Зеленая мартышка

— У них совершенно другая психика, непохожая на психику нормальных людей, — заявила мне безапелляционно одна из медицинских чиновниц.

Долгие годы, с момента, когда его, почти не говорящего, начала обучать Чоловская, вела я записи, которые время от времени в трудные дни перечитывала, они поддерживали меня. Я знаю, какого невероятного труда стоило ему научиться писать, читать, считать; вот петь и подыгрывать на ксилофоне он начал сразу (хотя с этой самой музыкотерапией и с помощью детям-аутистам у нас лет за восемь покончили, недолго музыка играла, недолго фраер танцевал; с нормальными-то не ясно, что делать).

— Какой у вас мальчик красивый, как жаль, что он такой… — говорили сердобольные продавщицы, с которыми у него устанавливался сызмальства молниеносный таинственный психотерапевтический контакт.

За его невероятные усилия в этом мире я уважаю его.

Вместо классического «От двух до пяти» мои записи должны были бы называться

ОТ ПЯТИ ДО ДВАДЦАТИ

Слова

Блюка (от «люблю») — любимая вещь

Разблюканя (от «блюка») — очень любимая вещь

Типцы — птицы

Брюо — бюро

Пакризы — капризы

Три последних слова являются иллюстрацией перестановки букв в словах, характерной для речи аутистов.

Выражения, песни, диалоги (в сокращении)

Дождь шумит, ветер пищит, ночь плачет.

Темнота ночью любит меня, темнота любит.

Пытаясь поднять меня: «Тяжелая мама. Тяжелый случай».

Увидев белую кошку, говорит: «Кошка на севере».

Божая корова.

На улице: «Пойдем домой». — «Какой домой? Какой домой? Такой погода! Весна деется».

Солнце на небо вышло в гости.

Говорит по телефону: «И такая выходит период. Период такая. Дикая боля сначала головная, потом дико бесимся. Такая получается прямо загадка. То уши жмут, то глаза жмут, то горло, то ботинки, то штаны».

Подушечка сварится, а на картошечку спать ляжем! (хохочет)

Вкуснота с горькотой.

Сидит, смотрит телевизор, быстро выключает его и говорит: «Ресурсы! Какие ресурсы, когда в башке пусто!»

Сочинил стих:

Поезд встал на рельсинки И поехал в Хельсинки.

Осенние синицы! Осенние синицы! Осенние синицы сентября!

По телевизору показывают, как пушки бьют по Белому дому. «Не стреляйте! Не стреляйте! Кто-нибудь, президент, Черномордин, какое-нибудь правительство, скажите, чтоб перестали стрелять! Там какие-нибудь люди есть! Стрелять нельзя!»

— К нам гости придут.

— А люди будут или только родственники?

Выругал меня: «Взрослая тварь!»

Песня:

Путь одинокий. Путь одинокий, Очень далекий.

На улице дождь пролилось, такая дождливая свобода.

У меня пасть болит. Стоматит, наверное.

У меня болит сустав переносицы.

Подбодрил играющую в телеигру даму: «Правильно говоришь, идиотка!»

Во дворе здоровается за руку с сидящими на скамейке старушками, спрашивает, как они себя чувствуют, не болеют ли. Особенно полюбилась ему старушка в шляпке. Говорит ей: «Ты не умрешь? Я не хочу, чтобы ты умирала!» Если мы не подходим, кричит издалека: «Старуха, не умирай! Не умирай никогда! Он не хочет!»

Мне снятся Подрóсть и Ингарóсть, и у меня от них страхи.

Дяденька Боярский поет боярскую музыку.

Не снись мне, банан-бессонница! Не снись мне, рыба-сон!

Мне снился квартирный город, и я в нем быть не хочу!

Я вырос в квартирном городе.

Женщина-продавщица, продай мне, будьте любезны, двести грамм сыра побольше и колбасы.

Рыба сюдак и рыба тудак.

Чуть не плача: «Нет никакого “завтра”! Когда проснемся, будет новое сегодня!»

А все потому, что у нее бизность есть.

Извини нас, день, мы не будем в рылость впадать, кувшинные рыла сволочные делать. И в рожистость впадать не станем.

Мне снился Вáнту-Тукáнту страшный.

Первая сказка. Король сказал: «Чашку заменить!» — хотел заменить, но я отказался. Принц пришел, чашку принес, Ирину чашку взял. Пришел я. Заменил свою Золушку, переставил пластинку. Я хотел мириться. Я сказал: «Здравствуйте! Привет!» Заменилась и страна Россия, республика театра. И я сказал: «Ира! Не плачь!»

Взрослые люди. Взрослые люди, Взрослые люди. Что вы за люди?

Вторая сказка. Я хотел, чтобы я хотел жениться на принцессе. Я хотел, чтобы ты хотел побыть со мной. Я написал: «Лед в Арктике». Я не в Арктике родился, а в России. Я хотел, чтобы я хотел где-нибудь быть таким, какой я. Я задумался.

У меня болит запястье ноги.

Мне снился Васúн-Васúн, он страшный и пугает меня.

Некоторые вещи лучше немножко забывать.

Иногда бывает сон, когда не спишь.

Кот Трифон у нас помер. И дедушка сдох.

— Ты не холодильник?

— Нет, я твоя мама. Разве ты не знаешь, кто я?

— Знаю. Но ты иногда немножко холодильник.

Давай будем быть благодарными.

Спасибо за ватрушку. Давай сделаем в покупании такой ватрушки перерыв. Все-таки она была мерзкая и сверху похожа на мусор.

Отбрыськай кота, откышкай его!

Что за человек? Что за человек? Сидит, как жаба какая, неодетая, необутая, необученная, неизученная!

Я забыл паспорт потерять.

Ты моя веревочка, ты моя бечевочка, ты моя привязочка.

Песня:

Я хочу сам с собою встречи, я хочу сам с собою встречи, чтоб такая жизнь была, как нигде и никогда, тра-та-та.

Меня отец за судороги хватал.

Песня:

Моя любовь, люблю тебя, люблю тебя, люби меня!

Песня:

Мелюзга одна видна, мелюзга одна видна, видна она!

Ну и напокупались мы кивятины!

Третий Мурзик вылез из головы. Голова как дверь. Голова как окно: глазками вижу. Голова как дом.

Была страна. И все в ней были странные.

Дедушка умер, но жив во сне.

Я обижаюсь на старых людей: зачем они умирают?

Кошке, ласкательно: «Домашняя ты моя скотинушка!» Однажды то же сказал ласкательно мне.

Сидит дед, во сто шуб одет, кто его раздевает, тот слезы проливает. Это дедушка после инсульта.

Ладно, пусть уж будет звездный дождь, только без грозы.

Мне снился дедушка-монстр и монстр-Савраска.

У солнца сегодня выходной день.

Tv: —…британские лорды…

— Лодыри британские.

Я: — Не лодыри, а лорды. Палата лордов.

— Британские морды. Палата лодырей.