Помоги проекту - поделись книгой:
— К сожалению, рушат — вздыхаю. — Но я буду настаивать на прекращении уничтожения церквей и приостановлении гонения на священников.
— Ага, так они тебя и послушают.
— А у меня договор с коммунистами. Я им, они мне. А с деньгами-то у них не очень. И что они потом помогут и Греции.
— Что построить коммунизм? — и так ехидно улыбнулся.
— Ну, в Греции это вряд ли пройдёт. А вот отбиться от англосаксов, турок и других, помогут. Ты, что не видишь, что грядёт новый передел мира? — теперь уже ехидно я.
— И что? Вот так вот можно всё изменить? — удивился Никольский.
— Всё можно, если знаешь как. Короче, сейчас мне тут некогда с тобой философствовать, делом заниматься надо. Не думай, что коммунисты всемогущи. Зато вспомни, как вам и нам "союзнички" в Гражданскую и Первую мировую помогли. И не мешай мне, в конце концов, зарабатывать деньги — и отодвигаю плечом Никольского и иду рассматривать полевые кухни.
Меня заинтересовали два экземпляра полевой кухни и как ни странно, именно австро-венгерские образцы. Уже заметил, что австро-венгерские образцы вооружения и снаряжения ничуть не хуже немецких и французских, а зачастую и превосходят. Для их создания, нужно иметь хорошую и развитую экономику. А это опять подтверждает, что целью Первой мировой войны было устранение и грабеж династии Габсбургов и их родственных ветвей.
Сделал заказ на доставку себе на судно трёх экземпляров маленькой кухни. Образец представлял собой небольшой металлический ящик на больших деревянных колесах с железным ободом по верху. В нём однокотельный бак с большой крышкой. Вставная труба с ручкой и прикреплённый специальный ящик в виде сетки для дров. В общем, все просто, качественно и надёжно.
Две другие купленные кухни, больше таких не было, это уже составной из двух частей образец. Впереди, на двух больших колёсах, рундук. Он сразу служит складом продуктов, дров, кухонных принадлежностей и местом для запчастей. Тут же располагается тормоз для всей конструкции и оглобли для лошади. Наверху, два сидячих места со спинкой для кучера и повара, сбоку крепится кнут для лошади. Во второй части через сцепку, сама кухня с двухкотельными баками. Её большие крышки закрепляются скобами на винтах. К передней части выходит разборная труба с козырьком. По бокам от неё два ранцевых бидона для переноски пищи. Рассматривая их, я как-то думал, что их придумали чуть позже. Выписал себе и эти кухни на доставку. Оформил бумаги. Потом заплачу в центральном офисе за всё.
Дальше мне надо на склад стрелкового оружия. Жалко, что на торговлю более серьёзного оружия в Европе у меня специального разрешения нет.
Не успели чуть пройти, как запах кофе окутал наш баркас приятной воздушной волной. Пройти мимо этого не было никакой возможности.
— Гунтер давайте зайдём и туда. А я вам за это тоже куплю по килограмму свежего кофе — прошу капитана баркаса.
На складе ручного огнестрельного оружия я решил купить только три разных экземпляра. Нет, были тут и очень любопытные образцы и довольно дорогие, но коммунистам их из-за технической и квалификационной базы не осилить. Да что уж там говорить, если в войну большинство солдат отказывались от СВТ-40 в пользу мосинок, считая их слишком сложными.
В частности мне понравился длинный артиллерийский пистолет Парабеллум (Long or Artillery Models Luger). Он отличается от стандартных моделей пистолетов ещё более удлинённым стволом. Эти пистолеты были предназначены для вооружения артиллеристов, пулемётных расчётов и первых военных лётчиков. В оружии был установлен ствол длиной 200 мм. Целик пистолета регулируемый, с градуировкой для стрельбы от 100 до 800 метров.- 1906 года выпуска. Хотя на такой дистанции при таком патроне…сомневаюсь. Врут немцы нагло, поэтому и покупать я его пока и не стал.
Покрутил Remington Autoloading Rifle 1906 года выпуска, аналог Winchester 1907 года. Впоследствии это оружие получило название Model 8, под которым завоевало заслуженную популярность. Кроме того, в дальнейшем винтовка стала основой для нескольких новых образцов аналогичного класса. Покупать тоже не стал, хватит им и Winchester. А то много, тоже плохо.
Пощёлкал карабином Marlin 1895 Lever Action — с рычажным способом перезаряжания. Крупнокалиберное оружие под патрон центрального воспламенения 45–70 Government (11,6 мм), его пуля обладает огромной останавливающей силой. Магазин трубчатый, подствольный. Выброс гильзы через окно на боковой (правой) стороне ствольной коробки. Возможна установка оптических прицелов. Пока его крутил, вспомнил, что у русских винчестер с таким способом заряжанием не пользовался успехом. Положил назад.
Ну, в общем, тут бродить по стеллажам можно не один день, столько времени у меня просто нет. Хотя в следующий раз я попытаюсь отнестись к этому более внимательно. Поэтому я купил несколько пачек патронов 9,3 на 74 мм. Это специальный штуцерный патрон, разработанный и пущенный в производство в Германии около 1900 года на основе появившегося на рубеже веков и отлично зарекомендовавшего себя калибра 9,3 мм. Пусть на основании его в СССР и разрабатывают станковый пехотный пулемёт. Теорию единого пулемёта, как после будет реализована в Германии, я считаю ошибочной, как в военном так и в экономическом плане.
Купил партию патронов 9 на 23 mm Steyr. 9 mm Roth-Steyr — это австро-венгерский унитарный пистолетный патрон с бесфланцевой гильзой цилиндрической формы с небольшой конусностью. Патрон, разработанный под принятый на вооружение в 1912 году самозарядный пистолет Steyr М1912. Этих "Steyr" обр. 1912 я купил пятьдесят штук. В отличие от большинства пистолетов, "Steyr" обр. 1912 года имеет постоянный магазин, размещенный в рукоятке пистолета. Заполнение магазина производится с помощью специальной обоймы на восемь патронов, вставляемой в пистолет сверху при открытом затворе. После израсходования всех патронов кожух-затвор останавливается в крайнем заднем положении.
Отличный и надёжный пистолет, ничуть не хуже пистолетов Маузера, которые тоже сейчас ещё так заряжались. Сами же пистолеты Маузера для СССР собираются закупать большими партиями[2]. Нет, так не пойдёт. Во-первых, "Steyr" почти в три раза дешевле, а во-вторых советский заказ в реальной истории не даст отделению фирмы разориться. А оно нам надо, правильно не надо. Смотришь, и перекупят это оборудование фирмы для себя.
Под основание этого патрона сделать и изменённый винчестер. Для этого я купил несколько пистолетов-пулеметов Beretta Model 1918. Модель была создана конструктором Тулио Маренгони и поступила на вооружение итальянской армии в 1918 году. Я купил две модификации, отличавшиеся конструкцией ударно-спускового механизма и разного года выпуска. Объединить простой ударно-спусковой механизм беретты с винчестером и получится отличный автоматический карабин. Будет не хуже американского Carbine или автомата Томпсона и главное не такой дорогой. А стрелять я думаю, будет метров на 300–350 уверенно. Вот только стационарный штык повторять не следует. Со временем подскажу с формой пули, если сами не додумаются, и будет нормальная единая линия.
Ну а третья моя покупка, это гладкоствольный дробовик Winchester M1897 с креплением для штыка, который больше похож на немаленький кинжал. Джон Браунинг сделал дробовик 12 мм калибра. Не ожидал его тут увидеть, если честно. Купил сразу, как только увидел, пока немцы не спрятали. Немцы, для траншейной войны использовали сначала пистолеты LP.08 с магазинами большой емкости, а затем и первые пистолеты-пулеметы Bergmann-Schmeisser MP.18. Американцы же нашли выход в использовании магазинных скорострельных дробовиков с коротким стволом и креплением для штыка под наименованием "Trench Gun Model 1917". Дробовик с магазином на пять патронов, которые снаряжены картечью диаметром 8,38 мм.
У американских военных боевой дробовик получил название "trench sweeper" ("траншейная метла"). Дробовик Winchester M1897 Trench Gun отлично зарекомендовали себя в боевых условиях по таким качествам как надежность работы, простота в обращении и эффективность стрельбы на коротких дистанциях. В случае осечки, солдат мог моментально дослать в патронник следующий патрон. А в ближнем бою использование дробовика оказалось очень эффективным. Настолько, что 19 сентября 1918 года немецкое правительство выступило с дипломатическим протестом против использования американскими войсками дробовиков, утверждая, что дробовик запрещен согласно закону войны. После рассмотрения применимого закона главным военным прокурором армии, госсекретарь Р. Лансинг отклонил немецкий протест в формальном примечании.
Winchester M1897 довольно эффективно применялся армией США и в ходе Второй мировой войны. Дробовик использовался в ограниченном количестве в армии США и в Корпусе морской пехоты. Наличие емкого трубчатого магазина вкупе с более быстрой, чем у винтовок с продольно скользящим затвором, скоростью перезарядки, а также высокий поражающий эффект на коротких дистанциях делало это оружие незаменимым при боях в окопах и помещениях.
Надеюсь, его тоже оценят по достоинству в СССР. Купил все четыре штуки, что были на складе и все патроны. Их оказалось совсем немного всего 83 патрона. Два дробовика оставлю себе на судне.
Тут, как не странно приобрёл и два ящика немецких гранат Stielhandgranate образца 1916 года, знаменитых "колотушек". Новых образцов 1924 года не было, их просто не продавали. Многие у нас немецкие гранаты хаяли, а я считаю их отличными гранатами. За счёт длинной деревянной ручки их можно было кидать далеко и достаточно точно. Не зря немцы с ними две войны воевали. А вот дымовых шашек, что я тоже желал приобрести, на складе сейчас не было. Жаль-жаль.
Ну, пока и этого хватит. Оформляю документы на привоз всего на судно и посещение специального таможенника, который будет опечатывать трюм. Расплачиваюсь и теперь самый ответственный момент, купить оптику.
Глава 3
Для этого надо было пройти по длинному коридору внутри здания в другой склад. В коридоре находилась… даже не знаю, как и назвать, чистилка наверное, это самое простое что мне пришло на ум. Коридор перегорожен стеклянными перегородками с дверями. В первом помещении мне сначала почистили костюм жёсткой с длинным ворсом щёткой. Во втором заставили хорошо почистить обувь, а в последнем мягкими щётками всё. Причём щётки были пропитаны каким-то составом, что на них прилипала пыль и кусочки мусора. Однако… удивили.
В этом зале хранились для продажи в шкафчиках не только оптика, но и разные точные приборы, такие как секстанты, компасы и много другого. Тут я взял два больших морских бинокля и три стереотрубы Scherenfernrohr прозванная в войсках "кроличьими ушами" восьми кратного увеличения фирмы "Карл Цейсс Йена". К ним в комплекте я купил и треноги[3].
Купил два дальномера обр. 1914 года (Entfernungsmesser 14).
Длина дальномера 70 см. Диапазон измерений — от 200 до 10000 метров. Имеет поле зрения 62 метра на дистанции 1000 метров. Один оставлю себе, другой отдам.
Эти семь приборов мне обошлись почти столько же, как и всё остальное. На этом я остановился с покупками, и мы идём домой… к моему судну. Итак, мои немецкие "товарищи" уже начали коситься на меня из-за проведённого времени.
Пока мы шли назад, я выдал немцам, в тайне надеясь на дальнейшую дружбу, на двоих тысячу марок. Ведь пробыли мы на складах почти целый день, а Гюнтер ещё и ходил со мной и знакомил со служащими складов. Его тут достаточно хорошо знали, что наводило меня на интересные мысли.
— Сакис, а ты когда ещё придёшь в Гамбург? Есть у меня к тебе предложение, но надо кое-что согласовать — Александр.
— В следующем году. Я надеюсь удачно сходить в Африку.
— Правильно. Привези нам красного и чёрного дерева, а то сейчас англичане на него цену слишком подняли, да и дают мало — и чуть помолчал и продолжил. — Мы сейчас начинаем опять строить много судов и для отделки и внутренних работ дерева постоянно не хватает. Я тебе сразу на него покупателей найду — Гюнтер.
— Вы же знаете, это достаточно опасное и рискованное мероприятие. Поэтому из оружия мне нужно не только винтовки, но и пулемёты и пушки. Так какая есть возможность предоставить мне более серьёзное оружие и технику? — и внимательно смотрю на Гюнтера.
— Я думаю… мы сможем, договоримся.
— Если ты пойдёшь к нам на встречу — Александр и пристально смотрит на меня.
— А в чём проблема? — понимаю, что он ждёт именно такого моего вопроса.
— Ну, возможно ты уже знаешь, что у нас почти не осталось торгового флота, да и англичане слишком внимательно наблюдают за нами — Александр.
Оба. Надо покопаться с этим вопросом в местной библиотеке, и постараться выяснить, в чём там дело.
Дальше мы тепло расстались. При расставании я взял у Гюнтера адрес и номер телефона, что было неожиданно для меня, договорился на следующий раз встретиться, когда только приду в Гамбург. Он жил на берегу озера Альстер на улице Юнгфернштиг, что уже подразумевало его не малый статус в городе. Улица проживания местных дельцов и крупных чиновников.
Вызванные матросы подхватили мои покупки и понесли их в мою каюту. Опять у меня склад образовывается. Нет, надо что-то с этим что-то делать, чертыхнулся я про себя и уставший пошёл к себе.
Следующую первую половину дня я потратил на выяснение, что случилось с немецким торговым флотом, и поразился, какую эффектную операцию прокрутили с ним англосаксы. И опять они использовали смесь предательства, подкупа… и чувства гордости немецких моряков. Изящная комбинация, ничего не скажешь. Умеют.
Второе моё дело это поиск места, где я могу купить машины, которые я взялся привести в СССР. Нашёл салон в центре города, недалеко от памятника Отто фон Бисмарку высотой в тридцать четыре метра. Сама фигура канцлера составляла всего метров пятнадцать, а остальное постамент со ступеньками. Бисмарк в рыцарских латах опирался на меч. У его ног примостились два орла. Нормальный такой… немецкий памятник.
В фирменном салоне я приобрёл все три имеющиеся машины Форда модели А в базовой комплекции, произведённых в Германии стоимостью 80 английских фунтов каждая. Заказал ещё две такие. И в этом же салоне купил две машины в модификацию "Town Car", за двести девяносто английских фунтов для Корка и Берсона. Это уже пятиместные экземпляры люкс-класса выпуска этого года. Обе машины коричневого цвета заманчиво блестели начищенными боками.
И заказал ещё новую топовую версию, которой тоже не было в наличии, но которую обещали доставить за два дня, как и две других с завода. Стоила она целых 118 фунтов. Зато у модели были стартер, аккумулятор, закрытый кузов, гидравлические тормоза, и даже опускающиеся стекла. Правда, стекла опускались в вручную. Оставлю эту модель себе в Москве. НАМИ-1 всё-таки меня не впечатлил, "сыроватый" ещё автомобиль. Не зря в крупных городах его не любили, в отличие от глубинки. Саму же компоновку автомобиля НАМИ-1 и ходовую часть инженеры "подсмотрели" у Татры после демонстрационного пробега в СССР в 1925 года. Жаль только, что "до ума" так и не довели.
В отношении выпуска техники в СССР до войны у меня всё больше складывается впечатление, что её специально делали отвратительной. Понятно, что не руководство СССР вчерашние террористы и революционеры, мало что соображающие в производстве и технике эксплуатации, а кто непосредственно отвечал за принятие тех или иных образцов. В частности инженер Н. С. Лавров, который адаптировал книгу Генри Форда "Му Life and Work". Русская версия получила отличное от оригинала название — "Моя жизнь, мои достижения", поскольку "работа" (work) — не для капиталистов! В 1924–1928 гг. книга выдержала девять переизданий с большим общим тиражом в 70000 экз. На русском языке вышло и ее продолжение — "Сегодня и завтра" ("Today and Tomorrow", 1926). Советская "фордиана" стала бестселлером, рекомендованным в качестве пособия для "красных директоров" и тех, кто занимался вопросами "научной организации труда".
Валериан Валерианович Оболенский (псевдоним Осинский) с июля 1925 года член Президиума Госплана СССР, один из главных лоббистов Форда в СССР и как подозреваю американский агент. Это ему мы обязаны "таким" полуторкам. А как они себя проявили, особенно в первые дни войны мы все знаем. Настоящий же фурор в Советском Союзе вызвала его статья "Американский автомобиль или российская телега", напечатанная в августовской "Правде" 1927 года. В начале статьи Осинский поделился своими впечатлениями от посещения городов Европы и Америки, где даже в Варшаве к 1927 году произошел настоящий автомобильный переворот: "Варшава сразу стала похожа на европейскую столицу, резко изменила свой внешний облик в отличие от Москвы… Картина московской уличной жизни всегда отличалась от европейской своей отсталостью, "азиатчиной". Я считаю, что не зря его арестовали в 1937, а расстреляли в 1938 году. С заводом Форда, он приволок в СССР и разведывательное отделение американцев и белогвардейцев, где каждый член ее имел свой особый шифрованный номер. Например, фордовский личный секретарь Е. Г. Либольд значился под номером "121Х". У. Дж. Камерон, редактор газеты "Дирборн индепендент", — под номером "122Х". Наталья де Богори, которая в качестве помощницы Бориса Бразуля перевела на английский язык "Протоколы", значилась под номером "29Н".
Но были и другие, которые понимали, что фордовские автомобили для страны не очень-то и подходят. Такие, как инженер И. Б. Шейнман, который отмечал страх американских рабочих перед администрацией и желание выслужиться, чтобы самим стать "маленькими боссами". Он критиковал тесное расположение машин в цехах, отсутствие столовой (еду привозили на тележках прямо в цех), зато высоко отзывались о технике и о производстве в целом. Шейнман обратил внимание на тщательную каждодневную уборку помещений, которая ни на минуту не останавливала работу, и на заботу администрации об индивидуальной технике безопасности — комбинезонах, защитных очках, перчатках и т. д. Зная о пренебрежении ими на советских заводах, он привёз их образцы в СССР. Но вот к остальному сотрудничеству он относился довольно скептически.
На АМО был инженер В. И. Ципулин. Он занимал должность, примерно соответствующую главному конструктору, и, по словам И. А. Лихачева, который стал директором АМО в декабре 1926 года, тогда на заводе "автомобиля никто не знал, за исключением Ципулина". К сожалению, этот видный специалист в конце тридцатых годов был арестован, как и многие его коллеги по заводу, и расстрелян. Его ближайшими помощниками стали: Е. И. Важинский, который готовил рабочие чертежи, Б. Д. Страканов — занимался пересмотром конструкции деталей FIAT 15 Ter, И. Ф. Герман — вел кузовные работы, Н. С. Королев отвечал за сборку. Подготовкой производства так же занимались Г. Н. Королев (на тот момент директор завода), технический директор С. О. Макаровский и главный инженер В. Г. Соколов. Вот с ними и расправились, чтобы не мешал Форду… и американцам.
Ну как бы там не было, за такой большой заказ, я выбил дополнительные шины, аккумуляторы и ключи. Клерки, чуть ли не от счастья прыгали от такого большого заказа и обещали мне ещё какой-то презент от компании. Ну что же, посмотрим, на что у местных хватит фантазии.
Дальше я стал целенаправленно искать автомобили Татры. Они были достаточно популярны в Германии, но вот Форды и другие немецкие-американцы их стали вытесняли с рынка.
Новых автомобилей, к сожалению не было. Но нашёл компанию, которая занималась развозкой грузов по городу. В компании хотели приобрести более грузоподъёмные и вместительные автомобили. Вот и пытались поменять, или продать свои. Из-за оживления покупательской способности немцев, этих уже им явно не хватало. У компании я договорился купить два грузовика Татра-13, прошлого года выпуска в хорошем состоянии и с небольшим пробегом. Грузовички были грузоподъёмностью в 1,5 тонны, то, что надо. Вот только двигатель в 14 л.с. для СССР явно слабоват и кузов сделать чуть больше. К сожалению других Татр, я больше не нашёл, как и других скандинавских машин.
Ну и ещё одна моя неудача, что я не нашёл эпоксидной смолы. Её оказывается, ещё не изобрели. Что теперь делать, непонятно. Буду думать.
После дальнейшего размышления я решил оставить тему синтетических смол и скинуть комплексно эту проблему на руководство СССР, как и развитие других новых материалов. Надо только подумать как это хитро подать. Ладно, время ещё есть.
Следующих два дня мой распорядок напоминал производственный процесс, которому я сам удивился. Вот надо оно мне? Чего это меня понесло решать мировые проблемы? Ладно, так и быть. Последний раз комплексно помогу Сталину и Ко, а потом пусть сами выкручиваются. Смогли в моём времени сами, ну и здесь смогут.
Первые полдня я заседал в библиотеке, пытаясь сравнивать экономические составляющие до войны и после. Смотрел котировки акций. Изучал экономические новости, открытие новых предприятий и новой продукции. Делал выписки. Интересная же у меня получилась картинка. Как только был принят план Дауэса, на Германию посыпался золотой дождь, в основном из-за океана. Германии был предоставлен заем на 200 млн. долларов, из которых 110 млн. долларов дали США. Эти средства были вложены в экономику, большей частью в предприятия ВПК. Они быстро восстановились, и, следовательно, возрождался германский милитаризм. Не зря приехавший в Европу в октябре 1918 года Вудро Вильсон президент США обещал создать новый мировой порядок. В конце Первой мировой войны Вильсон вместе с Лансингом и Колби заложил основы для холодной войны и политики сдерживания других стран. "Кто контролирует деньги народа, тот контролирует сам народ" — гласит американская поговорка. Этому и стали следовать американские политики, возрождая и вооружая Германию.
К 1927 году уровень промышленного производства стал примерно равен 1913 году. Происходила "Дауэсизация" Германии — восстановление промышленного потенциала, американские монополии скупали акции, имущество германских предприятий и банков. Многие немецкий предприятия стали американскими (И. Г. Фарбенаниндустри, Дойче банк, Дрезден банк). Дауэсизация Германии имела целью приток иностранных капиталов. В Германию было вложено 28 млрд. марок. Однако были и последствия: германские монополии быстро теснят конкурентов, возобновилась внеэкономическая экспансия Германии, что касается платежей, то Германия выплачивает 8 млрд. марок и 4 млрд. — % по займу.
Например, мне попалось, что в 1927 году в жизни компании MANN происходит важное событие: в Нюрнберге вводится в строй новый 200-метровый цех, где налаживается сборка грузовиков и автобусов с производственной способностью до 3 000 единиц техники в год. Во всех новых автомобилях применяется карданный привод, тормоза всех колес и пневматические шины. В оснащении также числился электрический стартер и свет. Самые тяжелые машины оснащали многодисковым сухим сцеплением, колесными редукторами и ведущими мостами с разгруженными полуосями.
Ещё я помню, что в 1926 году Германия вложила значительные средства на развитие полугусеничных автомобилей и тягачей. Сама идея была реализована в конце Первой мировой, но это было совсем не значительное количество и качества. В этом же году 6 января в результате объединения транспортной группы Deutsche Aero Lloyd и авиапромышленного концерна Junkers Luftverkehr было образовано акционерное общество Deutsche Lufthansa Aktiengesellschaft, как подготовка будущих военных пилотов.
В общем, Гитлер пришёл далеко не на пустое место как все думают. Англосаксы, поняв, что в результате Второй мировой войны они смогут добиться полного мирового господства и ограбить другие страны, тут же после Первой начали подготовку ко Второй. Вот и нашли "обиженных и угнетённых" готовых на всё.
Во второй половине дня смотрел, чтобы такого ещё прикупить. Нашёл английский жилет
Купил рыбацкий жилет с карманами, который может послужить прообразом разгрузки. Но тут я поступлю хитрее. Закажу себе штук тридцать и этим надеюсь заинтересовать Ворошилова.
Не удержался и прикупил пару мотокультиваторов Сименс. Он представлял из себя прообраз современных мотоблоков. Был оснащён двухступенчатой трансмиссией, которая позволяла ему за час проходит на повышенной передаче 1,5 мили и на пониженной 0,75 мили. На машине были установлены 18 дюймовые колёса на одной оси, расстояние между ними было 24 дюйма, сама рабочая ширина мотокультиватора была 36 дюймов. Фреза работала со скоростью 150 об/мин и приводилась в движение от вала отбора мощности. В ней были установлены 20 изогнутых лопастей фрез, с помощью которых, собственно, и производилось измельчение земли. Большим преимуществом мотокультиватора Сименс была небольшая скорость её движения, которая позволяла добиваться очень качественной обработки почвы. Взял более мощные, оснащенные 10 л.с. двухтактными бензиновыми двигателями. Опять за них полезность производство придётся доказывать Сталину и Ко.
К тому времени как доставили заказанные машины, разгруженное судно от леса уже стояло на соседнем причале. А часть экипажа находилась и отдыхала на берегу. Но я дал задание капитану Одовскому договориться с "партнёрами" из верфи Blohm & Voss AG об аккуратной погрузке машин их кранами. Остальной "товар" был уже загружен, а часть опечатана и находилась под замком. Для этих работ пришлось срочно договариваться насчёт работы сварщика, а мне покупать английские замки.
— Сакис, мы тут нашли отличный микроскоп и кое-какие медицинские инструменты и препараты. Надо оплатить — беззастенчиво ввалился вечером ко мне в каюту профессор Бехтерев и прервал мои размышления. Я в это время рассматриваю стопку географических карт России, части Европы и Африки которую я прикупил в букинистическом магазине. Хорошие карты, надо сказать. Может таких и в Россию прикупить. Нет, слишком жирно для одного раза будет, оставим на следующий раз. А то в следующий раз опять надо придумывать, чем повыгоднее с коммунистами торговать. На этом размышлении профессор меня и перебил.
— Э… Владимир Михайлович… дорогой, а не слишком ли вы тут решили накупить. Ведь сумма в тысячу марок это не мало — несколько опешил я от предоставленного мне счёта.
— Нет, это вы не понимаете — начал "кипятиться" профессор. — Вы мне что обещали? Полное содействие и финансовую помощь в исследованиях, а как прикажите их делать без оборудования и медикаментов?
— Профессор, а почему вы не привели себя в порядок? Борода торчит во все стороны, волосы не стрижены. Поп-расстрига какой-то, а не профессор. Вы же от меня получили нормальную зарплату авансом? — пытаюсь сбить накал страстей.
— Вот как только куплю, так сразу и подстригусь — нахмурился Бехтерев и провел рукой по своим длинным волосам до плеч.
— Но… — и тут наш спор прерывает стук в дверь. На пороге моей каюты вахтенный матрос, который сообщает, что меня и капитана около трапа ждут двое полицейских. Отпускаю вахтенного и прошу передать, что через пять минут спущусь, а он пусть предупредит капитана и тоже попросит выйти.
— Ладно, профессор, вот вам тысяча — вздыхаю и лезу в свой сейф за деньгами и передаю ему две пачки немецких марок — но постарайтесь быть скромнее в ваших запросах и полный отчёт о ваших покупках. И не забудьте взять охрану.
Когда мы, через пять минут встретились около трапа с капитаном и начали спускаться по трапу, то я рассмотрел на берегу стоявший слегка потерявший лоск желто-красненький автомобильчик, как я потом узнал французской марки DeDion Bouton Type DH 1912 года выпуска. Рядом с ним два "киношных" экземпляра, которых будут любить так обыгрывать режиссёры. Один высокий и худой, второй маленький и плотный, можно сказать толстый.
— Здравствуйте. Вы владелец судна "Огни Смирны", а вы капитан? — безошибочно обратился к нам толстый, слегка приподняв шляпу-котелок. Оба были в гражданских костюмах. Ну, спутать нас действительно трудно, так как Одовский прикупил в городе шикарную капитанскую фуражку и сейчас щеголял в ней. Её явно шили для какого-то немецкого адмирала или другого большого морского начальника, а досталось нашему капитану.
— Добрый вечер. Да я. Чем обязан? — так же приподнимаю свою шляпу.
— Я следователь полиции Майер и нам надо проехать в комиссариат по адресу Polizeikommissariat 15 — продолжил толстый.
— А в чём собственно проблема? — вмешался Одовский.
— Нашли двух членов вашего экипажа… к сожалению мёртвых — подключился к разговору высокий.
Фу. Я внутренне перевёл дух. Если честно, то я несколько переживал за наш военный груз. Всё-таки возить и торговать оружием, я как-то ещё не привык. Но, теперь главное кого нашли. Не хотелось бы потерять кого-то из специалистов.
— А где их нашли? — капитан. Это же его непосредственные подчинённые, ему и "головная" боль. Я скашиваю взгляд на капитана, киваю, призывая продолжать разговор.
— На улице Репербан. Нас вызвал прохожий, который нашёл их в углу.
Улица Репербан центр богемной жизни Гамбурга в портовом районе Санкт-Паули. Свою "фривольную" славу улица получила за городские кварталы в районе порта, считается местом разгула пороков и блуда.
— Но тогда не будет терять время. Надеюсь, такси вы нам потом найдёте? — вступаю в разговор я.
Загружаемся в автомобильчик и объезжая многие улицы едем в участок. Сейчас в Гамбурге и не только, это проблема многих старых городов, на автомобили не везде и проедешь. Много старых кривых улочек со ступеньками, на которых можно проехать только верхом на лошади или идти пешком. Старые улицы у меня вызывали умиление, в отличие от аборигенов. В двадцать первом веке такого практически и не увидишь. Всю эту "красоту" скоро разрушат. Сначала варварские бомбардировки английских и американских самолётов, а потом законы урбанизации.
Через полчаса блуждания по улицам подъехали к четырехэтажному узкому зданию. Довольно оригинальному, но красивому, построенному в готическом стиле. Фасад дома из красного кирпича довольно узкий, в два окна с эркером между ними. Одна боковая сторона вплотную примыкает к St. Pauli Theater. Архитектор внёс разнообразие в кирпичную кладку Davidwache, украсив её керамическим орнаментом и прочими пластическими элементами. Новое здание комиссариата передали полиции 10 декабря 1914 года. В это время в Европе уже во всю бушевала Первая мировая война.
Дежурный полицейский открыл правые ворота в торце здания. Вообще-то их было двое, рядом друг с другом, в смысле ворот в торце здания. Мы заехали внутрь. Вышли из машины, и перешли по коридору в другое помещение. Тут у них было что-то вроде временного морга, как я понял. Нас встретил самый настоящий врач в серовато-белом колпаке и старом льняном халате старого образца. Одевался халат при помощи помощника и завязывался сзади на завязки по всей длине.
— Вот смотрите — после того как мы поздоровались, врач отодвинул ширму показал на два трупа, лежащих на каменных скамейках.
Ух. Я опять перевёл дух. В погибших я узнал кочегара и развесёлого матроса-фламандца. Его поведение на корабле постоянно привлекало повышенное внимание к нему. Его шутки и всякая другая деятельность, частенько находились на грани дозволенного и приличия. Я особо на это не обращал внимания, так как это вносило разнообразие в жизнь экипажа и касалось рядового состава. С ним в основном ругался боцман и обиженные нижние чины. Но вот эта его "жажда приключений" на этот раз и подвела его в "весёлых" кварталах Гамбурга. И кому же на этот раз смертельно не понравились его шутки? Хоть и потеря, но ничего такого существенного для меня и парохода нет.
— У них забрали все ценные вещи, кроме документов — произнёс Майер, взял со стола у врача паспорта и подал нам. — По ним мы и узнали, что они из вашего экипажа.
"Что само по себе уже странно" — добавил я за него и про себя. Под эти чёрно-белые фотографии, что были на паспортах, половину мужского населения Германии можно подвести. Плюс рост, цвет волос и возраст, ещё половина. В общем, паспорт довольно ценная сейчас вещь в Европе. Разного народа, после смягчения контроля границ, шатается много и не у всех есть документы. Эмиграция по Европе значительно усилилась. Вот это всё заставляет меня отнестись подозрительно к смерти членов моего экипажа… хотя все может быть.
Глава 4
Это всё подействовало на меня угнетающе. Поэтому я отдал приказ капитану побыстрее закругляться со всеми делами, экипажу отменить увольнения, и мы идём в Данциг. Не знаю, возможно, немцы и рассчитывали пропихнуть нам пару человек в экипаж на судно, но у них это не получилось. В Данциг мы идём неполным экипажем. Я категорически отказался брать людей, а зарплату распорядился распределить между другими кочегарами и матросами. Тут не далеко, а там посмотрим.
Вольный город Данциг, будущий Гданьск, сейчас является городом-государством и образованный 10 января 1920 года согласно 11-му разделу 3-й части Версальского договора 1919 года. На его территории находились собственно город Данциг и свыше 200 более мелких населённых пунктов бывшей Германской империи. Но сейчас он не является ни частью Германии, ни частью Польши. Основное население сейчас это немцы, а вернее пруссаки и их потомки. В 1945 году город взяли штурмом советские войска, нафига только мне совсем не понятно. Вполне можно было договориться и срубить с них приличную контрибуцию с политическими обязательствами. На Потсдамской конференции решили передать город Польше. Тут англосаксы "сделали" русских, как детей. Зачем это понадобилось Сталину, я понять ну никак не могу. Ну и оставался бы он дальше таким же вольным городом-государством, явно бы для СССР это было бы намного лучше. Хоть многие и хвалят Сталина и вполне заслуженно, но политических ошибок он сделал очень много. Советский народ заплатил такую огромную цену за победу, а политических и материальных выгод СССР получило по минимуму, что вызывает подозрения. Но это моё личное мнение, а как уж там, в действительности случилось, бог весть. Постараюсь хоть немного изменить ситуацию, даже самому интересно, что из этого получиться.
Вольный город Данциг мог вести свои международные дела только через Польшу, с которой он также состоял в таможенном союзе. Так и надо было и после войны всё оставить. В соответствии с польско-данцигским соглашением от 9 ноября 1920 года, в городе появился польский дипломатический представитель. В соответствии со ст. 6 этого соглашения, польское правительство обязалось не заключать международные договоры, затрагивающие Данциг, без предварительных консультаций с властями Вольного города. Сам Данциг большой крупный порт и достаточно большой город на Балтике, где здания, в основном построенные в стиле классицизма и готики.
За время пути профессор Бехтерев продолжал делать мне массаж и заставлял пить какое-то лекарство. Улучшений это пока не приносило, но и хуже мне тоже не было, что меня радовало.
Подгадали ход судно так, чтобы экономным ходом подойти к рассвету на дальний рейд Данцига. Встали, чтобы не мешать движению других кораблей и судов. Взглядом проводили огромное количество рыболовных шаланд в предрассветных сумерках идущих от города в море на рыбный промысел.
Я дал разрешение на отдых экипажу на пять дней, как и обещал. Но всех предупредили об осторожности, и к каким последствием это может привести. Хватит нам приключений и в Гамбурге. Мне пришлось оплатить похороны двух человек. Отправили и скорбные письма домой погибших. Послал и небольшую материальную помощь почтой. Это понятно, что не прибавило мне настроение. Похороны оказались совсем не дешевыми, и немцы постарались содрать с меня за это по максимуму…
Поделиться книгой: