Помоги проекту - поделись книгой:
Улыбка его растаяла, глаза слегка потемнели:
— Возникли… проблемы. Пришлось отлучиться. — Снова нежно посмотрел на меня: — Это был не очень приятный разговор, Ари, но он позади. Как раз возвращался в аудиторию, как увидел вас. — Повернулся к дракониям и слегка приподнял брови: — Еще здесь? Насколько я знаю, первой парой у второго курса стоит практика по стихиям!
Коа вжалась в стену и пробормотала что-то об отмене пары, а Ро Кунд скрипнул зубами и бросил короткий взгляд в сторону большого, украшенного затейливыми витражами окна.
— Ах да, — цинично хмыкнул он. — Разумеется, парон Ца Тог не мог упустить возможности пообщаться с моим кузеном. — Обернулся к девушкам: — Если не хотите получить неуд, возвращайтесь на занятие. Тог скоро вернется. И не в самом лучшем настроении… Ро Гонд никогда не общается с драконами ниже третьего уровня магического пламени.
Девушки медленно направились по коридору, Коа беспокойно оглянулась на Ро Кунда и, заметив, что он не смотрит в сторону драконий, бросила на меня взгляд, полный такой злобы, что я невольно сжала рукоять кинжала, поклявшись даже ночью держать при себе. Понимая, что пауза неприятно затянулась, воскресила в памяти родовое древо клана Ро и хрипло переспросила:
— Ро Гонд? Это твой кузен по отцовской линии? Дракон высшего пламени.
Кунд кивнул и, хоть губы его улыбались, посмотрел очень серьезно.
— Не бойся, — повторил он. — Гонд не осмелится причинить тебе вред. Я его предупредил. Но, — он снова сжал мои пальцы, обхватывающие рукоять кинжала, — никогда не снимай кольцо. Хорошо?
Я пару мгновений смотрела в его зеленые глаза и, едва справляясь с эмоциями, старалась не кривиться от охватившей ненависти. Вскинула подбородок и процедила:
— Я не боюсь.
Ро Кунд сузил глаза, судорожно втянул воздух: радужки дракона снова разноцветно заблестели, ровные четко очерченные губы приоткрылись. Положив руку на стену за моим плечом, он слегка подался вперед и проговорил:
— Мы остались наедине, а ты ТАК смотришь, что удержаться очень трудно… Понимаешь?
Нервно сглотнула и, не отрывая взгляда от его глаз, которые уже утратили радужный перелив и замерцали, как недавно у Коа, кивнула. О да! Я понимала. Мы с драконом одни в этом большом пустом коридоре и, если с Ро Кундом что-то случится, у меня будет небольшая фора, чтобы попытаться скрыться прежде, чем обнаружат его тело…
— Какое искушение! — с трудом, сдерживая желание вонзить кинжал в его широкую грудь, проговорила я.
Если сейчас убью Кунда, парона Ро охватит нестерпимая боль от потери дорогого наследника. Гад ощутит сполна все то страдание, которое довелось пережить мне. Нет, Ари, держись! Мальчишка не цель, его смерть не даст ответов… А я хочу знать, почему дракон поступил так подло. А уже потом отомстить.
— Какое искушение, — в тон прошептал Кунд и, обжигая горячим дыханием, склонился еще ниже, — еще удобнее для удара! — словно предлагал пронзить его сердце.
По телу прокатилась волна жара, ладони вспотели. Я смотрела, как вздымается грудь ненавистного дракона, как натягивается мягкая зеленая ткань его камзола, как золотисто и помпезно — радостно сверкает форменная фурнитура. Слышала стук сердца, и не понимала, мое ли понеслось вскачь или это зовет холодную сталь ледяное сердце дракона. Представила, как замахиваюсь, как протыкаю и зеленое сукно, — оно расползается под острыми лезвием, махрится гусеничками ниток, — и теплую плоть. И на веселой травянистой материи словно хищные сказочные цветы расползаются багровые пятна крови…
Вздрогнула, испуганно посмотрела на свои сжимающие кинжал руки, и спина похолодела от ужаса, кожу на затылке стянуло: ножны почти наполовину освободили смертоносный блеск каласской стали. Дыхание перехватило: еще миг, и я бы действительно вонзила кинжал в Ро Кунда! Превратилась бы в убийцу сама… Судорожно вдохнула и часто-часто заморгала: перед глазами все поплыло, ноги стали ватными.
Ро Кунд смотрел на меня, не отрывая своего непостижимого мерцающего взгляда ни на мгновение. Показалось, что он вздохнул с облегчением. Взяла себя в руки и, одним движением задвинув кинжал в ножны, быстро опустила оружие. Пауза затягивалась, я занервничала: о чем он говорил? Протянула:
— Э… Трудно удержаться от искушения?
Среди мыслей, мечущихся испуганными галками, выцепила одну и вскинула глаза на дракона: он что, поцеловать меня хотел?! Но почему тогда не сделал? И этот взгляд… Сейчас в зеленых глазах парона уже не было перламутрово-дергающегося мерцания, радужка слегка потемнела и приобрела бархатисто-малахитовый оттенок. Казалось, сейчас Ро Кунд совершенно спокоен… и доволен.
Ощущая щекой его ровное дыхание, почувствовала, как лицо медленно наливается яблоневым цветом. Судорожно втянула воздух и, в нос ударил аромат терпкого ладана и сладких вишневых косточек. Закашлялась от неожиданности: от дракона пахло приятно и раздражающе притягательно, сердце снова забилось неровно, даже голова слегка закружилась. А парон все нависал надо мной, всматриваясь так пристально, словно подмечал и запоминал малейшее движение. Не выдержала первой:
— Похоже, тебе удалось удержаться от искушения.
Улыбнулся Кунд привычно мило и белозубо:
— Похоже, тебе тоже.
Ощутив неловкость, невольно отвела взгляд и нервно сглотнула. Спокойно! Кунд очень красив даже по драконьим меркам… нечеловечески прекрасен! Неудивительно, что его необычайно привлекательная внешность тревожит мое сердце. Это нормально. Убеждая себя, старалась не смотреть на приоткрытые губы парона.
Мелькнула мысль: а хотелось бы мне, чтобы Ро Кунд действительно сделал это? Вздрогнула и помотала головой: нет, конечно! Краска бросилась в лицо, даже кончики ушей, казалось, горели. Ненавижу драконов.
Присела и, выскользнув из-под руки парона, попыталась сбежать на занятие, но тут же ощутила на плече теплую тяжесть ладони. Ро Кунд прижал меня к каменному боку и решительно направился к двери. Распахнув ее, вошел в аудиторию.
Преподаватель магических основ, Ласвей Доу, обернулся и при виде нас медленно опустил руку с книгой, а я ощутила, как со всех сторон в меня втыкаются острые взгляды студентов. Колючие, недобрые, ощупывающие, словно сотня до жестокости любопытных детей, которым необходимо узнать, что же находится внутри куклы. В воздухе тяжелым мутным туманом сгущался вязкий дух всеобщего недоумения: и что же нашел прекрасный дракон в этой посредственной ведьме?
— Ласвей Доу, — громко обратился к преподавателю мой сопровождающий, — прошу не наказывать Лэ Ари…
— Ари Лэ, — тихо поправила я. Ро Кунд осекся и пронзил меня нефритовой зеленью глаз. Пояснила: — Я человек, не дракон. Мое имя Ари Лэ, именно в таком порядке.
— Хорошо, — покладисто согласился Ро Кунд, снова посмотрел на преподавателя, который хмурился все больше и больше, да продолжил: — Ари Лэ задержалась по моей вине.
— Я понял, парон Ро Кунд, — сухо кивнул Доу.
Дракон еще раз окатил меня шелестящей зеленью ласкового взгляда, от которого по аудитории пронесся тихий завистливый вздох, да исчез за дверью. Доу кашлянул и, резко захлопнув книгу, произнес:
— Что же вы застыли, Ари Лэ? — Мое имя преподаватель произнес с заметной издевкой и продолжил слащаво: — Или же у вас от любви ноги отнялись?
То тут, то там раздавались смешки, студенты не скрывали своего мнения о влюбленной ведьме. Слышимые шепотки, девушки, склонившиеся к огненной голове одной из подруг. Уши вспыхнули от жара. Сжала челюсти до скрипа в зубах: даже драконии, которые только что поливали меня грязью, не произносили ничего подобного. Неужели Тини настолько зла? Да и от остальных тоже, если честно, не ожидала осуждения. Все же привыкла слышать гадости от драконов, а не от своих, — таких же, как я! — ведьм и ведьмаков…
— Ну раз уж вы тут стоите, — вкрадчиво начал Доу, и я подобралась в горьком предвкушении новых насмешек, — ответьте на вопрос, который задала Лоди.
Не ожидая ничего хорошего, повернулась к очаровательной шатенке с близко посаженными синими глазами и острым вздернутым носиком, да вопросительно приподняла брови. Когда все посмотрели на Лоди, та опустила зардевшееся до багрянца лицо и с трудом выговорила:
— Я спросила… Почему в мире нет владеющих всеми стихиями существ?
Доу широко ухмыльнулся и посмотрел на меня так снисходительно, будто я впервые услышала слово «стихия», и для такой простушки оно, без сомнений, означало бурю или пожар, на крайний случай наводнение… В общем, понятно, что от пустоголовой девушки, которая думает лишь о драконах и любви, Доу не ждет вразумительного ответа.
Вскинула подбородок и негромко, — достаточно, чтобы меня слышали те, кто молчал, а те, кто шептался, замолкли, чтобы понять, о чем я говорю, — ответила:
— Стихии живут в каждом живом существе и обычно пребывают в равновесии. — Смотрела только на Лоди, а девушка, ощущая каскад неприязненных взглядов, даже боялась голову боялась поднять. — Но некоторым не повезло родиться с дисбалансом. Например, ведьмы. А еще драконы. Магия огня в них тем мощнее, чем сильнее этот перекос… — Я в упор посмотрела на мрачное лицо Доу и горько усмехнулась: — Все мы аномалия! Болезненные проявления природы.
— С последними словами я не согласен, — недовольно скривился преподаватель и, вновь открыв книгу, неохотно добавил: — Но в принципе верно. Садитесь, Ари Лэ.
Усмехнувшись, направилась к привычному месту. Моя шоколадка Диги улыбнулась и посмотрела с дикой смесью смущения, облегчения и вины. Вдруг я запнулась о резко выставленную ногу Тини и, неловко взмахнув руками, рухнула на Колючку. Черноволосого верзилу не зря так прозвали, — характер у него исключительно сволочной! — и я уже готова была выслушать о себе много всего интересного, но Зорд лишь взял меня за плечи и, отставив, резко отвернулся. Я растерянно хлопала глазами: что это с ним? Но забуксовавшую лавину язвительности Колючки с лихвой компенсировала Тини.
— Мало тебе дракона, Ари? — прошипела она. — Решила и перед Колючкой буферами потрясти? Сойдет как запасной вариант, когда дракону надоест играть с ведьмой…
— Тини, я все видела, — взвилась Диги. — Ты специально подножку поставила.
— Докажи, — оскалилась та.
Диги подскочила, но я удержала подругу за руку и, заставив опуститься, присела рядом. Не хватало устроить скандал под конец и так пропущенной лекции. Хорошо, что отец давно уже объяснил мне то, о чем пытается втолковать преподаватель. Домашние уроки были искристо веселыми, занимательно увлекательными, да потрясающе насыщенными яркими и запоминающимися примерами. А подача Доу… Неудивительно, что никто ничего толком не понимает.
Вздохнув, покрутила на запястье браслет: камни потускнели, а аметист на кольце от прикосновения просто рассыпался похожей на стекло пастельно-зеленоватой крошкой: с такими переживаниями я полностью обесточила своих верных помощников. Придется искать хорошие минералы и заново создавать амулеты. Слушая усыпляющий голос Доу, размышляла, где же раздобыть сильные кристаллы. Или денег на них… Без защиты оставаться нельзя!
Сначала дракон обрушился скоропалительным обручением, затем последовали жутко неприятные намеки ректора, после чего лицо едва не обезобразили… возможно, удалось избежать смерти, — не зря же Ро Кунд просил не бояться? — и на десерт меня спихнули в мутное дурно-пахнущее озеро всеобщего презрения…
Судя по всему, пришло время собирать камни.
ГЛАВА 3
Я безразлично перелистывал страницы, равнодушно скользил взглядом по строчкам, не понимая ни слова из того, что читал. Какое мне дело до произошедшей пару сотен лет назад битвы, когда надвигается тень настоящей? Пока что тень, но огромная и каждый, к кому она прикасается, невольно вздрагивает от сжимающего сердце ужаса. Мало кто понимает, что это. Некоторые считают, что это предчувствие, но большинство отмахивается, словно от испорченного непогодой настроения.
— Эй, Кунд!
Повернулся к Ланду, вяло обвел взглядом переговаривающихся сокурсников: преподавателя в аудитории уже не было. Только осознал, что лекция закончилась, и захлопнул учебник.
— О ведьме замечтался? — скалился друг.
Ведьма? Есть о чем подумать… Вспомнив, как девчонка смотрела, невольно скривился: до последнего был уверен, что ударит. Ясно же дал понять, что кинжал, который ей якобы подарила Зу Коа, способен убить даже дракона, но Ари не воспользовалась случаем. Может, испугалась неотвратимого наказания? Вздохнул: нет! В ней столько ненависти и жажды мести. Маленькое лицо то белело от ярости, то пылало от бешенства. Губки кривила, глазами своими лазурными сверкала. Усмехнулся: и как с такой подвижной мордашкой она собиралась влезть в чужую игру?
— Да, — спокойно произнес я и посмотрел на хитро-улыбающегося Ланда, — о ней.
— Ведьме повезло, — понимающе хмыкнул друг. — Не взбесись ты после разговора с Гондом, девчонка уже была бы мертва.
Я промолчал. Что можно ответить на правду? Представил, как лежало бы хрупкое тело на священном алтаре Туманной долины. Как отражались бы мирно проплывающие облака в неподвижно-стеклянных глазах, как приоткрылись нежные розовые губы, отпуская последний тихий выдох. И забвение…
— Какое искушение, — прошептал я, вспоминая эти мягкие губы без следа косметики.
Ланд понимающе кивнул и похлопал меня по плечу:
— Что делать-то теперь будешь? Может, зажарим ведьму на десерт? — Широко улыбнулся и подмигнул: — Ну или пожарим! Вдвоем или по очереди… Она с виду ничего так, аппетитная!
— Она моя невеста, Гонд, — прошипел я. Злость захлестнула мгновенно, в голове зашумело так же, как при том самом разговоре с кузеном. — Не смей даже думать о ней!
Друг переменился в лице и выставил руки:
— Нечего на меня смотреть разноцветными брызгами, я же пошутил! О небо! Да ты действительно спятил, друг, уже и шуток не понимаешь… — Хитро скривился: — Смотри, поверю, что она тебе действительно нравится!
Прикрыл веки и постарался успокоиться: ну и что со мной? Неужели наплывающая бесформенная тень грядущего лишила самообладания? Или возможный скорый конец моего жизненного полета разрушил условные стены клетки под названием «приличия»?
А вот вырез на уродливом землисто-коричневом платье ведьмы открывал неприличный, но приятный вид. Сглотнул при воспоминании о нежной жемчужно-перламутровой коже, сужающейся полоской манящее декольте, тонкую цепочку, скользнувшую в очаровательную ложбинку. Приятно-болезненное тянущее чувство внизу живота возникло снова, как тогда, когда прижимал девчонку к стене, и я невольно облизал губы.
Уже неделя, как я обручен, но с того разговора мы с Ари не виделись. Я исправно опаздывал на занятия, да уходил раньше всех, чтобы так оно и продолжалось. Не хотелось видеть в лазурных глазах испепеляющую ненависть. Впрочем, ведьма и сама не искала встреч. Но рано или поздно она решится, или я в ней сильно ошибся. Если так, то лучше было позволить Гонду принести жертву… Может, зря я подарил ей кольцо? Шагнул в бездну, но забыл раскрыть крылья?
— Кунд, — позвал Гонд, и я вопросительно посмотрел на него: друг облегченно вздохнул и широко улыбнулся: — Сейчас практика. Пойдем скорее! Ветер собьет с твоих крыльев пыль земных забот, а небо рассеет все тени сомнений. Только мы и безудержный простор!
Судорожно вдохнул, — полетать захотелось зверски! — и решительно поднялся.
Я прилипла к холодному гладкому стеклу, не отрывая взгляда от юркого кувыркающегося в небе дракона. Аквамариновые чешуйки сверкали на солнце, слепили глаза до такой степени, что временами крылатый ящер сливался бы с лазурным небом, но скрыться полностью не мог из-за темно-лазуритового гребня, извивающегося, словно разъяренный змей.
— Он великолепен, — прошептала Диги. — Как же тебе повезло…
Я повернулась к подруге и поджала губы. Да, великолепен. Так же, как потрясающей красоты дракенна, чьи пушистые ярко-медовые тычинки источают умопомрачительный сладко-амбровый аромат, а нежнейшие кроваво-лимонные лепестки скрывают смертоносные цветы. От яда этих невероятных созданий природы умирают романтики, которые польстились на внешнюю привлекательность…
Я готова сорвать колюче — ядовитый стебель, но только если буду знать, что смерть не напрасна, что гибель моих прекрасных любящих родителей, — отца, который нес лишь исцеление, и матери, которая ни разу в жизни и таракана не обидела, — будет отомщена!
— Да, — сурово ответила я. — Он великолепен!
Подруга виновато покосилась и легко улыбнулась:
— Ты же не будешь ревновать? Я любуюсь Ро Кундом как совершенным творением природы, а не как мужчиной… Хотя, признаюсь, он часто мне снится.
Диги прикусила губу и, опустив глаза, слегка покраснела. Я лишь покачала головой:
— Я не ревную. Это глупо. Уверена, что Ро Кунд снится не только тебе. Охота на парона не прекращается ни на миг, и даже наша помолвка для многих ничего не значит.
Вспомнив драконий у дверей аудитории, скривилась и дотронулась до щеки, словно снова ощущая холодное прикосновение металла. Интересно, не явись Ро Кунд так вовремя, тикин действительно сделала бы это? Прошла неделя, и дракония больше не попыталась причинить мне вред, но я не обольщалась, — взгляд, который кинула Зу Коа, был очень многообещающим. Диги тронула мою руку и тихо произнесла:
— Но колечко-то у тебя! Не волнуйся.
Я выпрямила пальцы и посмотрела на подаренное кольцо: на темной поверхности камня, словно хищно-диковинные цветы, распускались темно-оливковые и серо-зеленые сферы. Они будто двигались, неуловимо увеличивались, росли, вовлекали в свой прозрачно-призрачный мир неведения, расширяли пространство комнаты. Казалось, в одном из шаров уже видится бескрайняя долина, бархатно-вердепомовая трава манит прикоснуться к ее нежной мягкости, ветер игриво рисует на поле замысловатые узоры. Слышится, как он поет в ветвях деревьев расположенной неподалеку рощи, посреди которой стоит плоский черный камень. В следующий миг наступила тишина, а по яркому травянистому ковру поползла мховая темень — тень огромного дракона…
— Ари Лэ!
Яростный крик привел меня в себя. Вздрогнула и растерянно посмотрела на блестящие мышино-серые стены и заваленные необработанными кристаллами грубые деревянные столы. В ушах звенело, перед глазами все еще плыла туманная тень, от которой замирало сердце и по шее пробегал колкий морозец.
— Ари Лэ!
Оглянулась, и на руках волоски встали дыбом при виде искаженного яростью лица преподавателя. Слышащий Жорнес звезд с неба не хватал, энергия молодого мужчины позволяла лишь простенькие активации вроде амулета для стройности или оберега от слухов. Было легко скрыть свои истинные возможности. Не то, чтобы я боялась, — рано или поздно драконы почуют мои способности, — но нужно было оттянуть этот момент до свершения мести. И пока это удавалось: Жорнес был уверен, что я бездарнее кролика!
Преподаватель потряс куском окаменевшей лавы и прошипел:
— Может, перестанете витать в облаках и хоть попытаетесь выполнить задание?!
Я опустила взгляд и посмотрела на черный пористый камень: идеально для начинающих — структура простейшая. Справилась с заданием за первые же несколько секунд, потом смотрела, как практикуются драконы, да любовалась на туманный камень… Интересно, это было видение? Неужели, кристалл открылся? Да еще так мягко, что и сама не поняла этого? Или это игра воображения?
— Ари Лэ! — яростно взвизгнул Жорнес. — Выплывите из любовного тумана и сдайте работу! Остались лишь вы да Диги Шол.
Подруга, уперев взгляд в пол, дрожала слева от меня. Как всегда, она не справилась с заданием: увы, род Шол никогда не славился сильными слышащими, но кое-какие задатки находили во всех детях, и семья упрямо платила за обучение отпрысков в Стоунской академии. Видимо, вера в чудо у Шолов неистребима. В Диги мне эта черта очень нравилась. Увы, ее родители не видели перед собой истинного дара дочери. Я подалась вперед и, в упор глядя на взбешенного преподавателя, незаметно поменяла образцы.
— Извините Жорнес Хей, у меня снова не получилось.
Он резко шагнул вплотную к нашему столу и, схватив мой камень, прошипел:
— Да что же это такое, Лэ?! Ты портишь мне все показатели… — осекся и, покрутив лаву в тонких узловатых пальцах, скривил свои бескровные губы: — О! А что-то все же есть… На троечку потянет!
Затем подхватил камень Диги и улыбнулся:
Поделиться книгой: