Как олигарха укротить

– Аня, можно? – спросила Гелена. Та махнула рукой. В общем, Димочка влюбился в иностранку и Анечка распереживалась. А я ей сказала, какая разница, какой она национальности, да хоть японка, лишь бы сын был счастлив. Но тогда она будет япона мать, а генерал – японский городовой.

От смеха Забелин чуть не выпустил руль, а Громов так захохотал, что сидевшая у него на руках Крыська, едва не свалилась на пол. Подъехав к дому, все вышли из машины. – Максим, я, пожалуй, останусь, – сказал Саша, наших дамочек успокою.

– Хорошо, – буркнул тот и развернул машину.

– Ну что, мои дорогие, вам, наверное, надо успокоиться, отдыхать будете? – спросил Громов.

– А мы не устали, сейчас готовкой займемся, кормить вас будем. Надеюсь, Борис приедет на обед и расскажет, чем все закончилось, – сказала Гелена Казимировна.

Саша с изумлением посмотрел на подруг. – Эх, до чего же я вас обожаю. Поцеловать вас, что ли. Чмокнув обеих подруг в щеки, а Крысю в нос, он задумался. – Анна Сергеевна, мне кажется, Максим как-то ревностно ко мне относится, или я ошибаюсь?

– Возможно, – отозвалась Истомина, шинкуя капусту. Он очень ранимый и одинокий, ему не хватает любви, тепла и поэтому так болезненно относится к проявлению внимания к кому-то другому. Жениться Максиму надо, да только не складывается у него что-то. Мне кажется, он будет идеальным мужем и отцом.

– А я что же, не вписываюсь в эти критерии, – слегка обиделся Громов.

– Зачем тебе быть идеальным, Саша, тебя и так все любят, ты с рождения такой. Девушки, небось, табуном за тобой бегают, – улыбнулась Анна Сергеевна.

– А что толку, мне нужна любовь такая, как у вас с генералом.

– Много ты знаешь о нас, – покраснела Истомина.

– Тут и знать ничего не надо, достаточно посмотреть, когда вы вместе. Анна Сергеевна, вы давно знакомы с Машей?

– Даже не помню, лет семь-восемь, наверное. После окончания школы она пришла к нам в редакцию и сказала, что хочет стать журналистом. Девочка оказалась настолько талантливой, что ее сразу приняли на работу, хоть у нее было только среднее образования.

– После твоей настоятельной рекомендации, – вмешалась Гелена Казимировна, залепливая очередной вареник.

– Да какая разница, главное, что она сама сделала выбор и не ошиблась. У нас с ней был смешной случай. Сижу как-то у себя в кабинете, входит суровый такой мужик и говорит, – мне нужна Мария Ивановна. Я даже растерялась, в редакции вроде нет такого сотрудника. Тут появляется наша девочка в джинсиках, маечке и с хвостиком, перехваченным резинкой. Он к ней, – Мария Ивановна, мне нужно с вами поговорить. Я обалдела. Оказалось, ей дали задание – подготовить репортаж об открытии детского сада. Материал легкий и стандартный. Красная ленточка, приятные речи, символический ключ, счастливые детки и их родители. Но Маша не поленилась и обошла все здание. На заднем дворе обнаружила строительный мусор, заглянула в окна подвального помещения, которое было залито водой, и в ходе торжества задала несколько неприятных вопросов представителю строительной организации. Ну а тот спустя пару часов примчался в редакцию, пыхтел, краснел и, в конце концов, дал клятвенное обещание, что через три дня все недоделки будут устранены. – Я проверю, сурово заявило юное дарование, и мужик удалился.

– И что было потом? – спросил Громов.

– Строитель оказался человеком слова.

– А Машу решили наказать за не выполнение редакционного задания, но Аня ее защитила, – добавила Гелена Казимировна.

– Геля, ну зачем ты так. Когда в отделе информации ей предъявили претензии, она спокойно сказала, что безопасность детей важнее праздничной открытки. Там все и рот раскрыли от удивления, эдакая пигалица, а такое выдала. Характер у нашей девочки, я бы сказала, стойкий нордический, не зря же такую фамилию носит. Через год Машуня поступила на заочное отделение факультета журналистики Ростовского университета, закончила его с красным дипломом, теперь она у нас акула пера. Знаешь, Саша, она такая умненькая и я так ее люблю, что почему-то теряюсь в словах.

– Зато, когда Маша приходит, они могут болтать по нескольку часов, а если усвистают в кафешку, подругу к ужину не дождешься, – ревниво сказала Новицкая.

– Анна Сергеевна, про ее личную жизнь вы мне, конечно, не расскажете, – улыбнулся Громов.

– И не надейся, но учти, если что, голову откручу, а родители добавят. Маша у них поздний ребенок, они над ней трясутся, как над маленькой, хотя девочка давно уже выросла. Иди двери открывай, Крыська к выходу потрусила, ребят учуяла.

– Дорогие дамочки, от имени уголовного розыска приношу благодарность за неоценимую помощь в поимке преступников, – радостно произнес Комаров, входя в кухню и протягивая букеты цветов подругам.

– Спасибо, Борис, мойте руки и садитесь за стол. Крыся, не вертись под ногами, дай нашим мужчинам спокойно пообедать, – сказала Новицкая.

– Минуточку, Максим, показывай подарки для малышни, – сказал Комаров. Где там Арни, зови его, девочка.

Та пару раз громко тявкнула и завертелась от нетерпения вокруг майора. Когда появился кот, Комаров вытащил из пакета две атласные подушечки – розовенькую и голубенькую. На радостях собачка задрала хвост трубой и закрутила попой, а кот удовлетворенно мяукнул. – Понравились? – засмеялся Комаров, мы еще пакет с мясными косточками для спецназа принесли, передашь им, хорошо? Крыся тут же подбежала к окну.

– Что это с ней? – забеспокоился Борис.

– Спешит сообщить радостную новость своим дворнягам, ишь, как засуетилась, – улыбнулась Анна Сергеевна и поставила на подоконник собачку, которая потявкала и спрыгнула на пол. – Видали, Бим и Бом уже влетают во двор, не понимаю, как они ее слышат, голос у нашей барышни совсем не командирский. Максим, возьмите вот эти две мисочки, положите, пожалуйста, туда косточки, и вынесите их на улицу. А теперь смотрите.

Все столпились у окна, наблюдая за происходящим. Крыся не торопясь вышла на крыльцо, возле которого выстроились дворняги, и тявкнула, те в ответ коротко полаяли.

– Что это значит? – спросил Громов.

– Командирша поприветствовала подчиненных, те ответили: здравия желаем, – пояснила Истомина.

Затем, собачка спустилась вниз и, потявкивая, принялась прохаживать перед строем. – Теперь мы проводим разбор полетов и указываем на недочеты. Видели, Бим виновато опустил голову, – продолжала комментировать Анна. Что-то она подозрительно долго не подпускает их к мискам. Вот паршивка, вы только посмотрите, заставила Арни тащить на крыльцо свою розовенькую подушечку. А этот толстопопый пыхтит, но прет, извозюкает же ее всю. Кажется, демонстрация награды закончилась, дворнягам позволено приступить к трапезе. Все, концерт окончен. Первым захохотал Саша, к нему присоединились остальные.

Крыся осторожно вошла в гостиную, увидела смеющиеся лица и успокоилась. Конечно, она знала, что за подушечку ей достанется, но не показать спецназу подарок майора Комарова было свыше ее сил.

– Ах ты наша хвастунишка, – схватил ее на руки Громов и прижал к себе. Собачка уткнулась ему в грудь, и неожиданно для всех засопела. Умаялась наша красавица. Я ее отнесу наверх? – спросил он.

– Подушечки возьми, отряхивая розовенькую, сказала Гелена Казимировна.

Вообще-то Крыська схитрила, она, конечно, немного устала, но спать не собиралась. Просто ей страсть как хотелось полежать на этой красоте и немножко подумать про завтрашний день, который будет таким же напряженным, как и сегодняшний. Но как только ее головка опустилась на новую подушечку, все мысли разбежались, и она снова увидела во сне голубое небо, жаркое солнце, и смеющегося Сашу с рыженькой Глашей на руках.

Между тем, обед в особняке затянулся. Когда в глазах мужчин появился сытый блеск, Гелена потребовала подробностей об утренних событиях.

– Наши гастролеры оказались неплохими психологами, – начал майор Комаров. Они придумали простую, но достаточно эффективную схему проникновения в квартиры. Надевали милицейскую форму, и после того, как их подельник-наводчик указывал на нужный объект, приступали к делу. Находили старушку, как правило, случайную прохожую, вешали ей лапшу на уши про операцию и просили позвонить в нужную квартиру. Оставшаяся на хозяйстве пенсионерка, увидев в дверной глазок пожилую женщину, безбоязненно открывала дверь, ну а дальше дело техники.

– Борис, – спросила Истомина, не проще ли было им самим официально представиться, а не придумывать такую комбинацию?

– Сейчас с ними разбирается следователь, но я думаю, они учли, что про оборотней в погонах все наслышаны и какая-нибудь бдительная пенсионерка вполне может позвонить в управление полиции для выяснения цели визита самозванцев.

– А что было со старушкой, которая звонила? – забеспокоилась Гелена Казимировна.

– Невольную помощницу аккуратно выводил из дома подельник-наводчик, горячо благодарил и пугал ответственностью за разглашение сведений о секретной операции, – пояснил майор. Кстати, он успел сбежать, но ненадолго.

– Хитро придумано. Они даже просчитали, что подслеповатые старики вряд ли смогут помочь в составлении фоторобота, тем более что форма нивелирует человека, – задумчиво сказала Истомина. Неужели они так быстро признались?

– Как только им сказали, что их жертвы находятся в больнице, стали активно сотрудничать со следствием. Сами понимаете, одно дело кража, другое – с причинением вреда здоровью. Самое главное, что эту схему преступники решили впервые опробовать у нас в Тригорске, прибыв сюда неделю назад из соседней области. Но благодаря вам случился полный облом.

– Борис, а нас не будут вызывать в полицию для дачи показаний? – с опаской спросила Новицкая. Если нужно, мы, конечно, пойдем, но как-то не очень хочется.

– Не волнуйтесь, Гелечка. Следователю признательных показаний гастролеров достаточно, тем более что они указали место, где хранили награбленное. Разыскивать случайных бабушек-старушек никто не станет, других забот хватает. А вообще, очень вовремя Максим установил у вас на сумочках тревожные кнопки и микрофоны.

– А что я, – откликнулся Забелин. Генерал попросил, чтобы не терять из виду наших дамочек. Они же у нас, что дети малые, непослушные и своевольные, а еще Крысю ругают. Мы же с ними как на пороховой бочке, одно беспокойство и переживания. Вот я и установил кнопку и микрофон. Но все равно нервничаю, вдруг они про сумочки забудут или специально оставят дома. У них же сплошные детские неожиданности.

Не ожидая от обычно молчаливого капитана такой тирады, все опешили, а потом разразились хохотом.

– Максимушка, мы тебя тоже любим, – обняла его Гелена.

– Про детские неожиданности – это круто, – заметил Громов. Предлагаю за них выпить, давясь от смеха, сказало он.

– Я что-то не то сказал? – растерялся Забелин.

– Ты попал в самую точку, – сказал Комаров. Хорошо тут у вас, но мне пора, надо к командировке подготовиться.

– Я провожу вас, Борис, – поднялась Истомина. Андрей тоже с вами? Надолго уезжаете?

– Анна Сергеевна, не волнуйтесь, не в первый же раз. Как говорит Гелечка, пока мы любимы, мы непобедимы. Так что все будет хорошо, – ответил Комаров и быстро сбежал с крыльца.

Истомина смахнула слезу, сделал глубокий вдох, и вошла в дом. – Куда это наша молодежь собирается? – спросила она, увидев прихорашивающегося перед зеркалом Громова.

– Мы с Максимом решили по вашему бульвару прошвырнуться, на барышень посмотреть и себя показать.

– Вы там особо не увлекайтесь, домой хоть вернетесь?

– Анна Сергеевна, зачем же о нас так плохо думать, – укоризненно сказал Саша. Наш девиз – умеренность и аккуратность, мы себя блюдем, а потому в 23 часа у нас отбой, правда, Максим?

– Вот балаболка, – улыбнулась она, закрывая за ними дверь и входя в кухню, где подруга загружала посудомоечную машину.

– Анечка, как хорошо, что вы с Андреем ее купили, чего мы раньше до этого не додумались.

– Раньше, Гелечка, у нас была другая жизнь, – вздохнула Истомина.

– Ну чего ты вздыхаешь, чего расстраиваешься. Вернутся они, как всегда, веселые и здоровые. Вместо того, чтобы нюнится, позвони своему генералу, наговори кучу ласковых слов, расскажи, как наш котик чуть не оставил воришку без причинного места. Пусть он посмеется, порадуется твоему голосу, чтобы у него на сердце было тепло и приятно. Я тебе просто удивляюсь, ты такая умная, всегда быстро соображаешь, а как речь заходит о муже или сыне, так сходу теряешься.

Истомина вышла в гостиную и набрала знакомый номер.

– Анечка, – услышала она родной голос, а я только что собирался тебе звонить. Хотел вам с Гелей еще в обед уши надрать, но не получилось. Рассказывай все в подробностях. Когда генерал узнал про япону мать и японского городового, про то, как Крыська хвасталась розовенькой подушечкой, а Максим назвал подруг детской неожиданностью, он так захохотал, что Анна Сергеевна чуть не выронила трубку. – Анька, я так тебя люблю, что просто нет никаких сил. Значит так, чтобы к моему приезду наготовила кучу разных бутербродов и засунула их в холодильник.

– Зачем?

– Я тебя запру в спальне на пару суток и никуда не выпущу, даже на совместные с Гелей завтраки, обеды и ужины. А чтоб не оголодала, буду кормить бутербродами. И еще, составь список всего, что я еще не целовал. Надеюсь, он не слишком длинный. Если чего вспомню, сообщу дополнительно. Почему нет ответа?

– Есть, товарищ генерал, бутерброды – в холодильник, список – в спальню.

– Вот теперь я слышу голос генеральши. Все, Анечка, мне пора. Целую, обнимаю, до встречи. Пламенный привет Геле и Крысе.

Анна Сергеевна вернулась на кухню. – Ну вот, глазки и повеселели, а хочешь, чайку выпьем, я свежий заварила, – закудахтала Гелена Казимировна. Ты знаешь, нам нельзя расслабляться. Завтра, пока Борис в командировке, пойдем в магазин знакомиться с его Наташей. А то он у нас совсем зачах, ни улыбки на лице, ни радости в глаза. Пора порядок в его личной жизни наводить, если он сам не в состоянии. Крыська Наташу вроде знает, покажет ее нам. Кстати, куда она запропастилась, неужели до сих пор дрыхнет?

Анна выглянула на лестницу. – Скачет наша красотка. Понравилась подушечка? Сны хорошие снились? Собачка довольно оскалилась, потом оглянулась вокруг и вздохнула. Не переживай, Саша вернется, он с Максимом прогуляться вышел, а мы завтра с тобой пойдем знакомиться с девушкой Бориса Комарова, поможешь?

Крыся на эту просьбу никак не отреагировала. – Геля, ты посмотри, что творится, совсем наша барышня от рук отбилась, я уже не знаю, что с ней делать.

Гелена Казимировна взглянула на собачку и задумчиво сказала, – может ее пощекотать? Неожиданно та подпрыгнула, мигом выскочила за дверь и затопала по лестнице.

– Аня, оказывается, наша мордуленция тоже щекотки боится.

Крыся быстро забралась на диванчик и успокоилась, из объятий Арни никто не посмеет ее забрать и ругать не станет. На самом деле, что такое щекотка она не знала, но если все – и Комаров, и Саша, и Варя с Федей, и даже генерал ее пугались, то самой тоже надо опасаться. А про завтрашний поход в магазин и говорить нечего, он все равно не состоится.

Покинув особняк дамочек, Громов и Забелин вырулили на бульвар и смешались с нарядной толпой отдыхающих и горожан.

– Саша, я не понял, почему все так смеялись, когда я сказал про детскую неожиданность.

– Когда станешь отцом, то увидишь, и поймешь, а вообще – это детские какашки, – улыбнулся товарищ, поглядывая вслед проходящим девушкам.

– Правда? Вот я балда, наши дамочки, наверное, обиделись на меня, придется извиняться.

– Да брось ты переживать, они хохотали больше всех. Геля с Аней к тебе относятся, как к младшенькому и самому любимому. Ты у них Максимушка – единственный и неповторимый.

– Ты так думаешь? Они у меня тоже единственные, а еще Найт. Не знаю, как бы я без них жил. Саша, я не пойму, вместо того, чтобы смотреть на лица барышень, ты пялишься куда-то вниз, что ты там ищешь?

– Маленькие круглые пяточки. Ты только не смейся, я все объясню. И Громов рассказал о неизвестной девушке, с которой летел в самолете.

– Да, – хмыкнул Максим, у тебя и Бориса крыша точно поехала. Один никак не может объясниться со своей Наташей, другой поздним вечером ищет незнакомку по круглым пяткам. Давай возвращаться назад, мне домой пора ехать, а то Найт уже беспокоится.

– Хороший пес?

– А то.

– Лучше Крыськи?

– Нет, она у нас девочка уникальная, а Найт – мужик. Они очень дружат, как встретятся, так не отходят друг от друга. Малая все больше тявкает, а пес ее внимательно слушает. Мне кажется, она его чему-то учит. Только я еще не умею с ним так разговаривать, как Анна и Геля с Крыськой.

Во дворе друзья быстро распрощались, Забелин укатил на джипе, а Громов тихонько открыл входную дверь.

– Можешь не осторожничать, – выглянула из своих апартаментов Гелена Казимировна. Мы еще не спим, чайку выпьешь?

– Обязательно, с вареньем и с кексиками. Гелечка, все хочу у вас спросить, как вы в них изюм запихиваете?

– А тебе зачем? – удивилась та.

– Во-первых, интересно, а во-вторых, как стану мужем, заставлю жену такие же печь.

– Когда женишься, пришлешь на стажировку, я ее научу.

– Заметано. Как тут Крыська без меня, не скучала?

– Повздыхала немного. Кстати, мы выяснили, что она тоже щекотки боится, – улыбнулась Истомина. Перед этой угрозой позорно сбежала под защиту Арни. Саша, я смотрю, вы с Максимом все ездите, что-то ищете, но судя по вашим лицам, безрезультатно. Может, мы можем вам помочь? Если это не секрет, конечно.

– Да никакого секрета нет. Генерал поручил подыскать подходящее здание для отдела, а мы никак не можем найти такое, чтобы оно соответствовало необходимым условиям. Полгорода объездили, все не то. Завтра с утра снова займемся поисками, – вздохнул Громов.

– Попроси Крыську, пусть поднимет свою свору, вся курортная зона и центр – это их владения. Кроме того, она и Найт перезнакомились с дворнягами района, где живет Забелин, они там тоже порыщут. Надо только поставить конкретную задачу, девочка все выполнит.

– Серьезно? Вы не шутите?

– Нисколько.

– Спасибо, может, действительно стоит попробовать.