.

— Вильгельм, ты идиот. И это даже не оскорбление, а констатация факта. Вот чего ты натворил? — Губернатор провинции, камнем упавший на палубу, начал свою речь с ругани в адрес друида. Сам он был несколько похож на Стефана, если бы того запихнули в сшитый по фигуре деловой костюм. Лысый, толстый, на высунувшуюся из рубки эльфийку с таким нескрываемым интересом покосился, что девушка тут же провалилась сквозь палубу. Даже не стала идти до ближайшей лестницы, сиганула в дыру, которую совсем недавно Олегом проделали. Ну, в чем-то её можно было понять, все-таки хозяин целой провинции при близком общении впечатлял, как может это сделать только некромант в ранге магистра, в качестве личного транспорта использующий полноценного костяного дракона. Разве только цвет кожи сибирского татарина практически всегда дышал здоровым румянцем, а вот широкое бледное лицо мага смерти изрядно смахивало на хмурую восковую маску. — С тобой ведь пытались по-хорошему поговорить. С тобой пытались, и не надо тут гневно сверкать глазами! Мне уже все известно, и теперь я не могу понять лишь одно. Стоит ли выкупать твою жизнь у этих молодых людей или пусть они тебя зарежут.

— Во-первых, они убили моего внука. — Даже плен и потеря конечностей не уняли гонора друида. Впрочем, на месте отрубленного уже успели вырасти и набухнуть крупные ярко-зеленые почки. Пройдет еще пара часов и организм мага-природы, который по всей видимости частично превратил себя в растение, полностью регенерирует. Возможно, процесс бы мог даже пойти быстрее, но пока пленник его тормозил, не желая лишний раз провоцировать хозяев «Тигрицы», которые держали у его горла кинжал, у затылка топор, к сердцу приставили меч, а в спину тыкали самой настоящей пушкой. Причем с зачарованным ядром внутри. Пережить все и сразу блондин просто не имел шансов, а самостоятельно вернуться из мертвых по доступной Олегу информации мог только магистр. Да и то отнюдь не всегда. В случае же, если чародея пятого ранга воскресил бы кто-то иной, он скорее всего оказался бы опутан таким количеством нерушимых магических клятв, что настоящая свобода стала бы для него недостижимой мечтой на долгие века. На фоне подобной неприятности временное попадание в плен должно было казаться лишь ничтожной мелочью. — Во-вторых, даже если это были не они, уж теперь-то на их руках лежит кровь моих родичей и слуг. В-третьих, вопросы выкупа не тебе решать! За беспорядки в воздушной гавани я заплачу, а переговоры лягут на плечи старейшин моего рода, и в них мне посторонние не нужны.

— Твоих старейшин сейчас даже я не заставлю на ноги подняться, слишком уж надежно их прикончили. — Мрачно буркнул губернатор провинции, и мэр крупнейшего города этой самой провинции, когда осознал его слова, то от удивления издал какой-то нечленораздельный хрюк, совсем не подобающий подобной персоне. — Ну, чего ты на меня так изумленно пялишься? Я же сказал, что ты идиот! Не заметить в собственном доме, что треть слуг и половина гарема еще неделю назад померли, пусть и сохраняют почти прежний внешний вид и ауру — это надо умудриться! Пока вы тут воевали с теми, кто вас якобы обидел, твой дворец взяли штурмом. Причем проделали это быстро, тихо и почти не понеся потерь, поскольку охранные чары отключили, а двери открыли. В том числе и те, которые вели к сокровищницам, библиотекам и убежищам, куда в случае тревоги эвакуируются те, кто не может сражаться.

— Нет…Не может быть… — Вероятно, будь друид еще нормальным человеком, у него бы остановилось сердце. Во всяком случае, даже сейчас блондину стало до такой степени плохо, что изменения отразились и на ауре, где на пару мгновений замерли все токи жизненных энергий. Но тело, в чьих венах текла зеленая кровь, было испортить не так то просто. — Ты лжешь!

— Да если бы, — устало буркнул губернатор и уселся в сделанное из костей кресло, которое само собой материализовалось под ним. Или, может быть это был какой-нибудь передвижной походный трон? Олег честно говоря слабо разбирался в классификации столь экзотической мебели. — Где ты думаешь меня столько времени носило после того, как здесь из пушек палить начали?

— Кто… — На друида было страшно смотреть. — Кто погиб?!

— Легче перечислить тех, кто выжил. И почти все они сейчас здесь, поскольку тяжелораненных и сдавшихся тут к счастью не добивали. — Олег всерьез забеспокоился, что сейчас лишится ценного пленника, поскольку тот либо сам помрет, либо об приставленный к его горлу кинжал себе горло перережет. — И кроме тебя в случившемся винить некого. Я осмотрел слуг, что явно помогали нападавшим…Возможно их тела и были в основном живыми еще совсем недавно, но некоторые участки мозга омертвели не меньше недели назад. Наложницы заметно свежее, но и им минимум сутки. Как ты не заметил, что твоих женщин превратили в мясные куклы с привязанной душой?!

— Целью всей этой кутерьмы были не мы, — осознал суть интриги Олег, чей дар оракула внезапно включился на полную катушку. Теперь чародей знал, что агрессивность и вспыльчивость захваченного друида обеспечена не только его скверным характером, но и действительно скверной неделькой. Началом послужило бегство химер с одного из принадлежащих ему грузовых кораблей, который кружит сейчас в воздухе. Потом было неудачное покушение на мага природы. Пожар в выращенных им садах, которые снабжали город свежими фруктами. Судебное разбирательство по какому-то давнему спору…Недоброжелатели мэра города делали все, чтобы раздергать его внимание и отвлечь от собственных слуг, которые один за другим становились целями злоумышленников. Пришедший на «Тигрицу» парень, который был послан в мальчики на побгушках к губернатору, чтобы набраться опыта, был обработан одним из последних. И его целью было отнюдь не испортить жизнь Олегу. Просто маг природы не смог бы проигнорировать гибель внука и обязательно покинул свое жилище, чтобы разобраться в этой ситуации. Поскольку персоны его ранга в одиночку не ходят, особенно на разборки со славящимися своим крутым нравом охотниками на нежить, с ним бы обязательно последовали телохранители и значительная часть элиты этого рода. А отсутствие сильнейших защитников значительно облегчило проведение штурм опустевшего дворца. Но на такое «счастье», как ведение полноценных боевых действий они всерьез и не рассчитывали. Впрочем, воспользоваться возможностью сполна и смыться с награбленным им это отнюдь не помешало.

— Не вы, — согласился губернатор, который постепенно стал успокаиваться. Во всяком случае, его лицо перестало напоминать недовольную восковую маску, избавившись от внешнего проявления каких-либо эмоций. Правда, нельзя сказать, будто от этого маг смерти стал более симпатичным, скорее уж наоборот. Раньше он куда больше походил на нормального человека, а теперь чувствовалась в нем некая чуждость…И интуиция подсказывала Олегу, что его пленник несмотря на свою зеленую кровь и вечную молодость находиться куда ближе к людям, чем сидящее в костяном кресле существо. — Сгодился бы любой чужак, обладающий достаточной силой, чтобы Вильгельма можно было столкнуть с ним лбами.

— Кто это был? — Блондина, похоже, теперь уже приставленный к его телу арсенал волновал крайне слабо. — Педро, ты же наверняка знаешь, кто это был! Даже здесь, на границе с вампирами, живые тела с мертвым мозгом не каждый год увидишь! Так скажи мне!!!

— Сделать мертвую марионетку, чье тело вполне себе живо — довольно сложно. Не слишком затратно с точки зрения расхода сил, но требуется просто филигранный контроль, хороший опыт в некромантии и огромный талант по части целительства, чтобы можно было создать сочетание столь разных частей. — Взгляд некроманта уперся в Олега, и тот почувствовал себя весьма неуютно. Поскольку, в общем-то, обладал всем вышеперечисленным, а значит мог стоять за совершением подобной диверсии. Теоретически. Если бы свихнулся и провел пару лет, оттачивая навыки по превращению людей в монстров, только под них маскирующихся. — А еще нужно время, за десять-двадцать минут такую операцию даже я не выполню. В вашем дворце же оказалось почти две сотни слуг и рабов, обработанных подобным образом где-то за неделю. Так скажи мне сам, кто из твоих врагов располагает достаточным количеством темных целителей, да еще и любит действовать скрытно.

