Залесье. Право на выбор

Столько вопросов, и совершенно не понятно, какое решение лучше принять. Судя по всему, ни одно не является полностью верным. Фея вздохнула, думая о том, что она, должно быть, изрядно нагрешила в прошлой жизни, раз служение ей досталось такое непростое…

ГЛАВА 5. Те же и Сай

Полина смотрела на какую-то птичку, сидевшую на ветке так близко, что почти можно было коснуться рукой. Смотрела широко раскрытыми сияющими глазами и, наверное, не подозревала, насколько прекрасна сейчас.

Верен не понимал, что такого чудесного она видит в этой мелкой и невзрачной пичужке, с его точки зрения обладавшей единственным достоинством: это точно не оборотень, а значит — не доносчик на службе у Леяны, но раз Полине нравится, значит, что-то в этом создании есть.

Для него же удивительным чудом была она сама — ее чистая душа, ее ясный взгляд, локон, выбившийся из хвоста волос и упавший на розовеющую щеку, нежный изгиб шеи… Тонкие пальчики лежат на подлокотнике скамьи — такие хрупкие, как и вся она — воплощенная хрупкость и сила одновременно. Внутренняя сила, присущая тем, кто умеет любить и сострадать.

Мучительно хотелось прикоснуться… Хотя, нет, лучше не касаться, иначе пытка станет почти непереносимой. Если прикоснешься, хочется большего и… большего… и — еще большего. Того, что они пережили позапрошлой ночью, того, что снилось ему ночью прошлой, не давая покоя, заставляя то и дело просыпаться с бешено колотящимся сердцем.

Рисковать, снова проводя ночь вместе, было немыслимо. И без нее — невыносимо. Но не о том сейчас нужно думать. Защитить, защитить ее любой ценой, но как вырвать Полину из этого капкана, в который он сам ее привел? Конечно, не подозревая, насколько тут все страшно…

Предполагал, что у Леяны есть свои интересы, разумеется. Думал, что княгиня может помочь отправить Полину домой, хотя уже тогда Верену было бы ужасно тяжело с ней расстаться, но дома она была бы в безопасности. Наверное.

Наверняка ведь неизвестно ничего. Только шаманки могут смотреть на пути судьбы — не только на пройденные, но и на те, что лишь предстоят. Но даже они видят лишь вероятности, и не все, и не ясно. А всем остальным остается и вовсе полная неизвестность. Ничего нельзя утверждать. Можно уцелеть там, где смерть собирает обильную жатву, а можно погибнуть там, где все тихо, мирно и спокойно.

Вот и здесь: разве мог он знать, насколько отравлена Мраком Леяна? В Теновии ходили слухи про Отступника, но наверняка не знали ничего. Можно было надеяться, что слухи и вовсе беспочвенны. А уж то, что Отступник фактически правит Светанией, как теперь предполагал Верен, и вовсе никому в Теновии не могло прийти в голову.

Нужно бежать… Немедленно. Неужели все же придется прорываться поверху… Здесь погоня за ними отправится немедленно, а все близлежащие земли густо заселены светлыми оборотнями, до дрожи боящимися своей княгини. Сбежать-то, скорее всего, удастся, да только далеко ли они уйдут?

Внизу же был шанс выбраться где-то в малонаселенном месте, шанс, что их след потеряют. И не зря же Тайра говорила об этом. Значит, там вероятность успеха выше. Но как преодолеть убийственную завесу… Положиться на защиту браслета? Нет, его силы может не хватить на третий заход.

Губы Райяны, сидевшей напротив, неожиданно слегка изогнулись — недовольно и презрительно. Неужели снова этот Сай? Ну конечно… его же не было рядом целый час, наверное, а то и все два.

Верен зло прищурился, но тут же справился с собой, вернув лицу прежнюю невозмутимость. Да, теперь он верил, что Полина сделала свой выбор и этот выбор не в пользу енота, но не мог не признать, что присутствие Сая действует ему на нервы не только потому, что тот на службе у Леяны, но и… Ревность — это яд. Раз попав в сердце, он остается там надолго, его нужно изжить, а это не так-то просто.

Верен медленно повернулся навстречу спешащему к ним Саю, и глаза ворона невольно расширились. Куда подевалась его обычная улыбочка, казавшаяся Верену мерзкой и лживой, хотя Райяна с издевательской усмешкой заявляла: улыбка у енота обаятельна настолько, что чувствительные девушки от такой могут в миг забыть обо всем на свете и упасть в обморок или в постель, причем не в свою. И Верен подозревал, что она, как обычно, говорит чистую правду.

Однако сейчас Сай был совершенно не похож на беззаботного покорителя девичьих сердец. Бледный, с несчастными глазами и даже, кажется, дрожащими губами, он явно старался взять себя в руки, но пока не слишком преуспел. Приблизившись, Сай выдохнул, будто собирался нырять или выпить нечто, намного более крепкое, чем ягодная настойка, затравленно осмотрелся и сжал что-то в руке.

— Нам… надо поговорить, — выдавил он и замолчал, раскрывая рот и снова закрывая, словно у него что-то застряло в горле.

— Что случилось, Сай? — участливо спросила Полина.

— Вам нужно бежать отсюда, — выдохнул он.

Преграда была прорвана и дальше енот так зачастил, что Райяна даже привстала от напряжения — как бы не пропустить ни слова.

— У меня морок-камень, заряд небольшой, но пока хватит, нас сейчас никто не услышит, — слова сыпались как горох из дырявого мешка. — Княгиня делает все, что говорит Отступник, а Отступник решил схватить вас сегодня, тогда уже поздно будет, он хочет, чтобы тея Полина родила ребенка, хотел от меня, но понял, что ничего не выйдет, теперь будет что-то еще пробовать, вам это точно не понравится. Надо бежать, — притормозил он наконец на самом главном, но тут же понесся дальше:

— У меня есть амулет, он отключит защиту в святилище, мы сможем пройти вниз, а там есть надежда выбраться, там много ходов наверх, почти все закрыты, но я знаю один, который точно открыт.

— Стоп, — поднял руку Верен. — Ты собрался бежать с нами?

— Да, — Сай посмотрел на него жалобно, почти умоляюще. — Мне больше незачем оставаться здесь. Мне не поздоровится, если я здесь останусь.

— Почему? — резко спросила Райяна. — Почему — незачем?

— Моих родителей и брата больше нет… Я старался ради них, — прошептал Сай.

Взгляд его погас, не было больше озорного блеска, переливов света и тени, самой жизни, казалось, больше не было в темных глазах, ставших вдруг пустыми и тусклыми.

— Я знал, что так будет… всегда знал. И все же надеялся. Она ненавидит нас.

— Кого это — вас? — спросила Райяна.

— Сейчас на это нет времени, — остановил ее Верен. — Покажи амулет, — он требовательно протянул руку.

Сай после секундной заминки покорно положил ему на ладонь черный овальный камень, оправленный в серебро.

— Его хватит, чтобы нейтрализовать защиту на несколько минут — полностью. Потом он нуждается в обновлении силы.

— Ты не врешь, — задумчиво пробормотал Верен, сжимая камень в руке. — Откуда у тебя все это? И откуда ты знаешь о планах княгини? Вряд ли она тебя посвящала…

— От Лумы. Она многое знает. И амулеты дала мне она. Вы должны взять меня с собой, — вскинулся Сай.

Верен скривился, но ничего не сказал, переглянулся с Райяной, взгляды их были одинаково угрюмы.

— Мы должны взять его с собой, — Полина мягко коснулась руки Верена. — Ведь он предупредил нас, и амулет принес.

Она не стала говорить о том, что он лишился семьи, но Верен и так понял, что это тоже важно для нее, она уже жалеет этого… соблазнителя. А вот он не пожалел бы ее — наградил бы ребенком, отлично зная, что его отберет Отступник.

Верен стиснул зубы и только молча кивнул. Да, взять его с собой придется. И если быть честным с самим собой — еноту он не завидовал, такого не пожелаешь и врагу. Он сам, наверное, пошел бы на все ради близких. Хорошо, что пока не пришлось проверять, способен ли он на подобную подлость ради Полины, к примеру.

— Когда? — спросил он коротко.

— Прямо сейчас, — выдохнул Сай. — Сделаем вид, что вам захотелось снова побывать в святилище, помолиться… А я провожаю. — Сила морок-камня скоро иссякнет, — прибавил он.

— У меня в комнате меч, — досадливо взмахнула рукой Райяна. — И вещи.

— Обойдемся, — отрезал Верен.

— Без вещей — да, но меч…

— Нельзя медлить, — Ворон схватил ее за плечо и слегка тряхнул. — Нельзя. У нас появился шанс, который был так нужен.

— Нет, я не могу оставить оружие, — Райяна упрямо помотала головой. — Я быстро сбегаю. Там арбалет.

Она злилась еще и от обиды, что у Верена оружие с собой, он умудрялся практически незаметно носить его под плащом, а ей с первого же дня пребывания в замке дали понять, что темный оборотень, разгуливающий по их мирному замку и саду с оружием — это уже явный перебор. Она и так хищник. Пришлось смириться и оставить при себе только пару коротких кинжалов и метательные стрелки.

— Я быстро, я догоню вас. Тут и крюк-то совсем небольшой. Но если что — уходите без меня, — бросила волчица и метнулась к их комнатам, припоминая, как много там у них полезного. И деньги, в конце концов — тоже очень нужная вещь, раз придется скрываться от оборотней.

Полина попыталась ухватить Райяну за руку, но, конечно, не успела, да это и не могло помешать.

— Оставь, — быстро проговорил Верен. — Раз она решила, ее проще убить, чем остановить. Идем.

— Надо дождаться ее, — Полина переводила взгляд с быстро удаляющейся спины Райяны на Верена и бледного чуть ли не до синевы Сая.

— Нельзя ждать, — прошелестел енот. — Отступник в любой момент может что-то заметить. Тогда нам всем конец.

Верен подхватил Полину под руку, увлекая ее за собой. Сай семенил рядом, бросая по сторонам испуганные взгляды.

— Если ты не возьмешь себя в руки немедленно, — процедил ворон, — нам придется тебя оставить. Амулет у меня. А ты можешь и дальше трястись здесь без помех. Лучше всего выбрать для этого какой-нибудь темный уголок.

Сай бросил на Верена обиженный взгляд, но все же подобрался и больше не выглядел хотя бы настолько пришибленным.

— Я только что узнал о смерти близких, между прочим, — прошипел енот.

— Сожалею, — холодно проговорил Верен. — И повторяю: тебе нужно выбрать — предаваться скорби или действовать и попытаться спастись.

Сай сжал губы.

— Улыбайся, — прошипел Верен. — Улыбайся, подлая тварь… — последние два слова он проговорил едва слышно. — Как улыбался, когда рассчитывал успешно погубить ни в чем не повинную женщину и ее дитя.

Сай вздрогнул всем телом, будто его хлестнули плетью, но через секунду все же растянул губы в улыбке.

ГЛАВА 6. Райяна. Цена ошибки

Райяна догадывалась, что совершает ошибку. Еще не поздно было повернуть назад, но ее злосчастный характер не позволял ей этого сделать. Да, было ужасно жаль бросать меч, арбалет, сменную одежду и деньги. Но стоили ли они риска? На самом деле в подобных делах все решает их исход. Если все получится, она сама и другие признают, что это было правильно. А если нет…

Должно быть, ей не доставало того неповторимого чувства, когда рядом — вожак. И его решение, если оно окончательно, следует принять, нравится оно тебе или нет. Верен… пожалуй, он годился на роль вожака по своим качествам — уму, быстроте реакции, выдержке, силе, знаниям и умениям. Но… Верен сам был одиночкой. Тем, кто защищает лишь тех, кто ему особенно дорог и близок.

