Помоги проекту - поделись книгой:
— А кто исследует Восьмой? — поинтересовался Алекс, мой сосед и по кораблю, и по палатке. Алекс — недоучившийся художник, на Портубу рванул за жизненным опытом и вдохновением.
— Бригады в Восьмой дворец формируются по выходным дням. Никто не может обязать вас работать ежедневно, поэтому формально воскресенье вам предоставляется. По графику: сегодня выходной у первого отряда, через шесть дней у вас. И вы можете сменить работу в Седьмом раскопе на протирание пыли в Восьмом дворце, — путано объяснил Бородушкин и добавил, увидев наши вытянутые лица, — это все равно, что гулять по музею. Множество неопознанных предметов и неразгаданной символики. Толку с вас там никакого, так хоть прибраться поможете.
Алекс тут же заявил о своем желании немедленно увидеть Восьмой дворец изнутри, а я вспомнил домашние «субботники» в воспитательных целях. Как будто и не уезжал никуда.
Труд на раскопках оказался тяжелым. Рассказывать о нем особенно и нечего. Вышел с утра на огороженный участок, разложил инструменты и горбатишься. Вечером встал, разогнул спину и побрел к палаткам. А на следующий день меняемся: напарник на корточках сидит, а я с тачкой бегаю. На обед не прерывались, чтобы и так короткий день не кромсать. Болтать особенно не получалось — каждый свою лямку тянул, пусть с разной скоростью, зато с пользой для общего дела.
Вечером через три дня стало мне внезапно интересно, а что же происходит рядом с нами, в лесу?
Я стал подбивать Алекса на прогулку, тот вначале упирался, что ему лениво, да и вставать рано, но на мой тычок: «Так и будешь рисовать избушку в лесу без учета деревьев?» — все-таки поднялся и пошел со мной за разрешением к мэтру Орлову.
— А почему бы и нет? Прогуляйтесь, там красиво. Ничего опасного пока не обнаружили, далеко не заходите, датчики системы позиционирования не теряйте.
Мы для приличия потрогали браслеты на руках — все нормально держится — и отправились в лес.
После палящей жары мы словно погрузились в погреб.
Причем погреб с соленьями — настолько пряным и ароматным был запах местных джунглей. Свет причудливо пробирался сквозь ажурную крону, плотно сплетенную и сросшуюся.
— У меня ощущение, что я сижу в подушечке мха, — сказал Алекс.
Я поделился с ним своими сравнениями и получил презрительную гримасу:
— Только о еде и думаешь. Цветы и фрукты должны напоминать о любви и прекрасных дамах, а не о маринованных перцах и соленых огурцах.
— Со смородиновым листом, — брякнул я и оказался навеки записан в примитивные личности без тени романтики.
Мы брели вдоль самой опушки, постоянно озираясь назад, на вызывающую громаду Восьмого дворца.
— Как бы я хотел узнать поближе его загадочных обитателей, — вздохнул Алекс, разглядывая гладкий белоснежный листок, который спустился к нему, держась лапками за паутинку.
— Думаешь, они не были зазнайками? — спросил я. — С такими-то грандиозными сооружениями?
— Они были настоящими гениями, — воскликнул Алекс и произнес что-то насчет продуманной композиции и удачного цветового решения.
Я не понял ни слова, но согласился. Создатели дворцов были талантливыми, вот только интересно…
— Куда же они могли подеваться? Покинули все. Улетели, что ли? И никакого намека. Да, поговорить бы было неплохо. Да станут ли они говорить с нами?
Зверюшки окружили нас почти мгновенно.
Зеленые, с густой короткой шкуркой, с длинными хвостами, гибкие, похожие на наших земных леопардов, только с треугольными ушами и большими любопытными глазищами.
И расцветка: яркая зелень с черными вертикальными пятнами, будто срез у плода киви.
Один из них понюхал мою руку, я не удержался и погладил его. По загривку, по туловищу, почти до крестца. Зверь мурлыкнул, потрогал меня когтистой лапой и скрылся в чаще.
Алекс рванул было за ним, но остановился:
— Могу и по памяти нарисовать… А я и не знал, что здесь есть хищники.
Мэтр Орлов выслушал рассказ равнодушно.
— Пардусы? Они безобидные, наших не трогают. Более того, могут шестикрылую летучую мышь поймать и подарить. Где возьмут — не знаю. А с цветочком поаккуратнее, паук-птицеед, его верный жилец, не так уж и прост, может за палец схватить…
Два парня и девушка появились из лесу и подошли к нам перед завтраком.