— Блекстоуны? — В голосе друида плескалось изумление. — Да не может быть…Мы же их всех уничтожили!

— Одна летучая лодка, где предположительно были дети их главной семьи, если помнишь тогда все же ушла. Видимо они выжили, подросли и вернулись, чтобы отомстить. Впрочем, может я и ошибаюсь, а это был кто-то другой. Подумаем над этим после, если конечно тебя согласятся отпустить за не слишком большой выкуп, вместо того чтобы просто прирезать. — Некромант перевел свой взгляд на Олега. — Итак, каковы ваши условия?

— Надо подумать, — капитан «Тигрицы» уж точно не был намерен отпускать своего пленника просто так. После сегодняшнего дня из города в любом случае придется уходить, а список его врагов пополнится еще одним именем. Так почему бы по крайней мере не получить некоторую компенсацию? — А также посчитать ущерб, который понесло мое судно в результате этой атаки. Ну и конечно пленника мы вернем исключительно после того, как покинем вашу провинцию и отлетим от её границ достаточно далеко. Для совершения обмена с нами может идти только один корабль, причем он должен быть меньшего размера, чем моя «Тигрица». К сожалению, в результате нападения мы потеряли изрядную часть боеспособности и нуждаемся в ремонте, а потому я вынужден быть осторожным.

— Вполне разумно, ничего не имею против, — пожал плечами губернатор. — Но с отлетом вы можете и не спешить, я прослежу, чтобы Вильгельм больше не делал глупостей. Тщательно прослежу. В конце-концов, сдуру нападать на гостей, особенно когда они приводят сюда свои трофеи — вредно для бизнеса. Кроме того из-за потерь, которые понес сегодня мой город, неизбежен некий…Скажем, вакуум. И чем раньше он будет заполнен, тем лучше. На Вильгельма надежды мало, а вот ты мог бы…Да, мог бы…Тем более, мне определенно есть чему научить того, на чьей душе смерть оставила свой отпечаток.

— Что?! Педро, ты не можешь! Ты не имеешь права! — Снова задергался притихший было друид. — Этой мой город и я не позволю…

— Утихни, кретин! Ты просто управляешь городом и делаешь это исключительно потому, что я поставил тебя на это место. И чем дальше, тем больше мне кажется, что тогда была сделана серьезная ошибка, которую пора исправить. С тем, что прячущиеся за твоей спиной маги природы не желают лишний раз поколдовать над полями и садами, я еще могу мириться, пока до откровенного голода не доходит. Часть налогов, идущая мимо моего кармана тоже простительна, в конце-концов она умеренно велика, и я заранее догадывался об этом, когда ставил тебя на должность мэра. Твое хамство меня также не особо беспокоит, слова есть лишь пустое сотрясение воздуха, в отличии от поступков…. — Похоже, теперь блондин действительно испугался за свою жизнь. Олег невольно задумался о том, что же их связывало, раз уж один правил провинцией, а второй — её крупнейшим городом. Родственниками или коллегами по обучению они точно не являлись. Друзьями, очевидно, тоже. Деловые партнеры, которые вместе отжали территорию у предыдущих хозяев? — Но сегодня ты показал себя воистину всей красе. Мэром моей столицы не может быть тот, кто достаточно глуп, чтобы лишиться почти всего своего рода из-за горячности и беспечности. И уж тем более на таком месте не должно находиться слабака, который умудряется имея все козыри на руках проиграть тому, кто слабее, моложе и находится в меньшинстве!

— Но как же… — Заикнулся было друид.

— Молчать! Скажи спасибо, что я вообще тебе помогаю! — Сверкнул глазами некромант, и во рту мага природы сам собой материализовался костяной кляп. — Так как тебе мое предложение, юноша? Понятное дело, у тебя пока маловато опыта и сил, чтобы в одиночку справляться с обязанностями мэра, но мне так или иначе придется теперь несколько лет заниматься делами своей столицы, которую я похоже изрядно запустил. Совместить этот процесс с твоим обучением будет несложно.