Такие, как он, не умеют и не любят ни подчиняться, ни подчинять. Полина была для него его стаей, но не Райяна. Поэтому волчица не могла смириться и принять его решение без дальнейших рассуждений. Волк либо подчиняется вожаку, либо решает все сам. Она решила, но сомнения в собственной правоте усиливались с каждым шагом. Повернуть назад? Нет… Уже совсем близко комнаты.

Райяна тенью скользнула внутрь, с молниеносной быстротой собрала самое необходимое, накинула плащ, выглянула в коридор — никого. Стараясь выбирать самые малоиспользуемые коридоры, лестницы и галереи, устремилась к святилищу. Еще чуть-чуть… Все должно получиться. Пока что никто не обратил на нее внимания. Она бы почувствовала. Наверное.

Вот уже и святилище совсем рядом. И тут накатило это чувство — недоброго, ледяного пристального взгляда, окатившего ее со спины, будто из ведра холодной водой облили. Райяна на миг замерла. Очень хотелось обернуться, но она этого не сделала, пошла дальше. Спокойно… только спокойно. Она не торопится, просто быстро идет, она всегда быстро ходит, терпеть не может "прогулочный шаг", так что ее скорость не должна вызвать подозрений.

Волчица вошла в святилище, где сейчас почти никого не было. Только у статуи Тены застыла на коленях немолодая женщина. Значит, и светлые обращаются к ней, когда допечет…

Райяна подошла к круглому отверстию в полу, покосилась на женщину, но та не обращала на нее никакого внимания. Вот и амулет — черный камень лежит в гнезде, расположенном на золотистой окружности. Зеленой мути не видно. Значит, Верен, Полина и Сай уже благополучно прошли здесь, и она, Райяна, тоже успела.

Волчица начала спускаться, остановилась, взглянула на амулет. Может, надо его забрать с собой? А то он может вызвать подозрения и обратить внимание на их побег раньше, чем их отсутствие будет замечено. Она протянула было руку, чтобы забрать амулет, но тут пожилая женщина с неожиданной прытью поднялась с колен и кинулась к ней.

— Оставь его. Уходи, быстро. Тебя заметили… Отступник только что сказал об этом княгине, а она приказала вас догнать.

Райяна в ужасе уставилась на нее.

— Откуда ты знаешь… — прошептала волчица, узнавая в женщине няню княгини — Луму.

— Знаю. Беги. Постой. Вот… — Лума протянула ей браслет, какого Райяна никогда прежде не видела — совершенно красный, красный, как свежая кровь. — Это на крайний случай. Он может остановить преследователей и удержать их. Но не слишком долго. Пока будет пить твою силу.

— То есть…

— Он должен быть на ком-то. И будет удерживать всех, кто окажется рядом, пока хватит твоих сил… Беги.

Райяна схватила страшную вещь и бросилась вниз по лестнице, проклиная свое упрямство. Конечно, это она виновата, это ее кто-то заметил и заподозрил неладное. Возможно даже, это был сам Отступник. Почему не остановил ее? Не хотел терять время, наверное. Ведь ему нужна не она. Ему нужна Полина.

Нагнать остальных Райяне удалось без труда — не далеко они ушли, стояли у дальней стены святилища, превращенного в Мрак знает что, решали, какой туннель выбрать для бегства.

Волчица быстрым взглядом окинула систему зарядки кристаллов — так вот куда сила утекает. Ужаснулась темному огню, пылающему в чаше, где место священному пламени, отметила, что Верен пока еще окончательного решения не принял, а потому и продолжает слушать сбивчивый рассказ Сая о том, к какому именно выходу он знает дорогу, и где тот выход находится, но слушает вполуха и вряд ли собирается воспользоваться этой дорогой.

— Тайра говорила о другом, — уронил Верен, осматриваясь.

Сейчас он как никогда был похож на хищную птицу и даже опасно прищуренные глаза и раздувающиеся крылья носа только усиливали сходство, хотя у птиц нет носов и глаз они обычно не щурят.

Райяна поняла, что он использует те загадочные способности, которые не без оснований приписывают воронам. Преувеличивают — да, но все же эти слухи возникли не на пустом месте.

Полина стояла притихшая и тоже будто прислушивалась к чему-то и снаружи, и внутри себя, но это выглядело совершенно иначе — натуральный суслик. Испуганный, неуверенный, но… если его прижать или если опасность будет угрожать тем, кто ему дорог, — он может броситься и на опасного зверя, которого ему не победить, конечно, но ошеломить — вполне. Фея тревожно мерцала у нее на плече.

— Погоня уже в пути, — мрачно объявила Райяна, подбегая к ним. — Да, я виновата, — предупредила она обвинения Верена, который, впрочем, не собирался устраивать разборки прямо сейчас.

— Откуда знаешь? — спросил отрывисто.

— Лума сказала.

Сай снова попытался увлечь беглецов в облюбованный им туннель.

— Туда мы не пойдем, — вынес вердикт Верен. — Мне там не нравится… — он пронзил Сая острым взглядом, но тут же отвернулся: нет, енот не пытается заманить их в ловушку, он сам до смерти напуган и мечтает оказаться как можно дальше от Леяны, Отступника и всех, кто им служит.

— Тайра сказала, что я найду путь… — Полина уткнулась побледневшим лицом в плечо Верена, тот порывисто обнял ее.

— Если ничего не чувствуешь, тогда дорогу выберу я, — ответил он мягко.

Полина взглянула ему в лицо, прерывисто вздохнула, словно собиралась заплакать, и перекинулась в суслика. Зверек замер, застыл столбиком — большие испуганные глаза, поджатые к груди лапки, только шевелится носик, но это длилось всего несколько секунд, потом суслик упал на все четыре лапки и помчался прочь с такой скоростью, что остальные, пребывающие пока в человеческих телах, еле за ним поспевали.

Они мчались, куда-то поворачивали, мелькавший впереди зверек лишь на мгновение замирал на развилках, и все-таки их настигали — пока что далеко позади уже слышался негромкий, но для чуткого слуха оборотней вполне уловимый, топот и тяжелое дыхание преследователей. Медведи и еще кто-то — помельче.

Райяна с отчаянием подумала, что они идут по ее следу. Полина вообще ничем не пахнет, и Верен — тоже. Все у него не как у всех… Правда, тут не она одна виновата, еще и Сай. Запах енота и волчицы — вот что их выдало, вот почему не удалось скрыться в переплетении туннелей.

— Мы должны разделиться, — на бегу сказала она. — На первой же развилке.

— Не вздумай, — рыкнул Верен. — Нам не отделаться от Сая, и запах останется.

Райяна подумала, что он прав. Енот не станет жертвовать собой, чтобы позволить Полине сбежать. Значит, если она отделится от остальных, то максимум чего добьется — враги тоже разделятся. Нет… это не гарантия спасения для Полины…

Внезапно остановились, едва не налетев на стену. Тупик. Суслик обернулся и жалобно засвистел.

— И это — выход? — возмутился Сай. — Надо было…

— Заткнись, — бросил Верен таким тоном, что енот будто поперхнулся воздухом.

Полина снова повернулась к стене, преградившей им путь, засвистела, заскребла лапками, Верен положил ладонь на шершавую поверхность.

— Это земля, — сказал он. — Не камень. И земля не такая уж плотная, похоже, это сделано недавно. Выход действительно здесь. Но его надо прокапывать.

Фея, вспорхнув в воздух и увеличившись, нырнула прямо внутрь земляной стены, вернулась через пару секунд.