Помоги проекту - поделись книгой:
К. Д. Рейсс
Разрушение
Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления! Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения. Спасибо.
ГЛАВА 1
Фиона
Три слова, чтобы описать поездку с Диконом, пока я пытаюсь усидеть на только что разорванной заднице. Ранимость. Незащищенность. Вина.
Папарацци ждут за воротами, как сраные выродки. Пиявки. Жестокие сосущие твари, которые ебут тебе мозг, когда ты говоришь «нет». Кто-то скажет, что они делают тебе одолжение, или, по крайней мере, считают, что не причиняют тебе боли, когда на самом деле именно этим и занимаются. Причиняют боль.
Дикон не сказал ни слова. Он повернулся лицом — с мертвенным взглядом голубых гла и скулами бога — в сторону пассажирского сиденья и уставился на мужчину через окно, пока тот не попятился от машины.
Им было известно,
Я прижала пальцы к щеке, скользнула ими по коже, прикрыв рот. Как долго меня трясет? Я даже не почувствовала этого. Какая часть моего тела дрожит? Я зажала руку между ног в надежде, что он не заметит.
— Я переехал с Манди Стрит, — произнес он. — В Лорел Каньон.
— Что ты сделал с моими вещами?
— Твои вещи в твоей комнате.
Кем я была?
Что должна была делать?
Это не в новинку.
Чувствую боль ниже спины.
Я доберусь до Уоррена за это.
Я сказала «нет».
Один слог, одно слово на десятке языков.
Н.Е.Т.
Дикон посмотрел на меня. Он был опасен. Если бы я рассказала ему о Уоррене, что бы случилось?
Наипростейшее в мире. Словно взорвать здание, чтобы уничтожить все.
Но ведь никто никогда не говорит о мусоре, который после взрыва приходится убирать месяцами.
Я сказала «нет». Четко и ясно. И вот она я, с поврежденным задом, пока Уоррен сидит за оградой под высоким напряжением в роскошном учреждении.
Солнце отразилось в глазах Дикона, когда он посмотрел на меня.
Никогда не видела подобного оттенка голубого на его лице до этого, и никогда не увижу после. Никогда не видела носа, который ломали столько раз, что он потерял свою форму. Ничего подобного. И взгляд на этом идеальном лице? Его тоже нахрен. Он не смог вынести ложь, и мне нужно было решить прямо тогда, собиралась ли я сделать невозможное.
Только Эллиот делал со мной то, что прежде не делал ни один мужчина. Он разрешал мне выбрать нечто другое. Он открывал меня так, как это делал взгляд Дикона, а Уоррен залез прямо в эту рану и вынул внутренности.
Дикон припарковался у частного въезда в Лорел Каньон. Я хотела поехать домой, но у меня его больше не было.
Почему я позволила всем этим мужчинам сделать это с собой? Я была в середине и нигде, и я даже не могла выйти из машины и добраться домой. Дверь, сиденья, потолок, панель управления обтянуты кожей.
Я рассмеялась про себя.
О, Боги иронии, вы на высоте.
ГЛАВА 2
Фиона
Как только мы проехали через ворота дома в Лорел Каньон, Дикон обхватил мое лицо ладонями и притянул к себе. Он поцеловал меня так, как мог целовать только Дикон, владея мной, посылая сообщение о том, что мой рот принадлежал ему. Я сдалась перед этим напором, позволяя его языку ударять по моему, позволяя его губам направлять мои в танце владения. Даже его рука была частью поцелуя, надавливая на мою челюсть. Я вдыхала его.
— С возвращением, — сказал он.
Секс никогда не был на первом месте, когда дело касалось Дикона. Секс был выбором. Кончить — не всегда означало опустошить его яйца на меня, хоть, когда он и желал этого, я была в экстазе. Кончить — означало доминировать надо мной. И когда я встретила его, мне понадобилось немало времени, чтобы понять это. Потому что я возбуждена и горяча, а он — мужчина. А мужчины хотят многого.
Но в Вестонвуде я забыла множество вещей. И когда я ступила на усыпанную листьями дорожку, я знала, что не была прежней.
Внутри все болело.
Я не знала, что чувствовать.
Я была растеряна. Та гусеница. Как она вгрызалась в лист. И боль. Та самая боль, которую я чувствовала сотни раз, но в этот я сказала «нет». Я не просила об этом. Это сбивало меня с толку и злило, потому что я не могла показать этого Дикону, ведь его реакция была чем-то, что я не могла контролировать.
Дом в классическом стиле, часть еще одной небольшой постройки в горах. Если здесь появятся койоты, он их пристрелит. Если появятся хиппи или наркоманы, он с ними разберется.
Отчего-то мне стало грустно. Я должна ощущать облегчение и безопасность, но все, что чувствовала, была долбаная грусть. Не пассивная тоска, нет. А такая, когда хочешь что-то разрушить.
Дом был меблирован коваными стульями ручной работы, на полу шерстяные ковры. Я видела это место, когда он купил его, но не проводила здесь время.
— Куда ты меня поселишь? — спросила я, чтобы не закричать.
— Сначала скажи мне, что не так.
Мы на пути к конфликту. Ранее мы решали их с помощью разговоров или шибари. Когда я передавала ему власть. В Вестонвуде он вырвал из меня мое воспоминание, не сказав, что делает. Полминуты трахал меня без рассудка. И сделал бы это снова, а я не знаю, смогу ли это выдержать. Если он раскроет меня, не уверена, что успею подумать до того, как он начнет планировать уничтожить Уоррена.
— Я устала, — ответила я. Мои внутренности закипали, словно смола, вонючая и бурлящая. Безудержно. Я хотела разрушить Уоррена. Хотела сделать это сама, и хотела, чтобы Дикон нахер отошел от меня.
— Можешь рассказать мне в постели, — Дикон взял меня за плечи. — Выговориться.
— Это просто стресс. Все это. То, что я с тобой сделала. Теперь я вышла и чувствую себя в заднице из-за этого.
Он не поверил мне.
Мы прошли в дом, и Дикон помог мне снять пиджак. Я не знала, что говорить. В доме были окна там, где у обычных домов были бы стены. Он оперся о стул и скрестил руки. На запястье красовалась кожаная повязка и серебряный браслет с гравировкой пера на нем. Волосы идеально уложены гелем, а руки строили заборы и копали канавы. Они спускали курок и вязали веревки.
— Дикон, я… — слова меня подводили. Жили сами по себе.
Он поднял меня и двинулся в сторону спальни, а я опустила голову на его плечо.
— Мне жаль, — прошептала я.
— Я знаю.
Дикон положил меня на кровать. Еще не стемнело, но я чертовски устала, потерявшись в одеяле, как в море белой пены.
— Думаешь, наши пределы сдвинулись? Ты думал когда-нибудь, что позволишь кому-либо причинить тебе подобную боль? — Слова сорвались, словно беженцы. Я и секунду о них не думала, и вот где оказалась — смотрела, как они убегают в поле без оглядки.
— Почему ты спрашиваешь? — без упрека спросил Дикон.
Он как будто сошёл со страницы журнала. Яркий, словно ангел, с румянцем на коже, со светлой бородкой, с волосами, спадавшими по бокам и слегка вьющимися. Безупречен и надежен. Как желание, которое загадываешь, подув на одуванчик.
Он поднял руку и провел большим пальцем по моим губам. Мне внезапно захотелось раскрыть их для него. Хотелось быть вновь сломленной сейчас, прямо сейчас. Я не хотела ждать, пока поймаю Уоррена или ждать, пока заживет мой зад. Я хотела разбиться для него, словно яичная скорлупа.
И в то же время, я не хотела ничего из этого. Мои намерения толкали друг друга в спину.
— Я не знаю. — Попытка не заплакать была самым очевидным знаком, что что-то было не так, и я не хотела, чтобы он знал. Пока. Так что я не заплакала. Я просто знала, что мои пределы сместились от туманной линии на мили и мили вдаль от бетонной стены, о которую я только что разбилась вдребезги.
ГЛАВА 3
Фиона
Я наклонилась через Аманду и выкрикнула в маленький микрофон с водительской стороны:
— Фиона Дрейзен!
Ворота Манди Стрит щелкнули и медленно отворились, поле чего зажглись огни на подъездной дорожке. Мы с Амандой были трезвы. Красивый зрелый мужик в кожаной куртке сделал ударение на том, что мы должны были приехать трезвыми и не только. Нам нельзя было приносить что-либо с собой.
— Лучше этому месту оказаться классным, — произнесла Аманда, поворачивая «Мерседес» к воротам. — Или я уеду к Фиби.
— Там сотни мягкотелых. Остальные всегда тычут пальцами и выглядят так, словно им плевать. Мне это порядком надоело.
—Ты любишь это.
— Захочешь свалить — вызови машину, — ответила я, проверяя свой макияж в зеркале.
— Так ты остаешься на ночь? Господи. Ты даже член его не видела.
— Он невероятно сексуальный. Я не могу справиться с тем, насколько влажной сейчас становлюсь.
Она припарковалась рядом с «Бентли», чуть ли не самой дорогой из шести-семи машин, припаркованных вдоль частной улицы.
— Это номер два? — Я указала на стальную цифру «2» на двери одного из домов и открыла дверь машины. — Не слышу музыки.
— Может, это какая-то вечеринка для старых пердунов.
Мы прошли к двери и позвонили в звонок. Женщина открыла почти сразу. Ей было за двадцать, на ней было шелковое длинное платье, которое выглядело так, словно сшито из моторного масла. Ее фигура напоминала идеальные песочные часы, а осанка делала ее выше, чем она на самом деле была. Черные как смоль волосы спадали на плечи, глаза были чище ночного неба, которое только что покинули звезды.
— Вы мисс Дрейзен? — у нее был нежный голос, и он оказался ниже, чем я думала.
— Да, — мы пожали руки.
— А это, должно быть, мисс Уестин.
— Привет, — ответила Аманда, пожимая руку женщины.
— Я — Тиффани. Входите.
Я бросила взгляд на Аманду. Она засуетилась, прикасаясь к своим кудрям. Она, скорее всего, уйдет, потому что волосы у Тиффани выглядели лучше.
Поделиться книгой: