Случайное счастье

Келли изо всех сил старалась не дуться. Боже мой, ей, взрослой женщине не позволили самой разобраться с возможным преступником. Марк молчал, игнорируя то, что Келли обижена и раздражена.

– Я его помню – Джонатана, – наконец заговорила она, не вынеся гнетущей тишины. – Еще с того дня, как мы впервые пришли в «Орион». У него было впечатляющее резюме. Если я не ошибаюсь, он – один из трех самых первых агентов «Ориона»? Как и вы?

Марк улыбнулся:

– Да, мы с Джонатаном стали первыми сотрудниками агентства. Вместе с Оливером Куинном.

Келли порылась в памяти.

– А… это тот самый парень, что помог частному детективу поймать убийцу в Мэне? Именно тогда мы и услышали об «Орионе». Это событие было во всех новостях.

Марк хмыкнул:

– Частный детектив теперь его жена.

– Правда?

– Они были влюблены друг в друга еще в детстве. Потом, через долгое время, случай снова столкнул их, и… Он теперь возглавляет отдел «Ориона», который привлекает к делу внештатных сотрудников – особых специалистов и разработчиков стратегии.

– А его жена? Она все еще частный детектив?

Марк кивнул:

– О да. Она бы не отказалась от своего призвания, даже если бы Оливер умолял ее на коленях. К счастью, это никогда не приходило ему в голову. И, между нами говоря, я подозреваю, что они помогают друг другу с делами.

– Похоже, вы окружены тесной группой друзей.

Улыбка Марка дрогнула.

– Был окружен. Когда я бросил работу, дистанцировался не только от «Ориона», – сказал он и сосредоточился на дороге.

Келли ужасно хотелось расспросить Марка, но она уже поняла причину его ухода из «Ориона». Марк так много сделал для нее за два этих дня, он не заслуживает того, чтобы кто-то снова вскрывал его старые раны.

Смерть Виктора изменила не только ее жизнь.

Главный офис «Орион секьюрити груп» занимал скромное одноэтажное кирпичное здание, обшитое бежевым сайдингом. Название было написано прямо над входом, большими белыми буквами. Как говорила Никки, это создает ощущение, что «Орион» наблюдает за тобой, когда ты приближаешься.

Марк с легкой грустью посмотрел на надпись, и они с Келли вошли внутрь.

За стойкой, отделявшей двери от остального пространства, сидела молодая испанка, Джиллиан. Будучи администратором, она исполняла еще и обязанности охранника и работала в «Орионе» уже три года. Джиллиан всегда улыбалась, но при виде Марка и Келли ее улыбка стала совсем уж ослепительной.

– Марк! – Она стремительно обогнула стойку и бросилась Марку на шею. Келли подняла бровь, но Джиллиан тут же обняла и ее. – Здравствуйте, миссис Крейн! Никки сообщила мне, что вы придете, – сказала Джиллиан, повернулась к Марку и снова заулыбалась. – Я так рада, что ты вернулся! Без тебя все было как-то не так.

– Спасибо, но особенно не привыкай. Я здесь только для того, чтобы поговорить с боссом.

Джиллиан кивнула и показала большим пальцем за спину.

– Она готова. Но предупреждаю – она еще не пила кофе.

Марк тяжело вздохнул. Только этого еще не хватало. Никки, которая не выпила свой божественный кофе.

– Кто это? – прошептала Келли, когда они шли по коридору мимо старого кабинета Оливера Куинна и пустого в данный момент кабинета Джонатана. Бывший кабинет Марка находился на другой стороне, напротив этих двух.

– Как раз перед тем, как агентство начало расширяться, к нам заявилась Джиллиан и спросила, нет ли у нас программы стажировки, – объяснил Марк. – Стажеров мы не брали, но Джиллиан была очень настойчива. И убедительна. Сейчас она наш секретарь на полставки и одновременно проходит в колледже курс по кибербезопасности. Она хорошая девушка – и очень крутая. Настоящий гвоздь – не согнешь.

Келли бросила на Джиллиан взгляд через плечо и улыбнулась:

– Теперь я понимаю, почему она нравится Никки. Они миновали большой холл между спортзалом и комнатой отдыха, которую Джонатан назвал пастбищем. Сотрудники проводили там свободное время – если оно у них было. Наконец Келли и Марк подошли к последнему кабинету в здании, просторному и светлому – три его стены были стеклянными. Из-за компьютера, стоявшего в самом центре на большом столе, выглядывала темно-рыжая макушка Никки.

– Мне подождать здесь? – Келли показала на диваны у стены. – Или…

– Если вы не возражаете, я думаю, эту историю следует рассказывать нам обоим.

– Вы уверены, что это хорошая идея – посвящать в дело кого-то еще? Мы уже и так сказали Джонатану, – тихо спросила Келли.

– Держать Никки в неведении будет сложно. От этого мы получим только трудности и задержки, а они нам совсем не нужны. К тому же Никки может стать мощным союзником, если нам повезет.

– Хорошо, – заключила Келли. – Я вам доверяю.

Эти слова задели Марка за живое. Виктор Крейн тоже ему доверял. Марк заставил себя улыбнуться и постучал в дверь.

– Войдите, – ответила Никки.

Марк сделал глубокий вдох, как будто собирался нырнуть, и они вошли внутрь.

Глаза Никки были добрыми, как прежде. Свой фирменный ледяной взгляд она применяла только по мере необходимости. Никки встала из-за стола и направилась к ним.

– Приятно видеть вас снова, Келли, – сказала она. Последовало крепкое, но аккуратное рукопожатие, и Никки жестом пригласила их сесть напротив. – Рада, что вы зашли, – начала она, отбросив все светские разговоры. – Сказать, что я сгораю от любопытства, значило бы ничего не сказать. Что вы делаете вместе?

Марк пошевелился. Интересно, мелькнуло в голове у Келли, он боится, что Никки не поверит в эту историю или опасается ее реакции? Женщина, которая от секретарши поднялась до основательницы и главы крайне успешного охранного агентства, не могла не быть жесткой и суровой.

Марк сообщил, что, по его мнению, Дарвин не имел никакого отношения к пожару, и объяснил, почему они считают, что ограбление на улице и вломившийся в дом человек каким-то образом связаны с Деннисом Кроуфордом.

– И поэтому я хотел попросить, чтобы его хорошенько проверили, – закончил Марк.

Никки положила руки на стол и переплела пальцы.

– Пока у вас нет никаких доказательств причастности Денниса к пожару. Одна лишь теория, построенная на чувстве вины и печали и ими же подогретая. К тому же слабая. – Она посмотрела на Марка, затем на Келли: – Я очень сожалею о вашей потере. И еще о том, что последние несколько дней выдались для вас нелегкими. – Взгляд Никки снова вернулся к Марку: – Ты целый год разыскивал своего человека в черном. За этот год ты бросил работу, бросил друзей, и каков результат? Коробка с файлами и полная изоляция. Прости, но я не буду помогать тебе опять возвращаться к исходной точке. Ты больше не работаешь в «Орионе» и не сможешь воспользоваться служебным положением.

Никки быстрым движением встала из-за стола, подошла к двери и распахнула ее.

– Существуют такие вещи, как совпадения, невезение и неудачные моменты. Я думаю, в вашем случае дело как раз в них.

Келли не нужно было смотреть на Марка, чтобы он подтвердил, что разговор окончен. Никки им не поможет. Выходя из кабинета вслед за Марком, Келли лишь коротко кивнула на прощание.

Когда они проходили через лобби, Джиллиан даже не попыталась их остановить, а Марк даже не сказал «До свидания». Келли не могла разобрать, взбешен ли он, разочарован или смущен. Как бы там ни было, в машину они забрались молча и молча выехали со стоянки.

Но, как известно, тишина была для Келли невыносима.

– М-м-м… Никки упомянула, что у вас набралась целая коробка с документами, касающимися пожара?

– Да. Все, что я накопал за год, – ответил Марк. – Я искал что-то… что угодно, что могло бы помочь мне… – Он сделал паузу. – Понять.

– Я бы хотела взглянуть на эти документы, если вы не против.

– Вы серьезно?

– Да. Давайте выясним, почему Дарвин Макгрегор солгал.

Марк пошел в спальню за коробкой.

Келли воспользовалась его отсутствием, чтобы позвонить Линн и узнать, как дела. Выяснилось, что Линн и Грейс, обе в пижамах, смотрят мультфильмы. В сущности, у Линн так хорошо получалось ладить с детьми потому, что она и сама была ребенком в душе.

К счастью, подруга не стала задавать лишних вопросов. Она по-прежнему думала, что Келли все еще занята с полицией по поводу грабителя, а заодно улаживает дела с домом.

– Вы уверены, что хотите это увидеть? – спросил Марк, когда вышел из спальни с коричневой картонной коробкой. Он поставил ее на журнальный столик и сел рядом с Келли на диван. – Тут полно тяжелых для вас воспоминаний.

Келли задумалась. Ее очень взволновала новость о том, что у Марка есть документы, которые, возможно, могут привести их к человеку, виновному в смерти Виктора. Но ей страшно было снова окунуться в прошлое.

– Мне нужно это сделать, – наконец решилась она. – Если не ради Виктора и справедливости, то ради того, чтобы защитить Грейс. Так или иначе.

– Тогда приступим.

Глава 10

– Что ж, изложите мне вкратце все, что вы обо всем этом думаете. – Келли кивнула на разложенные на журнальном столике бумаги и фотографии.

Последние полчаса они провели в тишине, тщательно пересматривая и перечитывая все, что удалось собрать Марку. На последний файл Келли взглянула мельком и отодвинула его в сторону, чтобы позже заняться им подробнее.

Марк провел ладонью по снова заросшему щетиной подбородку и положил на стол фотографии, которые держал в руке. На них был изображен дом Виктора, его «хижина» у озера, на следующий день после пожара. Келли уже обратила на них внимание, но решила особенно не разглядывать. В самые темные свои дни она иногда закрывала глаза, и перед ней вставал образ объятого пламенем дома… и окружающая его глухая ночь.

– На первый взгляд все просто, – начал Марк. – Туповатый паренек, почти подросток, который любит баловаться с огнем, поджигает дом. В процессе случайно взрывается баллон с пропаном, происходит цепная реакция, и в результате дом сгорает дотла. При пожаре погибает человек. В полиции подросток признается, что поджог совершил намеренно, плюс это уже не в первый раз, поэтому его судят как взрослого и отправляют в тюрьму. И все об этом забывают. Но я лично видел человека в черном, который поджигал дом, и он был значительно крупнее мальчишки. Человека, в существование которого никто не верил. Келли, он очень похож на того, кто влез в ваш дом прошлой ночью. Он устроил пожар, не собираясь оставлять никого в живых, и исчез. Дарвина схватили только на следующее утро, во многих милях от дома. Вы помните, как он вел себя на суде?

О да, Келли помнила это прекрасно.

– Нагло.

Марк кивнул.

– Он совершенно очевидно не пытался вызвать к себе сочувствие, не лил крокодиловых слез, не говорил, что очень сожалеет о своем поступке и все такое. Даже при том, что перед ним сидела его бабушка и не спускала с него взгляда.

Дарвин действительно не выразил раскаяния, что было и правда удивительно; он рассказывал о пожаре абсолютно бесстрастно и так же бесстрастно признал, что совершал и другие поджоги. Он нисколько не сокрушался, хотя твердо ответил, что ему известно, какие последствия его преступление имело для семьи Крейн. Ему было все равно.

Келли прочистила горло:

– Я помню, как она плакала.

Всхлипывания бабушки Дарвина были почти такими же громкими, как рыдания самой Келли. До рождения Грейс она далеко не всегда могла держать себя в руках. Собственно, никто от нее и не ожидал, что она будет твердой, как скала.

– Она вырастила Дарвина, – заметил Марк. – Вроде бы, кроме него, у нее не осталось других родственников. Через несколько месяцев после суда я из любопытства выяснил, что она находится в каком-то доме престарелых на берегу озера.

Келли насторожилась.

– Дом престарелых на берегу озера? – повторила она, вытаскивая телефон. – Вы, случайно, не знаете, как он называется?

– М-м-м… что-то на «Э». «Эпо…», «…Эпи»… Нет, не помню. Но это где-то возле Уилмингтона, в Северной Каролине. Дарвин оттуда родом.

Келли вошла в Интернет и залезла в поисковик.

– А что такое?

Она молча подняла палец. Неужели она что-то нащупала? Найдя наконец то, что искала, Келли невольно ахнула.

– «Эплтон ритрит», – сказала она и передала телефон Марку. Она открыла сайт дома престарелых. На главной странице красовалась целая галерея фотографий.

– О’кей. И на что именно я должен смотреть?

– Дарвин не нанял адвоката. Защитника ему предоставило государство. Вы помните почему? – Келли знала ответ, но хотела лишний раз в этом удостовериться.

– Они не могли себе этого позволить. На суде шла речь о том, что Дарвин и она много задолжали за ее лечение. Еще до пожара.

Келли показала на телефон.

– А теперь, меньше чем через два года, она живет в доме для очень зажиточных престарелых?

Марк молча просмотрел фотографии.

– Они жили вместе в маленькой квартирке. Я помню, как его спрашивали о месте проживания, когда он давал показания. – Если она не могла оплатить медицинские счета и Дарвин – ее единственный родственник…

– То где она взяла деньги на проживание в «Эплтон ритрит»? – закончил Марк.

Келли щелкнула пальцами.

– Именно! Это объясняет, почему вы видели другого поджигателя и почему Дарвин не пытался защищаться на суде.

– Дарвину Макгрегору заплатили за то, чтобы он взял все на себя.

– И я готова поспорить на что угодно, что все медицинские счета тоже оплачены. Как мы можем это подтвердить?

Мысли Келли неслись вперед. Разумеется, она не собиралась звонить старушке и задавать ей вопросы. Во-первых, это встревожит неизвестного преступника. Во-вторых, кто точно не должен беседовать с бабушкой Дарвина, так это они, Марк и Келли. Только представив себе, как она пытается поговорить со старушкой, Келли словно наяву услышала ее плач.

– У меня есть друг, который может… посодействовать нам найти ответы на наши вопросы. Хотя… я не знаю, насколько это будет законно.