Помоги проекту - поделись книгой:
Двигаясь на непослушных ногах, ощущая, как короткие стволы револьверов провожают его подозрительными взглядами, Грей приблизился к лежащему на рельсах апачу.
— Возьми перо у меня из волос и засунь себе за ухо, — повелел пленник тоном, не допускающим возражений.
— Ха-ха! — осклабился Крисби. — Да ты шутник, черт тебя дери!
— Точно, — сплюнул другой бандит, с зубами, изъеденными кариесом. — Прямо клоун, как в том цирке в Финиксе.
— Похоже, наш индейский друг спятил, — послышались высказывания остальных членов славной компании грабителей. — Остатки мозгов сварились вкрутую. На такой жаре — не удивительно.
— Нет-нет, — поднял ладонь Хейс. — Досмотрим спектакль. Давай, сынок, делай, как он сказал.
Грей осторожно наклонился к смуглому лицу апача и вытащил из его волос орлиное перо. Глаза пленника по прежнему были закрыты. Повертев перо в руках, молодой человек пристроил его за своим ухом…
«_-:-_:~|.._|»
Непонятные символы мелькнули в жарких струях воздуха и пропали. Затем перед настороженным взором парня появились другие буквы, на этот раз английские. Некоторые слова он видел первый раз, но другие смог разобрать:
«…уровень… …сигнал… …соединение… …заряд 0,00001 %… …попытка входа… …ответ…»
Словно завороженный, Грей протянул руку, чтобы потрогать висевшие перед ним слова, но те оказались бесплотными как дым или радуга.
— Что с тобой, сынок? — сощурился Хейс.
Судя по всему, бандиты не видели того, что наблюдал сейчас парень. А затем в голове Грея зазвучал голос:
«В соответствии с контрактом, при возникновении чрезвычайных обстоятельств, угрожающих жизни Принимающего, и невозможности задействовать обычную процедуру спасения, туристическая фирма *Звездный Путь* инициирует применение охранной программы, с согласия добровольца. Подтвердите, пожалуйста, Ваше согласие, господин Грей».
Сказать, что парень был потрясен — значит, не промолвить ни слова. В ушах молодого работника железной дороги шумным прибоем стучала кровь, глаза растерянно перескакивали с одного предмета на другой, в поисках того, кто с ним только что говорил. Но в поле зрения попадали лишь озадаченные лица бандитов и понурые морды лошадей. Быть может, сумасшествие странного индейца передалось и ему?! Говорят, безумцы слышат голоса и видят всякие видения…
— Чтоб меня… — пробормотал Грей.
— …слышишь? — слова Хейса доносились слабо, как издалека.
Молодой человек чувствовал, как у него начинает кружиться голова.
«Господин Грей, подтвердите, пожалуйста, ваше согласие», — вновь возник голос.
— …эй!
— …ты как, в порядке?
«Ваше согласие, господин Грей».
— …сколько пальцев видишь?
«Согласие, господин Грей».
Голос в голове становился всё более настойчивым, заглушая все остальные звуки. Просто так он не отстанет…
«Ваше…»
— Да, — прохрипел парень — в горле порядком пересохло. — Я согласен.
В тот же миг его взор прояснился, шум в ушах стих, ноздри втянули в себя горячий воздух пустыни, а руки сжали длинную рукоятку кувалды. Грей Вест выпрямился во все свои шесть футов и пять дюймов. Странное ощущение появилось у молодого обходчика: словно его тело подчинялось теперь не ему, а кому-то ещё. Кому-то, кто четко знал, что надо делать.
Мышцы рук дернулись, посылая кувалду в короткий полет, закончившийся ударом о шею одного из бандитов. Сам парень прыгнул вслед за своим инструментом, приземлился возле потерявшего сознание грабителя и потянулся за его револьвером. На широкую спину тут же обрушился град пуль остальных членов банды. Однако всё, чего они этим добились — отбросили Грея на пару футов от оружия.
«Снижение уровня заряда до…» всплыли неосязаемые буквы перед глазами обходчика. Он не стал вчитываться. Всё равно это ни о чем ему не говорило. Ладонь наткнулась на кувалду, тело молодого человека снова напряглось и швырнуло тяжелый снаряд в ближайшего противника — Хейса. Главарь бандитов пригнулся к холке лошади, увернувшись от броска, и разрядил барабан своего кольта прямо в грудь молодого человека. «Снижение уровня…» отреагировали буквы.
— Дьявол, да он стал прямо как апач! — воскликнул Крисби.
— Эй, сынок, — обратился к парню Хейс, неторопливыми движениями заталкивая в револьвер один патрон за другим. — Ты и впрямь хочешь отдать свою молодую… — вошёл патрон, — …многообещающую… — ещё один патрон, — …и во всех отношениях прекрасную жизнь… — крутанулся барабан, — …за индейца?
Грей сглотнул. Он лежал в пыли, неподалеку от железнодорожной насыпи, совершенно открытый и безоружный. До сих пор какое-то чудо спасало его от пуль, но будет ли оно работать и дальше? Молодой человек вовсе не был в этом уверен. Однако он был уверен в том, что начатое дело надо доводить до конца.
— Похоже, что так, сэр, — произнес парень, медленно поднимаясь на ноги.
— Серьёзно? — наклонился вперед Хейс. — Почему бы тебе просто не отдать нам это перо? И мы — даю слово — забудем о возникшем недоразумении.
Грей обвел взглядом остальных членов банды. Что-то в ухмылке Крисби говорило о том, что с пером ему лучше не расставаться.
— Пожалуй, я оставлю его себе на память, — проронил обходчик.
Нагретый воздух перед его взором прочертили красные и белые линии. Странного вида закорючки, перемешанные с цифрами, побежали слева и справа от поля зрения. Вверху вертелась картинка кольта с пометками на незнакомом языке. Внизу красовались анатомические схемы человеческого тела — нечто подобное Грей видел в больнице Финикса, когда возил туда своего брата с аппендицитом. Легкие молодого человека сделали глубокий вдох.
— Малец, — насмешливо обратился к обходчику Крисби, — что бы ты там ни задумал — черта с два у тебя…
Тело Грея сорвалось с места, длинными прыжками преодолело пятьдесят футов и под аккомпанемент револьверных выстрелов прыгнуло вперед. «Сниже…», «сниже…», «снижение заряда…» проскочили фразы на фоне синего неба и красноватых холмов.
Грей врезался в Хейса, сбив его с лошади, обхватил бандита крепкими руками и покатился с ним по горячей пустынной земле. Выстрелы стихли — бандиты боялись задеть своего предводителя. Трое из них соскочили с лошадей и поспешили на выручку боссу. Молодой человек с некоторой отстраненностью наблюдал, как его кулаки молотят по разным местам на теле Хейса. Места были подсвечены оранжевыми пятнами.
Несколько рук разом потянули его назад, оттаскивая от покрытого синяками и ссадинами главаря. К горлу Грея приставили нож, чья-то ладонь потянулась за пером…
Конечно, таинственное существо, что управляло его телом, дралось неплохо. Но уж слишком жалело противника — на взгляд парня. Потасовки, в которых приходилось участвовать молодому человеку, обычно заканчивались после одного-двух ударов. Поэтому Грей решил, что было бы неплохо помочь своему «гостю». Приложив усилие воли, парень преодолел сопротивление своих нервных волокон и вернул себе контроль над телом.
Рука, тянувшаяся к перу, так и не коснулась его. Обладатель этой руки с посеревшим лицом осел на колени, держась за место, куда заехал кулак Грея. Вокруг молодого человека сверкали разноцветные стрелочки, подсказывая направление ударов, но он не обращал на них внимания. Двинув локтем в висок одного бандита и зарядив апперкот другому, обходчик избавился, наконец, от насевших противников. Оставался только Крисби.
Грей взглянул на всадника, который наблюдал за ходом драки с другой стороны железнодорожного полотна. Тот судорожно разрядил в парня револьвер, повернул лошадь и взял с места в карьер. Пыльный след медленно оседал в нагретом воздухе пустыни…
Грей с отстраненным видом рассматривал свои широкие ладони, размышляя, как ему удалось выжить в этой заварушке, и какого черта он вообще в неё полез. «Заряд исчерпан» мигала полупрозрачная надпись, но молодой человек не обращал на неё внимание. Из ступора его вывел пронзительный гудок.
«Поезд, мистер Грей», — прокомментировал голос.
Лесовоз уже вывернул из-за поворота и теперь отчаянно сигналил: машинист заметил препятствие на пути, но остановить поезд не успевал. Пребывая в полной уверенности, что чудесная защита всё ещё действует, молодой человек сорвался с места, устремившись к связанному индейцу, подхватил его и с превеликим трудом — апач оказался очень тяжелым — отбросил с рельсов. В следующий миг паровоз врезался в обходчика.
Грей сидел на бревне и жевал травинку. Вечерело, жара, наконец, начала спадать. Небо на западе приобрело оранжевый оттенок, солнце подсвечивало золотом барашки облаков.
— Грей Вест, — подъехал индеец на лошади, реквизированной у бандитов. — Ты всё понял?
— Вроде того, мистер, — ответил молодой человек…
Состоявшийся разговор занял несколько часов, пока один из машинистов ездил в город за шерифом.
— Мой мир сильно отличается от твоего, Грей Вест, — поведал индеец доверительным тоном. — Там много льда и почти не бывает тепло.
Молодой человек понимающе кивнул. Его шурин как-то рассказывал про Канаду, в которую плавал на рыбачьей шхуне. Дескать, снега там столько, что можно завалить всю аризонскую пустыню трехметровым слоем. Байки, конечно. Грей на них не купился.
— Должно быть, дров на зиму не напасешься, — сочувственно произнес он.
— И не говори, — раскурил трубку апач. — Греемся чем попало. А ещё — скука смертная. Народу, считай, вокруг нет совсем. На отшибе живем, редко кто в наши края залетает. В свободное время заняться нечем.
— Бывает, — покивал Грей. — Мы с парнями в таких случаях в бейсбол играем. Или на рыбалку.
— На рыбалку у нас не получится, — помотал большой головой индеец. — Водоемов нет. Не говоря уже о рыбе.
— Некоторые ещё книги читают, — вспомнил обходчик. — В библиотеках.
— Классику я давно всю прочел, — махнул рукой апач. — А из современных авторов… разве что ЧжиТганд Лу… да и то, ранний.
— Не слыхал о таком, — вежливо заметил парень. — Хотя я по книгам — не особо.
— Вот, — пыхнул собеседник. — Ждёшь отпуск целый год. Покупаешь тур. И душой отдыхаешь от торосов и сосулек. А потом хвастаешься коллегам. Такие дела.
— Ясно, — выдернул травинку молодой человек. — А у нас отпуска не допросишься. Даже выходные не всегда бывают.
— Хотя… — поплыло в жарком воздухе белое колечко. — У нас временами тоже неплохо. Северные сиянияна всё небо, «поющие» льдины, снежинки размером с корову…
«Вы задействовали необычный тип энергии, мистер Грей, — сообщил парню бестелесный голос, пока апач расписывал новому знакомому места, из которых прибыл. — Мы до сих пор анализируем случившееся. В нашей практике пока что не было подобных прецедентов. Однако данные об уровне безопасности вашей планеты, без сомнения, будут скорректированы. Впредь мы не допустим возникновения столь криминогенных ситуаций с участием наших клиентов. Мы искренне надеемся, что вы войдете в наше положение и не станете размещать информацию об этом инциденте во всегалактическойинформсети».
— Э-э… да, сэр, — несколько неуверенно ответил парень. — Полагаю, что не стану… — беседовать с невидимкой было всё-таки странно.
Он не понял и половины всех этих сложных слов, но справедливо полагал, что если серьезная контора желает сохранить свою репутацию, то должна позаботиться о благополучии своих клиентов, попавших в неприятности. Вот как, например, старый Дьюк Веллингтон бесплатно поставил ему пломбу взамен той, что выпала.
— …Помни, что турфирма предлагает тебе в награду за помощь путевку в любой конец галактики. На твой выбор. Твоё сознание перенесется на другую планету, и ты сможешь жить в теле тамошнего обитателя целый месяц. Как я сейчас живу в теле этого человека.
— Интересный выбор вы сделали, мистер, — усмехнулся Грей.
— Места у вас тут красивые, — широко повел рукой апач.
Молодой человек покосился на паровоз, обиженно задравший к небу колеса, на сошедшие с рельс вагоны, раскиданные вокруг бревна, испорченное полотно железной дороги. Что ж, на вкус и цвет…
Перед взором парня проплывали разноцветные виды далеких миров. От одних веяло холодом, как от родины новоиспеченного знакомого. Другие опаляли жаром раскаленных лавовых морей. Третьи обрушивали на потенциального клиента турфирмы буйство красок, которому позавидовал бы ежегодный карнавал в далекой Венеции. Грей задумчиво листал неосязаемые страницы движением пальца, слюнявя его по привычке. Странные существа населяли эти миры. Они не походили ни на что виденное ранее, и их было так много… Интересно, каково это — вселиться в одного из них, посмотреть на другой мир глазами его исконного обитателя? Наверное, это будет удивительно. А потом, через много лет, — рассказывать об этом своим друзьям и знакомым, которые просто рты пораскрывают. Мда… Всё равно, что рассказывать голодным о том, какой вкусный пирог был на вечеринке в прошлом году.
— Пожалуй, я лучше оставлю эту путевку своему внуку, мистер, — тронул шляпу Грей.
— Тогда, быть может, я когда-нибудь буду его гидом, Грей Вест, — подмигнул апач. — У нас есть на что посмотреть.
— Счастливо добраться домой, — кивнул обходчик.
— Хау, — с серьезным видом поднял руку индеец, тронул лошадь и поехал в сторону холмов.
Парень выплюнул травинку, подхватил кувалду, закинул её на плечо и неторопливо пошел к шерифу, который возился возле связанных бандитов. Интересно, подумал он, какую планету выберет мой внук?
Ультиматум чудес
Штабной вагон катил с апломбом, словно сам по себе. Облитый небесно-голубым цветом снаружи, одетый в белый атлас и стёганый штоф внутри, он точно стеснялся менее пышного соседства: паровоза, вагона-опочивальни, вагона-кухни, вагона-столовой и пассажирских вагонов. Над окнами, разделёнными большими простенками, восседали позолоченные двуглавые орлы.
Амбиций В. М., начальнику поезда (по совместительству владельцу), было не занимать. Об этом говорил сам факт открытия первой частной железной дороги. Чугунка, со времён царской России принадлежавшая исключительно государству, каким-то хитрым (а главное — затратным) образом пустила росток вне державной системы.
Факт первенства, видимо, вдохновил начальника поезда на создание не совсем обычного состава. Или совсем необычного, как считал сам В.М., не замечая жирную грань между новаторством и реконструкцией. Дизайнерский проект железнодорожного состава «Новое прошлое» (эти слова значились на комплекте проектно-сметной документации) удивительным образом напоминал роскошный поезд Николая I, на котором император в 1851 году открывал «железку» Санкт-Петербург — Москва.
Штабной вагон шили, разумеется, по мерке, взятой с императорского вагона.
Сидя в кабинете перед ноутбуком, начальник поезда отхлёбывал чай из изящного, с серебряными жилками стакана в позолоченном, с фигурной ручкой подстаканнике. Ретро-поезд летел вперёд, вперёд, вперёд, снег таял на котле паровоза, а предрождественский мороз бессильно покусывал окна. В штабном вагоне было тепло и уютно; В.М. нежился в этом комфорте, будто в ароматизированной сауне, млея и позёвывая, но не забывая про данное внучке обещание.
Внучка просила подарить ей на Рождество… стихотворение. Ну и странный народ, эти детки. Стихотворение! Не упаковку жвачек, не новую куклу, не поездку в деревню, а эфемерные буквы. В.М. не понимал этого и как начальник поезда, и как дедушка. Но — интернет в помощь; он пил чай и перебирал в «паутине» ноутбука стихотворения, искал вдохновение для создания подарка.
Мороз за окном был трескуч, как расходящийся по швам пиджак, почти крещенский, почти исконно-русский; начальник поезда помнил его щипки, от которых при посадке раскраснелись нос, щёки и уши. Розовые хлопья тумана копошились в стволах мохнатых сосен, проносящихся по обе стороны состава, а снежные парики горных вершин горели в ярких ухаживаниях январского солнца. Лошади на лесных тропах чуяли снег, крестьянин торжествовал, на экране ноутбука значились стихи Пушкина.
Стихотворение, стихотворение, стихотворение… гори оно синим пламенем! Маленькая террористка — горячо любимая, но от этого ещё более опасная в категоричности своих ультиматумов — требовала от деда рождественское стихотворение. Написанное лично им.
«Актом устрашения» стал безапелляционный отказ подняться на «борт» дедушкиного поезда, не говоря уже о совместном путешествии в штабном вагоне. А ведь В.М. купил этот поезд и эту дорогу для внучки… для неё и себя.
Начальник поезда любил поезда и свою маленькую террористку.
Внучка обожала стихи и своего деда, не верящего в волшебство рифмованных строк.
— Прокатимся после Рождества. И твоего стихотворения. Всё понял, деда?
В.М. вяло попытался вести переговоры, дабы смягчить требования, но проиграл. И теперь был вынужден приманивать чужой рифмой собственное вдохновение. Поисковики охотно сыпали снежинками сайтов.
«Не то, ах, не то…»
«Вот бы свершилось, — думал начальник поезда (он же любящий дедушка), — вот прямо сейчас, и стихотворение придумалось, впервые за семьдесят лет. Почему я не помню, сочинял ли стихи в детстве? Разве бывает так, чтобы человек не сочинил ни одного стишка?».
Дальше стихотворения пошли лучше, мелодичней, образней, в них чувствовался скрипучий снег, и синий иней, и волшебные звёзды, и чудеса, и мороз-морозец, и как хорошо, что всему этому находилось место за стенами штабного вагона, а не внутри.
«Что?..»
Поделиться книгой: