Военный советник

Кулаков Алексей Иванович

Военный советник

Пролог

Говорят, во многих музеях по ночам начинает кипеть своя жизнь, странная и абсолютно непохожая на дневную. По ковровым дорожкам то и дело проскользнут излишне живые тени, чуткое ухо без особого труда услышит подозрительный шепот и шорохи, в пустых с виду залах то и дело отдается эхо чьих-то шагов и голосов... И только скромные музейные охранники знают, что многое из неясных слухов есть абсолютная правда. С одним небольшим уточнением: все эти шорохи, суматоху теней и разные подозрительные звуки производили они сами - во время плановых обходов и осмотров. Вот и сейчас старший охранник Лувра в компании с тремя подчиненными шествовал (иначе и не скажешь!) под сводами музея-дворца, распугивая вязкую тишину бесцеремонным грохотом каблуков и ленивым спором о достоинствах и недостатках молодого вина. На душе у Паскуаля Бастьена царило полнейшее умиротворение, вкупе с предвкушением небольшого праздника - с его разрешения один из сторожей принес немного Божоле и кусок превосходнейшего камамбера, дабы чуть-чуть отпраздновать наступление своих тридцати трех лет. Христов возраст! Весельчак, балагур, большой любитель прекрасного пола - и в то же время надежный товарищ и исполнительный подчиненный, Жан-Клод за прошедший год прекрасно влился в компанию охранителей прекрасного.

- Что тут у нас?

Поглядев на стол, старший охранник не нашел, к чему бы можно было придраться - ну что такое десять бутылок молодого вина на три десятка крепких мужчин? Так, только-только промочить горло. Заинтересовавшись вечерней прессой, Паскуаль придвинул к себе газету и бегло пробежался по заголовкам статей.

"Скорое открытие международной автомобильной выставки!"

- Целых одиннадцать компаний будут соревноваться за звание... Угум.

Не без интереса почитав про скорое мероприятие, Бастьен перелистнул страничку. Равнодушно скользнул глазами по большой, в половину газетного разворота статье, посвященной недавно скончавшемуся русскому императору Александру Третьему, перелистнул страницу с надоевшими заметками о деле Дрейфуса , невольно пригляделся к одному из заголовков на третьем развороте и тут же поморщился: нет, ну сколько можно мусолить убийство грабителями бывшего сенатора Жоржа де Геккерена д"Анте́са? Эти писаки готовы печатать любую чушь, лишь бы только привлечь внимание читателей!.. Вот как в этой статейке: какая к черту может быть месть за давнюю злополучную дуэль с русским поэтом Пушкиным, если даже самому тупому парижанину все ясно и понятно?.. Не держался бы престарелый барон так крепко за свой портмоне, глядишь и жив остался - когда предлагают "кошелек или жизнь", выбор должен быть очевиден! И вообще, на кой черт его понесло в тот трущобный бордель? Если так уж захотелось вспомнить сомнительные наклонности юношеских лет, то вполне можно было себе приличного юношу на содержание, и...

- А где Жак и Николас?..

Оживившиеся было охранники запереглядывались:

- Вечно эти бездельники опаздывают!

- Начнем без них?

- Именно, и нам достанется больше!

- К чему этот спор, я всегда могу сбегать за добавкой...

Взмахом руки оборвав шутливый галдеж, старший охранник объявил - что лично поторопит лентяев. Уже закрывая дверь караулки, он услышал характерный звук пробки, покидающей узкое горлышко бутылки, и ворчливо пробормотал:

- Пьяницы и проглоты.

Шагая по привычному маршруту, Паскуаль философски размышлял о том, что при его работе любой поневоле станет ценителем прекрасного. Собственно, он сам тому живое доказательство: одна из статуй в прошлом зале ему отчего-то сильно не нравилась, к другой он был предельно равнодушен - зато рядом с древнегреческим атлетом частенько замедлял шаги, с удовольствием разглядывая четко очерченную фигуру и выпирающие мышцы. А у мраморного изваяния Афродиты больше всего ему нравился тугой зад, напоминавший о пышных формах любимой Мари...

- Виконт будет доволен. А, Гарри?

- Молчи, болван.

Услышав тихий говорок, старший охранник немедленно насторожился, достал из чехольчика на поясе свисток и медленно двинулся вперед. Со всеми мерами предосторожности прокравшись до входа в следующую залу, он едва-едва выглянул и увидел ужасную картину: грабитель в матерчатой маске деловито вскрывал стеклянные шкафы с драгоценной экспозицией - а еще один небрежно вертел в руках корону Людовика Святого . А потом взял, и примерил на себя бесценную реликвию!..

- Гарри, ты только глянь на меня. Я король!..

- Томми, прежде всего ты ленивая ирландская свинья. Не отлынивай от дела!..

Беззвучно выругавшись, Паскуаль усмирил беспорядок в мыслях, посмотрел на зажатый в пальцах свисток и тихонечко подался назад - на поясе грабителя-"короля" он заметил револьвер, а значит требовалось как можно быстрее добраться до оружия и подчиненных. Чуть запыхавшись от быстрого бега, он рванул дверь караулки на себя, открывая рот - и резко его закрывая при виде валяющихся вповалку сторожей. Сердце на секунду сбилось в страхе и шоке, виски заломило от осознания непоправимого... Пока он не вгляделся в ближайшего охранника.

Шлеп! Шлеп!!!

Слава богу, охранники были живы - но не проявляли ни малейшего проблеска сознания, продолжая сладко причмокивать и похрапывать в ответ на все его усилия, заключающиеся в дюжине увесистых пощечин. И что самое подозрительное, отсутствовал сегодняшний именинник Жан-Клод.

- Проклятье!..

Вскрыв оружейный ящик и вооружившись сразу двумя револьверами Лефоше, мужчина коротко помолился, оглядел сонное царство и решительно толкнул дверь. Быстро добрался до нужного зала, прислушался, зловеще улыбнулся и слегка прикрыл глаза, творя короткую молитву. Сейчас он им...

- Х-ха!

Увы, сильный удар по голове помешал Паскуалю Бастьену стать настоящим героем - вместо этого он ничком повалился на наборный паркет и потерял сознание, не увидев, как грабители спокойно переглянулись с охранником-именинником, помахивающим в воздухе мешочком с песком. Хмыкнули и вернулись к своему делу - а Жан-Клод, презентовав бывшему начальнику крепкие веревочные путы и кляп, спокойным шагом добрался до крыла дворца, отведенного под творчество итальянских, французских и голландских мастеров. На месте он без малейшего удивления или тревоги обнаружил сразу шесть искусствоведов в масках - ночные посетители аккуратно, и в очень хорошем темпе освобождали часть старинных картин от рам. Красивых, покрытых золотом и затейливой резьбой, но притом (увы и ах) изрядно массивных.

- Как?

- По плану.

То же самое он услышал и от ценителей прекрасного, придирчиво осматривавших богатейшую экспозицию древностей Ближнего Востока. А вот в отделе Древнего Египта Жана-Клода едва не продырявили из револьвера с глушителем.

- Чего выскакиваешь, как черт из табакерки!

Вернувшись в караулку и внимательно проверив валяющиеся в беспробудном сне "дрова", именинник вздохнул и присел за праздничный стол - все же, что ни говори, но день для него выдался очень нервный и хлопотный, а ночь еще только-только вступила в свои права.

- Одеяло дать?..

Мужчина в неброской одежде темных тонов и маске, неслышно вставший в проеме открытой двери, добродушно хмыкнул и с намеком пощелкал по латунной крышке дешевеньких часов.

- Потом поспишь - пошли, таскать поможешь.

Он прямо как в воду глядел. В ночь с пятнадцатого на шестнадцатое ноября одна тысяча восемьсот девяносто четвертого года человеку, которого остальные охранники Лувра знали под именем Жан-Клод, действительно так и не удалось ни на секунду сомкнуть глаз...

Глава 1

Бывают гости нежданные, но вполне желанные - родственники, друзья, просто хорошие знакомые. А бывает, что и наоборот: гостя ждут, но приходу его ничуть не рады. И неважно, человек ли это, или какое-нибудь явление природы - многие люди с куда как большей радостью встречали наводнение или даже пожар, нежели своего кредитора. Если же брать шире, то на Земле-матушке хватало мест, где в нежеланных и нежданных гостях числился вообще весь род человеческий...

- Ваше благородие, вестовой на подходе!

Например, в приморской тайге. Наглые и шумные людишки постоянно шастали по ней, рубили деревья, почем зря били зверье и птиц - или ковырялись в земле, попутно загаживая мелкие ручейки и речки. Впрочем, справедливости ради, изредка была от этих дурных кротов и польза. Когда они подкармливали обитателей вековечного леса своей требухой и мясцом, хе-хе!.. Но самой главной претензией у Леса было не их ковыряние в земле, не безжалостное истребление владельцев пушистых шкурок (хотя ни один лесной житель не убьет больше, чем ему требуется на прокорм), и даже не планомерное наступление на тайгу с пилами и топорами. Люди, эти двуногие вредители, постоянно приносили под его кроны жгучий и вечно голодный огонь - и по их недосмотру временами рождались такие пожарища, что пепельные пустоши с огрызками недогоревших стволов тянулись на многие дни пути!

- Х-хах, хуф! Первый прика... Хке-кха!..

Вот и сейчас, стоило неприятно крупной стае наглых пришельцев, уже третий день кружившей неподалеку от совсем маленькой стайки своих сородичей, ненадолго остановиться - как тут же развели полдюжины небольших костерков. Пока небольших. Особенно тревожил тайгу тот, что расположили возле корней старой лиственницы: очень уж жадно заглатывал мелкие сушины и веточки этот огонек, слишком отчетливо косился на сладко-смолистую плоть столь близкого дерева. Потрескивал искорками, ощупывал возможное угощение почти невидимыми щупальцами дыма и потихоньку тянулся-примеривался, как бы сподручнее пробежать по устилающей землю прошлогодней хвое к вкусной добыче... И ведь кострища не потрудились обложить ну хоть какими-то камнями!..

- Вольно. И - отдышись сначала.

Шумно выдохнув и откусив пару пластов воздуха, взмокший от долгого забега егерь передал-таки по адресу долгожданную команду начальства:

- Четвертый вариант, плюс два часа, площадку уже готовят.

Позабыв о кружке с почти закипевшей водой для чая, главноуправляющий Русской дальневосточной компании Игорь Владиславович Дымков, выбравшийся на природу вместе с небольшой группой (до двух рот включительно) служащих одного из подразделений своей компании, довольно заулыбался и потер щетинистый подбородок:

- Где?

- На юго-запад отсюда есть небольшая пологая лощинка - сама небольшая, но склоны сильно кустарником поросли...

Дослушав вестового и отослав его отдыхать, отставной поручик Пограничной стражи Российской империи довольно потянулся. Глянул на циферблат наручных часов, затем на костерок и стоящую на рдеющих угольках кружку с гневно побулькивающей водой - а напоследок и на чертову дюжину узкоглазых храбрецов, решивших заработать себе на пропитание охотой в приморской тайге. Причем охотиться предполагалось не на беззащитных белок, или там соболей-лисиц. Нет, предприимчивые добытчики промышляли исключительно больших полосатых кошек, чьи когти, зубы и внутренние органы были крайне популярны в восточной медицине. Шкурами, разумеется, тоже не пренебрегали. Если на глаза и под меткую руку попадалось что-то вроде медведя, или там барсука, то не брезговали и ими - ведь лекари и ученые мужи Срединной империи умели найти должное применение практически любому ингредиенту... Главное, чтобы было что применять. А то в последнее время на внутреннем китайском рынке столь специфического лекарственного сырья стал нарастать заметный дефицит, кое-как выправляемый дополнительными поставками из Бирмы, Кореи и Индонезии. Вот и рисковали отчаянные манчжурские парни, отправляясь в русское Приморье ради заработков, способных принести им кучу серебряных лянов. Или безвестную могилку (а то и без нее обходилось) - тут уж как повезет.

- Василий Степанович!

Убрав кружку от огня и забросив в кипяток пакетик зеленого чая, Дымков приглашающе кивнул старшему унтер-офицеру третьей роты приморских егерей на бревнышко возле костерка. Э-ээ... Ну, то есть, пригласил одного из старших приказчиков леспромхоза "Поморье" на производственное совещание, касательно подготовки к производству важных работ на третьем участке того самого леспромхоза.

- Никак, Игорь Владиславович, кончилось наше ожидание?

Дунув на какую-то до ужаса назойливую кровососущую мелочь, вьющуюся возле лица, Игорь глянул еще раз на часы, быстро что-то прикинул и только после этого подтверждающее кивнул:

- Выдвигаемся через сорок минут. Оружие и патроны для бегунков проверить еще раз!

- Так точно, лично перепроверю. Да вы ведь и сами уже два раза?

- Сам знаешь, для кого стараемся. Не дай бог, коли что не так...

Унтер на это лишь согласно промолчал. Дымков же с едва слышным скрипом потер отросшую щетину на скуле и недовольно поморщился: все ж таки укусила какая-то сволочь! Вытянул из узкого кармашка-чехла тюбик со специальной мазью против таежного гнуса, и привычными движениями подновил пахнущую горькими травами защиту от мелких, но ужасно настырных мошек. Чтоб они попередохли все разом!!!

- Трофеи для наших дорогих гостей случаем не попортились?

- Никак нет, мы их со всем бережением.

Вытянув из кипятка пакетик с чаем и выкинув его в недовольно зашипевшие угольки, молодой директор быстро пробежался мыслями по списку задач. Все ли он проверил, все ли готово для скорого представления? Можно даже сказать - театральной постановки, хе-хе, в условиях естественного природного ландшафта и с максимальным жизненным реализмом.

- Н-да, Нерон был бы доволен.

- Виноват, не разобрал?

Мелкими глоточками отпив любимого напитка, мужчина прикрыл глаза, чувствуя как на лбу и висках выступает легкая испарина.

- Я говорю, Василий Степанович, что можно уже и пошуметь.

- А!.. Это мы мигом. Разрешите исполнять?..

- Приступайте.

Через десяток минут неподалеку от отдыхающих на природе работников леспромхоза треснул первый выстрел - но ни тревоги, ни хотя бы заметного интереса у "лесорубов" это не вызвало. Как и прозвучавший в ответ целый залп из Агреней - правда, какой-то жиденький, словно стрелки целились впопыхах, или вообще, просто в нужную сторону. Вновь частый треск вразнобой, в котором опытное ухо вполне могло определить голос американских винчестеров, парочка выстрелов чего-то более солидного калибром, дополненное заполошным тявканьем нескольких револьверов - и вновь ответный залп карабинов. Причем в этот раз он вышел не в пример лучше: слитный, хлесткий, убийственно-смертельный... Для деревьев, чью белую плоть в основном и кромсали бездушные свинцовые осы. Справедливости ради надо отметить, что от разгоревшейся канонады появились заметные жертвы и среди прошлогодней хвои (в паре мест пули буквально перепахали таежный дерн), и пролившуюся невинную кровь - фатально не повезло белке, очумевшей от резкого шума. Увы, но родной кедр оказался бессилен ее защитить...

- Обходи их!

- Загибай левый фланг!..

- Ах ты, етит вашу мать!!! Приказ был - целить не выше человеческого роста!

Хлопнула пару раз ракетница, на краткий миг перекрыв матерную скорбь старшего унтера по несчастному зверьку и его отеческий укор насчет неправильного выполнения приказов. Почти сразу вдогон двум красным огонькам улетел и зеленый - и перестрелка явно начала смещаться в сторону. А потом и вовсе стала постепенно затухать, и скоро о ней напоминал только тревожный вид выстроенных в шеренгу манчжур, небезосновательно решивших, что их прямо сейчас - немножечко того. Ну, вдогон за белкой. Собственно, вид егерей, направивших на них свои Агрени, иного толкования и не оставлял...

- Так, этому - винчестер и нож, мешок с потрохами.

Но вместо этого командир пленившего их отряда, слегка отведя душу на "дубинах стоеросовых" и "оленях безрогих", пошел вдоль кривого строя, раздавая недешевое и вроде как неуместное в руках таких гостей оружие.

- Револьвер и винтовку, половину тигровых шкур.

- Винчестер, и?..

Оглядев нехарактерно-богатырское сложение дорогого гостя из-за Амура, унтер передумал, для начала обменяв американскую рычажную скорострелку на солидную и даже почти новую английскую винтовку Мартини-Генри. Добавил к ней полупустой патронташ и увесистые подсумки, набитые отстрелянными гильзами, и напоследок щедрой рукой навесил на могучие плечи все пять капканов на крупного зверя.

- Тесак и мешок с костями.

Следующему крупногабаритному счастливчику достался большущий тюк с останками сразу трех безвременно почивших тигров. Его соседу тяжелый кожаный мешок с жиром, почти добровольно пожертвованным на благое дело сразу пятью барсуками, и довольно-таки дряхлый манлихер с вытертым до белой стали стволом. То, что он еще стрелял, уже было удивительным - ведь руки подданных империи Цин уверенно портили ненадлежащим уходом даже вроде как неспособный к поломке железный лом...

- Вторую половину тигровых шкур, все оставшиеся потроха, котелок и нож - носильщиком будет. Этому бидон с медвежьим жиром, баклагу с водкой и револьвер.

Получая в руки оружие, манчжуры явно мучились вопросом - почему это егеря, крайне жадные до любых трофеев (настолько, что зачастую сами приходили за ними к соседским хунхузам), проявляют такое неслыханное великодушие. Они бы, наверное, все же набрались храбрости для того, чтобы озвучить терзавшие их сомнения - но гостеприимные хозяева и тут пошли им навстречу:

- Ванька, переводи.

Вставший рядом с унтер-офицером... Пардон, господином старшим приказчиком - так вот, этот уссурийский "лесоруб" на русского походил только пятнистой формой и карабином, в остальном же был ну вылитым корейцем.

- В оружии по пятку патронов. Уссури вон там. Вас отпускаем, и ждем четверть часа.

Переждав очередную тарабарщину на непонятном ему языке (ему вполне хватало и дюжины расхожих фраз, вроде "стоять-бояться" или - "чем можешь купить свою жизнь?"), Василий Степанович негромко продолжил:

- Затем встаем на след. Кто успеет добраться до реки вперед нас и уплыть - значит, так тому и быть, вслед стрелять не будем. Остальных закопаем. Заживо. Все ли понятно?