Кровь дракона

– Джозеф и Кэйт Хилл погибли в автомобильной аварии, когда нам было семь лет, – произнесла она таким голосом, словно читала стихотворение. Я поморщился от того, как натянуто и неэмоционально прозвучал ее голос, но мистер Рамси, казалось, этого не заметил.

– Продолжай.

– Они собирались посмотреть мюзикл на Бродвее, «Вестсайдскую историю», но по пути домой пьяный водитель сбил их, – продолжала Эмбер таким же скучающим монотонным голосом. – Мы с братом отправились жить к бабушке и дедушке, пока дедушку Билла не скосил рак легких, и он больше не смог заботиться о нас. – Она не прекращала рассказ, но ее взгляд снова устремился в окно на океан прямо под стеклом. Я знал, ее это убивало, находиться так близко, и все же не иметь возможности прикоснуться.

«Держись, сестренка. Мы почти на месте».

– Данте, – мистер Рамси переключил внимание на меня, как я и ожидал: – Какова реальная задача вашего пребывания в Кресент-Бич?

Я вытащил наушники из ушей и нажал паузу на своем айфоне, чтобы обратить все внимание на человека. Эмбер, вероятно, была настолько отвлечена, что едва ли могла думать, но я не забывал истинной причины, по которой мы здесь.

– Наблюдение и внедрение, – спокойно ответил я. – Научиться взаимодействовать с людьми, быть человекам. Влиться в их социальную структуру и заставить поверить, что мы одни из них.

Эмбер закатила глаза, как всегда высмеивая мою идеальную преданность. Я слегка пожал плечами. Меня это не волновало; кто-то должен опускать нас на землю.

Остаток поездки прошел в тишине, и вскоре мы подъехали к небольшому скоплению опрятных белоснежных вилл и чистеньких двориков. Я наблюдал, как дома проносятся мимо, и видел множество гуляющих людей. Они выглядели такими… беззаботными, подумал я. Беззаботными и несведущими. Совершенно не подозревающими, что два дракона наблюдают за ними с заднего сиденья машины.

Эмбер здесь понравится.

Мы свернули на подъездную дорожку к одной из множества вилл, стоящих вдоль дороги, и после короткого напутствия нашим опекунам мистер Рамси уехал, и наша назначенная «тетя» показала наши комнаты.

Закрыв дверь, я положил свой небольшой чемоданчик на кровать и огляделся по сторонам, подмечая все. Вот оно как. Внедрение официально началось. С этого момента и дальше все, чему я научился, все мои тренировки найдут применение на практике. Когда в конце лета «Коготь» вызовет меня, я буду готов ко всему, что бы они от меня ни потребовали.

Если я смогу удержать мою бесшабашную, вспыльчивую близняшку от безумных действий.

«Легче сказать, чем сделать, Данте».

Я быстро переоделся, затем направился к комнате Эмбер, зная, что она покинет дом так быстро, как только сможет. Я даже не успел постучать в ее дверь, когда та распахнулась и сестра налетела на меня.

– Уф. – Я попятился назад, поморщившись. – Ау. Ну, я собирался спросить, не хочешь ли ты исследовать пляж – «…вместе. Так я смогу приглядывать за тобой и удостовериться, что ты не превратишься и не улетишь в закат, или не выйдешь из себя в окружении людей и не сожжешь их дотла…» – но, похоже, ты меня опередила.

Эмбер улыбнулась мне той самой зловещей и вызывающей улыбкой, словно бросала мне вызов, как тогда, когда мы все еще во всем соперничали друг с другом. Не понимая, что она вечная фаворитка, я соревновался только потому, что победа была единственным способом заставить их замечать меня.

– Наперегонки к воде, – бросила вызов она.

– Брось, сестренка. Мы не на тренировке боль…

Но она уже оказалась позади меня, слетела вниз по лестнице, и я бросился в погоню.

Позже, после утопления друг друга в океане, наконец, насытившись им, мы с Эмбер прогуливались вдоль побережья, высматривая наш новый дом. Эмбер казалась особенно завороженной серферами вдалеке на глубокой воде, скользящими по волнам на своих разноцветных досках, и понимание того, что однажды она тоже захочет попробовать, слегка беспокоило. Плавание являлось единственной тренировкой, которой не уделялось много времени в пустыне Мохаве. Пока мы продолжали идти вдоль полоски пляжа, глаза Эмбер оставались широко распахнутыми, она крутила головой во все стороны, но я выискивал кое-что особенное.