Мэтр Орлов внимательно пригляделся к ним поверх сползших на нос очков:
— И чьи ж вы такие будете?
Парни немного замялись, а девушка, смущенно улыбаясь, ответила:
— Мы из предыдущей смены, приотстали немного…
Весь наш отряд синхронно отложил ложки и уставился на них. Девушка была довольно симпатичной, но безмозглой курицей не выглядела. Парни тоже производили впечатление абсолютно нормальных. Джинсы, хлопковые рубашки, легкая небритость. Как выясняется, почти недельная.
— Бывает, — заметил мэтр Орлов и потерял к ним интерес.
— Ему они показались недостаточно занесенными песком, — шепнул мне Алекс, беззастенчиво разглядывая девушку.
Пока я переваривал его остроту, вновь прибывшие разместились среди нас на скамьях и жадно набросились на еду.
— Меня зовут Полина, — представилась девушка. — А это — Тим и Даниэль. Мы и в самом деле заблудились. Надеюсь, нас не оштрафуют? Мы все недостающие дни отработаем, правда-правда!
Бородушкин задумчиво почесал в затылке:
— Надо же вас в списки занести, да? И как-то доложить, чтобы вас не искали, корабль же давно ушел…
— Разберемся, — спокойно ответил Тим. Голос у него был выразительный и убедительный. Скорее всего, парень методично разбирается со ступенями карьеры, один из настоящих ученых среди нас.
— Наверное, актер в период простоя, — сообщил мне на ухо Алекс. — Решил отвлечься и приобрести запись в трудовую, чтобы потом в интервью вскользь заметить про участие в раскопках.
Я кивнул. С Алексом лучше не спорить. Как настоящая творческая натура, он подобных себе чуял за версту. Кроме него из таких на Портубу прилетели только самые заядлые бездельники и охотники за легкой славой.
Девушка состроила гримаску и утянула мой кусок хлеба. И то, и другое было проделано мило и изящно.
— Это все формальности, вон сколько народу прилетает-улетает. Не удивлюсь, если наше отсутствие никто и не заметил.
Ах ты, и здесь в оргкомитете разгильдяи!
— Вот и отлично, уладите все сами, — фыркнул Бородушкин. — Нам ерундой заниматься некогда, каждая минута расписана.
— Да мы о том же и говорим, сами все уладим, — повторила девушка с досадой, — прямо сейчас Данька сбегает и разберется. Лучше расскажите, Восьмой дворец до какой стадии раскрыли?
— У этой группы еще не было выходного, — заметил Бородушкин. — Вы там что, на своей затянувшейся прогулке, совсем счет времени потеряли?
Полина кивнула с раскаянием:
— Да, в лесу совсем непонятно, что происходит. Там столько всего интересного… Это я ребят подбила на прогулку. Мы хотели найти ключи.
— Ключи? — от непосредственности заявлений девушки Бородушкин уже почти потерял дар речи, и их смысл доходил до него туговато.
— Да, от нижних этажей Восьмого дворца. — Полина привстала и вытянула из заднего кармана джинсов три плоские пластины разных цветов.
— Йеллоу кей, — шепнул мне Алекс и пояснил: — «Для перехода на новый уровень вам нужен желтый ключ». Это из игры.
Если до появления девушки его шутки меня совсем не напрягали, то теперь показались пошлыми и натянутыми. В глазах этой красивой девчонки была мысль, а подобное — большая редкость, особенно среди моих ровесниц.
Наше ученое трио же взирало на ключ с восхищением и изумлением.
— Откуда это у вас? Вы понимаете, что это похоже на предполагаемые…
Мэтр Орлов выхватил у Полины пластинки и несолидно умчался вон.
— Там их много, — пробормотала ему вслед девушка.
— Похоже, мы на грани открытия, — заметил Бородушкин.
— Так давайте пойдем и сами посмотрим? — предложила Полина.
— Нельзя, — отрезал помощник руководителя. — Ждите своей очереди.
Полина притихла и сжалась в комочек. Выглядела она одновременно и несчастной, и гордой. Я видел, что сдаваться она не собирается, что в этой русой головке бьется еще множество шикарных идей, но девушка постарается смириться.
Очень хотелось погладить ее и утешить, пообещать, что ее обязательно выслушают полностью, но рядом с ней находились эти два здоровенных лба, Тим и Даниэль…
На работах мы оказались далеко друг от друга. Если я разгибал спину, то мог заметить лишь краешек салатовой косынки, который то погружался на дно рва, то горделиво взмывал на всю высоту Полининого роста. Девушка, наплевав на жару, крутилась, приседала и подпрыгивала, время от времени заражая всех вокруг искренним смехом.
После ужина мэтр Орлов пригласил нас на торжественное заседание, где и поведал об удачном проникновении на нижние этажи.
— Оказывается, всё производство и все мастерские находятся ниже. То, что мы видели, предназначено для жизни, а технические уровни спрятаны подальше от глаз. Забавно… Жители Портубы были очень похожи на нас. Не приходится сильно напрягаться, чтобы идентифицировать ткацкие, гончарные, кузнечные залы. Все отлично сохранись, кажется, что их оставили только вчера.
— Куда же они подевались сами?! — воскликнул Бородушкин.
— Знаешь, — мэтр Орлов выдержал паузу, привлекая всеобщее внимание, — а ведь теперь это не главная загадка. Только сегодня мы поняли, что Восьмым дворцом так и не успели воспользоваться. Все новенькое, еще «в масле».
Ассистенты восхищенно замерли, переваривая услышанное. Чем мы и успели воспользоваться: ухватили добавку без них. Раз от нас никто умственного труда не требует, то будем примитивно подкреплять физические силы. Кстати, мне все это даже начинало потихоньку нравиться: думать не надо, расслабься и копай.
Полина тихонько отодвинула тарелку с рыбной нарезкой от онемевшего Шоколова и разделила оставшиеся куски между собой, Тимом и Даниэлем. Алекс показал ей из-под стола кулак. Полина фыркнула и подцепила вилкой креветку из вазы перед мэтром.
Свою добычу она разглядывала так радостно, что я не удержался и подбросил ей еще несколько штук с другого конца стола.
За ее благодарную улыбку я бы мог… Тоже потеряться с ней в лесу в поисках цветных ключей.
Выходной день пришел быстро. Алекс для удобства называл его воскресеньем — я не спорил. Я просто сгорал от нетерпения поскорее увидеть Восьмой дворец изнутри и, приговаривая старый стишок: «В воскресный день мы вышли со двора…» — поспешил вместе с отрядом на внутренние работы. Мэтр Орлов размашистым шагом возглавлял процессию, мы с Алексом старались не отставать.
Полина незаметно оказалась рядом с нами.
— В первый раз, да?
— Да. Страшно любопытно, — признался я.
Полина сделала большие глаза и завыла:
— У-у-у! — а затем добавила уже нормально: — Вам рассказали страшилки? Не верьте, во дворце очень мило.
«Мило» оказалось сильным преуменьшением. Дворец внутри был столь же величественен, как и снаружи. Яркий, многоцветный, роскошный, просторный. Наши руководители не соврали: как дворцовый музей, только без смотрителей. Ходи и разглядывай часами… Украшения, отделку, милые мелочи вроде завитых листьев на каминных решетках и пушистой бахромы на занавесях.
Единственный недостаток — полупрозрачные пузыри на мебели. Да, и легкая духота из-за закрытых окон.
Как расправляться с пузырями, нам объяснили. Поддеть ногтем и подуть — растворяются, стекая по стенками и собираясь на полу в маленький комок.
Именно такое задание нам и выдали: снимать фиг-знает-сколько-летние чехлы с мебели.
Мне было немного жаль открывать местной пыли доступ к темному дереву, но перечить я не стал, надо так надо.
Полина же пошла еще дальше, она повисла на первом же окне, сердито морща лобик:
— Заело, что ли! Помогите мне, нажмите тут…
Она настаивала, чтобы мы одновременно надавили на спинки десятка выпуклых керамических лягушек, прилипших к стене под тяжелыми занавесями.
Алекс усомнился в необходимости столь изощренных ритуальных плясок, но мы все же ухитрились растопырить пальцы и прижать всех земноводных сразу.
Стекло исчезло, а в зал ворвался восхитительно вкусный воздух. И палящий жар, и нахальная пыль забираться внутрь постеснялись.
— Так же лучше, правда? — спросила Полина, усаживаясь на подоконник и свешивая ноги наружу. Из раскопа ей незамедлительно отсалютовали кепками и банданами.
— Совсем с ума сошла, — восхитился Алекс, — нарушила эту… Герметизацию. Теперь все быстро поломается.
— Красивое слово, — вмиг посерьезнела Полина, — только неинтересное. Если ты про защиту от ветра, лучей и пыли, то ее надо отключать отдельно, можешь поискать ключ в лесу.
Алекс открыл было рот, чтобы съязвить, но Полина быстро схватилась за мою руку, соскользнула с подоконника и устремилась проветривать следующий зал.
— У нее есть тормоз вообще или нет? — пошипел Алекс.
Поделиться книгой: