Шпионами не рождаются

Атаманенко Игорь Григорьевич

Шпионами не рождаются

BOSTON PUBLIC LIBRARY Copley Square Boston, MA 02116

Digitized by the Internet Archive in 2014

История человечества знает много цивилизаций, исчезнувших с лица Земли в силу различных причин. Сегодня мы можем констатировать, что в уничтожении уникальной цивилизации — Союза Советских Социалистических Республик — самое деятельное участие принимали спецслужбы главного противника — США, стран Западной Европы, входящих в блок НАТО, и Японии.

В 1980 году ЦРУ, возглавив «крестовый поход» против СССР, подготовило и начало целенаправленно реализовывать строго секретный план под кодовым названием «Доктрина освобождения». С тех нор она является настольной книгой всех американских президентов.

Согласно «Доктрине» немаловажная роль в развале СССР отводилась секретным агентам из числа наших политиков, дипломатов, крупных хозяйственников, научных сотрудников закрытых НИИ, разрабатывавших новейшие образцы стратегической продукции для оборонной промышленности, а также кадровых офицеров КГБ и ГРУ, которые на языке профессионалов именуются «кротами».

И надо отдать должное «охотникам за головами» из ЦРУ — они преуспели. В их сети попали и плодотворно работали в пользу Соединенных Штатов десятки высококлассных специалистов и высокопоставленных должностных лиц, наших сограждан, в том числе и сотрудники органов госбезопасности.

Действие рождает противодействие, и вот уже отечественные офицеры-агентуристы озабочены приобретением источников, граждан иностранных держав, имеющих доступ к стратегическим секретам Запада и Японии,

В тайную войну вовлекается бессчетное количество агентов. Их сорок сороков. Они — золотой фонд любой спецслужбы. Их не встретить на пашне или у доменных печей. Они — в генеральных штабах, в дипломатических миссиях и в божьих храмах, И хотя все они — отступники, без их услуг не обойтись.

Это так же, как с зубодерами и проститутками, — у них дурная слава, но к кому мы идем, когда нам приспичит?

Эксклюзив! Об условиях и причинах, подвигающих людей к негласной работе в пользу спецслужб, об уникальных методах привлечения к секретному сотрудничеству и об изобретательности вербовщиков, расставляющих силки для ловли интересующих их персонажей — обо всем этом в предлагаемом Вашему вниманию повествовании.

Кроме того, прочитав эту книгу, Вы узнаете, как:

— спецслужбы Запада и Японии использовали в своих целях коррумпированность чиновников из Совмина, а также пристрастие Брежнева и его ближайших клевретов к наркотикам.

— под видом транспортировки фаянсовых горшков в Гамбург ЦРУ проводило радиоэлектронную разведку всей территории СССР от Владивостока до Ленинграда.

— следы разбойного нападения на жилища народной артистки СССР и вдовы всемирно известного писателя привели к Галине Брежневой и жене министра внутренних дел Светлане Щелоковой, и об их роли на подпольной московской «бриллиантовой бирже».

— беспощадно КГБ компрометировал неподдающихся вербовке иностранных разведчиков.

— изобретательно советские офицеры-агентуристы загоняли в свои сети иностранных дипломатов-секретоносителей.

— КГБ обратил французского посла в Москве в «агента влияния», который, воздействуя на своего друга, президента де Голля, способствовал выходу Франции из НАТО.

— народная артистка СССР Фаина Раневская ловко ушла от предложения о негласном сотрудничестве с органами госбезопасности.

— советские школьники, занимаясь групповым сексом, внесли поправки и дополнения в трактат о любви Камасутра.

— и для чего в Африке зашивают (в буквальном смысле слова!) женщин.

— прием растительных наркотических средств превращается в национальный ритуал.

— русские бомжи служили полуфабрикатом для изготовления сувениров, услаждавших взоры западных миллионеров-извращенцев.

— генералы КГБ, используя психологические приемы, превращали валютных проституток, представителей столичного бомонда и «золотой молодежи» в агентов экстра-класса.

— спецслужбы проводят проверку на лояльность своих секретных помощников.

— и кем пополнялся пантеон перебежчиков, офицеров советских спецслужб, десятилетиями «таскавших каштаны» для ЦРУ.

— японцы изощренно маскируют разграбление наших природных богатств.

— в целях привлечения к негласному сотрудничеству японских дипломатов Комитет госбезопасности использовал их подспудные антиамериканские настроения.

Часть I

ТАЙНЫ ЯПОНСКИХ КАРАВАНОВ

Глава 1

НАЛЕТЧИКИ НЕ УСТАЛИ ОТ НАЛЕТОВ

14 ноября 1980 года было совершено разбойное нападение на квартиру вдовы писателя Алексея Толстого Людмилы Ильиничны, которая унаследовала от мужа немалое количество бриллиантов, антиквариата, подлинников полотен всемирно известных художников. В одночасье большая часть наследства перешла в руки налетчиков.

Но самой дорогой утратой оказалась уникальная, невиданной красоты французская брошь из коллекции Людовика XV, исполненная в виде королевской лилии, с огромным рубином в центре и тридцатью бриллиантами, образующими силуэты лепестков.

В тот злополучный день в дверь квартиры, где Людмила Ильинична проживала с домработницей, позвонили.

«Кто там?» — спросила домработница.

«Из Литературного музея», — ответил приятный мужской баритон. Женщина, ничего не подозревая — к ее хозяйке часто наведывались люди из музеев, — открыла дверь.

В квартиру ворвались трое мужчин в масках. Они связали старушек и затолкали их в ванную комнату.

О том, что главной целью вторжения была уникальная брошь, хозяйке стало ясно из случайно оброненной одним из налетчиков фразы: «А вот наконец и она, голубушка!»

По факту разбойного нападения на вдову и ограбления ее квартиры было возбуждено уголовное дело, создана специальная оперативная группа из опытных сотрудников. Начальник ГУВД при Мосгорисполкоме В. Трушин держал ее работу под личным контролем.

Вскоре оперативникам удалось выйти на след и задержать жителей Кишинева Шварцберга и Беца, домушников экстра-класса, специально прибывших в столицу для совершения квартирных краж.

После ареста подозреваемые содержались в Бутырской тюрьме, но несмотря на все меры воздействия, категорически отрицали свою причастность к ограблению.

Когда следствие подошло к концу, Бец попросил о встрече со следователем, которому заявил, что решил рассказать всю правду и указать «квартиру, где деньги лежат», то есть место хранения бриллиантовой броши. С его слов, она спрятана в одном из частных домов Баку, где он скрывался после ограбления. Адреса он не помнит, но стоит ему только приехать в Баку, и он легко отыщет жилище-схорон.

Спешно была создана специальная оперативная группа из четырех сотрудников ГУВД во главе со следователем прокуратуры, которые вместе с Бецом вылетели в Баку.

Операция закончилась успешно… для Беца. При посещении указанного им дома он выпрыгнул из окна второго этажа и был таков. Судорожные усилия местной милиции разыскать ловкача ни к чему не привели.

С исчезновением Беца улетучились и надежды на обнаружение броши.

Так драгоценная реликвия дважды подвела свою хозяйку: первый раз спровоцировав разбойное нападение, второй — выступив «помощницей» побега!..

Объявленного во всесоюзный розыск Беца вскоре обнаружили в Тбилиси, но при попытке к бегству он был застрелен наповал.

Следователи предположили, что Бец, никогда не бывший владельцем броши, осуществив набег, передал ее истинному организатору ограбления. А блеф с «квартирой, где деньги лежат», — всего лишь уловка, которую предпринял Бец исключительно для совершения побега.

Поскольку все нити, которые могли бы привести к броши, оборвались, следователям ничего не оставалось, как вновь вернуться к обстоятельствам, предшествовавшим разбойному нападению.

Выяснились неожиданные подробности.

Накануне ограбления Толстая, желая «под занавес» (ей было около восьмидесяти лет) блеснуть на публике, появилась на приеме, устроенном румынским послом в Москве, в фамильных драгоценностях.

Поскольку до появления в румынском посольстве Людмила Ильинична никогда прилюдно не демонстрировала свои сокровища, сыщики предположили, что на брошь «положил глаз», а впоследствии организовал ограбление кто-то из присутствовавших на дипломатическом приеме.

Подозрение пало на Бориса Буряце, артиста цыганского театра «Ромэн», известного в криминальной среде под кличкой «Борис Бриллиантович», который активно промышлял спекуляцией валютой и драгоценностями, да и вообще был нечист на руку. В тот злополучный для Толстой вечер он присутствовал на приеме.

Впрочем, Буряце захаживал в посольство, как к себе домой, так как был дружен с семьей румынского посла в Москве, жена которого также была цыганкой.

Однако все попытки следователей прокуратуры Союза пригласить на допрос Буряце натолкнулись на непредвиденное, но чрезвычайно жесткое противодействие со стороны… Галины Брежневой.

Подозрения — не улики, и следователи, дабы избежать неприятностей по службе, прекратили разработку «цыганской» версии. До поры…

…В конце 1981 года народная артистка СССР Ирина Николаевна Бугримова получила приглашение участвовать в праздничном представлении по случаю годовщины советского цирка. На торжество были приглашены «избранные» представители столичного бомонда и партноменклатуры.

Все присутствовавшие женщины, как водится, надели к случаю свои лучшие украшения.

Но даже Галина Брежнева и Светлана Щелокова, знающие толк в драгоценностях, через чьи руки прошли сотни и тысячи самых изысканных ювелирных изделий, были поражены красотой «камушков» семидесятилетней дрессировщицы…

Коллекция Ирины Николаевны, о которой мало кто знал в Москве, специалистами считалась одним из самых лучших частных собраний драгоценностей не только у нас в стране, но и вообще в мире. Описание многих предметов коллекции присутствовало в каталогах самых престижных ювелирных магазинов Западной Европы и Америки.

Дрессировщица получила сокровища в наследство от своих родителей, но никогда прежде не рисковала появляться в них на людях, опасаясь стать жертвой охотников за бриллиантами…

Коллекцию Бугримовой постигла участь драгоценностей вдовы Алексея Толстого.

Вечером 30 декабря 1981 года все бриллиантовые украшения Ирины Николаевны исчезли из ее квартиры в высотном здании на Котельнической набережной.

Злой рок преследовал обладателей фамильных драгоценностей: однажды появившись на людях в бриллиантах, и Толстая, и Бугримова подписали себе приговор.

Предметы посягательств, обстоятельства, при которых о них стало известно окружающим, наконец, дерзость, с которой были проведены ограбления — на этом не заканчивался перечень признаков, указывавших, что в обоих случаях организатором налетов был один и тот же человек.

И вновь, как и в случае с Людмилой Толстой, неосязаемые нити потянулись к столичной «бриллиантовой» элите вообще и к Буряце в частности…

* * *

По решению, принятому «на самом верху», оба преступления были объединены в одно уголовное дело, а само оно после бакинского казуса было передано в производство Комитету государственной безопасности.

Такой шаг властей был обусловлен еще одним обстоятельством.

10 декабря в собственной квартире была застрелена народная артистка СССР Зоя Федорова, и Москва полнилась слухами о каком-то маньяке, якобы открывшем охоту на знаменитых женщин, которого милиция не то что обезвредить — найти не может!

Чтобы переломить ситуацию в свою пользу и успокоить столичного обывателя, Комитет через многочисленную агентуру распространил «контрслух» — сведения о якобы предпринимаемых мерах по розыску злоумышленника и даже о состоявшейся поимке его.

Публикациям в газетах в то время мало кто верил, поэтому делалось все сугубо конфиденциально, по принципу «дойти до каждого». «Мариванна, вы слыхали? Нет?! А между тем двоих уже взяли! Да-да, тех самых, ну, что артисток, того!.. Скоро суд, но только это между нами, Мариванна!»

Эти два громких преступления, связанных с деятельностью столичной «бриллиантовой» элиты, кардинально изменили отношение к ней Председателя КГБ. Из безучастного оно стало более чем заинтересованным, а его ведомство принялось за дело засучив рукава. Однако то были меры, категорически не подлежавшие огласке…

Глава 2

«БРИЛЛИАНТОВЫЕ ДЕВОЧКИ»

Во времена правления Брежнева в СССР каждые 2–3 года происходило существенное повышение цен на ювелирные изделия из золота и драгоценных камней, причем сразу на 100–150 процентов. Решение об этом принималось на заседании Политбюро, куда приглашался министр финансов СССР, и оно считалось совершенно секретным. Однако сведения о предстоящем подорожании не являлись прерогативой только чиновников высших государственных органов.

Еще за неделю-две до повышения цен дочь Брежнева, Галина Леонидовна, и ее подруга, жена министра внутренних дел Союза ССР Светлана Щелокова, эти две «жемчужины» столичной «бриллиантовой» элиты, скупали партии ювелирных изделий из золота и драгоценных камней на сотни тысяч рублей. Лучшие образцы оставляли себе, остальное перепродавали втридорога.

Фамилии предприимчивых «девочек» говорили сами за себя, поэтому они левой ногой открывали двери в кабинеты директоров самых крупных ювелирных магазинов Москвы: «Самоцветы», что на Арбате, и «Березка» на улице Горького. Но предпочтение все же отдавалось магазину «Алмаз» в Столешниковом переулке.

Прежде всего потому, что в конце 70-х годов именно там, у входа в магазин, находилась нелегальная «биржа» по купле-продаже золота и «камушков», где без перерыва на обед тусовались «бриллиантовые мальчики», которые, не торгуясь, скупали у подруг любое количество драгоценностей, за минуту до этого извлеченных из сейфа директора магазина.

Нередко подруги приобретали драгоценности непосредственно на Московской ювелирной фабрике на улице Лавочкина. При этом они, как правило, не расплачивались, а оставляли расписки, немалое число которых было изъято позднее из сейфа директора при аресте.

Не брезговали «девочки» и банальной спекуляцией носильными вещами. Поставки товара осуществляла Лидия Дмитриевна Громыко, жена министра иностранных дел, постоянно курсировавшая между США и Москвой.

Пользуясь дипломатической неприкосновенностью, она за один только рейс умудрялась привезти такое количество шуб и женской одежды, которого хватало, чтобы затоварить пару крупных столичных комиссионок.

А что мелочиться, играть — так уж играть по-крупному!

Впрочем, деньги, и немалые, у Галины и Светланы водились всегда, и дело не только в спекуляции бриллиантами и ширпотребом.

Испокон веку в Москву со всех концов страны приезжали тысячи обиженных и пострадавших, справедливо или неправедно.

Наивные правдолюбцы шли в Приемную ЦК КПСС, Прокуратуру СССР, Верховный суд.

Искушенные и разуверившиеся искали доступа к Галине Брежневой и Светлане Щелоковой.

Дело в том, что подруги могли способствовать принятию нужного просителям решения, даже не обращаясь к своим отцу и мужу. Они могли оказать покровительство и в освобождении от уголовного наказания, а нередко и содействовать назначению на некоторые посты в провинции.

Зная это, все те, кто обращался напрямую к Брежневой и Щелоковой, выкладывали на стол такое количество веских «аргументов», что подруги попросту не могли устоять перед искушением. Обе без устали работали под девизом: «Все средства хороши, но лучше — наличные!»

Кроме денежных вознаграждений за протекцию, «девочки» получали массу подарков, которые им привозили из всех республик, краев и областей необъятной страны.

Ведь было известно, что и Генсек, и глава МВД патологически чувствительны ко всякого рода подношениям. А что, их родичи — дочь и жена — из другого теста? Да быть такого не может!

В архивах Верховного суда России хранятся протоколы допросов продавщицы буфета в столовой Центрального аппарата МВД СССР, которой министр внутренних дел Щелоков продавал полученные в подарок элитные коньяки!

Подобным образом реализовывали доставшиеся подарки и его супруга, и дочь Генсека.

Брежневу и Щелокову сближала не только неуемная страсть к драгоценным камням, но и постоянный поиск полных опасностей приключений.

Было в этих их страстях что-то из книжек XIX века о пиратах, ставших маркизами. Галя и Света строили свою жизнь не по классикам марксизма-ленинизма, а по «Графу Монте-Кристо».

Ирония (а может, издевка?) судьбы состоит в том, что Галина Леонидовна была удостоена высшей награды Советского Союза — ордена Ленина, походя, втихую врученного ей в 1978 году как подарок на пятидесятилетие…

Вручил награду член Политбюро, министр иностранных дел Андрей Громыко. Вернувшись из Нью-Йорка, где он участвовал в работе очередной сессии Организации Объединенных Наций, Андрей Андреевич прямо из аэропорта направился в Кремль и тут же был взят в оборот Генеральным.