Помоги проекту - поделись книгой:
Стивен Барнс
ОБМАН НА ОРД ЦЕСТУСЕ
Моему новорожденному сыну Джейсону Каю Дью-Барнсу. Добро пожаловать в этот мир, милый.
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
Оби-Ван Кеноби; рыцарь-джедай (мужчина, человек)
Кит Фисто; мастер-джедай (мужчина, наутоланин)
Дулб Снойл; адвокат (мужчина, виппит с Нал Хатты)
Адмирал Ариккон Барака; командир суперкрейсера (мужчина, мон каламари) Лидо Шан; техник (женщина, гуманоид)
А-98, «Нейт»; боец-ЭРК, пополнение и команда
CT-X270, «Зуту»; пилот
CT-36/732, «Серти»; военный тыл и снабжение
CT-44/444, «Форри»; физическая подготовка
CT-12/74, «Сифор»; коммуникации
Триллот; главарь банды (мужчина, потом женщина, кси'тинг)
Физзк; брат Триллота по выводку (мужчина, кси'тинг)
Шиика Тулл; пилот (женщина, человек)
Реста Шуг Хай; член «Пустынного Ветра» (женщина, кси'тинг)
Так Вал Ззинг; глава «Пустынного Ветра» (мужчина, человек)
Брат Никос Фейт (мужчина, кси'тинг)
Скотт ОнСон; член «Пустынного Ветра» (мужчина, человек)
Деббикин; исследования (мужчина, человек)
Леди Пор'Тен; энергия (женщина, человек)
Кефка; производство (мужчина, гуманоид)
Ллитиши; сбыты и маркетинг (мужчина, вруунианец)
Кайза Квилл; горная промышленность (мужчина, кси'тинг)
Джи'Май Дарис; регент (женщина, кси'тинг)
Шар Шар; ассистент регента Дарис (женщина, зиитса)
Граф Дуку; глава Конфедерации Независимых Систем (мужчина, человек)
Асажж Вентресс; командир сепаратистской армии (женщина, гуманоид)
«Бактоид» закрывает еще пять заводов.
«Оружейные цеха Бактоида» подтвердили, что во Внутреннем Кольце и Колониях будут закрыты еще пять заводов из-за законов Республики, которые воспрепятствовали их программе по созданию боевых дроидов. Заводы «Бактоида» на Фаундри, Орд Цестусе, Телти, Балморре и Орд Литон закроются примерно к концу месяца. В результате приблизительно 12.5 миллионов работников будут уволены.
Законопроект, прошедший в Сенате восемь лет назад, вынудил Торговую Федерацию расформировать свои силы безопасности, которые были единственным крупнейшим потребителем боевых машин и транспортных средств «Бактоида». Кроме того, разрешение ограничения продажи боевых дроидов сделало покупку такой техники неимоверно дорогой для большинства клиентуры «Бактоида».
1
Уже пятьсот лет блистал Корускант, жемчужина в короне Галактической Республики. Его мосты и арочные солярии словно возвращали к былым временам, когда никакие слова правителей не казались слишком грандиозными, небоскребы — слишком потрясающими, а титаническая цивилизация, расползаясь во все стороны, смело провозгласила завоевание космоса рациональным умом.
С началом Войн Клонов некоторые решили, что эти славные дни уже в прошлом. Неважно, говорили ли новости о победе или поражении — слишком легко было представить горящие суда, стремительно летящие навстречу судьбе под далекими небесами, столкновение огромных армий, гибель бесчисленных мечтаний. Почти невозможно было не задуматься: что, если однажды ненасытная утроба войны поглотит эту драгоценность Республики? Это было время, когда слово «город» символизировало не достижение, но уязвимость. Не защиту, но опустошение.
Но, несмотря на эти опасения, миллиарды граждан Корусканта продолжали верить и сохраняли мириады жизней, помимо своих. Стая крючконосых трантсиллов четким строем в виде бриллианта пересекала корускантское спокойное бледно-голубое небо. В течение сотен тысяч стандартных лет они улетали на юг зимой и не могли иначе. Их плоские черные глаза видели, как цивилизация вынуждает отступить фауну Корусканта. Прежние хозяева планеты теперь рылись в отбросах ее дюракритных каньонов, их ареалы заменили искусственными болотами и пермакритовыми лесами. Это, возражали другие, было время чудес и изумительных существ из сотен тысяч других миров. Это было время для оптимизма, для мечтаний и необузданных амбиций. Время возможности для тех, кто достаточно дальновиден.
Облачную мантию Корусканта прорезал красно-белый диск двухместного челнока класса «Лимулус». В утреннем солнце он сверкал, как серебристый осколок льда. Словно танцуя, он сбросил на орбите гиперпространственное кольцо, скользя сквозь редкие облака, и приземлился нежно, как поцелуй. Его гладкий стекловидный бок слегка задрожал, появилось очертание прямоугольной двери, которая затем скользнула в сторону. В дверном проеме появился высокий бородатый мужчина в коричневом плаще и спрыгнул вниз. За ним последовал второй, чисто выбритый пассажир.
Бородатого мужчину звали Оби-Ван Кеноби. Уже много лет он был одним из самых знаменитых рыцарей-джедаев во всей Республике — впрочем, его это мало заботило. Второго, удивительно сильного молодого человека с прекрасными русыми волосами, звали Энакин Скайуокер. Хотя он еще не стал рыцарем-джедаем, он уже прослыл одним из самых могучих воинов галактики.
В течение тридцати шести часов они сменяли друг друга у штурвала и навигационного компьютера, пользуясь джедайскими навыками, чтобы свести к минимуму свои потребности в сне и еде. Оби-Ван был утомлен, раздражен, голоден, в суставах словно песок скрипел. Энакин, как он заметил, казался свежим и готовым к действию.
«Молодые быстро восстанавливаются», — с сожалением подумал Оби-Ван.
Только чрезвычайное распоряжение лично от Верховного канцлера Палпатина могло отозвать их с задания на Форскане VI.
— Что ж, учитель, — сказал Энакин, — полагаю, что здесь мы расстанемся.
— Я не уверен, в чем дело, — ответил старший джедай, — но ты отлично проведешь время, тренируясь в Храме.
Оби-Ван и Энакин продолжали идти. Далеко внизу гудели городские улицы, переполненные движением, переходами и горизонтальными турболифтами, где изредка проплывали клочья облаков или пролетали заблудившиеся трантсиллы. Паутина улиц и мостов позади них и под ними была ослепительна, но Оби-Ван обращал внимание на красоту едва ли больше, чем на высоту, усталость или голод. В тот момент его ум был занят другими, более насущными делами.
Словно прочтя его мысли, Энакин сказал:
— Надеюсь, вы уже не сердитесь на меня, учитель.
Это был намек на стремительные действия Энакина на Форскане VI — планете-колонии на краю дрейфа Крона, в настоящий момент не связанной ни с Республикой, ни с Конфедерацией. Элитные сепаратистские агенты устроили на Форскане учебный лагерь, а их «учения» разрушали поселения. Самый деликатный аспект контроперации состоял в том, чтобы отбросить тех агентов так, чтобы поселенцы ни за что не узнали, что им помогли посторонние. Хитро. Рискованно.
— Нет, — ответил Оби-Ван. — Мы сдержали ситуацию. Мой подход более… взвешенный. Но ты, как всегда, проявил инициативу. Ты ведь не нарушил прямой приказ, так что… назовем это творческим решением проблемы и оставим, как есть.
Энакин вздохнул с облегчением. Их обоих давно уже соединили мощные узы любви и взаимного уважения, но порой былая импульсивность Энакина жестоко испытывала те узы. Падаван все еще сомневался, что когда-нибудь заслужит настоящую похвалу учителя. Что касается последнего, то годы наблюдения вынудили Оби-Вана согласиться, что кажущаяся порывистость Энакина — это на самом деле глубокое и основательное понимание своего необычайного дара.
— Вы были правы, — сказал Энакин, словно мягкий ответ Оби-Вана позволил ему признать собственные ошибки. — Те горы были непроходимы. Подкрепления Конфедерации застряли бы в ледяной буре, но я не смог решиться. Слишком много жизней было поставлено на карту.
— Способность признать ошибку говорит о зрелости, — проговорил Оби-Ван. — Полагаю, мы можем оставить это между нами. В своем отчете я отражу только восхищение твоей инициативой.
Оба товарища повернулись друг к другу и обменялись рукопожатием. У Оби-Вана не было детей и, вероятно, никогда не будет. Но единство падавана и учителя было столь же глубоко, как связь ребенка и родителя, а в чем-то — еще глубже.
— Желаю удачи, — сказал Энакин. — Передайте канцлеру Палпатину привет от меня.
Рядом с переходом скользнул спидер, Энакин запрыгнул в него и исчез в воздушном движении. Он не оглянулся ни разу.
Оби-Ван покачал головой. С мальчиком всё будет хорошо. Должно быть. Если джедай, столь одаренный, как Энакин, не может быть выше юношеской спеси, на что тогда надеяться остальным?
Хотя ему и так было о чём подумать. Почему именно он был вызван обратно на Корускант? Конечно, это, должно быть, чрезвычайная ситуация, но какая именно чрезвычайная ситуация…?
Назначенным местом встречи была спортивная арена T'Чук с расположенными ярусами местами для полумиллиона зрителей. Здесь, перед сотнями тысяч ликующих болельщиков играли в чин-брит, самый популярный вид спорта среди корускантских зрителей. Но сегодня никаких игр здесь не велось. Сегодня огромный стадион был пуст и чист, и собралось там самое необычное собрание.
Выйдя из гулкого пешеходного туннеля, Оби-Ван осмотрел ярусы трибун. Большинство рядов было пусто, как дюны Татуина, но в отгороженной секции расположились несколько десятков свидетелей. Собрание было весьма пёстрым — он заметил высокопоставленных чиновников, важных, но обычно уединенных бюрократов, пару-тройку техников и даже нескольких солдат-клонов. Инстинкт и опыт подсказали, что это военный совет.
Прошло уже достаточно времени, и начальный хаос Войн Клонов сменился всеобщим воодушевлением; была объявлена лояльность, сформированы союзы. Галактика была слишком обширной, чтобы война затронула все ее бесчисленные берега, но сражения постоянно бушевали в сотнях разных миров. Пока это число представляло незначительную часть множества звездных систем галактики — из-за давнишних альянсов и сотрудничества. Но то, что случилось с миллионами живых существ, может произойти и с триллионами.
Войны уже разорили целые королевства, народы и семьи. А поскольку число жертв всё увеличивается, а оружие неизбежно становится всё мощнее, не станет ли опустошение бесконечным, бесконтрольным, сместив несчетные эпохи борьбы, что должна, наконец, породить всегалактический союз? Неужели труд тысяч поколений пропадет впустую?
Никогда!
Линии обозначены: на одной стороне — сепаратисты, на другой — Республика. Для Оби-Вана, как и для многих других, эта линия была обозначена его собственной кровью. Республика выстоит, или Оби-Ван, как и любой джедай, когда-либо шагавший коридорами Храма, падет.
Весьма простое уравнение.
И в простоте была как ясность, так и сила.
2
На посыпанном песком полу арены Т’Чук не было никого, кроме бледной, стройной гуманоидной женщины. Она была в белой одежде техника, с коротко остриженными черными волосами. Она возилась с блестящей хромированной конструкцией, напоминающей песочные часы, которая привела Оби-Вана в недоумение. Это скорее напоминало странное произведение искусства, чем что-то достаточно опасное, чтобы касаться джедаев. Ряды узких заостренных ног в основании были, очевидно, единственным средством передвижения.
Что, во имя тысячи миров, это такое?
Техник искусно обращалась с устройством, манипулируя множеством проводов, соединяющих его с отделением на ее поясе. Возможно, это какой-то улучшенный вид меддроида?
Присутствующие становились всё более беспокойными, когда она отцепила провода, затем повернулась и обратилась к ним.
— Меня зовут Лидо Шан, и я благодарю вас за ваше терпение, — сказала она, пренебрегая очевидным отсутствием такового. — Полагаю, наша первая демонстрация для ваших светлостей готова. — Шан слегка поклонилась и указала рукой на блестящее устройство. — Я представляю УД-13. Чтобы продемонстрировать его мастерство, мы выбрали дроид-разрушитель Конфедерации, захваченный на Джеонозисе и восстановленный согласно оригинальным спецификациям изготовителя.
УД стоял — высотой он был примерно по грудь человеку, сверкая идеально гладким корпусом. В отличие от других дроидов, на него было приятно посмотреть. Детская игрушка, музейный экспонат, хрупкий и нежный кусок электроники. С другой стороны — черный, шарообразный дроид-разрушитель, который выглядел сравнительно примитивным, разбитым и починенным, но всё еще угрожающим, как раненый аклай.
Сопровождаемый свистом гидравлики, дроид-разрушитель покатился вперед, оставляя на песке глубокие борозды. УД пригнулся, отсвечивая, но почему-то казался странно беспомощным. Впечатление беспомощности усиливала разница в размерах: УД был, наверное, вполовину меньше боевого дроида.
Вначале Оби-Ван задумался: он что, должен был просто засвидетельствовать еще одно проявление мощи и эффективности дроида-разрушителя? Едва ли это необходимо: ему вполне хватало шрамов от предыдущих встреч. Нет, это просто нелепо: Палпатин не мог вызвать его с Форскана с такой целью. В следующее мгновение дроид-разрушитель оказался в пределах пяти метров от УД, и все вопросы получили ответ.
УД мгновенно разделился на сегменты, приняв паукообразную форму. В этот миг он казался меньше, чем сжавшийся листоед, одно из тех хитрых существ, чья мнимая беспомощность приманивает добычу поближе.
Разрушитель плюнул в противника красным огнем. Песок слегка задрожал; оказалось, что УД снабжен не одним силовым щитом, а множеством вращающихся энергетических дисков, которые с легкостью поглощали взрывы. Это было неожиданностью: обычно машине не требовалась такая изощренность; достаточно было отражать выстрелы, а не поглощать их. Похоже, какие-то новые продвинутые технологии.
Нападающий дроид продолжал поливать противника огнем, абсолютно не понимая вопиющую неэффективность этой тактики.
Как и большинство машин, он был мощным, но глупым.
Глаза Оби-Вана сузились. Происходило что-то… что-то необычное. УД выпустил с боков и сверху щупальца, вьющиеся так быстро, что у дроида-разрушителя не было ни малейшей возможности уклониться. Теперь Оби-Ван, как и большинство свидетелей, наклонился ближе к арене, пока боевой дроид беспомощно бился в захвате щупалец УД.
У основания усики были толстыми и клейкими. Затем, как он заметил, они становились всё тоньше и тоньше, оплетая нападающего паутиной тончайших, почти невидимых волокон.
Усики вгрызались в кожух дроида-разрушителя подобно сотням тонких, как шелк, пил-волокон. Казалось, дроид, наконец, понял опасность и начал отчаянную борьбу, испустив звук, похожий на причитание живого существа.
Дроид прекратил бороться. Он дергался на месте, вибрируя, пока не начал разваливаться на части. Из его расколотого кожуха повалил дым. Затем, словно кусок перезрелого металлического фрукта, он просто разделился на секции. Каждая упала на песок и тоже разлетелась на куски, брызгая искрами и истекая зеленоватой жижей. Секундой позже воцарилась тишина.
На мгновение толпа была ошеломлена. Оби-Ван оценил: нетрадиционная тактика, смертельное оружие, бесспорный результат.
— Дроид против дроида, — усмехнулся большеголовый битх рядом с ним. — Тоже мне, детские игры. Несомненно, это не стоит вызова от канцлера.
Стоящая внизу Лидо Шан была невозмутима.
— Будьте снисходительны, пожалуйста, — проговорила она. — Мы желали просто создать подходящие условия против оппонента, одновременно известного и устрашающего. Этот боевой дроид класса «четыре» был остановлен меньше чем за… сорок две секунды.
Позади Оби-Вана миниатюрное переводное устройство земноводного аквалиша пробулькало вопрос: «Как насчет живых противников?»
Техник кивнула, будто предвидела такой запрос.
— Наша следующая демонстрация — с участием элитного разведкоммандо.
По сигналу вперед вышел один из солдат-клонов, коммандо в полной боевой броне, вооруженный бластерной винтовкой пехотного образца. Шлем скрывал его черты, но его осанка говорила об агрессивной готовности. В толпе послышалось беспокойное бормотание.
Амфибия казалась захваченной врасплох.
— Я … не хочу быть ответственным за смерть.
Техник наградила аквалиша жалостливым взглядом, словно у неё на всё был готов ответ.
— Не волнуйтесь. — Ее движения были точны и спокойны, пока она проводила какие-то настройки. — Машина не запрограммирована на убийство.
Хотя эти слова успокоили большинство свидетелей, Оби-Ван только сильнее встревожился. Этот дроид неземной красоты и невероятной убийственной силы точно имел отношение к его миссии. Но какое?
Поделиться книгой: