Красное платье для коктейля

— Ты знаешь, как у нас… каждую ночь приходят и уходят сотни, может быть, не этого класса, но я согласен, никогда не знаешь… Во всяком случае, Майкл, у меня такое чувство, что в честь такой красотки должны звонить колокола.

— Не работает ли у тебя «зазывала» по имени Джин?

— У нас нет «зазывал», Майкл. Мне нравится чувствовать, что гости приходят ко мне, потому что они хотят поиграть и знают, что будут честно обслужены за свои деньги… и не так, как в других местах, куда посетителей приводят, как овечек к жертвенному алтарю. С другой стороны, — продолжал он, и едва заметная искорка вспыхнула в его глазах, — мы, действительно, за определенные проценты договариваемся с несколькими людьми, которые иногда приводят кого-нибудь сюда, а не в другое казино, где его точно обдерут, как липку. Один из них — Джин Блейк. О нем ты спрашиваешь?

— Я не знаю его фамилии. Ему около тридцати лет, с каштановыми волосами и худощавым хорошо загорелым лицом. Одет не кричаще, со вкусом. Умеет обращаться с женщинами, — Шейн нахмурился, повторяя полученное от Тайни описание мужчины, с которым Эллен Гаррис видели в последний раз.

— Это точное описание Блейка, — Арентц откинулся назад, его глаза стали жесткими, — Джин нарушил что-нибудь?

— Не знаю. Как бы ты его охарактеризовал сам?

— Лично я ничего не могу сказать. Все, что я слыхал от других, — обычный парень, который зарабатывает на жизнь таким способом. Я тебе скажу, что ничего плохого за ним не замечал, иначе он сюда бы не приходил.

Шейн постучал фотографией перед Арентцем и стал рассказывать:

— Джин Блейк вышел из бара «Бич-Хэвен» с этой женщиной вечером в прошлый понедельник, подобрав ее там. Бармен слышал, что когда они выходили, упоминались азартные игры. Она не вернулась в гостиницу в ту ночь, и по сей день ее нет. Не приводил ли он ее сюда, Вилли?

Арентц вновь стал внимательно рассматривать снимок.

— В понедельник вечером? Было не густо народу. По понедельникам всегда так. С десяти вечера я был внизу. Джин Блейк? Г-м-м… — он потрогал усы, размышляя: — Она азартный игрок, Майкл?

— Я не знаю, сколько у нее было наличных. Ее муж — биржевой маклер в Нью-Йорке… довольно прилично зарабатывает, но не купается в деньгах.

— Почему я спрашиваю… если бы она оставила кучу денег, то Джин, непременно, кружился бы рядом, чтобы снять колоду. Я просто не помню, Майкл. У меня такое чувство, что Джин появлялся несколько вечеров назад, точно… Но с тех пор я не помню, чтобы его видел. Попозже, вечером, я могу показать снимок своим, и, может, что-нибудь выужу для тебя. Если она была здесь, то кто-нибудь из мальчиков обязательно опознает ее.

— И кстати, не мог бы ты проверить, не получал ли Джин премиальные у кого-нибудь в понедельник вечером?

— Естественно, могу, — он нажал кнопку в столе, — но это всего лишь предположения. Ниже пятисот мы счет не ведем!

Он замолк, когда открылась дверь и появился молодой человек в очках, который почтительно спросил:

— Вызывали, шеф?

— Проверь, Генри, не платили ли мы что-либо Джину Блейку на этой неделе.

Генри кивнул и исчез во внутренней комнате. Арентц проницательно посмотрел на Шейна и спросил:

— Ты думаешь, эта дама пропадает с Джином с ночи прошлого понедельника?

— Я уже не знаю, что и думать, — сказал Шейн. Генри вновь появился в дверях и сказал:

— У нас нет записей о том, что мы что-то выплачивали Джину Блейку последние две недели.

Арентц кивнул и отпустил его.

— Вот видишь, — сказал он Шейну. — Это не значит, что он не проводил ее в понедельник вечером. Это только значит, что она оставила не более пятисот… или Джин был настолько занят с тех пор, что у него нет времени прийти и получить их.

— Не знаешь, где я могу его найти?

— Мы таких записей не ведем, Майкл. Как я сказал, он у нас не работает постоянно. Я поспрашиваю вечером, может быть что-нибудь добуду для тебя.

Шейн сказал:

— Спасибо, Вилли, — и встал. — У меня это единственный экземпляр, — и положил фотографию Эллен в карман. Он подошел к двери, открыл ее и обернулся: — Возможно, полицейские появятся здесь и будут задавать те же самые вопросы. В настоящий момент Пэйнтер делает вид, что ничего не произошло. Но в вечерней «Ньюс» на первой полосе появится эта история, что заставит его оторвать свой зад и действовать.

— Мой «Грэй Галл», надеюсь, не будет упомянут в том рассказе в газете?

Шейн отрицательно покачал головой.

— В этой — нет, Вилли. Чем быстрее прояснится дело, тем больше шансов, что ты не будешь впутан в дело.

Шейн попрощался и вышел.

Арентц посмотрел ему вслед, посидел спокойно, затем поднял трубку телефона и начал набирать номер.

В огромном холле внизу цветной лениво пылесосил ковер. Шейн быстрыми шагами направился к открытой двери, затем внезапно замедлил шаг и остановился у телефонной будки. Рядом с ней, на полке, лежали телефонные справочники города Майами и побережья. Он пролистал сначала справочник взморья и нашел какого-то Юджина Блейка с указанным адресом на 12-й стрит. Он оставил книгу раскрытой на этой странице и проверил справочник Майами. Там было много Блейков, но ни Джина, ни Юджина среди них не оказалось.

Он вошел в будку, плотно закрыл дверь, чтобы звук работающего пылесоса не проникал внутрь, и набрал номер, указанный в справочнике. Он услышал четыре гудка, затем в трубке щелкнуло и женский голос повторил номер, который он набрал. Шейн спросил:

— Можно попросить мистера Блейка?

— Его нет сейчас, — ответила она, — что ему передать? — Шейн неуклюже начал:

— Я… это старый друг Джина, не из этого города. Я давно о нем ничего не слышал. Это… миссис Блейк?

В трубке послышался едва заметный смешок.

— Это профессиональное бюро ответов по телефону. Если вы хотите оставить какое-то сообщение для мистера Блейка, буду рада его передать.

Шейн сказал:

— Не смею вас утруждать, — и повесил трубку.

Он посидел в холле, устремив взгляд на стену, потом вернулся к телефонной будке и проверил адрес Юджина Блейка. Вышел на улицу, сел в машину и отправился на юг, по направлению к 12-й стрит.

Это был квадратный двухэтажный многоквартирный дом в самом дешевом районе побережья. Шейн припарковал машину и вошел в подъезд с шестнадцатью почтовыми ящиками на каждой стороне. Он нашел «Блейк Ю.» на номере двенадцать, толкнул дверь и пошел по левой стороне коридора. Остановился перед двенадцатой квартирой и постучал. Он не ожидал ответа и не получил его, вытащил из кармана кольцо со множеством отмычек. Первый ключ вошел в замок, повернулся в нем наполовину и застрял. Шейн вытащил ключ, выбрал другой, внимательно изучив предыдущий. Вторым ключом он без труда открыл квартиру Блейка. Вошел во внутрь и запер за собой дверь. Он стоял в маленькой прихожей, открытая дверь слева от него вела на кухню, а впереди был сводчатый проход. Легкий запах сырого и непроветренного помещения доносился из квартиры. Шейн прошел под аркой в маленькую неприбранную гостиную. Окна были плотно закрыты, и затхлый запах табачного дыма висел в воздухе. У стены потрепанный диван, а возле него — кресло с такой же обивкой, рядом на полу валялась газета. На кофейном столике, перед диваном он увидел два стакана и полупустую бутылку дешевого виски. Один из высоких стаканов был пуст, а во втором, явно для коктейля, на дне осталась крошечная порция жидкости молочного цвета.

Шейн наклонился понюхать, но что это было — дайкири или нет — определить не сумел. Пепельницу переполняли окурки, половина из них хранила следы губной помады.

Рассматривая, Шейн пытался сообразить, какую помаду употребляют обычно блондинки типа Эллен Гаррис.

Он подошел к креслу у дивана и посмотрел на газету, лежащую на полу. Газета была датирована прошлым вторником.

Шейн вошел в спальню и увидел неприбранную двуспальную кровать, возле которой он обнаружил еще одну пепельницу. Она также содержала почти равное количество окурков, испачканных губной помадой, и без нее. Затхлый запах в спальне говорил о том, что в ней несколько дней никого не было.

Шейн вернулся и заглянул в ванную, но, не обнаружив там ничего интересного, направился через гостиную и остановился в дверях кухни, не входя в нее.

Две пустые пепельницы стояли на сушилке у мойки, маленькие мушки жужжали над остатками двух выжатых лимонов, валявшихся в раковине.

Он вышел из квартиры и запер за собой дверь. Подошел к своей машине и поехал, выискивая телефонную будку. У первой же он остановился, полистал желтые страницы справочника и нашел адрес «Профессионального бюро ответов по телефону», которое оказалось поблизости, на 14-й стрит.

Глава 9

В приемной бюро восседала приятная дама средних лет. Когда она спросила, чем может быть ему полезной, Шейн улыбнулся самой обворожительной улыбкой и начал:

— Это, вероятно, против ваших правил, но я сыщик, разыскиваю женщину, которая исчезла из одного отеля несколько дней назад. Думаю, что один из ваших клиентов мог бы дать мне информацию о ней, и я настоятельно прошу соединить меня с ним. Женщина может попасть в большую беду, — мрачно добавил он.

— Его телефон не отвечает?

— Ответила ваша служба, когда я недавно попытался ему позвонить. Я знаю, что его не было дома несколько дней, и полагаю, что вы переводите его звонки на другой номер.

— Не всегда. В большинстве случаев мы просто записываем послания, а потом зачитываем их абоненту, когда он нам перезванивает.

— Вы хотите сказать, что не знаете, как его найти? — Шейн не скрывал разочарования.

— Обычно нет, — она заколебалась. — Конечно, если абонент заранее ставит нас в известность о том, что не будет несколько дней у своего телефона, то мы находим его по другому телефону. Звонки могут быть переведены немедленно, и ему не требуется перезванивать. Это одна из наших услуг.

— А вы сообщаете тому, кто его вызывает, новый номер, или просто записываете сообщение и затем звоните абоненту?

— Делаем так, как он пожелает.

— Ведутся ли у вас записи о таких услугах? — настаивал Шейн.

Ее глаза едва заметно сверкнули:

— Да, но я не имею права выдавать информацию. — Шейн льстиво произнес:

— Я вас очень прошу, проверьте, пожалуйста, я хочу убедиться, насколько правильны мои предположения. От вашего ответа зависит жизнь женщины, — убеждал он, — нам очень важно узнать, имелась ли договоренность найти его по другому телефону.

Она сказала:

— Не знаю… это же нарушение конфиденциальности.

— Его зовут Джин Блейк, — быстро сказал Шейн и добавил номер телефона и квартиры Блейка.

Она повернулась к большой алфавитной картонной картотеке по левую сторону стола и ловко вытащила карточку. Шейн бесшумно и незаметно приблизился к ней и заглянул через ее плечо в карточку, на которой было написано: Блейк, Джин. На левой стороне были карандашные пометки дат, Шейн сконцентрировал внимание на последней. Он не смог разобрать загадочную запись, но она заканчивалась местным номером телефона, затем следовало 410.

Он запомнил номер и невинными глазами посмотрел на даму, когда та обратилась к нему:

— Мистер Блейк действительно просил нас перевести все звонки в прошлый вторник на другой номер до следующих указаний. Он просил, чтобы новый номер никому не давали, и я не могу нарушить слово.

Она говорила очень решительно, и Шейн не мог понять, знает ли она о том, что он успел прочитать номер, или нет. Он все-таки решил, что она знает, и поблагодарил:

— Вы были очень любезны, и я не могу настаивать, чтобы вы выдавали секреты ваших клиентов.

Он поспешил к ближайшему телефону-автомату и, чтобы не забыть наспех схваченный номер, набрал его. Сладкий голос сказал:

— Добрый день. Отель «Сиспрей». Чем могу вам служить?

Шейн ответил:

— Спасибо, ягодка, — и повесил трубку.

«Сиспрей» был одним из огромных игорных отелей, построенных в период расцвета, в двадцатые годы. Сейчас здесь проходил какой-то съезд, и фойе все время заполнялось выезжающими и въезжающими гостями. Шейн прошел сквозь толпу и втиснулся в лифт. На четвертом этаже он вышел и, подойдя к номеру 410, постучался.

Через полминуты дверь открылась, и перед Шейном предстал мужчина в пижамных брюках, майке и домашних тапочках, с полотенцем через плечо. Его каштановые волосы были влажны и непричесаны, мускулистые руки и плечи отливали загаром. Держа дверь полуоткрытой, он злобно глядел на рыжеволосого.

— Думаю, вы ошиблись номером.

Шейн с силой толкнул дверь — человек отпрянул назад.

— Все соответствует: и комната и наш приятель, — сказал он, разглядывая большую гостиную дорогого номера. Ванная комната была открыта, а далее взгляд упирался в закрытую дверь, ведущую в спальню.

— Это что за безобразие! Врывается в чужой номер и…

Шейн рявкнул:

— У меня есть основания, Блейк. Кто в спальне?

— Моя жена, и я туда не приглашаю. — Блейк бросил на пол полотенце и, выпятив челюсть, угрожающе выставил вперед сжатые кулаки.

Шейн сказал:

— Мы оба знаем, что у тебя нет жены, Блейк. Я должен посмотреть.

Он положил свою огромную руку на грудь молодого человека и оттолкнул его. Едва удержавшись на ногах, Блейк смущенно улыбнулся:

— Может, поговорим по-другому, — заискивающе произнес он, потянувшись за бумажником.

— Я не вымогатель. Я только хочу посмотреть на женщину в твоей спальне, — сказал детектив и решительно направился вперед. Слабо протестуя, Джин Блейк посторонился, и когда Шейн постучал в дверь, крикнул:

— Все хорошо, Пегги. Не волнуйся.

Шейн заглянул в комнату. У трюмо спиной к нему сидела женщина, спокойно подкрашивая губы. Встретившись с ней взглядом в зеркале, Шейн понял: это — не Эллен Гаррис.

— Извиняюсь, мэм, — грубовато сказал он и вышел из спальни.

Трясущимися руками Блейк прикуривал сигарету.

— Это что за фокусы такие, с подглядыванием? — Шейн спросил:

— Где Эллен Гаррис?

— Не знаю я никакой Эллен Гаррис.

— Может, это освежит твою память, — Шейн вытащил из кармана фотографию и протянул ее Блейку. Блейк молча посмотрел на нее, облизнул губы.

— Наверное, так ее звали. Я встретил ее в баре «Бич-Хэвен» в прошлый понедельник. Так это она?