Восстание Персеполиса

Бобби рассмеялась и вызвала данные на тактический дисплей. Дистанционно выводя, планета Фрихолд. Миссия. «Мой брат всегда жаловался, что я слишком много времени искала метафоры».

«Стареющий марсианский воин, живущий в стареющем марсианском корабле», сказал Алекс, в его голосе слышалась улыбка. «Не нужно слишком напрягаться».

«Не слишком, чтобы пнуть твою задницу». Бобби приблизилась к Фрихолду на тактическом дисплее. Пестрые мрамор коричневых континентов и зеленых океанов, со случайным белым вихрем облаков. «Как долго?»

«Мы будем там через неделю».

«Ты говорил с Джиз в последнее время? Как поживает мой будущий ребенок сделанный папочкой?

«Жизель в порядке, и она говорит, что Кит отлично справляется. Выбрал по специальности планетарную инженерию в Маринер Тех».

«Сейчас это горячий рынок труда», - согласилась Бобби.

Она была лучшим другом Алекса, когда он женился на Жизель, и она ждала в больнице на Церере, когда Кит родился тринадцать месяцев спустя. И теперь Кит поступил в высший университет, и разводу Алекса уже более десяти лет. Он был ее лучшим другом, но он был ужасным мужем. После второй неудачи Бобби заметила, что если он просто хочет кого-то обидеть, она может сломать ему руку и сэкономить всем время.

Но, никому не ненужная, драма Алекса и Жизель, их недолговечный эксперимент с браком, привели к появлению Кита, и это сделало вселенную лучше. У мальчика было все лаконичное обаяние Алекса и вся царственная внешность его матери. Каждый раз, когда он называл ее тетушкой Бобби, она хотела обнять его так сильно, пока его ребра не сломались.

«Когда ты ответишь, не забудь сказать Джизз, что я ей передала «Отвали», - сказала Бобби. Несоблюдение брака не было полностью виной Жизель, но Бобби подобрала Алекса в разводе, действуя таким образом, она как бы обвиняла его бывшую за все, это было частью договора лучшего друга. Алекс толкнул ее, но она знала, что он также высоко оценил ее слова, которые он не мог сказать от себя.

«Я пошлю Жизель твою любовь», - сказал Алекс.

«И скажи Киту, что тетя Бобби говорит привет, и я хочу новые фотографии. Все, которые я имею, тогда ему было еще год от роду. Я хочу посмотреть, как растет мой маленький человек».

«Ты знаешь, что это жутко заигрывать с ребенком, которого ты знала всю свою жизнь, верно?»

«Моя любовь - чистая любовь», ответила Бобби, затем переключилась к тактическим параметрам миссии. Фрихолд имел население чуть меньше трехсот человек, все земного происхождения. Они называли себя Ассамблеей суверенных граждан, что бы это ни означало. Но в декларации колониального корабля было много огнестрельного оружия и боеприпасов к нему. И с того времени, которые Роси потратил на то, чтобы спуститься к солнцу Фрихолда, у местных жителей было много времени, чтобы подготовится.

Читая вместе с ней, Алекс сказал: «Капитану понадобится поддержка там».

«Да. Поговорить с Амосом об этом - следующее в моем списке».

«Понадобится Бетси?

«Это, вероятно, не ситуация на уровне Бетси, матрос», - сказала Бобби. Бетси была прозвищем у Алекса для костюма брони Марсианской Морской Разведки, который она держала в грузовом отсеке корабля. Она не одевала его в течение многих лет, но она содержала костюм в действующем состоянии и заряженном, так или иначе. Это заставило ее чувствовать себя тепло и комфортно, зная об этом. Так, на всякий случай.

«Понял», сказал Алекс.

«На всякий случай, где Амос?»

Это было едва различимое отличие в интонации Алекса, как бы непринужденное, и Алекс пытался говорить так, как будто он был спокоен. «Корабль думает, что он в корабельном лазарете», - сказал Алекс.

Кларисса, подумала Бобби. Вот, дерьмо.

Медицинский отсек "Росинанта" пах антисептиком и рвотой.

Запах антисептика исходил из маленького напольного скраббера, который с гудением полз по комнате, оставляя блестящий след за собой. Кисло-желчный запах рвоты исходил от Клариссы Мао.

«Бобби», - сказала она с улыбкой. Она лежала на одной из кушеток медотсека, манжета автодока вокруг ее плеча жужжала, гудела и иногда щелкала. Лицо Клэр ужесточалось при каждом щелчке. Может быть инъекции, или нечто худшее.

- Хей, Бабс, - сказал Амос. Здоровяк механик сидел у кровати Клэр, читая что-то на ручном терминале. Он не поднял глаза, когда Бобби вошла в комнату, но поднял руку в знак приветствия.

- Как ты себя сегодня чувствуешь? - спросила Бобби, внутренне морщась от сказанного.

- Встану с постели через пару минут, - сказала Клэр. - Я что-нибудь пропустила, из предпосадочного контроля?

- Нет, нет, - ответила Бобби, покачав головой. Она боялась, что Клэр тут же вырвет трубки из ее руки и вскочит с кровати, если она ответит «да». - Ничего подобного. Просто хочу чурбана одолжить на минуту.

- А? - Сказал Амос, посмотрев на нее в первый раз. - Одобряешь, Персик?

- Все что пожелаешь, - сказала она, широким жестом указывая на весь медотсек в целом. - Ты всегда найдешь меня дома.

- Ну ладно, - Амос встал, и Бобби увела его его в коридор.

В окружении дымчатых стен, с закрытым люком медицинского отсека за спиной, Амос, казалось, немного сдулся. Он прислонился спиной к стене и вздохнул. - Тяжело смотреть, понимаешь?

- Как она?

- Хорошие дни и плохие дни, как у всех, - сказал Амос. - Эти ее бэушные железы, продолжают пропускать свое крысиное дерьмо в ее кровь, а мы продолжаем отфильтровывать. А вытащить, будет совсем херово, так что...

Амос снова пожал плечами. Он выглядел усталым. Бобби никогда не могла понять, какие отношения между механиком "Роси" и его крошечной коллегой. Они не спали вместе, и казалось, что этого и никогда раньше не случалось. Большую часть времени они даже не разговаривали. Но когда здоровье Клэр начинало ухудшаться, Амос обычно находился рядом с ней в медотсеке. Это заставило Бобби задуматься, сделает ли он это для нее, если она заболеет. Если, вообще, кто - нибудь это сделает.

Большой механик выглядел поджарым для своих лет. Там где большинство людей склонялись к полноте в его годы, Амос ушел в другую сторону. Жира как такового у него не было, и теперь его руки и шея выглядели узловатыми, с сухими мышцами, тугими как веревки, под кожей. Более жесткой, чем кожаная обувь.

«Итак, - спросил он, - что случилось?»

«Ты читал мой инструктаж о Фрихолде?»

«Бегло просмотрел».

«Триста человек ненавидящие централизованную власть и любящие оружие. Холден собирается настаивать на том, чтобы встреча прошла на их территории, ибо это такой вид дерьма, которым он занимается. Ему понадобится поддержка, чтобы вытащить его от туда».

«Да», согласился Амос. «Я присмотрю за ним».

«Я думала, может, мне стоит взять вот эту», - сказала Бобби, кивая головой по направлению люка корабельного лазарета. Но, по правде говоря, она выглядит не очень хорошо. Амос поджал губы, обдумывая.

«Да, хорошо», - сказал Амос. «Атмосферная посадка, вероятно, встряхнет проклятый корабль. У меня будет здесь много дел».

Бобби собралась уходить, но потом, что-то заставило ее остановиться. Прежде чем она поняла, что собирается сказать, она спросила: «Сколько еще?»

- До конца жизни, - сказал Амос, затем вернулся в лазарет и закрыл за собой люк.

Она обнаружила, что Холден и Наоми завтракают на камбузе. Запах яичницы с луковым порошком и перцем, конкурировал с свежесваренным кофе. Живот Бобби заурчал, как только она вошла в комнату, и, не сказав ни слова, Холден подтолкнул к ней тарелку и начал накладывать на нее яйца.

- Наслаждайся, потому что это последние из настоящих яиц, пока мы не вернемся в Медину, - сказал Холден.

Наоми закончила жевать и спросила: - Что происходит?

- Вы ребята, читали мою оценку угрозы Фрихолд?

- В общих чертах, - ответил Холден.

- Колония первого поколения, - сказала Наоми. -Прошло восемь лет с момента основания, и у неё все еще есть только один городок в полузасушливой умеренной зоне. Низкоуровневое земледелие, но большая часть из продовольственных запасов это спасенная гидропоника. Немного козочек и цыплят, но поголовье выживает так же на гидропонике, слишком не эффективная модель. Литий в земной коре и странное количество урана в полярных ледниках, что, надеюсь, означает, что будет легко собрать гелий, если они когда-нибудь создадут инфраструктуру для добычи хотя бы чего-то. Устав, который призывает к радикальной личной независимости, обеспечивается гражданским ополчением, состоящей из всего колониального населения.

- В самом деле? - спросил Холден. - Все население?

- Итак, триста человек, которые любят оружие, - сказала Наоми, затем указала на Холдена. - Этот будет настаивать на том, чтобы сойти с корабля и поговорить с ними лично.

- Правда? - спросила Бобби, а затем быстро засунула в рот огромную порцию яичницы. Она была так же хороша, как и пахла.

- Это должно быть сделано лицом к лицу, - сказал Холден. - Если бы это было не так, мы могли бы просто передать им сообщение из Медины и уберечь себя от поездки.

- Дипломатия-это ваша хрень", - сказала Бобби. - Меня волнуют только тактические вопросы. И когда мы поговорим с властями, которые находятся на Фригольде, мы скажем им, что нет никаких причин начинать стрельбу и надеяться на лучшее.”

Холден отодвинул полупустую тарелку и нахмурился.

- Что ты имеешь ввиду?.

- Тебе действительно нужно прочесть мой анализ.

Наоми схватила кружку Холдена и подошла к кофеварке. - Мне кажется, я знаю, к чему она ведёт.

Хочешь кофе, Бобби?

- Да, спасибо, - сказала Бобби, затем открыла тактический анализ на своём ручном терминале. - Это люди, которые покинули Землю, чтобы создать колонию, основанную на личном суверенитете. Они верят в абсолютное право каждого гражданина защищать себя и свое имущество, применяя при необходимости боевое оружие. И они довольно хорошо вооружены для этого.

- В этом я и сам участвовал, - сказал Холден.

- На данный момент им нужны годы до самообеспечения. Причина, по которой они всё ещё полагаются на гидропонику, заключается в том, что им трудно разрабатывать почву для своих теплиц. Что-то не то в минеральном составе. Пытаясь обойти эти проблемы, все деньги, которые они заработали от предварительных фьючерсов на добычу, идут на Ауберон для поставок сельскохозяйственных товаров. Они не согласны с тем, что Транспортный Союз должен устанавливать тарифы на любую базовую жизнеобеспечивающую торговлю. Что и привело нас сюда.

Наоми вручила ей кружку кофе с большим количеством сливок, так, как ей нравилось. Холден кивнул, что, скорее всего, означало неприятности. Он понял, что она говорит.

— На долго хватит им своего урожая? — спросила Наоми , и наклонившись через плечо, взглянула на отчет.

— Я не знаю, но здесь не это проблема ...

— Проблема здесь - сказал Холден, - заключается в том, что мы выносим смертный приговор. Не правда ли? Мы приземлимся такие и скажем им, что они отрезаны от торговли с другими колониями. И они знают, что через несколько месяцев у них закончится вся их пища, и они не смогут выращивать её ещё много лет. Союз ставит их в безвыходное положение. И под этим вот Союзом прямо сейчас я имею в виду нас. Нас.”

— Да, - согласилась Бобби, радуясь, что он наконец казалось понял. — Это люди, которые верят в незыблемое право применять оружие для защиты собственной жизни. И когда мы приземлимся, и скажем им, что они отрезаны, мы не оставим им причин не попытаться захватить наш корабль.

— Я не понимаю за что им это наказание, — сказала Наоми.

— Но выглядит жестоко.

— Драммер ожидала этого, я думаю,— сказал Холден. Она не выглядела счастливой. — Первая колония, которая действительно проверит, насколько далеко зайдёт Транспортный Союз, чтобы защитить свою монополию на использование врат. И она собирается сломить эту первую попытку так жестоко, что никто даже не попытается повторить. Она уничтожает одну колонию сейчас, чтобы ей не пришлось убивать тринадцать сотен колоний потом.

Идея повисла в воздухе, как сигарный дым над игрой в покер. Выражение Наоми отразило беспокойство Бобби. Холден мысленно ушёл в себя, задумавшись о чем-то слишком сложном для обеспечения безопасности. Трехлетний период был тяжелым. Трехлетний период ожидания, когда вы начинаете голодать менее чем за один год, был чем-то хуже. Достаточно мотивов для насилия, по крайней мере. А может, что-то и ещё большее.

— Итак, — сказала Бобби, — В любом случае, это будет интересно.

Глава третья

Сантьяго Джили Сингх

Сингх почувствовал жужание на запястье и отодвинул рукав. Монитор, обернутый вокруг его предплечья, увидел его взгляд и показал уведомление о его самой неотложной задаче: предстоящей аудиенцией с Верховным Консулом.

Он сбросил таймер уведомления на полчаса до самой встречи. Его планшет находился либо в его руке либо в кармане в течение почти пяти лет. Он знал о нем все, что только можно было знать. Он относился к своей предстоящей аудиенцией с Верховным Консулом, как к самому важному событию в его жизни.

Это не было неправильно.

Он опустил рукав на место, одним резким движением разгладил новые складки, и осмотрел себя в зеркале. Его сине-белая униформа сидела на нём как перчатка, подчеркивая мускулистую фигуру, которую он каждый день в течении часа формировал в спортзале. Недавно обретенные капитанские звезды блестели на его воротнике, отполированные до золотого блеска. Его лицо и голова были свежевыбриты, и он представлял, что это придает ему дикие, хищнические качества, которые подходят военному человеку.

— Все еще прихорашиваешься? спросила Наталья из ванной. Она открыла дверь и вышла окутанная паром с мокрыми волосами. — Такого красавца нужно потискать, я думаю.

— Нет, - сказал Сингх, отступая. — Если ты намочишь меня...

— Слишком поздно, — засмеялась его жена, бросаясь вперед, чтобы схватить его. Она крепко обняла его за талию, ее мокрые волосы были на плече.

— Нэт, — сказал он, намереваясь посетовать, но не смог. Когда она обняла его, полотенце упало, и в зеркале он увидел нежный изгиб ее бедра. Он положил на бедро руку и сжал. — Теперь я весь мокрый.

— Ты высохнешь. — сказала она, потянувшись за ним, чтобы ущипнуть его за задницу. Недавно повышенный в должности капитан Лаконского флота издал недостойный визг. Он почувствовал еще одно жужжание в запястье, и на мгновение Сингх подумал, что подушка на его руке не одобряет все это дурачество.

Он снова отодвинул рукав и увидел, что это всего лишь уведомление о том, что его машина прибудет через двадцать минут.

- Скоро приедет машина, - с сожалением сказал он, уткнувшись на мгновение носом в мокрые волосы жены.

- И Эльзе пора вставать, - согласилась Наталья. - Это твой особенный день. Выбирай: разбудить монстра или приготовить завтрак?

- Я возьму обязанность разбудить монстра этим утром.

- Будь осторожным. Она будет еще меньше заботиться о том, чтобы не испортить твою чистую новую форму, - сказала Наталья, надев халат. - Завтрак в десять, матрос.

Потребовалось почти пятнадцать минут, чтобы вытащить Эльзу из своей кроватки, заменить ей подгузник, одеть и отнести на кухню. Наталья уже поставила на стол тарелки заваленные блинами и свежими яблоками, и ещё аромат чая наполнил воздух.

Запястье Сингха загудело, и ему не нужно было смотреть, чтобы понять - это было пятиминутное предупреждение для его машины. Он пристегнул Эльзу к ее высокому стулу и поставил перед ней самую маленькую тарелку с кусочками яблока. Она хмыкнула и шлепнула ладонью вниз по ним, разбрызгивая капельки сока повсюду.

- У тебя будет время поесть? - спросила Наталья.

- Боюсь, что нет, - сказал Сингх, подтягивая рукав и прокручивая график дня. - Сегодня монстр никак не хотел надевать штаны.

- Я думаю, что ее самое большое несогласие с детским садиком-это требование к штанам, - сказала Наталья с улыбкой. Затем она взглянула на расписание его собрания и протрезвела. - В какое время нам тебя ждать?”

- Моя встреча назначена на девять утра и продлится пятнадцать минут, больше сегодня у меняничего нет, так что ... - сказал Сингх. Он не сказал, но я встречаюсь с Верховным Консулом Уинстоном Дуарте, так что я ничего не контролирую, когда встреча начнется или закончится.

- Хорошо, - сказала Наталья и поцеловала его в щеку. - Я буду в лаборатории сегодня, по крайней мере, до шести, но твой отец согласился подежурить с Монстром, если ты не сможешь забрать ее из садика.

- Хорошо, хорошо, - сказал Сингх. - Увидимся.

Темный военно-морской штабной автомобиль подъехал к дому. Сингх остановился у зеркала возле двери, чтобы провести последний осмотр, и вытер несколько случайных капель завтрака Монстра. Наталья сидела за столом и пыталась поесть, а также положить немного еды монстру в рот и снять рубашку.