Помоги проекту - поделись книгой:
Никакое свидетельство не достаточно для установления чуда, кроме такого, ложность которого была бы бо́льшим чудом, нежели тот факт, который оно стремится установить[40].
Человечество уже добилось осуществления мечты о межзвездных космических полетах. С помощью гравитационного поля планеты Юпитер космические зонды «Пионер-10», «Пионер-11», «Вояджер-1» и «Вояджер-2» были запущены по траекториям, которые выходят за пределы Солнечной системы и устремляются в царство звезд. Эти космические аппараты летят очень медленно, несмотря на то что они являются самыми быстрыми объектами из когда-либо созданных человечеством. Чтобы преодолеть среднестатистические межзвездные расстояния, им потребуются десятки тысяч лет. Если не будет сделана попытка перенаправить их, они не войдут в другую планетную систему еще десятки миллиардов лет будущей истории галактики Млечный Путь. Расстояния между звездами слишком велики. Они обречены вечно путешествовать в темноте между звездами. Но тем не менее к этим космическим кораблям прикреплены сообщения на тот случай, если когда-то в отдаленном будущем инопланетяне перехватят космический зонд и поинтересуются, кто отправил его в это удивительное путешествие[42].
Если мы способны создавать подобные устройства при нашем сравнительно отсталом технологическом состоянии, не может ли цивилизация, на тысячи или миллионы лет более продвинутая, чем наша, на планете, расположенной близ другой звезды, быть способна на быстрое и направленное межзвездное путешествие? Межзвездный космический полет требует времени, он труден и дорог для нас и, возможно, также и для других цивилизаций со значительно бо́льшими ресурсами, чем наши. Но, безусловно, было бы неразумно утверждать, что когда-нибудь в будущем мы не найдем концептуально новые подходы к физике или инженерно-техническому обеспечению межзвездных космических полетов. Очевидно, что по экономии, эффективности и удобству межзвездная передача радиопосланий сильно превосходит межзвездные космические полеты, и по этой причине наши усилия в основном сосредоточены именно на радиопередаче. Но передача радиосообщений явно не подходит для контакта с обществом, находящимся на дотехнологической стадии развития. Какой бы совершенной или мощной ни была передача, ни одно такое радиосообщение не было бы принято или понято на Земле до настоящего столетия. При этом жизнь на нашей планете существует около 4 млрд лет, люди – несколько миллионов лет, а цивилизация, возможно, около 10 000 лет.
Вполне вероятно, что существует некая Галактическая инспекция, созданная сотрудничающими цивилизациями на многих планетах, входящих в галактику Млечный Путь, которая наблюдает за обнаруженными планетами и ищет неоткрытые миры. Но Солнечная система находится очень далеко от центра Галактики и могла не попасть в сферу наблюдения. Или корабли наблюдателей, возможно, приходят сюда, но только, скажем, раз в 10 млн лет, поэтому никто не появлялся здесь в рамках исторического времени. Однако также возможно, что несколько команд наблюдателей прилетали достаточно недавно в масштабах истории человечества, так что их присутствие было замечено нашими предками, или даже что этот контакт повлиял на ход человеческой истории.
Мы с советским астрофизиком И. С. Шкловским обсуждали эту возможность в нашей книге «Разумная жизнь во Вселенной» (Intelligent Life in the Universe) в 1966 г. Изучив ряд артефактов, легенд и фольклор многих культур, мы пришли к выводу, что ни один из этих случаев не предоставил даже сколько-нибудь убедительные доказательства внеземного контакта. Всегда можно найти более правдоподобные альтернативные объяснения, основанные на известных человеческих способностях и поведении. Среди обсуждаемых случаев были те, что позже приняли Эрих фон Дэникен и другие, не способные критически оценивать факты писатели как убедительное доказательство внеземного контакта: шумерские легенды и цилиндрические печати[43] с изображением астрономических объектов, апокрифический текст Второй книги Еноха и библейская история о Содоме и Гоморре, тассилийские фрески в Северной Африке, обработанный на станке металлический куб, якобы обнаруженный в древних геологических отложениях и, как говорят, выставленный в музее в Австрии, и так далее. В течение многих лет я продолжал вглядываться в такие истории так глубоко, как только мог, и обнаружил очень мало таких, которые требуют более чем мимолетного взгляда.
В длинном перечне популярных археологических находок с изображениями «древнего астронавта» случаи, представляющие интерес, имеют совершенно разумные альтернативные объяснения, или были неверно рассказаны, или просто являются уклонением от прямого ответа, обманом и искажением. Это описание касается споров о карте Пири-реиса[44], монолитных статуях острова Пасхи, гигантских рисунках на плато Наска и различных артефактах из Мексики, Узбекистана и Китая.
И все же продвинутой внеземной цивилизации было бы так легко оставить совершенно однозначную визитную карточку. Например, многие ядерные физики считают, что существует «остров стабильности» атомных ядер на карте изотопов вблизи гипотетического супертяжелого атома, который содержит приблизительно 114 протонов и 184 нейтрона. Все химические элементы тяжелее урана (с 238 протонами и нейтронами в ядре) самопроизвольно распадаются за короткие по космическим масштабам промежутки времени. Но разумно предположить, что связь между протонами и нейтронами такова, что стабильные элементы возникали бы, если можно было бы сконструировать ядра, содержащие приблизительно 114 протонов и 184 нейтрона. Наши нынешние технологии просто не позволяют создать такую конструкцию, тем более технологии наших предков. Металлический артефакт, содержащий такие элементы, был бы прямым доказательством контакта в прошлом с продвинутой внеземной цивилизацией. Или рассмотрим элемент технеций, чей наиболее стабильный изотоп имеет 99 протонов и нейтронов. Период его полураспада составляет приблизительно 200 000 лет, период полураспада остатка – еще 200 000 лет и так далее. В результате любой технеций звездного происхождения, образовавшийся вместе с другими элементами миллиарды лет назад, должен был к настоящему моменту распасться. Таким образом, земной технеций может быть только искусственного происхождения, как указывает его название. Наличие артефакта технеция имело бы только одно объяснение. То же самое касается и распространенных на Земле элементов, которые не смешиваются, например алюминия и свинца. Если вы расплавите их вместе, свинец, который значительно тяжелее, опустится на дно. Алюминий всплывет вверх. Однако при нулевой гравитации в условиях космического полета в расплаве будет отсутствовать сила тяжести, которая утянула бы вниз более тяжелый свинец, и можно создавать экзотические сплавы, такие как Al/Pb. Одна из целей первых миссий шаттлов НАСА будет заключаться в проверке таких методов сплава. Любое сообщение, написанное на сплаве алюминий/свинец и принадлежащее древней цивилизации, сегодня несомненно привлекло бы наше внимание.
Также возможно, что содержание, а не материал сообщения явно указал бы на науку или технологию, выходящую за пределы способностей наших предков: например, уравнение Максвелла[45] в векторной форме (с магнитными монополями[46] или без них), или распределение Планка[47] для испускательной способности абсолютно черного тела при разных температурах, или выведение теории специальной относительности на основе преобразования Лоренца[48]. Даже если древние цивилизации не могли понять такие письмена, они могли бы почитать их как священные. Но нам не известно ни одного случая подобного рода, несмотря на то что это явно является прибыльным рынком для сказок о древних или современных внеземных астронавтах. Велись споры по поводу чистоты образцов магния из обломков, которые были объявлены остатками потерпевшего крушение НЛО, но их чистота была в пределах возможностей американских технологий, существовавших во время этого происшествия. Предполагаемая звездная карта, которая, как говорят, была срисована (по памяти) с карты, которую видели внутри летающей тарелки, не показывает, как утверждалось, относительные положения ближайших к Солнцу звезд; на самом деле тщательное изучение показывает, что она ненамного лучше «звездной карты», которая получилась бы, если бы вы взяли старомодное перо и забрызгали несколько пустых страниц чернильными пятнами. За одним явным исключением, нет историй, которые были бы достаточно детализированы, чтобы им нельзя было найти других объяснений, и достаточно точны, чтобы можно было корректно описать современную физику или астрономию людям, находящимся на донаучном или дотехническом этапе развития. Единственным исключением является примечательный миф о звезде Сириус, который рассказывает племя догонов из Республики Мали.
