Обман на Орд Цестусе

Казармы был модульными, разработанными для быстрой сборки или разборки, и он находился там уже неделю, ожидая своей очереди отправиться на учебный бросок.

Солдаты, уже прошедшие бросок, ничего не рассказывали о том, что ждет их впереди. Он, конечно, видел их раны, но сами солдаты, пережившие бой с селенома, предпочитали помалкивать. Любое раннее предупреждение неизбежно приведет к ухудшению опыта. Постороннему такое предупреждение могло бы показаться любезностью, но солдаты знали, что предшествующее знание сокращает суровость и эмоциональное напряжение упражнения, а значит — снижает будущие шансы выжить.

Транспорт высадил их перед огромным серым, заранее приготовленным зданием, где могли разместиться три из пятидесяти тысяч солдат.

Плывущий в тумане усталости, Нейт тащил свой аппарат по коридорам, насмешливо кивая солдатам, уже прошедшим бросок, которые аплодировали, поднимали большие пальцы или салютовали ему, зная, что ему только что пришлось вынести.

Они знали, он — нет. Теперь и он знает.

Вот и всё.

Он поймал турболифт до третьего уровня, отсчитал ряды коек до своей собственной. Нейт бросил свой аппарат на пол рядом с кроватью, стянул одежду и потащился в душ.

Проходя, Нейт мельком увидел в зеркальных поверхностях свое отражение. Он был лишен мужского тщеславия, но считал свое тело машиной, всегда готовой к любым неожиданностям. Он всегда знал, что малейшее несовершенство может негативно сказаться на работе, подвергнув опасности миссию или жизнь брата.

Тело Нейта было совершенной комбинацией мускулов и сухожилий, с идеальным равновесием и гимнастической мощью, которой позавидовал бы первоклассный игрок в чин-брит. Его кожа вся была в недавно приобретенных неизбежных синяках и ссадинах.

А-98 вошел в освежитель, направляясь к окутанным паром душевым, выложенным плиткой. Он встал под душ — и задохнулся: вода словно обожгла его новые ссадины. Выйдя из океана на тот проклятый пляж, они около шести часов с трудом поднимались в гору, чтобы захватить защищенный оглушающим оружием флаг, действуя против трофейных боевых дроидов или симуляторов. Целый день славной, изнурительной пытки.

Из рук одного из его братьев вылетел кусок мыла, и Нейт поймал его. Затем, для развлечения остальных, он перебросил скользкий брусок из одной руки в другую, как артист на карнавале. И тут на всех внезапно накатила волна дурашливости и веселья: солдаты бросали куски мыла туда-сюда друг другу почти не глядя, словно связанные одной огромной нервной системой.

Это продолжалось несколько веселых минут, а затем увяло из-за общей усталости. Они вымылись, морщась, так как вязкая пена раздражала царапины и синяки.

Такова была его жизнь, и Нейт не мог представить себе другую.

Обычные солдаты могли быть обучены основным навыкам в срок от шести до двенадцати недель. Клоны прошли путь от младенцев до полностью обученных солдат примерно за девять лет, и они исчислялись десятками тысяч. Клоны-коммандос были особой породой, тренированной для особо сложных операций, набора и обучения местных солдат. Элитные разведкоммандос были еще уровнем выше.

Закончив мыться, Нейт вышел из душевой и вернулся к своей койке. Солдаты были весьма неприхотливы в вопросах пространства: когда не было отдельных комнат, они спали в капсулах. Они были одновременно многообразием и своеобразием — тысячи одинаковых людей, клонированных от одного-единственного образца, физически и умственно совершенного воина — охотника за головами по имени Джанго Фетт.

Их жизнь была проста. Они тренировались, ели, путешествовали, сражались и отдыхали. Иногда им разрешалось снимать напряжение, что приводило к взаимодействию с обычными разумными существами, но их обучение подготовило их к самому простому, самому непосредственному опыту в жизни, который только можно себе представить. Они были солдатами. Они не знали ничего другого и ни о чём другом не мечтали.

Нейт нашел свою капсулу-койку, пнул свой аппарат в углубление под ней и повалился, укрывшись термоодеялом. Оно автоматически настроилось на семнадцать градусов Цельсия — лучшая температура, чтобы обеспечить телу комфорт и оптимальное выздоровление: одна из немногих роскошей в жизни солдата.

