Дело о Короле оборотней

— То есть, возможно, что она погибла во время похищения ребёнка?

— Да, того самого маленького ангелочка, — кивнул я. — Возможно, но не более.

— Вы лично участвовали во вскрытии?

— Да.

— Но ведь вы — волонтёр. Разве волонтёрам такое поручают?

— Я — сыщик, почему же нет? Кстати, вы спрашивали о моих впечатлениях о работе в полиции. Едва не сблевал на вскрытии. Отвратительно.

— Всё, пресс-конференция окончена, — решительно заявил Вася. — Тружеников пера убедительно прошу выйти вон.

Труженики пера выходить не хотели. У них было ещё очень много вопросов. Вася надумал выставить их силой, и тут начался форменный балаган. Репортёры не сопротивлялись. Пока хозяин кабинета выталкивал одного, второй это фотографировал. Когда Вася взялся за второго, вернулся первый и тоже щёлкнул фотоаппаратом.

— Стас, помоги, — попросил Вася. — Ты же сейчас полицейский! Должен поддерживать порядок.

— А вот хрен! — откликнулся я. — Офис спецслужбы под юрисдикцией Империи. Городские полицейские здесь простые подданные.

— И что мне делать?

— Позови писающих мальчиков. Или они умеют только мочиться на крыльцо?

Гвардейцы вывели газетчиков, тем и так пора было бежать в свои редакции строчить статейки, а Вася злобно уставился на меня, поджав губы. Я же плюхнулся на стул для посетителей и передал ему папку с отчётами о найденном сегодня трупе. Он даже не стал смотреть, что в ней, а безразлично закинул её в ящик стола.

— Зачем ты притащил в мой офис этих койотов? — мрачно вопросил он.

— Они сами припёрлись, — улыбнулся я. — Да и что плохого? Ты получил бабу, которую объявил в розыск, а я — рекламу. Разве кому-то стало хуже?

— Стас, если это труп нянечки, а я не сомневаюсь, что это она и есть, мне придётся расследовать её убийство. Или это естественная смерть?

— Лейтенант думает, что убийство. А мне — по хрен. Дальше всё в твоих руках. Что тебе мешает свалить убийство на похитителя? Хочешь — она его сообщница, хочешь — невинная жертва, пыталась ему помешать или просто не вовремя проснулась. Какие проблемы?

— Пришить? Ты считаешь, это не его рук дело?

— Откуда мне знать, Вася? Я только идентифицировал труп няньки, если это она. Убийство я не расследовал. Это твоя работа, не моя. Что за разговор, после которого я буду не таким весёлым?

— Мы с тобой поговорим о пограничнике Томе.

— Опять! Не знаю я никакого пограничника Тома и никогда не знал! Достали!

— Понимаешь, Стас, у спецслужбы есть подробное досье на каждого пограничника Вервольфа. По крайней мере, мы надеемся, что на каждого. И, представь себе, на их ближайших заставах пограничника Тома нет. И Томаса нет. Но я подумал, что даже такой своеобразный малыш, как Олег, не может фантазировать на пустом месте. Что-то такое он слышал или видел. Да и ты не похож на педераста.

— Спасибо, друг!

— Заткнись! Я тебе не друг! А ты мне — тем более! Короче, я предположил, что пограничник был женского пола. Никакой Томы в списках тоже нет, зато нашлась Тамара. Вот, полюбуйся.

Вася кинул мне две фотографии. На первой Тома с сосредоточенным лицом проверяла чьи-то документы на пропускном пункте. Ей очень шёл летний мундир пограничной стражи — лифчик, шорты с поясом и мокасины, всё белого цвета. Через плечо перекинут длинный лук, за спиной — колчан с серебряными стрелами, на поясе — арбалет, дубинка и кинжал, похоже, тоже серебряный. Я вспомнил её без всего этого, и мой организм отреагировал вполне предсказуемо. Всё бы ничего, но Вася заметил.

— Вижу, что вы знакомы, и даже вижу, до какой степени близости дошло ваше знакомство.

— Глупости! Мне нравится твоя малолетняя любовница, вот и…

— Посмотри вторую.

Со второй фотографии на меня смотрела оскаленная волчица. И это тоже была Тома. В центре Империи никто не отличит одного волка от другого, но Приграничье — иное дело. В городе действует постановление о запрете появления оборотней в волчьей форме в публичных местах, но в нём столько исключений, что по-настоящему оно, считай, и не действует. Волков я насмотрелся достаточно, чтобы не путать их между собой.

— Волк какой-то, — безразлично сказал я. — Или волчица, с этого ракурса не видно. Тоже Тамара?

— Да, Тамара, сержант пограничной стражи Вервольфа. И ты с ней трахался!

— Ты так говоришь, будто это что-то плохое.

— А что, хорошее?

— Вася, ты откуда родом? Не из Приграничья же?

— Я из Степного Пояса.

— А! Бескрайние поля пшеницы и такие же бескрайние луга сочной травы. Читал что-то о твоей провинции.

— Степной Пояс — это три провинции, а не одна. Да, всё правильно. Мы — житница Империи. И у нас не живут нелюди, даже метисы. Я не понимаю, как можно трахаться с нелюдями. А вы ведёте себя так, будто это норма! Будто оборотни — люди! Вот только вчера узнал, что в полиции служит метис-оборотень. Я пошёл к вашему капитану, потребовал, чтобы его уволили, мои полномочия такое позволяют, а он знаешь, что мне ответил?

— Наверно, на хрен послал.

— А когда я ему сказал, что спорить со спецслужбой вредно для здоровья, он напомнил о моём покойном начальнике, которого убили за то, что он боролся с контрабандой!

— Да? А я слыхал, за то, что вымогал взятки у контрабандистов и у кого-то ещё. Но это неважно. Я так и не понял, чем ты собрался меня огорчить. Фотографиями сержанта Тамары?

— Она — агент разведки Вервольфа.

— Это факт или твои фантазии?

— Она была обязана тебя задержать, а не трахаться с тобой!

— Тебе-то что с того, Вася?

— Ты завербован, понимаешь? Ты сам этого не заметил, а уже работаешь против Империи! Скажи, Стас, она тебя целовала?

— Не твоё дело.

— Целовала, конечно же! А оборотни не целуются! Им это не в удовольствие. Может, ещё и хвостиком тебе повиляла? А то и в лицо лизнула, да?

— И это не твоё дело. Чего ты от меня на самом деле хочешь?

— Чтобы ты работал на спецслужбу. Другим об этом знать необязательно, ты останешься частным детективом, но если вдруг здесь появится твоя Тамара, немедленно оповестишь меня.

— Хрен тебе на рыло.

— Пойми, Стас, она обязательно появится. Она тебя завербовала, и непременно попытается как-то тебя использовать. Возможно, предстоит война с Вервольфом, а ты отказываешься помочь Родине. Нехорошо.

— С чего вдруг война? Прошлый раз Империя на них напала, получила по зубам, и с тех пор с ними мир. Что, снова готовим нападение?

— Я этого не говорил! — перепугался Вася. — Это секрет!

— Ты не говорил, но слышали я и твоя любовница. Но ты не сказал, с чего вдруг война? Есть разумная причина?

— Есть. Но тебе её знать не положено. Короче, если тут появится Тамара, я должен об этом узнать сразу же. Иначе тебе придётся очень несладко, уж поверь мне.

— Тот, кто тебя сменит на боевом посту, будет говорить, что ты безвинно погиб из-за неправильного метода вербовки стукачей.

— Ты мне угрожаешь? — он вскочил на ноги.

— Нет. Я тебя посылаю на хрен.

Когда я уходил, писающие мальчики ехидно ухмылялись. Похоже, они подслушали всё, в том числе важнейший секрет Империи.

* * *

Я скромно поужинал в городе, финансы ещё позволяли. Обед пропустил, потому что возня с трупом отбила всяческий аппетит, и даже вечером еле осилил маленькую порцию гречневой каши с жареной рыбой. Зато компота проглотил с полдесятка стаканов, очень уж жарко было днём. Хотелось пойти домой и лечь спать пораньше, но увы. Спать мне вновь предстояло в казарме, а там до темноты не поспишь, новобранцы так шумят, что и покойника разбудят, если он свежий.

Раньше я считал, что если человек хочет спать, ему никакие звуки не помешают. Ошибался, признаю. Вчера у меня день был куда хуже, чем сегодня, я устал дальше некуда, а заснул лишь незадолго до полуночи, когда коллеги закончили покер и погасили свет. Вряд ли сегодня будет иначе. Так что я решил погулять по парку, а заодно взглянуть на место, где нашли труп Арины. Парк я отлично знал, ещё в детстве облазил в нём все углы и закоулки, так что нужные заросли нашёл без труда. Тщательно обыскал всё вокруг, но не обнаружил ничего полезного. Всякого мусора валялось сколько угодно, понять, что имеет отношение к делу, а что попало сюда месяц назад, не получалось.

За спиной хрустнула ветка, и я резко развернулся, схватившись за дубинку. Не ахти какое оружие, но другого нет. Передо мной стоял оборотень, причём не полукровка. Даже в человечьей форме он выглядел заросшим шерстью двуногим волком. А на поясе у него висели кинжал и шпага, всё серебряное. Поодаль стояли ещё трое, один примерно такой же, но человек, а двое других — губернатор и его сынок Борис. Стало быть, вот они какие, телохранители губернатора, головорезы, в лапы которых опасно попадать. Да, действительно опасно.

— Вы кто такой? — строго спросил я, изменив голос, насколько смог. — Это место преступления, посторонним тут делать нечего.

— Вот и расскажи это Его Превосходительству, — лениво предложил оборотень, говорил он без малейшего акцента, как местный, может, даже родился он в Приграничье.

— Не, собачиться с губернатором мне не по чину, — буркнул в ответ я. — Хочет он посмотреть, где лежал вонючий труп — нет возражений.

— Это для тебя Арина — просто ещё один труп. А для Его Превосходительства она старая нянечка, которая вырастила его самого, а потом и его старшего сына.

— А для тебя? — полюбопытствовал я. — Или ты её вообще не знал?

— Знал. Добрая старушенция. Мегерой становилась, только если кто-то её ангелочка обижал. Ха, ангелочек! — он сплюнул. — Как по мне, хуже трёх демонов. А чего ты о ней выпытываешь? Дело передано спецслужбе, а ты из полиции.

— Ещё не передано, — возразил я. — Труп пока официально не опознан.

— Арина это, — отмахнулся оборотень. — И не сомневайся. Её ноги даже по скелету с другими не спутать. Еле ходила, бедняжка. Ну, ты это… заканчивай тут побыстрее, чтоб Его Превосходительство долго не ждал, а когда свалишь, он и Бориска с ней попрощаются. Не над протухшим же трупом им прощаться. А потом официально опознают. Кому же ещё, как не им?

— Уступаю место Его Превосходительству.

Я пожал руку оборотню, кивнул издали остальным и ушёл, старательно копируя походку патрульного полицейского. Я не боялся, что меня узнают — для обывателей человек в мундире в первую очередь мундир, а потом уже человек. Мало кто из них способен отличить одного гвардейца, почтальона или полицейского от другого, и семья губернатора вряд ли тут исключение. Телохранители — другое дело, но ни оборотень, ни его напарник меня раньше не видели, так что и узнать не могли.

Губернатор с сыном шагнули к зарослям, в которых ещё утром лежал труп, а я зашагал по аллее, рассеянно поглядывая по сторонам. Успел отойти довольно далеко от них, и тут из кустов выскочила исцарапанная девчушка с зарёванным грязным лицом, вопя «Полицейский, миленький, спасите меня!». Хорошо хоть, не «дядя полицейский». Я не видел ничего такого, от чего её нужно было спасать, но на всякий случай схватился за дубинку — бывают и опасности, поначалу невидимые.

— Что стряслось? — насколько мог, ласково спросил я.

— Там страшный тигр! — ответила она.

Я не видел поблизости никаких тигров, ни страшных, ни безобидных, да и в Приграничье тигры не водятся. В горах есть какие-то крупные кошки, не то рыси, не то пумы, но горы, хоть и тоже Приграничье, отсюда далеко.

— Где тигр?

— Там! — она показала куда-то в сторону. — Он хотел меня съесть!

Если он в самом деле там был, неудивительно, что хотел кого-то съесть — он же хищник. Мысленно пожелал ему поужинать губернатором, благо Его Превосходительство шляется где-то поблизости, а сам вытер девчонке мордашку и предложил ей отряхнуть платье. Когда она привела себя в относительный порядок, я её узнал — секретарша нашего доблестного старшего агента спецслужбы. Вот ещё не хватало — наводить чистоту на морды имперских, да ещё и злоупотребивших веществами до галлюцинаций в виде тигра.

— Алла, что ты тут делаешь одна? — спросил я, теперь уже не ласково, а строго. — Уже темнеет, между прочим.

— Я заблудилась! — она снова заревела. — Я же не здешняя, мне Василий схему нарисовал, куда идти, а я не смогла!

— Пошли, я выведу тебя из парка.

— Нет, полицейский, мне нельзя из парка! Меня ждёт губернатор!

— Зачем ты ему?

— Я должна зафиксировать результаты опознания.

— Трупа?

— Да! — она заревела ещё сильнее.

— Так труп в морге, на леднике, а не здесь.

— Не знаю! Василий сказал, найти губернатора, он ждёт, чтобы сделать заявление, а должна застенографировать. Только на схеме там был мост через ручей, а на самом деле его не было. Одни развалины. Я хотела перейти вброд, а там… а там… а там…

— Жабы? — предположил я.

— Нет! Тигр! Он рычал на меня. Я испугалась, даже сумочку и сандалии в воду уронила, и побежала обратно. Как хорошо, что мне полицейский на пути попался! А откуда вы меня знаете?

— Мне Вася о тебе кое-что рассказал.

— Он всё врёт! Не было этого!

— Чего не было?

Я аккуратно взял её за руку и потащил к выходу. Пока Алла сквозь слёзы рассказывала, чего у неё на самом деле не было с Васей, и даже не добралась до середины списка, как мне показалось, мы добрели до боковых ворот парка. Я попросил её заткнуться и задумался, что тут, демон побери, происходит. Тигр или что-то вроде него было настоящим? Или всё же галлюцинация? Живёт у нас в городе некий Вадим, он как выпьет, каждый раз видит несколько розовых слонов и всем об этом рассказывает. Ещё удивляется, что их больше никто не видит. А когда трезвый, ничего об этом не помнит. Впрочем, он редко бывает трезвым. Но Алла явно не пьяная. Неужели действительно вещества? Говорят, пристрастие к ним иногда излечимо, но здесь этого никто не проверял — наркоманов в Приграничье сразу вешают, так дешевле. Этот указ издал ещё позапрошлый губернатор.

— Что делаем дальше? — спросил я у неё, так ни в чём и не разобравшись.

— Надо спасать губернатора, — всхлипнула в ответ Алла.

Уже темнело, губернатор наверняка давно удалился в свои апартаменты в гостинице, или где он там ночует. Да и в любом случае я не собирался искать его общества. По крайней мере, пока при нём такие телохранители.

— Хрен на губернатора! — заявил я. — Понимаешь, где находишься? Отсюда доберёшься домой, или туда, где собираешься ночевать?