Сейчас осталось самое большее несколько сотен тысяч догонов, и антропологи стали их интенсивно изучать только начиная с 1930-х гг. Некоторые элементы их мифологии напоминают легенды древнеегипетской цивилизации, и некоторые антропологи предполагают определенную культурную связь догонов с Древним Египтом. Гелиакический восход Сириуса занимал в египетском календаре центральное место и использовался, чтобы предсказывать разлив Нила. О самых поразительных аспектах астрономии догонов рассказал Марсель Гриоль, французский антрополог, работавший в 30-е и 40-е гг. ХХ в. Хотя нет причин сомневаться в отчете Гриоля, важно отметить, что на Западе нет более ранних записей этих поразительных народных верований догонов и что все сведения предоставил Гриоль. Эта история недавно была популярно изложена британским писателем Р. Темплом.
В отличие от почти всех донаучных обществ, догоны считают, что планеты, так же как Земля, вращаются вокруг своей оси и вокруг Солнца. Это заключение, к которому можно, конечно, прийти, и не используя высокие технологии, как продемонстрировал Коперник, но это очень редкая догадка среди народов Земли. Однако в Древней Греции Пифагор и Филолай учили, по словам Лапласа, «что планеты населены и что звезды – солнца, рассеянные в космосе и являющиеся центрами планетных систем». Такие учения среди широкого разнообразия противоречивых идей могли быть просто удачной догадкой.
Древние греки верили, что существует только четыре элемента – земля, огонь, вода и воздух, – из которых было создано все остальное. Среди философов досократовского периода были те, кто отстаивал какой-либо из этих элементов. Если бы позже оказалось, что Вселенная на самом деле в большей степени состоит из одного из этих элементов, чем из другого, мы бы не приписали выдающееся предвидение тому философу, который сделал это предположение. Один из них должен был оказаться прав просто на основе статистики. Аналогично, если бы у нас было несколько сотен или несколько тысяч культур, каждая с собственной космологией, мы бы не удивлялись, если бы время от времени чисто по случайности один из народов предлагал идею, которая не только оказывалась бы верной, но также не могла бы быть выведена в рамках его культуры.
Но, по словам Темпла, догоны идут дальше. Они считают, что Юпитер имеет четыре спутника и что Сатурн окружен кольцом. Возможно, что люди с острым зрением при превосходных условиях наблюдения, без телескопа, могли наблюдать Галилеевы спутники Юпитера[49] и кольца Сатурна. Но это маловероятно. В отличие от всех астрономов до Кеплера, догоны изображают планеты, которые двигаются правильно, по эллиптическим, а не круговым орбитам.
Еще больше поражает утверждение догонов о Сириусе, самой яркой звезде в небе. Они утверждают, что у него есть темная и невидимая звезда-компаньон, которая обращается вокруг Сириуса (и, как говорит Темпл, по эллиптической орбите) с периодом обращения пятьдесят лет. Они утверждают, что звезда-компаньон очень мала и очень тяжела, состоит из особого металла, так называемого «сагала», который не обнаружен на Земле.
Примечателен тот факт, что у видимой звезды, Сириуса А, действительно есть необычный темный компаньон, Сириус В, который обращается вокруг нее по эллиптической орбите с периодом обращения 50,04±0,09 лет. Сириус В – первый пример звезды «белый карлик», обнаруженный современными астрофизиками. Ее вещество находится в состоянии, называемом «релятивистски вырожденное», которого не существует на Земле, и, поскольку в таком вырожденном веществе электроны не привязаны к ядрам, его можно описать как металл. Поскольку Сириус А называется Собачьей звездой, Сириус В иногда называют Щенком.
На первый взгляд, легенда догонов о Сириусе кажется лучшим кандидатом по доступным на сегодня доказательствам контакта в прошлом с продвинутой внеземной цивилизацией. Однако, если внимательнее вглядеться в эту историю, давайте вспомним, что астрономическая традиция догонов чисто устная, что она датируется с определенностью только с 1930-х гг. и что диаграммы нарисованы палочками на песке. (Кстати, есть некоторые доказательства, что догоны любят обрамлять картины эллипсом и что Темпл мог ошибиться насчет утверждения, что в догонской мифологии планеты и Сириус В двигаются по эллиптическим орбитам.)
Когда мы изучаем всю догонскую мифологию, мы обнаруживаем, что она богата легендами и структура легенд очень подробная – легенд гораздо больше, как заметили многие антропологи, чем у их ближайших географических соседей. Там, где много легенд, шанс случайного совпадения одного из мифов с открытиями современной науки, конечно, больше. У скудной мифологии шансов гораздо меньше. Но находятся ли при изучении прочей мифологии догонов другие случаи, напоминающие некоторые неожиданные открытия в современной науке?
Догонская космогония описывает, как Создатель изучал плетеную корзину с круглым отверстием и квадратным дном. Такие корзинки все еще используются сегодня на Мали. Создатель перевернул корзину и использовал ее как модель для создания мира: квадратное основание представляет собой небо, а круглый верх – Солнце. Должен признаться, что этот рассказ не кажется мне поразительным предчувствием современного космологического мышления. В догонском представлении сотворения Земли Создатель вживил в яйцо две пары близнецов, каждая пара состояла из мужской особи и женской. Близнецы должны были повзрослеть внутри яйца и слиться, чтобы стать единым «идеальным» андрогинным существом. Земля появилась, когда один из близнецов выбрался из яйца до созревания, и Создатель пожертвовал другим близнецом, чтобы сохранить определенную космическую гармонию. Это разнообразная и интересная мифология, но она качественно не отличается от многих других мифологий и религий человечества.
Гипотеза о компаньоне звезды Сириус могла появиться естественным путем из догонской мифологии, в которой близнецы играют центральную роль, но такого простого объяснения сведений о периоде обращения и плотности Сириуса нет. Догонский миф о Сириусе слишком близок современному астрономическому мышлению и слишком точен количественно, чтобы полагать его случайностью. Но все же вот они, эти сведения, присутствуют в более или менее стандартной донаучной легенде. Как это можно объяснить? Существует ли вероятность того, что догоны или их предки действительно могли видеть Сириус В и установить период его обращения вокруг Сириуса А?
Белые карлики, такие как Сириус В, эволюционируют из звезд, которые называются красными гигантами. Они очень яркие и, что неудивительно, красные. Древние писатели первых нескольких столетий нашей эры действительно описывали Сириус как красную звезду – явно не его цвет сегодня. В отрывке «Бесед» Горация под названием «Как быстро разбогатеть» (Hoc Quoque Tiresia) есть цитата из более ранней работы, название которой не указано и которая гласит: «Жар красной собачьей звезды расплавил немые статуи». На основании этих менее чем убедительных древних источников астрофизики хотели рассмотреть возможность, что белый карлик Сириус В был красным гигантом в исторические времена, был видим невооруженным глазом и полностью перекрывал свет Сириуса А. В таком случае, возможно, немного позже в эволюции Сириуса В было время, когда его яркость была сравнима с яркостью Сириуса А и относительное движение двух звезд вокруг друг друга можно было разглядеть невооруженным глазом. Но, согласно последним сведениям, согласующимся с теорией звездной эволюции, у Сириуса В было просто недостаточно времени, чтобы достичь своего нынешнего состояния белого карлика, если бы он был красным гигантом за несколько столетий до Горация. Более того, кажется странным, что никто, кроме догонов, не заметил этих двух звезд, которые вращаются вокруг друг друга с периодом обращения примерно пятьдесят лет и каждая из которых сама по себе является одной из ярчайших звезд в небе. В Месопотамии и в Александрии в предшествующие столетия существовала сильная астрономическая школа – не говоря уже о китайской и корейской астрономических школах, – и было бы удивительно, если бы они ничего не заметили[50]. Действительно ли в таком случае наша единственная альтернатива – верить, что представители внеземной цивилизации посетили догонов или их предков?
Догоны обладают знаниями, которые невозможно приобрести без телескопа. Прямой вывод – они контактировали с продвинутой технической цивилизацией. Единственный вопрос – какой цивилизацией: внеземной или европейской? Намного более достоверным, чем древнее внеземное образовательное вторжение к догонам, может быть сравнительно недавний контакт с научно образованными европейцами, которые передали догонам примечательный европейский миф о Сириусе и его белом спутнике-карлике, миф, который имеет все сверхъестественные признаки прекрасно выдуманной истории. Возможно, это был приехавший в Африку европеец, или выходец из местных французских школ, или это были западные африканцы, призванные на военную службу и сражавшиеся за французов в Первую мировую войну и после этого вернувшиеся из Европы.
