– Спасибо, – кивнул Джек. Попрощавшись со всеми, он отправился с Хэлом в аэропорт. В дороге он спросил: – Ты что-нибудь знаешь о смерти матери Эйса?

– Я даже не подозревал, что она жива, – признался Хэл. – Мне известно лишь то, что Эйса арестовали в квартире его матери. Кто-то из соседей видел, как он вышиб ногой дверь, и вызвал полицию. Когда дежурная машина прибыла на место происшествия, женщина была мертва. Советую не впутываться в эту историю, Джек!

– Больше ты ничего не знаешь? – мрачно спросил Джек.

– Нет. – Хэл пожал плечами. – Мало ли что толкнуло его на это. У тебя есть какие-то версии?

– Никаких. Знаю только, что он не видел ее много лет. А ты, похоже, рад, что его обвиняют в убийстве.

– Да ладно тебе, старина! Вспомни-ка все эти его драки по пустякам. Я сам не раз был этому свидетелем в раздевалках на турнирах. Полицейские быстро до всего докопаются. Впрочем, довольно о нем. Лучше расскажи мне, как поживает Мелисса!

– Она беременна, Ник обожает ее, они счастливы, – раздраженно отрезал Джек, испытывая неприязнь к Хэлу.

– Эйс рассказывал тебе о Дэниелле Кортес? – после недолгого молчания спросил у Джека по дороге шурин.

– Что-то не припоминаю. А кто эта девчонка? Его новая подружка?

– Надеюсь, что нет – ей всего пятнадцать лет, – ответил Хэл. – Он просил меня устроить ее в школу тенниса.

– Вспомнил, – оживился Джек, – он рассказывал мне о своей новой подопечной. Девочка из бедной семьи, но подает большие надежды. Эйс хочет стать ее спонсором.

– С каких это пор он занялся благотворительностью?

– Послушай, давай оставим его в покое! – разозлился Фаррелл. – Спасибо, что подвез меня в аэропорт. Передай Лайзе: при первой же возможности позвоню. Пока!

Расставшись с Хэлом, Джек купил билет и позвонил домой Эйсу, надеясь, что его сообщение, записанное автоответчиком, прослушает кто-то из подружек Эйса. Но запись прослушал Джонни Дансер, он же вместе с рыжеволосой подружкой Эйса Гейл Адамс и встретил Джека в Лос-Анджелесе. Для этого у него имелись личные мотивы: ему не хотелось терять свой лакомый кусок – роль в сериале «Загородный клуб».

Джонни, узнавший Джека по фотографиям, которые не раз видел в газетах, сообщил ему, что полиция еще не предъявила задержанному никакого обвинения: многое зависит от результатов вскрытия трупа. Адвокат пытался вытащить Эйса из клетки, но безуспешно: в квартире его мамаши обнаружили героин.

– Вот это номер! – схватился за голову Джек.

– Да, с учетом того задержания в аэропорту за провоз наркотика эта находка придает расследованию особый оттенок. Весьма опасный…

– Мне нужно срочно позвонить в Англию, – задумчиво произнес Джек. – Тот случай был подстроен одной особой.

В этот ранний утренний час к телефону в Англии подошел Ник.

– Мелиссу будить я не стану, – заявил он, узнав, что Эйса в очередной раз упрятали за решетку. – Впрочем, она проснулась!

– Джек! – взяла у него трубку сестра. – Что случилось?

– Эйс снова арестован, на сей раз – из-за внезапной смерти Лоретты Делани. У тебя есть номер телефона Алекс Кейн? Она должна рассказать полиции обо всем, что натворила в прошлый раз. Иначе не миновать беды!

В нескольких словах Джек объяснил сестре суть той истории.

– Записывай! – Мелисса продиктовала ему номер Алекс и спросила: – Могу я чем-то еще помочь? Не вмешивайся, Ник…

Ник выхватил у нее трубку и с треском шмякнул ее на телефонный аппарат: он был взбешен.

Джек усмехнулся, представив семейную ссору, и быстро набрал на аппарате цифры, которые сообщила ему сестра. К телефону подошла Алекс. Джек обрушил на нее информацию.

– Мне плевать на игры, которые вы с Эйсом затеяли! – заявил он ей в конце своего гневного монолога. – Дело не шуточное. Первым же рейсом вылетай в Лос-Анджелес и расскажи местным полицейским все как на духу!

– Нет! Я не могу! Отец меня убьет! – закричала Алекс. – Эйс откупился от неприятностей в прошлый раз, выкрутится и сейчас!

– Не будь дурой! Его могут обвинить в преднамеренном убийстве! – взорвался Джек. – Знаешь, с наркоманами такое частенько случается. А в Калифорнии за подобное преступление полагается смертная казнь.

– Ладно, я согласна, – выдержав паузу, пролепетала Алекс.

– Вот это другое дело! Молодец! – Джек облегченно вздохнул. – Я тебя встречу!

С довольной улыбкой он обернулся к Джонни и Гейл, затаив дыхание слушавшим его телефонные переговоры.

– Она прилетит сюда? – спросил Джонни.

– Да! Ее показания подтвердят невиновность Эйса в провозе героина в коробке из-под часов, – сказал Джек. – И тогда у полиции станет меньше оснований подозревать его в убийстве Лоретты Делани.

Позднее Ларри Найт, адвокат Эйса, очень внимательно выслушал Джека, но выразил сомнение в том, что заявление Алекс принесет Эйсу пользу.

– Ведь на суде Делани во всеуслышание заявил, что без труда может раздобыть в родном городе наркотики! А где гарантия, что Алекс не лжет? Нет, у суда будут сомнения. Главное – в другом: полицейские разыскивают репортера по фамилии Фланаган, они полагают, что именно он был последним, кто видел Лоретту Делани живой. Поиски каких-либо ее записей не увенчались успехом, значит, их перехватил журналист. Есть подозрение, что он позвонил Эйсу, чтобы заманить в ловушку.

– А кто сообщил об Эйсе в участок? – спросил Джек.

– Двое неизвестных, с интервалом в десять минут. Сейчас пленку с записью этих сообщений изучают эксперты, – ответил Ларри. – Я полагаю, что первым позвонил в полицию Фланаган, увидев, как Эйс входил в квартиру, а вторым – кто-то из соседей, пожелав при этом сохранить анонимность.

– И долго Эйса продержат в тюрьме?

– До результатов вскрытия. Завтра его либо отпустят, либо оставят в камере до суда, предъявив ему обвинение. Я надеюсь, что в оставшиеся часы им удастся найти и допросить Фланагана, – сказал адвокат. – Тогда заявление Алекс Кейн будет воспринято по-другому.

Джек кивнул, но по его лицу было видно, что он утратил прежнюю уверенность в успехе. Судьба Эйса зависела от показаний репортера, который собирался напакостить ему, и от девчонки, ненавидящей его всеми фибрами души. Помочь ему может только Всевышний…

До последнего момента лелея надежду, что все рейсы в Соединенные Штаты внезапно отменят, Алекс смирилась с неизбежным, лишь когда зарезервировала билет. Она окончательно запуталась в чувствах к Эйсу. Сначала она возненавидела его за то, что он упорно пытался, как она возомнила, овладеть ею силой. Но едва лишь он заявил, притом с безразличным видом, что никогда и не собирался делать этого и вдобавок вышвырнул в окно ее одежду, она растерялась. Слава Богу, она так напилась, что не разозлилась и не постеснялась попросить горничную подобрать и принести ее вещи.

Алекс заказала такси и быстро собрала чемодан, рассчитывая выскользнуть из дому до того, как проснутся отец и Роза. О своем отъезде она намеревалась известить их запиской. Лишь в последний момент Алекс сообразила, что ее паспорт хранится в отцовском сейфе с тех пор, как она порывалась броситься в погоню за коварным Димитрием.

– Папуля! – Она постучалась в дверь спальни отца и, не дожидаясь ответа, вошла в нее. Рядом с папашей на огромной кровати лежала голая Роза. – Папуля! – громче повторила Алекс, нисколько не смутившись.

– А? Кто там? Ты заболела? – испуганно спросил Филип, натягивая на себя и Розу одеяло. – В чем дело?

– Я совершенно здорова, отец! Извини, что разбудила вас, но мне срочно понадобился мой паспорт. А он в твоем сейфе…

– Паспорт? – Филип сел на кровати и потер виски. Роза притворилась спящей. – Но зачем он тебе? – раздраженно поинтересовался он.

– Мне нужно слетать в Штаты! Прошу тебя, побыстрей отдай мне его, папуля! Я опаздываю на самолет. Поговорим, пока ты будешь отпирать сейф.

– Ну, хорошо, – вздохнул Филип и потянулся за халатом.

Алекс вышла из спальни и ожидала его в холле. Спустя двадцать минут, когда она уже мчалась в Хитроу на такси, Филип поднялся по лестнице наверх и поделился с Розой новостями, услышанными от дочери.

– Эйса Делани арестовали в связи со смертью его матери. Похоже, она умерла от передозировки наркотика.

– Но ведь совсем недавно Эйса осудили за контрабанду героина! – задумчиво заметила Роза.

– И Алекс, как выяснилось, причастна к этому, – тяжело вздохнул Филип. – Она призналась мне, что подложила пакетик с героином в его багаж, после чего позвонила в таможню Лос-Анджелеса. Мотивов этого поступка она не объяснила, похоже, их у нее вообще нет, – сокрушенно добавил он.

– Эйс обладает уникальной способностью пробуждать в людях низменные чувства, – сказала Роза.

– Но когда она успела впутаться в аферы с героином? И как я мог этого не заметить? Она поклялась, что сама не употребляет наркотиков. Так откуда же она их взяла? – Он опустился на кровать и подпер голову руками. Роза встала возле него на коленях, положив руки ему на плечи, и он уткнулся лбом в ее пышную грудь. Это его слегка успокоило. – Где я допустил ошибку в воспитании дочери?

Роза мудро промолчала. Он погладил ей руки, взглянул в глаза, в которых читалось сочувствие и недоумение, и продолжил:

– Конечно, я избаловал ее. Но мог ли я поступить иначе? Элизабет умерла, когда девочке исполнилось десять лет. Затем уволилась и любимая няня Алекс, и она сильно тосковала по Магде.

– Как могла она бросить ребенка, только что потерявшего мать? – воскликнула Роза, возмущенная такой бессердечностью.

– Вряд ли можно винить ее в этом, – возразил Филип. – Магда была славной девушкой. Уйти от нас ее вынудили обстоятельства. Я не хотел вспоминать ту историю, но, пожалуй, тебе следует ее знать… Дело в том, что после смерти Элизабет одна из газетенок опубликовала заметку, в которой упоминалось о колоссальном наследстве, полученном Алекс. Помнится, ее обозвали «бедной маленькой миллионершей», поставив на одну доску с наследницей состояния Онассиса. Мне нужно было бы задуматься и предотвратить несчастье, но мысль о похищении даже не приходила мне в голову!

– О чем ты говоришь? Алекс в детстве похитили вымогатели? – ахнула Роза, потрясенная до глубины души.

– Увы! – развел руками Филип и замолчал, переводя дух. На лбу у него выступили капли холодного пота: даже теперь, спустя столько лет, его бросило в нервную дрожь. – На них напали, когда Магда провожала Алекс в школу: затолкали в микроавтобус и куда-то увезли. Но случайно свидетелем похищения стал полицейский, возвращавшийся домой со службы. Он поднял тревогу, полиция приняла энергичные меры к розыску и на другой день обнаружила обеих. Магда сказала, что хочет вернуться в Германию, к родителям. Я рассчитал ее, разумеется. Иначе поступить я не мог! – Он беспомощно передернул плечами.

– Я все понимаю… Бедняжка, сколько горя она хлебнула! И Алекс тоже. Она, должно быть, страшно перепугалась! – воскликнула Роза.

– Да, но об этом она не любит вспоминать, – мрачно добавил Филип. – Порой я задумываюсь, забыла ли Алекс пережитое потрясение. Ведь до сих пор она избегала путешествовать по другим странам. Может быть, со временем девочка окончательно придет в себя. Но пока ей лучше жить с нами, хотя бы до замужества. Ты не возражаешь?

– Нет конечно! – заверила его Роза скрепя сердце. Она не была уверена, что поладит со строптивой Алекс, хотя та и вела себя в последнее время довольно-таки дружелюбно, во всяком случае, не позволяла себе никаких колкостей и двусмысленных шуточек в адрес мачехи. – Теперь я понимаю, почему она так держится за свой дом: здесь она чувствует себя в безопасности, – добавила она, умолчав о выходке Эйса, едва не утопившего ее в ванной. Может, в отместку за это Алекс и подсунула ему героин? Она ведь должна была как-то продемонстрировать, что не потерпит подобного обращения в своем доме, который привыкла считать крепостью! – Слушай, а ведь у нее могут возникнуть неприятности в связи с ее показаниями в американской полиции.

– Вряд ли, преступление совершено в Англии, а не в Штатах. На всякий случай я порекомендовал ей взять с собой в участок адвоката, – сказал Филип. – Ты считаешь, что Эйс Делани способен на убийство?

Роза пожала плечами.

ГЛАВА 8

Способен ли Эйс Делани совершить убийство? Этот вопрос прозвучал тысячу раз с тех пор, как мир узнал о его аресте. Многочисленные поклонники знаменитого теннисиста – в основном женского пола – отвечали: нет! Другие, лучше знавшие его взрывной характер, полагали, что этого нельзя исключить. А судьи, имевшие несчастье быть арбитрами на матчах с его участием, вообще удивлялись, что обвинение в серьезном преступлении не было предъявлено ему раньше. Адвокат подозреваемого Ларри Найт отвергал подобные домыслы, однако в душе ликовал, читая все новые и новые заголовки в газетах: чем больше шума в прессе, тем больше вероятность судебного процесса. Именно так он и сказал Эйсу, встретившись с ним в тюрьме на другое утро.

– Быстрее вытащи меня отсюда! – рявкнул на него клиент.

Ночь, проведенная в камере, не доставила ему удовольствия. Стены изолятора, казалось, насквозь пропитались яростью и отчаянием. Соседа в его клетке, к счастью, пока не было, но заснуть ему все равно не удалось. Осунувшийся и побледневший, он курил сигарету за сигаретой.

– Все решится уже сегодня: тебя либо выпустят, либо предъявят обвинение. По-моему, шумный процесс над знаменитой особой совершенно не прельщает окружного прокурора. Мне думается, что они освободят тебя.

– Ты что, гадалка? – разозлился Эйс. – Я плачу тебе деньги не за предположения, а за конкретные действия!

– Разумеется, – заерзал на стуле Ларри. – Кстати, прилетел Джек Фаррелл.

– Неужели? – повеселел Эйс. – Быстро, однако!

– Он узнал о случившемся в Сан-Франциско. Хочешь повидаться с ним?

– Не хватало мне только принимать здесь посетителей! – фыркнул Эйс. – И заруби у себя на носу, Ларри, – я не убивал ее!

– Разумеется. Однако отпечатки твоих пальцев обнаружены по всей комнате. К тому же тот известный полиции случай наличия у тебя героина… – Он пожал плечами.

Эйс расхохотался: снова героин и отпечатки пальцев! Алекс Кейн порадовалась бы такому забавному сочетанию.

– Лоретта была наркоманкой с большим стажем, полиции не составит труда разыскать типа, снабжавшего ее отравой, Но я героина ей не давал!

Между тем и следствие пришло к такому же выводу! Результаты судебно-медицинской экспертизы были ошеломительны: в крови Лоретты Делани обнаружили такое количество наркотика и алкоголя, что оставалось лишь удивляться, как погибшая умудрилась протянуть столь долго. Частный детектив, к услугам которого Эйс прибегал незадолго до Рождества, подтвердил, что найти Лоретту ему так и не удалось. А сотрудники телевизионной студии, работавшие с Эйсом, заявили, что он был занят на съемках вплоть до звонка Фланагана. Но сам репортер исчез, он даже не пришел домой ночевать.

– Придется выпустить этого подонка, – с негодованием воскликнул капитан полиции. Адвокат как в воду глядел – шум в печати вокруг ареста знаменитости вынудил окружного прокурора строже соблюдать требования закона.

В полдень в участок явился Томас Фланаган собственной персоной, в сопровождении личного адвоката. Он признал, что Лоретта скончалась незадолго до того, как он позвонил по телефону ее сыну, но твердо стоял на том, что смерть наступила в результате несчастного случая. Да, говорил журналист, он покупал для нее водку, но не героин. Ему волей-неволей приходилось выполнять ее прихоти, в противном случае она не стала бы разговаривать с ним о жизни юного Эйса.

– У нее имелся постоянный поставщик наркотика, кто-то из ее соседей, – гнул свою линию репортер. – Я пытался увезти ее куда-нибудь подальше из Лос-Анджелеса на время нашей совместной работы над книгой, опасаясь ярости Эйса Делани, но она наотрез отказалась покидать город: боялась, что не достанет необходимое ей зелье в другом месте. Ведь я сразу же предупредил ее, что не стану помогать ей в этом!

Что ж, решили в полиции, будем считать, что столкнулись с очередной гибелью старой проститутки из-за злоупотребления наркотиками и выпивкой. Таких случаев полно в любом участке, морги забиты подобными жертвами пагубной привычки. Пусть Делани убирается вон, и Фланаган тоже, как только подпишет свои показания.

Первым из изолятора вышел Эйс, прикрыв лицо газетой от объективов репортеров и не обращая внимания на их вопросы. Освобождение принесло ему некоторое облегчение, однако успокаиваться было рано: Фланаган не собирался отказываться от своей затеи.

– Можно остановить выпуск его книги? – спросил он у Ларри.

– Попытаемся, но, похоже, он уже подписал с издательством договор.

– Я в этом не уверен, – покачал головой Эйс. – Они не стали бы покупать кота в мешке. А Лоретта ведь не все ему рассказала, тянула время. Устрой мне с ним встречу!

– А если он не испытывает особого желания с тобой разговаривать? – прищурился Ларри.

– Попробуй надавить на него, подкупить, в конце концов! Ведь он пытался подставить меня под обвинение в убийстве собственной матери. Сердце подсказывает мне, что он давал ей деньги на наркотики, а может, и сам снабжал ее героином. Пригрози, что втянешь его в долгосрочную тяжбу, но намекни, что мы можем уладить этот вопрос к общему удовольствию. Используй принцип кнута и пряника, старик! Пусть он только согласится встретиться со мной, мне это очень важно.

– Ладно, – согласился Ларри, – подожду, пока его выпустят, и попробую поговорить.

– Вот и хорошо! Между прочим, не знаешь, что стало с моей машиной?

– Она припаркована возле твоего дома, ее пригнал Джонни Дансер.

– Чудесно! Тогда сейчас же еду домой, хочется поскорее залезть под душ, выпить, переодеться. Пока, Ларри! – И он стал ловить такси, с наслаждением вдыхая воздух свободы.

Очутившись в своем уютном жилище, которое в его отсутствие охраняли Мария и Рауль, супруги, поддерживающие в доме порядок и чистоту, Эйс с удовольствием вымылся, облачился в черные джинсы и белую шелковую сорочку и вышел на террасу полюбоваться океаном, время от времени делая добрый глоток бурбона. Мария предложила ему перекусить, но он отказался от еды, испытывая нужду лишь в одном – расслабиться. Однако напряжение не спадало. Нервничаю, словно девственница в первую брачную ночь, подумал Эйс. Если, конечно, на свете еще встречаются такие создания…

Немного погодя Делани осмотрел автомобиль. «Порше» был в полном порядке, из салона ничего не украли: и стереопроигрыватель, и телефон оказались на месте. Вероятно, воришек отпугнули полицейские, съехавшиеся на место преступления…

Ему подумалось, что следует поблагодарить Гейл и Джонни за оказанную любезность, но он тотчас же горько усмехнулся: судя по их напряженному поведению, они не слишком скучали в его отсутствие. Эйс терпеть не мог людей, способных переспать с любовницей друга.

– Эйс, дружище! – услышал он за спиной голос Джека и обернулся. Однако улыбка сползла с его физиономии: рядом с Джеком стояла Алекс Кейн.

– Ей-то какого дьявола здесь нужно?

Это стало для Алекс последней каплей, переполнившей ее терпение. Нервы и так были измотаны выяснением отношений с отцом и мыслями о предстоящем допросе в полиции. Эйс находился под арестом, когда Джек встретил ее в аэропорту, откуда они направились прямиком в участок. Но, к счастью, их заметил у входа Ларри Найт. Он заверил Алекс, дрожащую от страха, что каяться ни в чем не нужно… Она разрыдалась.