И нашел пару минут спустя – группу людей-подростков, играющих в пляжный волейбол. Я пристально рассматривал их, пока мы приближались; большинство из них были привлекательными – для людей – атлетического телосложения, явно состоятельные.

Идеально.

Я пихнул Эмбер в плечо.

– Пойдем, – сказал я и начал двигаться к группе. Она последовала робко, нахмурившись.

– Эм. Что мы делаем?

Я подмигнул ей:

– Вписываемся в окружение.

– Что, прямо сейчас? – Она оглядела людей. – Я хочу сказать, ты просто собираешься подойти к кучке смертных и заговорить с ними? Что ты им скажешь?

Я усмехнулся ей и неторопливо двинулся к компании. Моя сестра, которая не отступала ни перед чем в своей жизни, смутилась.

– Полагаю, я начну с «привет».

Она осторожно последовала за мной. Как по команде, один из людей яростно поднырнул под мяч и отбил его прямо на меня. Я машинально поймал его и пять пар глаз повернулись в моем направлении.

– Привет. – Я посмотрел на одну из девушек и улыбнулся своей самой очаровательной улыбкой, той, которая заставляла моих учителей верить во все, чего бы я ни захотел. – Нужна пара дополнительных игроков?

Девушка едва не упала, уставившись на меня, но один из парней пожал плечами.

– Конечно, чувак. – Он, как я заметил, смотрел на Эмбер, даже когда разговаривал со мной. – Чем больше, тем веселее. Подходите и выбирайте сторону.

Я улыбнулся и присоединился к ним, подавив фырканье. «Слишком просто».

* * *

Лекси и Кельвин оказались довольно крутыми для людей, несмотря на обещание Кельвина дать Эмбер уроки катания на доске, когда та попросила об этом. И Лекси болтала… много. Даже больше Эмбер, что кое о чем говорило.

А потом я увидел его.

Мы зависали в Смузи Хат, забегаловке, еду в которой наши учителя отнесли бы к «нездоровой пище», когда странные мурашки побежали вверх по моей спине. Я отвернулся от Кельвина и посмотрел на парковку как раз в тот момент, когда на нее заехал парень на мотоцикле и несколько секунд нас разглядывал. На нем была кожаная куртка, черные волосы растрепал ветер. Он поймал мой взгляд, и уголок его рта изогнулся в самодовольной усмешке, а глаза сверкнули желтым. Определенно не человек.

Другой дракон.

Отступник.

Я не знал, как понял, что он является отступником. Может, потому, что дракон из «Когтя» не показался бы случайно в месте, в котором уже находились два детеныша. Возможно, дело было в его глазах, мерцающих и опасных, или в той дерзкой улыбке, которая сообщала, что он точно знает, кто мы… и сочувствует нам в этом.

– Шикарный байкер, – вздохнула Лекси в ответ на что-то, сказанное Эмбер.

Я ощутил удар в голень и подпрыгнул. Эмбер бросила на меня взволнованный взгляд, и я осознал, что пялился на отступника в ответ, отголоски рыка гудели в моей груди.

«Что ты делаешь, Данте? Возьми себя в руки».

Я быстро извинился за нас обоих, сказав, что опекуны хотели, чтобы мы вернулись домой пораньше. Я ожидал, что Эмбер запротестует, но та лишь кивнула и последовала за мной вдоль пляжа. Однако когда мы скрылись из поля зрения двух людей, она подскочила и легонько хлопнула меня по плечу.

– Эй, – не отставала она. – Что с тобой? Ты почти напал на меня, словно психованная ящерица, прямо перед двумя абсолютно нормальными людьми. В чем дело?

– Знаю, – прохрипел я. – Прости. Просто… – я провел рукой по волосам, я все еще был на взводе. – Ты знаешь, кто прямо сейчас был там, на парковке?

– Ты имеешь в виду другого дракона? Да, я вроде как заметила.

– Эмбер. – Я серьезно посмотрел на нее, желая, чтобы она поняла. – Тот был не из «Когтя». Он отступник. Я бы поставил на это свою жизнь.

Она прищурилась, глядя на меня. Я видел, как нервозность и тревога отразились на ее лице в момент осознания, но также и нечто, отчего волосы у меня на затылке встали дыбом. Любопытство. И… предвкушение. Отступник ее заинтриговал. И это заставило меня понять, что я должен действовать. Прежде чем моя сестра совершит что-то непростительное, что «Коготь» не сможет проигнорировать, и разрушит будущее нам двоим.

* * *

Вернувшись в свою комнату, я включил компьютер и зашел в электронную почту. Курсор мелькнул в адресной строке в ожидании, пока я сидел там, пытаясь решить, как действовать. Наконец, я опустил пальцы на клавиатуру и ввел адрес, который мне предполагалось использовать только в экстренных ситуациях. Тот, который учителя дали мне и только мне, поскольку знали, что я проинформирую организацию, если что-нибудь пойдет неладно. Потому что знали, я серьезно относился к своей миссии.

Даже если это означает, что мы, вероятно, будем выдернуты из нее.

Я помедлил еще мгновение, напечатав «Отступник в Кресент-Бич» в строке темы, а затем начал составлять краткое, переходящее сразу к делу письмо. Я не знал, чем оно обернется для нас, когда «Коготь» получит информацию. Понимал, что может случиться с отступником, и не был уверен, что хочу находиться в городке, когда за ним придут гадюки. Я просто знал, что это моя обязанность, не только перед «Когтем», но и перед сестрой. Я защищу ее и наше будущее в организации от любой угрозы.

Даже если величайшей угрозой являлась сама Эмбер.

Эмбер

Данте застыл, его глаза округлились, когда он пялился на меня. Как только двери закрылись и щелкнули замки, снаружи за тонированными стеклами послышались крики, когда что-то врезалось в его телохранителей. Данте подпрыгнул, переведя внимание на окно, где Гаррет только что нанес удар охранникам сзади. С обеих сторон машины произошла короткая потасовка, Райли возник из темноты и схватил второго охранника, заставив машину качнуться, когда врезался в нее. Битва длилась недолго: у нас был козырь – элемент неожиданности, и мы застали телохранителей врасплох. После еще нескольких минут кряхтения, выкриков и ударов тел о металл и стекло, драка закончилась, и снова наступила тишина.

Данте медленно повернулся ко мне, пока Гаррет и Райли утаскивали тела в темноту. Его глаза рассерженно сверкнули, он глянул на меня поверх ствола.

– Эмбер, – начал он спокойным голосом. – Как ты сюда попала?

– Это было несложно. – Я почувствовала облегчение, когда поняла, что мой голос прозвучал твердо. – Мы увидели, как ты приехал сегодня утром, и приметили номер машины. – Когда машина вернулась несколько минут назад, я знала, что ты спускаешься. В этом месте всего один охранник. – Я кивнула головой в сторону входа на парковку, хотя продолжала наставлять пистолет на Данте. – Когда мы прошли мимо него, остальное было несложно.

– Понимаю, – его голос звучал враждебно. У меня внутри все сжалось, и в то же время по венам разлился гнев. Он не имел права злиться, не с тем дерьмом, в которое втянул нас. – Итак, что ты собираешься со мной делать, Эмбер? – продолжил он. – Убьешь меня? Застрелишь своего брата прямо здесь?

– Возможно, так я и поступлю, – огрызнулась я в ответ и подняла пистолет, заставив его напрячься. – Тебя определенно не стали бы мучить угрызения совести после того, как ты отдал приказ убрать меня.

– О чем ты говоришь?

– Да брось, – с издевкой усмехнулась я, злая оттого, что он лжет, что пытается выкрутиться. – Мист и Фейт? Полный разгром в Вегасе? Все подстроил ты, Данте, – ты сам сказал мне об этом. Признался, что был тем, кто послал их за мной.

– Да. – Его глаза сузились. – Чтобы вернуть тебя обратно в «Коготь». Организация никогда не приказывала убивать тебя. Я бы не поступил так с тобой.

«Он лжет. Фейт говорила тебе, что получила приказ убить, и этот приказ исходил от Данте». Но моя решимость дрогнула. Мне не хотелось верить, что мой брат действительно пытался убить меня.

– Эмбер. – Неожиданно Данте закрыл глаза, покачав головой. – Не так… я хотел, чтобы прошло наше воссоединение, – практически прошептал он. – Я не хочу сражаться с тобой, сестренка. Никогда не хотел. – Открыв глаза, он посмотрел на меня печальным, почти умоляющим взглядом. – Я лишь хочу, чтобы ты вернулась домой.

– «Коготь» не мой дом, – тихо произнесла я. – Больше нет.

Замки открылись, и дверь переднего пассажирского сиденья щелкнула, кто-то открыл ее снаружи и скользнул на сиденье.

– Знаменитый Данте Хилл, – произнес Райли, улыбаясь ему слабой угрожающей улыбкой, когда дверь позади него закрылась. В его другой руке появился пистолет, он непринужденно прислонился к сиденью и поставил локоть на спинку. – Ты доставил мне немного проблем за эти последние несколько недель.

Данте уставился на него, и на мгновение его глаза засияли чистой необузданной ненавистью. Меня пронзил холод, но затем Данте улыбнулся, и все эмоции исчезли под маской учтивости, когда он кивнул другому дракону.

– Не настолько известный, как ты, мистер Кобальт, – ответил Данте с холодной вежливостью. И внезапно он перестал быть Данте, а стал хамелеоном, вроде того, о ком Райли предупреждал меня. Болезненное ощущение в животе распространилось по всему моему телу, когда я поняла, что сейчас не узнаю́ его. Мимолетный проблеск моего брата-близнеца, который присматривал за мной всю мою жизнь, испарился, оставив только хамелеона. Того, в кого «Коготь» превратил его. Удобнее устраиваясь на сиденье, словно это была совершенно обычная встреча, он скрестил ноги и улыбнулся. – Где мои телохранители и водитель, если ты не против такого вопроса?

– Легли вздремнуть.

– А проснутся ли они снова?

– Не думаю, что они те, о ком тебе стоит беспокоиться в данный момент, – сказал Райли, когда тень возникла сбоку от машины. Гаррет прислонился к передней двери и скрестил руки, наблюдая за обстановкой. – Но если ты спрашиваешь, убил ли я их… нет, не убил. Я не такой монстр, каким «Коготь» хочет меня видеть. – Его усмешка стала шире. – Вообще-то, я нахожу это своего рода ироничным, учитывая обстоятельства.

– Боюсь, я не понимаю, о чем ты.

– Уверен, что не понимаешь.

Данте покачал головой.

– Ну, это нас ни к чему не приведет. – Он отвернулся от Райли, словно сбросил его со счетов, и взглянул на меня. – Вы, очевидно, прошли через многое, чтобы добраться до меня, поэтому полагаю, чего-то хотите. Что я могу для вас сделать?

Я сглотнула.

– Город в Арканзасе, – начала я. – Нам известно, что «Коготь» имеет к этому отношение и что история с крушением самолета – просто прикрытие. Мы также знаем, что доказательства, собранные на месте происшествия, были посланы сюда, тебе. – Его лицо не изменилось: на нем застыло натренированное пустое и приятное выражение, которое не выдавало ни единого намека на его мысли или эмоции. – Почему организация напала на общину? – спросила я еще суровее. – Зачем они убили всех тех людей? И что замышляют сейчас?

– Эмбер, – произнес Данте рассудительным тоном, – послушай себя. Я не знаю, откуда вы берете информацию, но ты определенно пришла к неверному заключению. Обвиняешь «Коготь» в убийстве целого города, десятков людей, когда на протяжении веков все наши действия были направлены на то, чтобы хранить скрытность и избегать обнаружения. Зачем бы нам рисковать подобным разоблачением? – Он скрестил пальцы на коленях, нахмурившись. – Полагаю, вы увидели Миранду в новостях. Она находилась там, чтобы удостовериться, что люди не разузнают о нашем существовании. Стандартные меры предосторожности.

– Но зачем ей вообще нужно было находиться там? – настаивала я. – С чего бы организации покрывать что-то, если они не были замешаны в этом?

– На потерпевшем крушение самолете находился агент «Когтя», – спокойно объяснил Данте. – Это один из наших самолетов, и он доставлял авиатопливо на одну из наших баз на восточном побережье. Печально, но агент погиб на борту с остальными членами команды в результате взрыва, а мы вынуждены были послать Миранду, разведать и вывезти любые доказательства, которые могли бы указать на нас. Опять же, обычные меры. «Коготь» защищает свои интересы и скрывает правду о нашем существовании, что всегда и делал.

Я заколебалась. Его объяснение звучало абсолютно разумным, хоть я и знала, что верить ему не стоило.

Невозмутимое выражение лица Данте не изменилось.

– Подумай об этом, Эмбер, – продолжил он. – Наши агенты уже работают на пределе своих возможностей. У нас невысокая численность для такого рода операции, о которой ты говоришь, даже если бы мы захотели разоблачить себя подобным образом. То, что ты видела, это всего лишь попытки «Когтя» замести свои следы, а улики переслали мне, прежде чем они отправятся в хранилище.

– Что ж, – прервал его Райли. – Я бы не чувствовал себя настолько глупо… если бы это не было самой невероятной лапшой, которую я когда-либо слышал. – Он направил пистолет в лицо Данте. – Ты забыл, с кем разговариваешь, детеныш? Я был василиском, помнишь? И знаю, что остается после крупного взрыва. – Он сузил глаза, меряя Данте взглядом. – Мы были там. Там нет самолета. Нет обломков. Никакого крушения не было. В том городе ничего не взрывалось, а здания действительно горели. И, забавное дело, там еще были странные царапины на полу, выглядевшие точно как следы от когтей дракона. Так что хватит пороть чушь. Я уже слышал эту твою ложь прежде, и больше ты никого не обдуришь.

Данте рассматривал отступника терпеливым, почти насмешливым взглядом, который говорил, что Райли ведет себя безрассудно, но не оспаривал его заявления. «Он лгал, – поняла я. – Он просто лгал мне прямо в лицо, и я готова была ему поверить». Злость снова вернулась, и я впилась пальцами в ногу. «Данте – хамелеон, – напомнила я себе. – Я не могу доверять ничему из сказанного им».

– Прекрати лгать нам, – зарычала я. – Что там на самом деле случилось, Данте? Нам известно, что «Коготь» что-то замышляет, и ты к этому причастен. Что происходит?

– Даже если бы я действительно знал, – холодно ответил он, – что заставляет тебя думать, будто я сказал бы вам хоть что-нибудь?

– Потому что если не скажешь, – произнес Райли голосом, полным угрозы, – мы немного покатаемся. Продуктивно проведем какое-то время вместе, все четверо, и ты не вернешься назад в «Коготь», пока не расскажешь нам все, что мы хотим знать. Неважно, сколько времени на это уйдет. Я могу быть очень терпеливым. – Райли улыбнулся, очень медленно поднимая пистолет от спинки сиденья. – Итак, решай, хамелеон. Ты можешь рассказать нам все сейчас или позже. Выбор за тобой.

Данте побледнел. Лишь слегка; он хорошо скрыл это, но его кожа все же стала пепельной. – Слушай, я правда не знаю, что случилось на месте крушения, – настаивал он. – Улики и отчеты прибыли сегодня поздно вечером, но мне пока не представилась возможность взглянуть на них.

– И где эти отчеты? – спросил Райли.

– Остались в офисе. – Данте скрестил руки. – Но вы никогда не проберетесь туда, не минуете сигнализации или охраны. Если попытаетесь прорваться внутрь, полиция примчится сюда за считаные минуты.

Райли долго не произносил ни слова. Я видела, как он раздумывает, видела нерешительность в его глазах, пока старался решить, что же делать дальше. Наконец, он открыл дверь, хлопнул ею за своей спиной и обошел машину вокруг. Дернув дверь пассажирского сиденья, он наставил свое оружие на Данте.

– Выметайся.

Тот подчинился с каменным лицом. Я тут же открыла дверь со своей стороны и выскочила наружу, пока Гаррет настороженно наблюдал за происходящим тоже с оружием в руках.