Вероятность, что эти истории появились вследствие контакта с европейцами, а не инопланетянами, повысилась после недавнего астрономического открытия: исследовательская команда Корнельского университета во главе с Джеймсом Эллиотом с борта летающей обсерватории «Койпер» (Kuiper Airborne Observatory) над Индийским океаном в 1977 г. обнаружила, что планета Уран окружена кольцами – открытие, на которое не было и намека при наблюдениях с поверхности Земли. Передовые внеземные существа, наблюдающие нашу Солнечную систему на подходе к Земле, легко бы обнаружили кольца Урана. Но европейским астрономам в XIX и начале XX столетий нечего было сказать по этому поводу. Тот факт, что догоны не говорят о другой планете с кольцами, кроме Сатурна, подсказывает мне, что их информаторы были европейцами, а не инопланетянами.
В 1844 г. немецкий астроном Ф. Бессель обнаружил, что собственное движение Сириуса (Сириуса А) не прямолинейное, он движется скорее по волнообразной траектории на фоне более далеких звезд. Бессель предположил, что существует темный компаньон Сириуса, чье гравитационное воздействие создает наблюдаемое синусоидальное движение. Поскольку период колебаний составлял пятьдесят лет, Бессель сделал вывод, что темный компаньон имеет пятидесятилетний период обращения в совместном движении Сириуса А и В вокруг их общего центра масс.
Восемнадцать лет спустя Алван Кларк, проводя испытания нового телескопа-рефрактора с объективом диаметром 47 см, случайно обнаружил компаньона, Сириус В, при прямом визуальном наблюдении. По относительному движению теория тяготения Ньютона позволяет нам оценить массы Сириуса А и В. Как оказалось, у компаньона такая же масса, как у Солнца. Но Сириус В светит почти в 10 000 раз слабее Сириуса А, хотя их массы почти равны и они находятся на одинаковом расстоянии от Земли. Эти факты можно увязать, только если у Сириуса В гораздо меньший радиус или гораздо более низкая температура. Но в конце XIX в. астрономы считали, что звезды одинаковой массы имеют приблизительно одинаковую температуру, и на рубеже столетий было широко распространено мнение, что температура Сириуса В не такая уж низкая. Спектроскопические исследования Уолтера Адамса в 1915 г. подтвердили эту точку зрения. Соответственно, Сириус В должен быть очень мал. Сегодня мы знаем, что он размером с Землю. Из-за своего размера и цвета он называется белым карликом. Но, если Сириус В гораздо меньше Сириуса А, его плотность должна быть гораздо больше. Поэтому в первые несколько десятилетий XX в. Сириус В считался очень плотной звездой.
Об особенной природе звезды-компаньона Сириуса много говорилось в книгах и в прессе. Например, в книге сэра Артура Эддингтона «Природа физического мира» (The Nature of the Physical World) мы читаем: «Астрономические доказательства практически не оставляют сомнений, что у так называемых
Мое воображение рисует некоего француза в гостях у догонов, в той части Западной Африки, которая тогда, в начале XX в., была французской. Он мог быть дипломатом, исследователем, искателем приключений или одним из первых антропологов. Такие люди – например, Ричард Бертон – посещали Западную Африку за много десятилетий до того. Разговор затрагивает астрономические знания. Сириус – самая яркая звезда в небе. Догоны потчуют гостя своей мифологией о Сириусе. Затем, выжидательно улыбаясь, они спрашивают своего гостя, какие
Такое полноцикличное возвращение мифа к породившей его культуре через ничего не подозревающего антрополога может звучать неправдоподобно, если бы в антропологии не было так много подобных примеров. Я перечислю здесь несколько случаев.
В первом десятилетии XX столетия начинающий антрополог собирал рассказы о древних традициях коренного американского населения на юго-западе. Он хотел записать эти традиции, почти исключительно устные, пока они совсем не исчезли. Молодые коренные жители Америки уже утратили ощутимую связь со своими культурными корнями, и антрополог сосредоточил свое внимание на пожилых членах племени. Однажды он сидел у хогана[51] со старым, но энергичным и готовым сотрудничать информантом.
– Расскажите мне о ритуалах ваших предков при рождении ребенка.
– Минутку.
Старый индеец медленно зашаркал в темные глубины хогана. Через четверть часа он вернулся и подробно описал послеродовые обряды, включая ритуалы, связанные со схватками, плацентой, пуповиной, первым вздохом и первым криком. Увлеченно все записывая, воодушевленный антрополог систематично прошелся по всему списку ритуалов, в том числе тем, которые относятся к браку, достижению возраста половой зрелости, вынашиванию детей и смерти. В каждом случае собеседник исчезал в хогане и появлялся через четверть часа с богатым набором ответов. Антрополог был поражен. Может, гадал он, внутри хогана находится индеец еще старше, возможно, немощный и прикованный к постели? Наконец он не мог дольше сопротивляться любопытству, набрался храбрости и спросил своего информанта, что он делал каждый раз, удаляясь в хоган. Старик улыбнулся, удалился последний раз и вернулся, таща увесистый том «Словаря американской этнографии», который был составлен антропологами в предыдущем десятилетии. «Бедный белый человек, – должно быть, думал он, – такой пылкий, полон благих намерений, но столь невежественный. У него нет экземпляра этой чудесной книги, которая содержит традиции моего народа. Я расскажу ему, о чем в ней говорится».
Две другие мои истории касаются приключений замечательного врача, доктора Д. Гайдушека, который многие годы изучал куру, редкую вирусную болезнь, среди населения Новой Гвинеи. За эту работу он получил Нобелевскую премию по медицине в 1976 г. Я благодарен доктору Гайдушеку за то, что он освежил в моей памяти свои истории, которые я впервые услышал от него много лет назад. Новая Гвинея – это остров, на котором горные гряды отделяют подобно горам Древней Греции, но более основательно, народы одной долины от другой. В результате там наблюдается большое изобилие и разнообразие культурных традиций.
Весной 1957 г. Гайдушек и доктор Винсент Зигас из Службы здравоохранения островной страны, которая тогда называлось Территория Папуа – Новая Гвинея, путешествовали под охраной австралийского патрульного офицера из долины Пуроза по южному региону обитания этнолингвистической группы форе в деревню Агакаматаса для исследования «неконтролируемой территории». Там все еще использовались каменные орудия и оставалась традиция каннибализма внутри собственного племени. Гайдушек и его спутники обнаружили случаи заболевания куру, которое передается при каннибализме (но чаще всего не через пищеварительный тракт) в этой самой дальней из деревень южного региона обитания племени форе. Они решили провести там несколько дней, поселившись в одном из больших и традиционных
Хозяева пели свои традиционные песни всю первую ночь и весь следующий дождливый день. В обмен, «чтобы укрепить их доверие, – как говорит Гайдушек, – мы тоже начали петь свои песни – среди них такие русские песни, как “Очи черные” и “Мой костер в тумане светит”…». Эти песни пошли на ура, и жители деревни Агакаматаса много раз просили их повторить в дымной хижине племени форе под аккомпанемент ливня.
Несколько лет спустя Гайдушек занимался сбором местной музыки в другой части южного региона обитания племени форе и попросил группу молодых людей продемонстрировать их репертуар традиционных песен. К удивлению Гайдушека, они воспроизвели немного измененную, но все же четко распознаваемую версию песни «Очи черные». Многие поющие, видимо, считали песню традиционной, и позже тот же Гайдушек обнаружил, что эта песня стала распространяться еще дальше, и никто из поющих понятия не имел о ее источнике.
Мы легко можем представить, как какой-нибудь исследователь мировой этномузыки приехал бы в исключительно удаленную часть Новой Гвинеи и обнаружил, что у коренных жителей есть традиционная песня, которая по ритму, музыке и словам поразительно похожа на «Очи черные». Если бы он считал, что этот народ не вступал раньше в контакт с представителями западной цивилизации, он был бы озадачен.
Позже в том же году Гайдушека посетили несколько австралийских врачей, которые хотели понять выдающиеся открытия о передаче куру от пациента к пациенту посредством каннибализма. Гайдушек описал теории происхождения многих болезней народа форе, который
Один из австралийских врачей, посетив соседнюю деревню с одним из местных жителей – информантов Гайдушека – в качестве переводчика, провел день, изучая больных куру и независимо собирая информацию. В тот же вечер он вернулся и сообщил Гайдушеку, что тот ошибался в том, что народ форе не верит в то, что духи умерших являются причиной болезни, и что он еще больше ошибался, думая, что они отказались от идеи, что причиной фрамбезии является колдовство. Люди утверждали, продолжал он, что мертвое тело могло стать невидимым и что невидимый дух мертвого человека мог войти в кожу пациента ночью через незаметное отверстие и заразить фрамбезией. Австралийские информанты даже изобразили палкой на песке внешний вид этих призрачных существ. Они тщательно нарисовали круг и несколько волнистых линий внутри. Снаружи круга, как они объяснили, оно было черное, внутри круга яркое – таков был нарисованный на песке портрет злых и болезнетворных духов.
Расспросив молодого переводчика, Гайдушек обнаружил, что австралийский врач разговаривал с некоторыми пожилыми мужчинами деревни, которых хорошо знал Гайдушек и которые часто бывали в гостях у него дома и в лаборатории. Они пытались объяснить, что форма возбудителя, вызывающего фрамбезию, была спиральной – так выглядела спирохета, которую они видели много раз в темнопольный микроскоп Гайдушека. Они согласились, что она была невидимой – ее можно быть увидеть только в микроскоп, – и когда австралийский врач стал их допрашивать, «представляет» ли она собой мертвого человека, они вынуждены были признать, что Гайдушек подчеркивал, что ее можно подхватить в результате близкого контакта с больным фрамбезией, например если спать рядом с ним.
Я хорошо помню, как первый раз смотрел в микроскоп. Сфокусировав глаза рядом с окуляром, я увидел только свои ресницы, а затем, вглядываясь дальше в темную глубину цилиндра, наконец смог посмотреть прямо вниз в трубку микроскопа и был ослеплен ярким кругом света. Некоторое время глазу нужно привыкнуть, чтобы изучить то, что находится в круге. Демонстрация, которую провел Гайдушек народу форе, оказала столь мощное влияние – в конце концов альтернативы такой конкретной реальности совершенно отсутствовали, – что многие приняли его версию, даже несмотря на невозможность вылечить болезнь пенициллином. Возможно, некоторые рассматривали спирохет в микроскоп как забавный пример мифа белого человека и мелкой магии, и когда другой белый человек пришел, чтобы спросить о происхождении болезни, они вежливо вернули ему идею, которая, как они считали, его устроит. Если бы представители западной цивилизации перестали контактировать с народом форе на пятьдесят лет, мне кажется, вполне возможно, что будущий гость, к своему удивлению, обнаружит, что народ форе, несмотря на его дотехнологическую культуру, обладает знаниями по медицинской микробиологии.
Все эти три истории подчеркивают почти неизбежные проблемы, встречающиеся при попытке узнать у «примитивных» народов их древние легенды. Можете ли вы быть уверены, что другие не приходили до вас и не разрушили первоначальное состояние туземного мифа? Можете ли вы быть уверены, что коренные жители не шутят над вами и не дурачат? Бронислав Малиновский думал, что обнаружил на Тробрианских островах народ, который не знает связи между половым актом и рождением ребенка. Когда он их спросил, откуда берутся дети, они выдали ему замысловатый миф, в котором главным образом фигурировало небесное вмешательство. Изумленный Малиновский возразил, что это совсем не так, и в свою очередь рассказал им версию, такую популярную сейчас на Западе, включая девятимесячный период беременности. «Невозможно, – ответили меланезийцы. – Ты разве не видишь вон там женщину с шестимесячным ребенком? Ее муж уплыл на другой остров, и его не было два года». Что вероятнее – что меланезийцы не знают, откуда берутся дети, или что они мягко пожурили Малиновского? Если бы какой-нибудь незнакомец необычного вида пришел в мой город и спросил
Интересно, не услышали ли догоны от представителя западной цивилизации необычный новый миф о звезде Сириус – звезде, играющей важную роль в их собственной мифологии – и не вернули ли его обратно посетившему их французскому антропологу? Разве это не более вероятно, чем визит инопланетных путешественников в Древний Египет с единственным комплектом научных знаний, противоречащих здравому смыслу и сохранявшихся в устной традиции более тысячи лет и только в Западной Африке?
Слишком много оговорок, слишком много альтернативных объяснений, чтобы такой миф был надежным доказательством контакта с инопланетянами в прошлом. Если существуют инопланетяне, я думаю, гораздо вероятнее, что их обнаружат автоматические межпланетные космические зонды и большие радиотелескопы.
Глава 7
Венера и доктор Великовский
Если говорить о движении комет и задуматься о законах тяготения, будет очевидно, что их приближение к Земле может вызвать самые ужасные события: на нее снова обрушится всемирный потоп, или она сгорит в потоках пламени, или превратится в мельчайшую пыль, или по меньшей мере отклонится от своей орбиты и отойдет от Луны, или, еще хуже, выйдет за орбиту Сатурна, что приведет к долгой многовековой зиме, которую не смогут пережить ни люди, ни животные. Даже хвосты комет не стоит игнорировать, если кометы, уходя, оставят их полностью или частично в нашей атмосфере.
Каким бы опасным ни было столкновение с кометой, оно может быть настолько легким, что повредит только ту часть Земли, где оно произойдет; возможно, мы даже успокоимся, если, в то время как одно королевство будет разрушено, остальная часть Земли будет наслаждаться редкостями, которые объект, прилетевший издалека, может принести с собой. Возможно, мы очень удивимся, когда обнаружим, что ее обломки, которыми мы гнушались, состоят из золота и алмазов; но кто был бы более удивлен – мы или жители кометы, которые бы врезались в нашу Землю? Какими странными существами мы бы посчитали друг друга!
У ученых, как и у всех людей, есть свои надежды и страхи, они подвержены страстям и могут падать духом, и сильные эмоции могут иногда влиять на ход рассуждений и принятие здравых решений. Но наука при этом способна к самокорректировке. Самые фундаментальные аксиомы и заключения можно оспорить. Господствующие гипотезы должны пройти проверку наблюдением. Обращение к авторитету непозволительно. Все пункты аргументации должны быть ясно изложены. Эксперименты должны быть воспроизводимыми.
В истории науки полно случаев, когда ранее принятые теории и гипотезы были опровергнуты и заменены новыми идеями, которые более корректно объясняют данные. Хотя существует понятная психологическая инерция мышления – обычно продолжающаяся в течение одного поколения, – такие революционные идеи в развитии научной мысли принимаются как необходимый и желательный элемент научного прогресса. На самом деле разумная критика господствующих взглядов полезна для сторонников этого убеждения: если они не способны отстоять его, им стоит задуматься о том, чтобы отказаться от него. Такая критическая оценка собственных убеждений и корректировка ошибочных воззрений – самое поразительное свойство научного метода, отличающее его от многих других сфер человеческой деятельности, в которых нормой является доверчивость.
Идея науки как метода, а не совокупности знаний в основном не ценится за пределами научного сообщества, а на самом деле и в некоторых научных кругах. По этой причине мы с моими коллегами из Американской ассоциации содействия развитию науки на ежегодном собрании ассоциации выступаем в поддержку регулярных обсуждений тех гипотез, которые находятся в пограничных областях и привлекают значительный общественный интерес. Мы не пытаемся разрешить такие вопросы, а стремимся продемонстрировать процесс взвешенного обсуждения, показать, как ученые подходят к проблеме, которую нельзя проверить чисто экспериментальным путем, или которая необычна благодаря своей междисциплинарной природе, или вызывает сильные эмоции.
В науке принято жестко критиковать новые идеи. Хотя стиль критики может отличаться в зависимости от характера критика, чересчур мягкая критика не приносит пользу ни сторонникам новых идей, ни науке в целом. Любое существенное возражение разрешается и поощряется; единственное исключение – ad hominem[53] – нападение на личность или мотивы автора. Не важно, по какой причине сторонник идеи ее продвигает или что заставляет его оппонентов ее критиковать: имеет значение только одно – верна или ошибочна идея, многообещающая она или реакционная.
Например, вот заключение квалифицированного рецензента – необычное, но не такое уж редкое – о статье, поданной в научный журнал
В науке жесткая критика более конструктивна, чем в некоторых других сферах человеческой деятельности, потому что в науке есть точные стандарты приемлемости, согласованные между компетентными практиками по всему миру. Цель такой критики – не подавлять, а поощрять продвижение новых идей: те, что выдерживают скрупулезную скептическую проверку, получают шанс оказаться верными или по крайней мере полезными.
Фурор в научном сообществе вызвала тема исследования Иммануила Великовского, особенно его первой книги «Столкновение миров» (Worlds in Collision), опубликованной в 1950 г. Я знаю, что некоторые ученые были возмущены тем, что нью-йоркские литераторы и редактор
Лично я считаю, что, каким бы нетрадиционным ни был процесс обоснования или какими бы неприемлемыми ни были заключения, это не повод подавлять новые идеи – тем более в научном сообществе. Так что я был очень рад, что Ассоциация содействия развитию науки провела обсуждение «Столкновения миров», в котором принимал участие и Великовский.
Заранее читая критическую литературу, я с удивлением обнаружил, как ее мало и как редко в ней рассматриваются главные пункты работы Великовского. На самом деле, похоже, ни критики, ни сторонники Великовского не читали ее внимательно, и я даже, кажется, нашел несколько случаев, когда сам Великовский не читал Великовского внимательно. Возможно, публикация симпозиума ассоциации (Goldsmith, 1977), а также данная глава, основные выводы которой были представлены на симпозиуме, помогут прояснить эти вопросы.
В этой главе я сделал все возможное, чтобы критически проанализировать работу «Столкновение миров», чтобы подойти к проблеме и с точки зрения Великовского, и с моей, то есть все время помнить о древних сочинениях, на которых основываются его аргументы, но в то же время противостоять его выводам, используя факты и логику, которыми я располагаю.
Основной тезис Великовского заключается в том, что главные события в истории и Земли, и других планет в Солнечной системе объясняются катастрофизмом[55], а не униформизмом. Эти причудливые слова используются геологами, чтобы подытожить главный спор, который они вели в период зарождения их науки и который, видимо, разрешился между 1785 и 1830 гг. исследованиями Джеймса Хаттона и Чарльза Лайеля в пользу униформистов. И названия, и теории этих двух течений напоминают знакомых предшественников в сфере теологии. Униформисты утверждают, что рельеф Земли образовался под воздействием процессов, которые мы можем наблюдать и сегодня при условии, что они происходят в течение чрезвычайно длительного времени. Катастрофисты утверждают, что достаточно небольшого количества катастрофических событий, занимающих гораздо меньше времени. Катастрофизм поддерживали в основном те геологи, которые признавали буквальную интерпретацию Ветхого Завета и в особенности повествование о Ное и потопе. Ясно, что бесполезно оспаривать точку зрения катастрофистов, утверждая, что мы никогда не видели таких катастроф в течение нашей жизни. Эта гипотеза подразумевает только редкие события. Но, если мы способны показать, что процессы, которые мы все можем наблюдать сегодня, происходят достаточное длительное время, чтобы сформировать рельеф или явление, о котором идет речь, тогда по крайней мере нет необходимости в теории катастроф. Очевидно, что и униформистские, и катастрофические процессы могли происходить – и почти определенно происходили – в истории нашей планеты.
Великовский утверждает, что в относительно недавней истории Земли произошел ряд небесных катастроф, были угрозы столкновений с кометами, малыми планетами и большими планетами. Ничего абсурдного в вероятности космических столкновений нет. Астрономы в прошлом не колеблясь использовали столкновения для объяснения природных явлений. Например, Спитцер и Бааде (1951) предположили, что внегалактические радиоисточники могли появиться вследствие столкновения целых галактик, содержащих сотни миллиардов звезд. Этот тезис сейчас опровергнут не потому, что космические столкновения невероятны, а потому, что частота и свойства таких столкновений не соответствуют тому, что сейчас известно о подобных радиоисточниках. Все еще популярная теория источника энергии квазаров связана с многочисленными звездными столкновениями в центре галактики, где в любом случае катастрофические события должны быть обычным явлением.
Столкновения и катастрофы являются неотъемлемой частью современной астрономии, то же самое касается и прошлого (смотрите эпиграфы в начале этой главы). Например, в ранней истории Солнечной системы, когда, возможно, в нее входило намного больше объектов, чем сейчас – включая объекты с эксцентричными орбитами, – столкновения могли происходить очень часто. Лекар и Франклин (1973) исследовали сотни столкновений, произошедших за период только нескольких тысяч лет в ранней истории астероидного пояса, чтобы понять нынешнюю конфигурацию этой области Солнечной системы. В другом научном труде под названием «Столкновения комет и геологические периоды» (Cometary Collisions and Geological Periods) Гарольд Юри (1973) проанализировал ряд последствий, включая землетрясения и нагревание океанов, которыми может грозить столкновение с Землей кометы со средней массой около 1018 г. Происшествие на реке Подкаменная Тунгуска в 1908 г., вследствие которого в этом месте оказался повален сибирский лес, часто приписывается столкновению с Землей небольшой кометы. Испещренные кратерами поверхности Меркурия, Марса, Фобоса, Деймоса и Луны ясно свидетельствуют о том, что в течение всей истории Солнечной системы происходило множество столкновений. В идее космических катастроф нет ничего необычного, и эта точка зрения была общепринята в физике Солнечной системы, по крайней мере в исследованиях лунной поверхности конце XIX в., осуществленных Г. Гилбертом, первым руководителем Геологической службы США.
Так почему тогда возникла вся эта шумиха? Из-за временной шкалы и достаточности представленных доказательств. За всю историю Солнечной системы продолжительностью 4,6 млрд лет в ней должно было происходить множество столкновений. Но были ли значительные столкновения за последние 3500 лет и могут ли древние письменные источники послужить доказательством таких столкновений? В этом суть проблемы.
Великовский привлек внимание к широкому ряду историй и легенд, принадлежащих разным, но имеющим много общего народам – народам, разделенным большими расстояниями. Я не специалист по культурам или языкам этих народов, но считаю, что подборка событий в легендах, которые собрал Великовский, поразительна. Правда, некоторые специалисты по этим культурам не столь впечатлены. Я прекрасно помню, как обсуждал «Столкновение миров» с выдающимся профессором, занимающимся семитскими языками в ведущем университете. Он сказал что-то вроде: «ассирийские, древнеегипетские, библейские учения и весь этот талмудический и мидрашский пилпул[56] – конечно, чепуха, но астрономия меня впечатлила». У меня же было противоположное мнение. Но давайте не идти на поводу у других. Лично я считаю, что, если даже 20 процентов соответствий, которые Великовский нашел в легендах, реальны, ими можно объяснить что-то важное. Более того, в истории археологии известен впечатляющий ряд случаев – от раскопок Генриха Шлимана в Трое до раскопок Игаэля Ядина в Масаде, – когда достоверность событий, описанных в древних источниках впоследствии, была подтверждена.
Итак, если разные, живущие на большом расстоянии друг от друга народы рассказывают одну и ту же легенду, как это можно понять? Существует четыре варианта объяснений: общие наблюдения, распространение, коллективное бессознательное и совпадение. Давайте рассмотрим их по очереди.
Если мы хотим критически оценить такие предполагаемые совпадения, следует сначала принять очевидные меры предосторожности. Действительно ли истории рассказывают одно и то же или имеют одинаковые главные составные части? Если они интерпретируются как общие наблюдения, датируются ли они одним и тем же периодом? Можем ли мы исключить вероятность физического контакта между представителями данных культур в обсуждаемую эпоху или до нее? Великовский явно придерживается гипотезы об общем наблюдении, но он слишком небрежно игнорирует гипотезу о распространении; например, он говорит[57]: «Как могли необычные повторяющиеся детали фольклора достичь изолированных островов, где у аборигенов нет никаких средств, чтобы пересечь море?» Я не знаю, на какие острова и на каких аборигенов ссылается здесь Великовский, но очевидно, что жители острова должны были как-то туда попасть. Я не думаю, что Великовский верит в независимое сотворение людей, скажем, на островах Гилберта и Эллис. Для Полинезии и Меланезии сейчас найдено множество доказательств морских путешествий на тысячи километров за последнее тысячелетие и, вероятно, гораздо раньше (Dodd, 1972).
Или как, например, Великовский объяснил бы тот факт, что в языке толтеков слову «бог» соответствовало слово «тео», как в городе больших пирамид Теотиуакане (Городе богов) рядом с нынешним Мехико, где его называют Сан Хуан Теотиуакан? Нет общего небесного события, которое могло бы убедительно объяснить это совпадение. Языки толтеков и науатль не относятся к индоевропейской группе языков, и маловероятно, что
Давайте рассмотрим, как Великовский подходит к этому вопросу. Он указывает на совпадающие истории, прямо или неким образом связанные с небесными событиями, в которых фигурируют ведьма, мышь, скорпион или дракон. Его объяснение: разные кометы при приближении к Земле под действием приливов и отливов или электричества деформировались и приобретали форму ведьмы, мыши, скорпиона или дракона, которую народы из изолированных культур и с разной историей четко интерпретировали как одно и то же животное. Даже если мы допустим, что комета настолько приблизилась к Земле, не было сделано ни одной попытки продемонстрировать, что таким способом могла получиться столь отчетливая форма (например, женщина на метле и в остроконечной шляпе). Из результатов теста Роршаха и других психологических проективных тестов мы знаем, что разные люди видят одно и то же абстрактное изображение по-разному. Великовский идет еще дальше и утверждает, что приближение к Земле «звезды», которую он сразу же идентифицирует с планетой Марс, так деформировало кометы, что они принимали четкую форму львов, шакалов, собак, свиней и рыб, и, по его мнению, это объясняет, почему египтяне поклонялись животным. Это не очень впечатляющее обоснование. Мы можем с тем же успехом предположить, что весь этот зверинец мог летать во II тыс. до н. э., и дело с концом. Гораздо более вероятна гипотеза распространения. В другой ситуации я много времени посвятил изучению легенд о драконах на планете Земля, и меня впечатлило, какие же на самом деле разные эти мифические звери, которых западные писатели называют общим именем «драконы».
В качестве другого примера рассмотрим аргумент из главы 8 части 2 «Столкновения миров». Великовский утверждает, что у древних культур есть общемировая тенденция – верить (в свое время) в то, что в году 360 дней, что в месяце 36 дней и что в году десять месяцев. Великовский не дает этому физического обоснования, но утверждает, что древние астрономы не могли быть столь невежественны, чтобы пропускать пять дней каждый год или шесть дней каждый лунный месяц. Довольно скоро ночь сияла бы лунным светом в официальное новолуние, снежные бури происходили бы в июле и астрологов подвесили бы за уши. Имея дело с современными астрономами, я не уверен так, как Великовский, в безошибочной вычислительной точности древних астрономов. Великовский предполагает, что эти неточности в календаре отражают реальные изменения длины дня, месяца и/или года и что они являются доказательствами приближения к системе «Земля – Луна» комет, планет и других небесных визитеров.
Существует альтернативное объяснение, которое вытекает из того факта, что в солнечном году нет целого числа лунных месяцев, а в лунном месяце нет целого числа дней. Такая несоразмерность досадна для культуры, которая недавно изобрела арифметику, но еще не дошла до больших чисел или дробей. Она досаждает даже сегодня религиозным мусульманам и евреям, у которых Рамадан и еврейская Пасха, соответственно, от года к году приходятся на совершенно разные дни солнечного календаря. В человеческих делах присутствует явный шовинизм целых чисел, наиболее заметный в обсуждении арифметики с четырехлетним ребенком; и это гораздо более правдоподобное объяснение таких несоответствий календаря, если они существовали.
Очевидно, что 360 дней в году (временно) удобны для цивилизаций с шестидесятиричной системой счисления, таких как шумерская, аккадийская, ассирийская и вавилонская культуры. Аналогично 30 дней в месяце или десять месяцев в году привлекли бы сторонников десятичной системы счисления. Интересно, не наблюдаем ли мы здесь отголосок столкновения между шовинистами шестидесятиричной системы счисления и шовинистами десятичной системы счисления, а не столкновения Марса с Землей? Ряды древних астрологов действительно могли сильно поредеть, когда разные календари быстро устаревали, но это был профессиональный риск, и по крайней мере они были избавлены от интеллектуальных мучений, проистекающих из возни с дробями. На самом деле небрежные расчеты – похоже, характерная особенность этой науки.
Специалист по ранним исчислениям времени (Leach, 1957) указывает на то, что в древних культурах первые восемь или десять месяцев года имеют название, но последние несколько месяцев – нет, поскольку для аграрного общества они экономически несущественны. Наш месяц декабрь, чье название происходит от латинского
Этот вопрос можно, в принципе, решить, изучив суточные кольца прироста кораллов, которые, как сейчас известно, показывают с некоторой точностью количество дней и месяцев в году; первое верно только для кораллов, растущих в приливно-отливной зоне. За последнее время, по всей видимости, не наблюдалось значительных отклонений от нынешнего количества дней в лунном месяце или году, и постепенное укорачивание (не удлинение) дня и месяца относительно года по мере того, как мы движемся обратно во времени, согласуется с теорией приливов и сохранением энергии и момента импульса внутри системы «Земля – Луна» без обращения к вмешательству кометы или других внешних факторов.
Другая проблема метода Великовского заключается в том, что в какой-то степени похожие истории могут относиться к совершенно разным периодам. Этот вопрос синхронизма легенд почти всецело игнорируется в «Столкновении миров», хотя поднимается в некоторых более поздних работах Великовского. Например, Великовский отмечает, что идея о том, что четыре древние эпохи закончились катастрофой, является общей и для индийских, и для западных священных писаний. Одко в «Бхагавадгите»[58] и в «Ведах»[59] даны совершенно разные количества таких эпох, включая их бесконечно большое число, но еще интереснее, что указанная длительность эпох между главными катастрофами (см., например, Campbell, 1974) составляет миллиарды лет. Это не совсем соответствует хронологии Великовского, которая подразумевает промежутки в сотни или тысячи лет. Здесь гипотеза Великовского и данные, которые должны подтверждать ее, отличаются приблизительно в миллион раз. Или приводятся отдаленно похожие темы извержения вулканов и потоков лавы в греческой, мексиканской и библейской традициях, но ничего не сказано о том, относятся ли они хотя бы к приблизительно сравнимым временам, и, поскольку вулканы извергались в исторические времена во всех трех областях, нет необходимости в общем внешнем событии, чтобы интерпретировать такие истории.
Несмотря на изобилие ссылок в рассуждениях Великовского также много важных недоказанных предположений. Я упомяну только несколько из них. Самая интересная идея заключается в том, что любые мифологические описания бога, который олицетворяет какое-либо небесное тело, представляют собой на самом деле прямое наблюдение этого небесного тела. Это смелая гипотеза, хотя я не представляю, как с ее помощью объяснить миф, в котором Юпитер представал перед Ледой в образе лебедя, а перед Данаей – золотого дождя. В главе 12 гипотеза о том, что боги и планеты идентичны, используется, чтобы датировать период жизни Гомера. В любом случае, когда Гесиод и Гомер говорят, что Афина родилась взрослой из головы Зевса, Великовский ловит их на слове и предполагает, что небесное тело Афина отделилось от планеты Юпитер. Но что есть небесное тело Афина? Снова оно идентифицируется с планетой Венера (часть 1, глава 9 и многие другие места в тексте). Читая «Столкновение миров», с трудом догадываешься, что греки обычно идентифицировали с Венерой Афродиту, а Афину – ни с каким небесным объектом. Более того, Афина и Афродита были богинями-«современницами», обе родились в то время, когда Зевс был верховным богом. В главе 12 Великовский отмечает, что Лукиан «не знает, что Афина – богиня планеты Венера». Бедный Лукиан, похоже, пребывает в заблуждении, считая, что богиня планеты Венера – Афродита. Но в сноске 208, видимо, оговорка, потому что здесь Великовский впервые и единственный раз использует форму «Венера (Афродита)». В главе 12 мы видим упоминание об Афродите, богине Луны. Кем тогда была Артемида, сестра Аполлона-Солнца, или ранее Селена? Насколько я знаю, можно обосновать отождествление Афины с Венерой, но это далеко от традиции и современной, и двухтысячелетней и является главным пунктом в доводах Великовского. Когда отождествление Афины с небесным телом превратно истолковывается, мы уже не так легко верим в толкование менее знакомых мифов.
Другие важные утверждения, которым дано совершенно неприемлемое объяснение и которые фигурируют в одной или нескольких главных темах Великовского: «метеориты, когда входят в атмосферу Земли, издают ужасный грохот», в то время как обычно это происходит тихо; «удар молнии, попав в магнит, меняет его полюса»; перевод слова «Barad» как «метеориты» и «как известно, Паллас – это другое имя Тифона». В главе 7 вводится принцип, что, когда имена двух богов пишут через дефис как одно имя, оно указывает на признаки небесного тела – как, например, Аштерот-Карнаим, рогатая Венера, которую Великовский интерпретирует как полумесяц Венеры и доказательство того, что Венера однажды настолько приблизилась к Земле, что ее фазы можно было различить невооруженным глазом. Но что этот принцип подразумевает, например, для бога Амона-Ра? Египтяне видели солнце (Ра) в виде барана (Амон)?
Есть утверждение, что вместо десятой казни египетской, гибели «перворожденных», в «Книге Исход»[60] имеется в виду убийство «избранных». Это довольно серьезный вопрос и по крайней мере, вызывает подозрение, что, когда Библия не соответствует гипотезе Великовского, Великовский заново ее переводит. Все вышеупомянутые вопросы могут иметь простые ответы, но ответы не так легко найти в «Столкновении миров».
Я не хочу сказать, что все легендарные совпадения и древние знания у Великовского одинаково ложные, но многие из них кажутся таковыми, а остальные могут иметь альтернативное происхождение, например распространение.
При такой неясной ситуации с легендами и мифами те, кто поддерживает доводы Великовского, должны быть рады любому подтверждающему доказательству из других источников. Я поражен отсутствием таких доказательств в искусстве. Существует множество полотен, барельефов, цилиндрических печатей и других произведений искусства, созданных человечеством за период, начинающийся за 10 000 лет до н. э. Они представляют все объекты, особенно мифологические, важные для культуры, которая их создала. Астрономические события в таких произведениях искусства не редкость. Недавно (Brandt et al., 1974) в пещерных рисунках на юго-западе Америки было обнаружено впечатляющее доказательство наблюдений вспышки сверхновой звезды, породившей Крабовидную туманность, сделанных непосредственно в то время, в 1054 г. Это событие также было записано в китайских, японских и арабских анналах. К археологам обращались за информацией по поводу пещерных рисунков с изображениями более ранней сверхновой звезды, породившей туманность Гама (Brandt et al., 1971). Но взрывы сверхновых звезд не так впечатляющи, как приближение другой планеты с сопровождающими межпланетными завихрениями и разрядами молнии, связывающими ее с Землей. Существует много незатопляемых пещер на больших высотах, далеко от моря. Если катастрофы Великовского действительно происходили, почему нет связанных с этими событиями графических изображений, сделанных в соответствующее время?
Я, следовательно, не могу считать гипотезу Великовского, основанную на легендах, убедительной. Тем не менее, если бы его идея о недавних столкновениях планет и глобальных катастрофах была подтверждена физическими доказательствами, мы могли бы в нее поверить. Но, если физические доказательства не будут очень убедительными, мифологические доказательства сами по себе точно не выдержат критики.
А теперь позвольте мне кратко резюмировать основные аспекты главной гипотезы Великовского, как я их понимаю. Я буду соотносить их с событиями, описанными в «Книге Исход», хотя говорят, что предания многих других культур соответствуют событиям, описанным в «Исходе».
Планета Юпитер извергла большую комету, которая прошла по касательной относительно Земли приблизительно за 1500 лет до н. э. Различные напасти и бедствия, которые постигли фараона из «Книги Исход», – все прямо или косвенно связаны с этим соприкосновением с кометой. Вещество, которое заставило реку Нил превратиться в кровь, попало в него с кометы. Мошки, описанные в «Исходе», появились из-за кометы – возможно, они вылетели с кометы, а местные земные лягушки стали размножаться под действием тепла, исходящего от кометы. Землетрясения, вызванные кометой, разрушили египетские, но не еврейские жилища. (Единственное, что, видимо, попало не с кометы, – это холестерин, который ужесточил сердце фараона.)
Все это, очевидно, упало из комы[61] кометы, потому что в тот момент, когда Моисей поднимает свой посох и протягивает руку, Красное море расходится – или из-за приливного действия гравитационного поля кометы, или из-за какого-то электромагнитного взаимодействия между кометой и Красным морем. К тому моменту, когда евреи успешно его пересекли, комета, очевидно, ушла достаточно далеко, чтобы разошедшиеся воды снова сомкнулись и потопили войско фараона. Сыны Израилевы в течение последующих сорока лет блуждания по Синайской пустыне питались манной с небес, которая оказалась углеводородами (или углеводами) из хвоста кометы.
При другом прочтении «Столкновения миров» оказывается, что бедствия и события на Красном море являются последствиями двух разных прохождений кометы с разницей в месяц или два. Затем, после смерти Моисея и передачи руководства Иисусу Навину, та же комета возвращается и, издавая зловещие звуки, снова проходит по касательной к Земле. В тот момент, когда Иисус Навин говорит: «Стой, солнце, над Гаваоном и луна над долиною Аиалонскою»[62], – Земля – возможно, снова из-за приливного влияния кометы или из-за неуточненной магнитной индукции в коре Земли – любезно прекращает свое вращение, чтобы позволить Иисусу победить в битве. Затем комета проходит рядом с Марсом, так близко, что он отклоняется от своей орбиты и два раза практически сталкивается с Землей, что приводит к уничтожению армии Синаххериба, ассирийского царя, поскольку он портил жизнь нескольким поколениям израильтян. В конечном итоге Марс вернулся на нынешнюю орбиту, а комета – на орбиту вокруг Солнца, где она стала планетой Венерой, которая раньше, как считает Великовский, не существовала. Земля тем временем каким-то образом начала вращаться снова почти с той же скоростью, как и до этих столкновений. В последующие времена, с VII столетия до н. э., поведение планет больше не отклонялось от нормы, хотя это могло бы происходить во II тыс.
То, что это выдающаяся история, никто – ни сторонники, ни противники – не будет спорить. Ее правдоподобность, к счастью, можно проверить научным путем. Гипотеза Великовского делает определенные прогнозы и выводы: что кометы отделяются от планет, что кометы могут проходить по касательной к планетам или вплотную к ним, что мошки живут на кометах и в атмосфере Юпитера и Венеры, что там же могут находиться углеводы, что углеводы упали на Синайский полуостров в достаточном количестве, чтобы прокормить блуждающих в пустыне в течение сорока лет, что эксцентричные орбиты комет или планет могут стать круговыми за сотни лет, что вулканические и тектонические события на Земле и связанные с ними события на Луне происходили одновременно с этими катастрофами и так далее. Я рассмотрю каждую из этих идей, а также некоторые другие: например, что поверхность Венеры горячая, что стоит не на первом месте в его гипотезе, но что широко рекламировалось как мощное ее подтверждение
В последующем обсуждении я постараюсь как можно больше использовать простую количественную аргументацию. Очевидно, что количественные аргументы – более мелкое сито для отсеивания гипотез, чем аргументы, ориентирующиеся на качественные признаки. Например, если я скажу, что большая приливная волна затопила Землю, существует широкий ряд катастроф – от затопления прибрежных регионов до глобального наводнения, на которые можно сослаться в подтверждение моего утверждения. Но, если я уточню, что высота прилива – 160 км, значит, я говорю о глобальном наводнении, и кроме того, могут быть важные доказательства, позволяющие опровергнуть или подтвердить прилив такого масштаба. Однако, чтобы количественные аргументы были понятны читателю, который не очень знаком с элементарной физикой, я постарался, особенно в «Приложении» (после «Библиографии»), изложить все главные этапы количественного исследования, используя простейшие аргументы, основанные на элементарной физике. Возможно, мне не нужно упоминать, что такая количественная проверка гипотез – привычное дело в современных физических и биологических науках. Отвергая гипотезы, которые не отвечают этим стандартам анализа, мы можем быстрее перейти к гипотезам, которые лучше соответствуют фактам.