Почти сразу же его одолела сокрушительная усталость. Другой человек на его месте мгновенно провалился бы в сон или крутился бы с боку на бок, думая о всяких пустяках. Нейт же закрыл глаза и настроился на отдых, отложив сон. Он мог бы уснуть мгновенно, если бы позволил себе: ещё одна ценная часть его обучения. Солдату не пристало ворочаться. Никогда не знаешь, когда вновь появится возможность выспаться. При необходимости Нейт мог спать и в походе.

Но он был обучен пользоваться тонким краем сознания, местом между сном и пробуждением, чтобы организовать информацию. Его подсознание возродило события дня, все — от полета на «Нексу» до инструктажа, сброса, сражения с селенома, битвы на пляже и, наконец, штурма горы.

Информация хранилась в особых мысленных ячейках и использовалась для выживания в любых условиях и для успешного распределения.

Он оставался в таком состоянии минут пятьдесят, но усталость всё усиливалась. Он мог надолго отбросить эту усталость, но зачем? Он хорошо потрудился и заслужил отдых. И, кроме того, он и во сне продолжит оценивать и организовывать, даже в символической форме. Этого достаточно.

А-98 отпустил свое сознание и позволил телу исцелиться. В конце концов, завтра будет новый день.

Лучше быть готовым.

6

В архивах Храма джедаев Оби-Ван Кеноби и Кит Фисто изучали пункт своего назначения — индустриальную силовую станцию, известную как Орд Цестус.

Оби-Ван нашел Цестус интересным предметом для изучения. Это была относительно бесплодная скала, богатая кое-какими рудами, но совершенно непригодная для сельского хозяйства. Большую часть его поверхности составляла пустыня. Местными формами жизни были роевое сообщество инсектоидов, известных как кси'тинг, и множество крупных, смертоносных и, по общему мнению, неразумных пещерных пауков.

Население исчислялось в миллионах, с несколькими городами, нежизнеспособными без ввоза ресурсов: удобрений, лекарств и спайса, который использовали, чтобы сделать воду пригодной для чужеземцев.

— Опасно, — сказал Кит. — Простое ограничение привело их в руки графа Дуку. Этого никогда бы не могло случиться с самодостаточным народом.

Справедливое замечание. Во время войны безопасные линии поставок важны ничуть не меньше хорошо обученных солдат.

За триста стандартных лет до того, относительно примитивные кси'тинг — единственная колония многосоставных роев, рассеянных по всей планете — заключили контракт с Корускантом, предложив землю для обустройства галактической тюрьмы.

В один прекрасный момент исправительный дом на Цестусе начал программу по обучению и использованию труда заключенных. Это стало действительно интересным, когда после серии финансовых скандалов и промышленной трагедии на Этти IV в тюрьму заключили на двадцать стандартных лет дюжину младших чиновников «Сайбот Галактики» — второго мощнейшего фабриканта Республики. Эти двенадцать не пробыли на Цестусе и двух лет, когда заключили с тюремными чиновниками соглашение о начале исследования и производства дроидов. С учетом доступа к огромному количеству сырья и фактически бесплатной рабочей силы деньги хлынули рекой.

Двенадцать быстро и спокойно устроились в богатых домах. Избранные охранники и чиновники становились всё богаче, и так родился коррумпированный династический конгломерат — «Цестус Кибернетикс», производящий поток превосходных персональных дроидов-охранников. Дальнейшие события было трудно сортировать. Огромные участки земли были куплены у роя по горящим ценам. Затем, после ужасных эпидемий среди кси'тинг, «Цестус Кибернетикс» приобрела практически полный контроль над планетой.

Жизнь была суровой, пока «Цестус Кибернетикс» не взяла субподряд у невероятно богатых и успешных «Оружейных цехов Бактоида». Всё было полностью переоборудовано, установлена связь с межзвездным рынком в высококачественной военной технике. Экономика росла, а затем потерпела крах, когда Торговая Федерация разорвала связи после фиаско на Набу…

Финансовый бум, а затем катастрофа. Циклы взлета и падения постоянно следуют друг за другом.

Оби-Ван просмотрел список правителей. После эпидемий прошлого века, после уничтожения целого улья должность правителя планеты всё ещё занимал кси'тинг королевского происхождения, некая Джи'Май Дарис. Выборная эта должность или наследственная? Каково истинное положение Дарис: номинальный регент или реальная власть?

Через час внимание Оби-Вана привлекла еще одна ссылка: упоминание о группе партизан под названием «Пустынный Ветер». Большинство из внешних фермеров, потомков освободившихся заключенных, были бедны. Пустынный Ветер возник двадцать лет назад, как протест против столетий притеснения, и пытался заставить индустриальных правителей Цестуса — клику богатых промышленников, известных как Пять Семей — начать переговоры.

Пустынный Ветер был уничтожен в прошлом году, но кое-кто уцелел и совершил несколько налетов на караваны компании.

Чем внимательнее Оби-Ван и Кит вчитывались, тем дальше ускользала от них правда о власти на Цестусе и его деликатных отношениях с Корускантом.

— Будто прокапываешь губчатый риф, — проворчал наутоланин через восемь часов изучения. — Нам понадобится кудесник, чтобы разобрать всю эту бессмыслицу.

— Не знаю насчет кудесников, — ответил Оби-Ван, — но думаю, что хороший адвокат был бы неоценим, и я как раз знаю одного такого.

— Превосходно, — сказал Кит. — И еще. Если переговоры пойдут плохо, мы можем… надавить лично на эту Дарис.

Оби-Ван отшатнулся. Наутоланин был корректен, но сам он предпочитал осторожность.

— У тебя есть предложение?

— Да. Вы с адвокатом возьметесь за политиков. У нас… — он посмотрел на свой экран, — два контакта на Цестусе: человеческая женщина по имени Шиика Тулл и кси'тинг, которого зовут Триллот. Из них мы выберем необходимый рычаг.

— Если они надежны, — заметил Оби-Ван.

Кит рассмеялся.

— По-твоему, мы не можем доверять нашим собственным людям?

Этот вопрос повис в воздухе с поминутно возрастающим напряжением. Затем Оби-Ван тоже засмеялся.

— Конечно, нет.

— Хорошо, — сказал наутоланин. — Как я говорил, я возьму ЭРК и несколько коммандос и местных новобранцев на всякий случай.

Оби-Ван мгновенно ухватил мысль. Если они вернут к жизни Пустынный Ветер, регент и эти Пять Семей сразу начнут нервничать, станут менее уверенными и, возможно, более восприимчивыми к предложениям Республики. Но нельзя допускать, чтобы захватили тело солдата: его генетическая сигнатура станет явным свидетельством вмешательства Корусканта.

Целыми часами два друга сосредотачивались на файлах, обсуждая возможности и стратегии, пока не убедились, что рассмотрено каждое действие и противодействие.

Остальное придется отложить до прибытия на Цестус.

7

Десять часов спустя A-98 проснулся, его цикл выздоровления завершился. Нейт глянул на экран над головой, который напомнил ему явиться в командный центр за приказами. Тридцать секунд занял быстрый мысленный обзор собственного тела. Ещё полминуты ушло на утренний умственный ритуал, завершающий переход от глубокого сна к полному пробуждению. Сказать по правде, в случае опасности он, как и любой солдат, мог бы сделать этот переход за секунды, но он насладился более неспешным перемещением, пока есть возможность.

Завершив самопроверку, он сбросил одеяло и спустил ноги на пол. После посещения освежителя он упаковал кое-какие принадлежности снаряжения. Согласно кодексу, боец ЭРК должен быть готов идти куда угодно и делать что угодно по приказу командующего джедая или Верховного канцлера. Нейт на все сто процентов хотел быть таким совершенным солдатом.

Не было другого выбора, другого существования. A-98 был готов. У него в рюкзаке было несколько маленьких напоминаний о предыдущих военных действиях, оборудование и трехдневный запас пищи и воды.

Нейт появился на свет на Камино, одновременно с тысячей других клонов. Дюжина была обозначена как элитные разведкоммандос. Они вместе обучались, вместе тренировались и вместе выполняли первые миссии. Половину выбрал для обучения сам Джанго Фетт, и они вернулись к братьям помятыми, но полными смертоносной мудрости. ЭРК-группам разрешалось развивать свои собственные традиции и идентичность, что пригождалось в соревнованиях с другими отрядами. Хотя они отправились на первое задание вместе, через какое-то время первоначальный отряд разделился, потому что большинство бойцов ЭРК работали одни.

Он вдруг обнаружил, что пытается вспомнить тех солдат, с которыми он сталкивался, обозначения на их шлемах и шейных пластинах, указывающие на время и место появления на свет. В товарищах, в братьях всегда можно быть уверенным; они помнят кое-какие церемонии и общие опасности, с ними всегда приятно немного пообщаться. Семья внутри семьи, прикосновение к дому в далеком, враждебном мире.

Он с радостью вспомнил двадцатикилометровые забеги своего отряда, стараясь не вспоминать, гибель скольких братьев ему довелось увидеть за две продолжительные кампании и десяток меньших. В основном, тактика ЭРК заключалась в сочетании молниеносных атак и подавления силой, комбинаций воздушных бомбардировок и наземных боев.

Но какими бы ни были приятными те победы, он очень хотел принять более срочные меры лично. Он чувствовал, что не реализовывает себя полностью. Он не боялся смерти, но боялся другого — окончить жизнь, не раскрыв глубин своих способностей. Это, как он понимал, было бы напрасной жертвой.

Нейт вскинул рюкзак на мускулистое плечо и направился в центр, задаваясь вопросом, что же принесет новый день.

Через десять минут он оказался в малом офисе, запрятанном под складом боеприпасов и лифтом, переправляющим работников из города и в город.

Когда Нейт вошел, его командир, майор Аптед Сквелш, женщина-мон каламари, сидела, склонившись над документами, и, казалось, не замечала его. Затем она подняла голову.

— А-девять-восемь?

— Да, мэм?

— Присядьте, пожалуйста.

Нейт сел, расслабившись на жестком стуле из твердой кореллианской древесины. Он водил ногтем большого пальца вдоль желобка на подлокотнике, пока майор дочитывала экран, а затем сложила руки и обратилась к нему.

— Вы превосходно справились со вчерашним упражнением, — начала она. — Ваша единица снизила уровень потерь на пятьдесят процентов, без ущерба для скорости или эффективности. Это приятно слышать.

— Спасибо, мэм.

— Для вас есть новое назначение, — продолжала майор Сквелш, мигая огромными темными глазами. — Полагаю, вы готовы? — Не настоящий вопрос, скорее, часть ритуала.

— Готов, мэм. — Ритуальный ответ.

— Очень хорошо. Вы будете сопровождать двух джедаев и содействовать им на планете Орд Цестус. Вы знаете её?

— Нет, мэм, но я быстро подготовлюсь. Моя поддержка?

— Четыре человека, — сказала она.

Наконец-то! Подобные действия были путем к продвижению, добиться которого для ЭРК-рядового — раз плюнуть.

— Мэм?

— Да?

— Насчёт адмирала Бараки. — Он сделал паузу. — Адмирал осведомлен о статистике смертности?

— Конечно. — Глаза Сквелш были спокойны, толстые широкие губы плотно сжаты.

— Он сказал что-нибудь, чем вы могли бы поделиться с нами?

Майор выдержала паузу, подчеркивая значимость момента, затем ответила:

— Он сказал: «Браво».

Нейт не изменился в лице, не желая проявлять эмоции перед командиром.

— Спасибо, мэм.

— Это всё.

Браво. Они оставили плоть, кровь и братьев по всему пляжу и в безжалостных глубинах, и лучшее, чего они смогли добиться, — «браво».

Как всегда.

Нейт вышел и направился в голо-библиотеку, чтобы заняться изучением планеты назначения. Конечно, он мог бы получить пакет с информацией перед отправлением, но он считал важным изучить всё самому. Пакеты с информацией для любой миссии предназначались для исследователя, которому никогда не доводилось втаскивать на утес тяжелую артиллерию.

Нейт был так погружен в изучение, что едва обратил внимание, когда подошедший солдат начал читать через его плечо.

— Гмм, — сказал другой. — Я — Форри. В прошлом месяце я был в районе этого сектора.

Это приободрило его.

— Я Нейт. Ты знаешь планету под названием Орд Цестус?

— Слышал, Нейт. — Форри очистил «палочку от нервов» и откусил немного. — Там, вроде, делают дроидов? Не они производили те MTT?

МТТ — машины, перевозящие множество дроидов, практически неостановимые, с мощной бронёй и двойными бластерными пушками — те самые, что проявили себя во всей красе на Набу.

— Может быть, — ответил он. — Что-нибудь еще?

— Знаю ещё кое-что — из-за той вчерашней демонстрации. Они сделали модель УД, против которой вышел Семь-три-два.

Солдат против дроида? Неудивительно, тем более, что это наверняка была просто тренировка, а не бой.

— Я не слышал. Что случилось?

Форри пожал плечами.