Цивилизация страуса

— А смысл? Ты слишком зашорен. Твой разум отрицает все новое.

— Нет, — сказал Гусев. — Мой разум отрицает все глупое.

— Я — человек терпеливый, — сказал Вячеслав, и в голосе его прозвучали опасные нотки, которые Гусевым и выпитым им виски были проигнорированы. — Но даже у моего терпения есть пределы.

— У тебя просто потрясающие запасы терпения, — сказал Гусев. — Пять лет на одну и ту же ложку пялиться, это ж сколько терпения надо…

— Достаточно, — сказал Вячеслав. — Я тебя вызываю.

— В смысле? — не понял Гусев.

— На дуэль, — сказал Вячеслав.

— У меня нет пистолета, — сказал Гусев.

— Моя ли это проблема? — вопросил Вячеслав. — Нет, не моя. Нет пистолета, купи. Нет денег, возьми кредит.

— Э… — услышав о дуэли, Гусев стремительно трезвел. — И ты на самом деле хочешь со мной стреляться из-за ложки?

— Не из-за ложки. Ты оскорбил то, что для меня очень важно.

— Может быть, нам стоит тупо подраться? — предложил Гусев. — Или я принесу тебе свои извинения, а ты их примешь?

— Нет, — сказал Вячеслав. — Такие оскорбления можно смыть только кровью.

— Ладно, — сказал Гусев. — Впредь буду умнее. Стреляться будем до первой крови или как?

— До первой крови, — сказал Вячеслав.

— Мне нужно некоторое время, чтобы приобрести оружие.

— Три дня, — сказал Вячеслав, фотографируя Гусева на свой мобильный телефон. — Предлагаю встретиться здесь во вторник, в это же время. И не советую тебе уклоняться… — он заглянул в свой аппарат, где поисковые службы закончили сличать фотографию Гусева с другими фотографиями в их базе данных, и выдали Вячеславу результат. — Антон Михайлович.

— Я буду, — пообещал Гусев и залпом допил виски.

Глава пятая

Утром Гусев проснулся с больной головой и подумал, что все-таки надо что-то в своей жизни менять. Еще более он утвердился в этой мысли, когда обнаружил рядом с собой вчерашнюю роковую блондинку из бара. А уж когда он сообразил, что и постель, в которой они оба лежат, явно не его, Гусев дал себе слово, что больше спиртного и в рот не возьмет. По крайней мере, до тех пор, пока не разберется с этой идиотской дуэлью.

Интересно, сколько стоит пистолет.

Не менее интересно, как на самом деле зовут роковую блондинку и что у них с Гусевым было этой ночью. Если вообще что-то было. Гусев помнил все события вечера вплоть до вызова на дуэль. А дальше… дальше все было мутно. Он пил, о ком-то с чем-то разговаривал, что-то кому-то с жаром доказывал, но, вроде бы, ему удалось больше никого не оскорбить. А потом…

Ничего.

Роковая блондинка пошевелилась во сне. Гусев аккуратно, стараясь ее не потревожить, выскользнул из кровати и огляделся вокруг в поисках своих вещей. Они обнаружились рядом, сваленные бесформенной грудой на полу. По крайней мере, большая их часть — обнаружить один носок Гусеву так и не удалось.

Собрав шмотки в кучу, Гусев выскользнул на кухню, где и оделся. Проверил наличие документов. Паспорт, кредитка и телефон лежали в заднем кармане брюк.

Гусев сунул паспорт в телефон, включил навигацию, дождался соединения со спутниками и обнаружил, что находится в Новых Черемушках. С другой стороны, хорошо хоть, что он не к себе в общагу ее притащил. Коменданта наверняка была бы в восторге.

Роковая блондинка все еще спала, и Гусев мог бы ускользнуть, не попрощавшись, но посчитал это невежливым. Однако, он вышел в подъезд и подсмотрел номер квартиры, выбитый на двери. Сопоставив его с полученной из навигатора информацией, Гусев получил точный адрес, вбил его в поисковую строку «моей страны» и выяснил, что роковую блондинку зовут Анной. Ей было двадцать шесть, не замужем, но в активном поиске, работает агентом по продаже недвижимости, политические взгляды индифферентные, любимый писатель — Коэльо и еще целая куча разнообразной, но одинаково бесполезной и неинтересной Гусеву информации.

Гусев нашел кофе, набрал в чайник воды из-под крана, и пока она закипала, проверил свою почту. Друзей прибавилось до тридцати с лишним тысяч, фотография его нравилась уже двум тысячам человек, количество интервью, на которые Гусева приглашали, достигло полутора десятков. Гусев на этот счет особо не обольщался. Интерес к его персоне был временным и скоро сойдет на нет. И чем быстрее это произойдет, тем лучше.

Тем не менее, из ситуации можно кое-что выжать. Гусев прикинул, сколько он сможет заработать денег, продавая свои интервью всем, кто готов за это заплатить. Если удаться выбить из них хотя бы про три с половиной штуки, как из «Второй жизни», то поиски работы можно будет отложить еще на некоторое время.

Правда, сначала все-таки надо разобраться с дуэлью.

Гусев позвонил Кацу, но консультант на звонок не отвечал. Тогда Гусев набрал номер Стаса.

— Не занят?

— Да не особо, сегодня ж выходной, — сказал Стас. — Ты где ночевал, кстати? Я заходил тебе вчера поздним вечером, и в комнате тебя не было.

— Я тут познакомился кое с кем, — сказал Гусев.

— Лихо, — одобрил Стас. — А чего звонишь? Похвастаться?

— Вообще-то, у меня тут небольшие неприятности нарисовались.

— Она беременна от тебя и хочет сохранить ребенка?

— Нет, — сказал Гусев.

— У нее обнаружился злобный ревнивый муж?

— Тоже нет, — сказал Гусев. — Она тут вообще ни при чем.

— Тогда в чем дело?

— Я тут, кажется, нарвался на дуэль, — сказал Гусев. — Ты мне говорил, что меня нельзя вызвать, если у меня пистолета нет, я и расслабился немного.

— Официально, нельзя, — сказал Стас. — Но возможны разные варианты. У тебя как было?

Гусев рассказал.

— И правда, лихо, — сказал Стас. — Жизнь бьет ключом и все такое. После тридцати семи лет сна решил оторваться по полной?

— Случайно так получилось.

— Ага, — сказал Стас. — Вот так оно обычно и получается. По идее, ты мог бы не принимать вызов, и тогда неизвестно, чем бы это кончилось. Но ты его принял, и это теперь уже фиг оспоришь. От меня тебе какая помощь нужна?

— Консультационная, — сказал Гусев. — Где я могу купить пистолет?

— В любом магазине. Когда у тебя намечается стрельба?

— Во вторник.

— Тогда успеешь, — сказал Стас. — Смотри, для начала тебе надо пройти медкомиссию. Это просто и недорого. Посмотри в сети список организаций, кто такие справки выдает, и если она стоит не дороже двухсот рублей, смело иди туда.

— А они по выходным работают?

— Эти да, — сказал Стас. — Но потом тебе надо будет придти с этой справкой в полицию, чтобы тебе выдали разрешение на оружие, а разрешительный отдел работает только по будням. Так что этим ты вполне можешь заняться в понедельник. Получишь разрешение и иди в любой магазин, выбирай, что нравится.

— А сколько это вообще стоит?

— Справка — двести, разрешение тоже где-то около того. Пошлины там всякие, сам понимаешь…

— Нет, я о самом оружии, — сказал Гусев. — Сколько пистолет стоит?

— В среднем, около тысячи, — сказал Стас. — Но, сам понимаешь, пистолеты бывают разные. Брать что-то дешевле пятисот не имеет смысла, ибо он может тебя подвести. А дороже полутора тысяч стоит только оружие для профессионалов и что-то очень экзотическое.

Гусев прикинул, что денег ему вполне хватит, и немного воспрянул духом.

— Расскажешь мне о правилах, по которым проводятся дуэли?

— Там ничего сложного нет, — отозвался Стас. — Заходи ко мне сегодня вечером, и я открою тебе все страшные тайны.

— Зайду, — пообещал Гусев.

Он налил себе кофе, открыл на кухне окно и закурил сигарету. Он почти успел ее докурить, когда на кухню вышла Анна.

— Доброе утро, — сказал Гусев.

— Привет.

— Кофе хочешь?

— Спасибо.

Гусев налил.

— Странно, что ты все еще здесь, — сказала она.

— Я должен был уйти?

— Так принято.

— Извини, я не знал.

— Теперь знаешь.

— Угу, — сказал Гусев. — Я могу хотя бы допить кофе?

— Можешь.

— И нам после всего этого даже созваниваться не надо будет?

— После чего? — удивилась она. — Это была встреча в баре. Просто секс, ничего личного. Я даже не помню, как тебя зовут.

— Антон.

— Очень приятно, Антон, — равнодушно сказала она.

Гусев допил кофе и ушел.

В полдень, после оплаты пошлины и получения талончика в регистратуре частной медицинской клиники, занимавшейся выдачей справок для разрешения на оружие, у него состоялся разговор с психиатром, которого Гусев старался убедить в своей вменяемости. Обсудив его наследственность, родовые травмы и удары по голове, полученные в результате его не очень долгой и не слишком насыщенной событиями жизни, они перешли к тестам. Психиатр показал Гусеву картинку, на которой были нарисованы четыре предмета: перьевая ручка, карандаш, кусок мела и пишущая машинка.

После чего попросил назвать лишний, по мнению Гусева, предмет, отчего Гусев впал в ступор.

— Затрудняетесь с ответом? — оживился психиатр. Он был молод, и ему было скучно. По крайней мере, скучно ему было до тех пор, пока не пришел Гусев.

— Слегка.

— Просто подумайте, — сказал психиатр. — Какой предмет тут лишний?

— Это сильно зависит от точки зрения, — сказал Гусев.

— А разве тут может быть больше одной точки зрения? — удивился психиатр.

— Навскидку я могу назвать три, — сказал Гусев.

— Три предмета на картинке имеют большее количество общих признаков, — попытался помочь психиатр. — Значит, один лишний и его можно исключить. Какой?

Гусев включил общечеловеческую логику и заявил, что лишней является пишущая машинка. Психиатр попросил обосновать.

— Только она не имеет фаллической формы.

Психиатр напрягся, и Гусев объяснил, что это была шутка.

— При помощи трех из этих предметов можно писать буквы руками, — сказал он. А еще их можно воткнуть кому-нибудь в глаз, но об этом Гусев предпочел промолчать. — А пишущая машинка буквы печатает. То есть, мы имеем дело с модернизацией, механизацией и прочим прогрессом.

Психиатр выдохнул, и вид у него сделался несколько разочарованный.

— С другой стороны, это может быть вопрос с подвохом, — сказал Гусев. — Потому что все эти предметы можно использовать для воспроизводства информации, и тогда лишнего здесь попросту нет.

— А третья версия какая?

— Мел лишний. Перо, карандаш и пишущая машинка служат для того, чтобы оставлять буквы на бумаге, а мелом можно писать на доске, камне, асфальте и вообще на чем угодно.

— Любопытно, — сказал психиатр. — А чем вы занимаетесь в своей профессиональной жизни?

Гусев ответил.

— Понятно, — вздохнул психиатр и предложил Гусеву при помощи чертежа собрать фигуру из кубиков с разноцветными гранями.