Следует еще кое-что сказать о научном методе. Не все научные утверждения имеют равный вес. Динамика Ньютона, законы сохранения энергии и момента импульса имеют очень прочную основу. Были выполнены буквально миллионы отдельных экспериментов в их подтверждение – не только на Земле, но с помощью методов наблюдения современных астрофизиков везде в Солнечной системе, в других звездных системах или даже в других галактиках. С другой стороны, вопросы о природе поверхности, атмосферы и внутреннем составе планет не так однозначны, как явно показывают бурные дебаты последних лет по этим вопросам между учеными, изучающими планеты. Хорошим примером такого различия служит появление в 1975 г. кометы Когоутека. Эта комета была впервые замечена на большом расстоянии от Солнца. На основе ранних наблюдений было сделано два прогноза. Первый, касающийся орбиты кометы Когоутека: где она будет обнаружена в будущем, когда ее можно будет наблюдать с Земли до рассвета, когда после заката – это прогноз, основанный на ньютоновской динамике. Эти прогнозы оказались абсолютно точными. Второй прогноз касался яркости кометы. Он был основан на предположительной скорости испарения льдов кометы, вследствие чего образуется большой хвост, который дает яркое отражение солнечного света. Этот прогноз оказался ошибочным, и комету – несравнимую по яркости с Венерой – нельзя было увидеть невооруженным глазом. Но скорость испарения зависит от химического состава и геометрической формы кометы, которые мы знаем в лучшем случае плохо. При любом анализе «Столкновения миров» следует помнить то же самое различие между хорошо обоснованными научными аргументами и аргументами, базирующимися на физических или химических процессах, которые мы не вполне понимаем. Аргументам, опирающимся на ньютоновскую динамику или физические законы сохранения энергии, нужно придавать большое значение. Аргументам, основанным, например, на свойствах поверхности планет, нужно придавать, соответственно, меньший вес. Мы убедимся, что аргументы Великовского сталкиваются с большими трудностями по обоим показателям, но один тип трудностей намного хуже, чем другой.
Проблема 1
Oтделение Венеры от Юпитера
Гипотеза Великовского начинается с события, которое никогда не наблюдали астрономы и которое противоречит тому, что мы знаем о физике планет и комет, а именно – отделение объекта, имеющего размеры планеты, от Юпитера возможно при его столкновении с другой гигантской планетой. Такое распространение катастроф, обещал Великовский, будет «темой продолжения “Столкновения миров”». Тридцать лет спустя продолжения этого описания так и не появилось. Основываясь на том факте, что афелии (самые удаленные от Солнца точки) орбит короткопериодических комет[64] по статистике чаще всего находятся рядом с Юпитером, Лаплас и другие первые астрономы предположили, что Юпитер является источником таких комет. В этой гипотезе нет необходимости, потому что сейчас мы знаем, что долгопериодические кометы могут перейти на траектории с коротким орбитальным периодом из-за гравитационных возмущений со стороны Юпитера; в течение одного или двух столетий эту точку зрения никто не поддерживал, кроме советского астронома С. К. Всехсвятского, который считает, что спутники Юпитера извергают кометы из гигантских вулканов.
Чтобы оторваться от Юпитера, такая комета должна обладать кинетической энергией ½
Другая проблема заключается в том, что вторая космическая скорость, позволяющая преодолеть гравитацию Солнца на расстоянии Юпитера, составляет около 20 км/с. Механизм отрыва от Юпитера, конечно, этого не знает. Таким образом, если комета покидает Юпитер со скоростью менее 60 км/с, комета упадет обратно на Юпитер, если больше чем [(20)2 + (60)2]1 / s = 63 км/с, она уйдет из Солнечной системы. Гипотезе Великовского соответствует только узкий и, следовательно, маловероятный интервал скорости.
Еще одна проблема заключается в том, что масса Венеры очень большая – больше чем 4 × 1027 г, или, вероятно, по гипотезе Великовского, первоначально, до того, как она прошла вблизи от Солнца, еще больше. Общую кинетическую энергию, требуемую, чтобы разогнать Венеру до второй космической скорости для Юпитера, в таком случае легко вычислить: она должна быть порядка 1041 эрг, что эквивалентно всей энергии, которую излучает Солнце в космос за целый год, и в сотню миллионов раз мощнее самой большой вспышки на Солнце, которая когда-либо наблюдалась. Нас просят верить без дальнейших доказательств или обсуждений в событие выброса, намного более мощное, чем что-либо происходившее на Солнце, которое обладает значительно большей энергией, чем Юпитер.
Любой процесс, в ходе которого создаются большие объекты, создает и меньшие объекты. Это особенно верно в ситуации, где решающую роль играют столкновения, как в гипотезе Великовского. Здесь действует физика измельчения, и частиц, в десять раз меньших нашей самой большой частицы, должно быть в сотню или тысячу раз больше. На самом деле у Великовского в разгар гипотетического столкновения планет камни падают с небес, и он представляет, что Венера и Марс тащат за собой хвост из камней. Он говорит, что камни с Марса уничтожили войска Синаххериба. Но, если это верно, если мы прошли вплотную к объектам планетной массы только тысячу лет назад, нас должны были бомбардировать объекты лунной массы сотни лет назад, а объекты, которые могут оставлять кратеры диаметром полтора километра, должны бомбардировать нас каждый второй вторник. Однако ни на Земле, ни на Луне нет признаков частых недавних столкновений с такими объектами с меньшей массой. Вместо этого тех нескольких объектов, которые движутся по стационарным орбитам, пересекающимся с орбитой Луны, как раз достаточное количество, чтобы объяснить возникновение за геологическое время кратеров, наблюдаемых на лунной поверхности. Отсутствие большого количества малых объектов с орбитами, пересекающими земную, – еще одно фундаментальное возражение против основного тезиса Великовского.
Проблема 2
Повторные столкновения Земли, Венеры и Марса
«То, что комета может столкнуться с нашей планетой, не очень вероятно, но эта идея не абсурдна». Это абсолютно точно: остается только посчитать вероятности, что Великовский, к несчастью, не сделал.
К счастью, физические процессы, имеющие отношение к данному вопросу, очень просты, и их можно применить для оценки величин, даже не учитывая гравитацию. Объекты с сильно эксцентричными орбитами, путешествуя от Юпитера к Земле, пролетают на таких больших скоростях, что сила их взаимного притяжения с объектом, по касательной к которому они должны пройти, играет незначительную роль в определении траектории. Вычисление выполнено в приложении 1, где мы видим, что одиночной «комете» с афелием (самой дальней точкой от Солнца), находящимся рядом с орбитой Юпитера, и перигелием (ближайшей точкой к Солнцу), расположенным внутри орбиты Венеры, потребуется по крайней мере 30 млн лет, чтобы столкнуться с Землей. Мы также видим в приложении 1, что если этот объект является членом семьи объектов с такими траекториями, наблюдаемой в наше время, его срок существования до столкновения превышает возраст Солнечной системы.
Но давайте возьмем число 30 млн лет – максимальное количество в пользу идеи Великовского. Следовательно, вероятность столкновения с Землей в течение года равна 1 к 3 × 107; его вероятность в любом данном тысячелетии равна 1 к 30 000. Но у Великовского не одно, а
Проблема 3
Вращение Земли
Наибольшее возмущение в «Столкновении миров» вызвала интерпретация Великовского истории об Иисусе Навине и связанных с ней легенд, которая заключалась в том, что вращение Земли однажды остановилось. Образ, который, по-видимому, пришел на ум самым яростным противникам, – это экранизация рассказа Г. Уэллса «Человек, который мог творить чудеса»: Земля чудесным образом прекратила вращение, но по недосмотру не принято никаких мер предосторожности в отношении объектов, которые не закреплены, и они продолжают двигаться с обычной скоростью и, следовательно, улетают с Земли со скоростью 1600 км/ч. Но легко увидеть (приложение 2), что постепенное замедление вращения Земли на 10–2 g может произойти гораздо меньше чем за день. Тогда никто не улетит и даже сталактиты и другие нежные геоморфологические формы могли бы сохраниться. Также мы видим в приложении 2, что энергии, которая требуется, чтобы остановить Землю, недостаточно, чтобы расплавить ее, хотя это приведет к заметному повышению температуры: океаны нагрелись бы до точки кипения воды – событие, которое упущено из виду в древних источниках Великовского.
Однако это еще не самые серьезные возражения против предложенного Великовским толкования истории об Иисусе Навине. Возможно, самое серьезное кроется с другой стороны: как Земля снова начала вращаться приблизительно с той же скоростью? Земля не может сделать это сама в силу закона сохранения момента импульса. Великовский, похоже, даже не осознает этой проблемы.
Поделиться книгой: