Она - босс

— Прости, Ди, — Лиам притянул меня к себе. — Тебе плохо, и я еще пристал с распросами, — он успокаивающе гладил меня по голове. Прижимаясь к горячей груди, слушала убаюкивающий голос Лиама, расслабилась. — Расскажешь, когда захочешь. Я не буду больше приставать к тебе.

— Спасибо, — подняла голову, прошептала ему в губы, черные глаза обследовали мое лицо. — Ты такая красивая, Диана и сейчас ты совсем другая.

— Какая?

— Хрупкая и ранимая, настоящая.

Неждно касается губ, ласкает языком, сейчас все происходит по-другому, нежно. Я отвечаю ему взаимностью, ласкаю упругое тело, он наваливается на меня движется во мне плавно с каждым толчком возносит меня в другой мир, где есть только мы, и никакого жуткого прошлого.

Днем, Лиам отвез меня в салон и когда девушки перестали колдовать над моим образм, пришло смс от Мистера:

" Я жду тебя на парковке".

Сегодня я в каком-то романтическом настроении, в душе щемящее чувство радости распирает грудь, перед глазами трансляция нашего утра, и я ловлю себя на мысли, что хочу каждый день так просыпаться, хочу Лиама в свою жизнь. Навсегда.

Выхожу из салона, Вильям стоит опершись на капот, уткнувшись в телефон, когда он поднимает глаза, смотрит на меня так обжигающе, и я не могу сдержать улыбку. Подхожу к нему, Лиам притягивает меня к себе, сердце замирает. Он целует меня, и мне все равно, что он слизывает с моих губ жутко дорогую помаду, хочу еще.

Пока мы едем в его машине он сжимает мою руку и я решаюсь, раскажу ему все сегодня вечером, не хочу, чтобы между нами стояла стена из моего прошлого. Он вернул меня прежнюю, мне будто снова двадцать, жизнь легка и прекрасна, за плечами выросли крылья, а окружающий мир видется исключительно в розовом цвете.

Наша машина подъзжает к месту, где будет проходить прьмьера. Даже из далека вижу вспышки камер, веселое улюлюканье людей мечтавших прикоснуться к звездам.

— Не передумал? — заглядываю в черные глаза Лиама. — Последний шанс, можем выйти сейчас, на вечере будем по отдельности. Ты понимаешь, что тебе придеться выйти из тени, Мистер Икс? — в ответ он подносит мою руку к губам, касается нежным поцелуем.

— Я все решил, еще тогда, в клубе, когда впервые тебя увидел.

— Вы оболльститель Мистер Стронг. Мне пора боятся за свое сердце?

— Диана, — он берет меня за шею пододвигая ближе. — Верь мне. Я никогда не причиню тебе боль. — и я верю, пал последний бастион.

Когда мы останавливаемся, Лиам выходит и открывает мне дверь, улыбаясь, вкладываю свою руку в его. Идем под вспышками по красной дорожке, держа меня под руку.

— Мисс Эванс! — кричат журналисты. — Кто это с вами?

— Мистер… — не успеваю договорить, Лиам заканчивает за меня.

— Вильам Стронг, жених Мисс Эванс, — остолбеневаю. Жених? Слышим перешоптывания журналистов: "Тот самый!".

"Мистер Икс! Где вы скрывались все это время?"

"Как Холодная принцесса покорила сердце самого завидного и таинственного жениха Голливуда?"

Среди этих заинтересованных взглядов, чувствую на себе неприятный, липкий, в стороне стоит Райан Смит и по его глазам вижу, как ему все это не нравится. Повела голыми плечами, стряхивая оцепенение. Ничего он не сможет сделать, Лиам знает про него, он для наших отношений не унроза.

Устав от вспышек и вопросов неугомонных журналистов, уединяемся в тихом уголке. Лиам кормит меня тарталеткой, стирает крошки с губ. А я не сопротивляюсь, жмурюсь от такого слепящего счастья. Нет сомнений, это мой мужчина и ради него я готова на многое, даже перешагнуть призраков прошлого, которое не оставляло меня до сегодняшнего дня.

— Ты не пошутил насчет свадьбы? — он берет меня за руку, чувствую как безымянный полец холодит металл. Смотрю на руку, там красуется кольцо с бриллиантом, камень небольшой, но огранка и ювелирная тонкая работа не позволяет усомнится, оно дорого и старое.

— Это кольцо моей бабушки. Диана Эванс, ты согласна выйти за меня? — голос у него уверенный, но вперывые я вижу в его взгляде боязнь. Поднимаю глаза к шестиярусной люстре, пытаюсь вернуть слезы, которые щипят глаза на место.

Я бы могла сказать, что не мечтала о муже, семье. Мечтала, но это было в далекой юности. И сейчас, сама себе удивляюсь, куда делась моя хваленная выдержка и воля. Просто рядом со мной тот мужчина, с которым хочется быть рядом, идти по жизни рука об руку, и рядом с ним мне не нужно быть сильной, я могу быть просто женщиной, любимой и желанной.

— Не слишком рано? Мы знакомы с тобой всего-то ничего, — пытаюсь быть веселой, скрыть то, как подрагивает губа, и как холодны руки, сердце сново живое, я чувствую его. Оттаяла холодная принцесса.

— А что тянуть, я чувствую тебя, хочу быть рядом, чтобы все знали, что ты моя. Повторяю вопрос ты выйдешь за меня?

— Да, Мистер. Выйду, — он улыбается, захватывает мое лицо большими горячими ладонями и целут так сладко, что если бы он не подхватил меня, я неприменно бы растянулась у его ног.

— Диана Стронг, — он пробует это сочетание, медленно растягивая звуки. — А что? Мне нравится.

— Вот по поводу смены фамилии еще обсудим. Я хочу оставить свою,

— Ох уж мне эта властная женщина, — он закатывает глаза. — Всегда оставляешь последнее слово за собой. Мы это не обсуждаем! Я взял тебя с потрахами, и ты будешь носить мою фамилию.

— Диктатор, — улыбасюсь, даже здесь не хочу спорить с ним. Возникнут кое-какаие проблемы с документами, но ничего, я все решу, это мелочи. Обратно в зал мы возвращаемся под руку, я иногда прячу счастливую улыбку, прижимаясь к плечу Лиама.

Я невеста! У меня самый прекрасный, сильный мужчина, и у нас офигительный секс. И я его люблю. Все! Призналась сама себе, теперь нужно, чтобы это знал Вильям. Он как почувствовал повернулся и я прошептала ему одними губами признание.

— И я тебя, — получила поцелуй в висок.

— Я могу тебя поздравить? — спросил металлическим голосом Райан, делая глоток шапманского стоимостью бюджета маленького города.

— Не стоит. Я не нуждаюсь в твоих поздравлениях, — шестое чувство мне подсказывает, что как раз от него я должна оберегать свое счастье. И умом понимаю, что он слабак, что ничего не сможет сделать, не сможет помешать нашим отношениям, но в груди, как-то неприятно скребет.

— Ты так ее и не укротил Стронг, она все еще строптива и властная, — лишь Лиам будет видеть меня настоящую, остальным я глотку перегрызу, если попробуют нарушить мой рай, к которому я проделала такой длинный путь, позади семь кругов ада и частилище, тем ценнее каждая минута, что дарит мне мой Лиам.

— Я ее не укрощаю и не хочу, чтобы он менялась. Я просто люблю Диану, — глаза Райана вспыхивают, руки сжимаются в кулак, но он ничего не сделает, Лиам уже дал ему отпор, сделает это еще раз. Разбираем попкорн и наслаждаемся моим бойцом. О, и правда, вернулась та двадцатилетняя девочка.

Лиам задвигает меня за себя, вид у него расслабленный, но я знаю, он готов к аттаке. Приятно, что он заступается за меня, и даже угроза стать хитом вечера, если они все-таки подерутся, не может стереть искрящуюся улыбку с лица. Я уверенна, драки не будет, а то это будет выглядеть, как избиение младенца, мне уже однажды выпала честь наблюдать, как хороошо поставлен удар у Лиама, и не смотря на то, что Райана готовят к сцене драки лучшие мастера этого дела, я верю в победу моего мужчины.

Быть мужчиной это на генном уровне заложенно, поэтому я с ним, а не с Райанам, несмотря на то, что Смит достаточно првлекательный, он мне, чем то стал напоминать Мишель.

Смотрю, как напрягаются мышцы, Лиама, он готов ответиь. Если бы это случилось, я бы его отблагодарила за свое спасение. Но Райан не дает мне шанса полюбоваться Вильямом и трусливо сбегает бросив мне:

— Завтра поговорим, Ди, — спина Лиама напрягается, ему явно не нравится такое панебратское обращение к невесте.

Невесте… Невесте… Нет, мне определенно нравится это слово, в сочетании с моим именем.

— Ты должна его уволить, Диана. Он мне не нравится.

— Тебе не чего бояться Мистер, он тебе не конкурент, — зависаю от его мальчишеской улыбки. И он целует меня под вспышки фотокамер.

— Черт! Совсем забыл, где мы находимся, — я тоже, когда он рядом, весь мир исчезает. — Я думаю, для первого выхода в свет достаточно, поехали домой, моя кошечка?

— Я же просила! Какая кошечка?

— Ну все, убери свои коготки, поехали ко мне, — рисует на мей ладошке узоры.

— Нет, к тебе далеко, мне на работу рано, поедем ко мне, тем более у меня квартира тут неподалеку.

— Власть из тебя ничем не вытравишь, но я попробую. Когда ты подо мной ты такая покладистая.

— Ну я же тебе нравлюсь такой, какая есть?

— Да, поехали докажу,

Мы входим в мою квартиру, выключаю сигнализацию и щелкаю выключателем. Руки Лиама скользят по животу прижимая к себе.

— Ммм, кто-то успел соскучиться? — трусь попой о эрекцию. — Погоди, не здесь, останавливаю его руку, которой он пытается растегнуть молнию.

— Ты должна заботиться о здоровье будущего мужа, — он прикусывает шею, желание стягивает низ живота тугим узлом. — А воздержание негативно влияет на мужскую потенцию.

— Это когда ты воздерживался? — возмущенно оборочиваюсь. — Дай тебе волю и ты затрахаешь меня до смерти. Иди в душ. Он дальше по корридору. А я буду ждать тебя в спальне, — он притворно-тяжело вздыхает и идет в душ.

В своей комнате снимаю платье, вешаю его на спинку стула, надо его сдать в химчистку, накинув халат захожу в другую ванную комнату. Если я войду к Лиаму так просто все не закончится, он вышибет из меня весь настрой, а мне нужно набраться мужества и рассказать о своем неприятном прошлом.

Выхожу из душа, быстро я, Лиам еще плескается. Сажусь на пуфик напротив будуара, скинув халат, остаюсь в одних трусиках, расчесываю волосы, потом традиционная процедура: наношу крем на шею. Мне тридцать, я ухаживаю за своим телом, пока все хорошо, но не за горами то время, когда появятся морщинкки, наклонившись всматриваюсь в отражение. Да, все-таки есть, в уголках глаз, если приглядеть, можно увидить мимические морщины.

Я волнуюсь. Что будет, когда моя кожа превратится в курагу? Буду я нравится Лиаму или он найдет себе помоложе? Впервые чувствую неувереность в себе, мерзкое чувство. Не хочу думать о пластике, пока не время.

Беру крем для груди и втираю круговыми движениями, хоть здесь у меня полный порядок. Собираюсь с мыслями. Как начать разговор, нужно рассказать о прошлом. Как отреагирует Лиам? Будет ли он считать меня слабачкой? Меня всегда волновало это. В тот ужасный день, в день предательства человека, которого я называла "любимый", поклялась, что никому не позволю считать себя слабее других. И у меня отлично получалось держать "лицо".

На мои руки ложатся пальца Лиама, он не терпеливо отодвигает их в сторону, берет крем и втирает, кружит возле соска. В отражении черные глаза неотрывно следят, как по моей коже бегут мурашки, мне в спину упирается его воставшая плоть и махрое белое полотенце с инициалами DE, не останавливают его возбуждение.

Задрав голову тяну его за шею, он с рыком вторгается в мой рот языком. По волосам Лиама стекают капельки, бегут по торсу, слизываю капельку с темного соска, наслаждаюсь, участившимся дыханием. Пуфик несчадно прожен подо мной. Кажется разговор придется отложить. Лиам подхватывает меня на руки, несет к кровати, осторожно опускает на шелковые простыни.

Стою возле панорамного окна, не переставая улябаться, делаю глоток латте. С появлением в моей жизни Лиама мои вкусы изменились, Черный горький кофе я променяла на следкую жижу щедро приправленную крошками шоколада и корицы. Перед глазами мелькают кадры вчерашнего вечера, его прикосновения до сих пор жгут кожу, а просыпаться в объятьях сильных крепких рук настоящее удовольствие. И это при том, что до него, я терпеть не могла прикосновения.

— Мисс Эванс, к вам мистер Смит, — раздается голос Кейт по селектору. Стараюсь стереть счастливую улыбку и нацепить рабочую, говорю нажимая кнопку на аппарате:

— Пусть заходит, — сажусь на бежевого цвета кресло, закидываю ногу на ногу, покачиваюсь в нем.

— Привет, Ди, — хмурюсь, надо поставить его на место.

— Мисс Эванс, для тебя. Ты потерял возможность называть меня как-то по другому, после того, как мы расстались.

— У тебя счастливый вид, Ди, глаза так и светяться, — с раздражением замечает он, не придав значение моему запрету.

— Со мной ты такая не была, — тяжело вздыхаю, закатываю глаза.

— Ты по-моему не очень переживал наша расстование, легко вскружил голову малышке Кейт.

— Это из-за тебя! Я хотел, чтобы ты приревновала! Думаешь, я каогда нибудь смог бы посмотреть на эту серую мышь?

— Кейт замечательная, мне жаль, что она не прислушалась к моим советам и клюнула на твою смазливую мордашку. — под этим красивым постером нет ничего хорошего, к сожелению. — И так, зачем ты здесь?

— Ты выходишь замуж за этот денежный мешок?!

— Тебя это не касается! — он поднимается с кресла, подходит ко мне, опускается на колени и сжимает мои ноги. Тело вопит от возмущения, от неправильности чужих рук.

— Моя принцесса, не поступай так со мной, я только о тебе думаю, я не могу без тебя, — убираю его руки, откатившись на кресле в сторону, встаю.

— Свободен, Смит. Не заставляй меня выпроваживать тебя с охраной, — засунув руки в карманы юбки-карандаш разворачиваюсь к нему спиной.

— Ты жестокая, Диана. Я перед тобой готов ползать на коленях, а ты отталкиваешь меня. раз так, то ты не оставляешь мне выббора, — мой телефон пищит.

— Посмотри, прикольное видео,

— Видео про милых кошечек меня не интересует.

— Нет, там другое, очень занимательно.

— Посмотрю и ты уйдешь?

— Конечно, — на лице Райана оскал, холодные мурашки бегут по коже. Тянусь к телефону, думаю, что надо запретить ему приходить ко мне. Смотрю в экран, и ужас охватывает меня, возвращая в тот день. Именно сейчас, когда я наконец решила перелистнуть странницу, начать все с начала, разрешить себе быть счастливой, призрак прошлого поднял свою уродливую голову. Как подкошенная плюхнулась в кресло, экран в моих руках затряся, но я не могла отвести взгляд от спины с синими татуировками. Райан наклонился ко мне, убирая прядку в сторону, скользя по шее мягкими ухоженными руками.

— Ты такая миленькая была, хрупкая. Жаль, что я не стал тем первооткрывателем. Подо мной у тебя бы не было такого перекошенного лицо, — перевернув экран вниз, пыталась вернуть себе самообладание.

— Что тебе нужно, Смит? Денег?

— Нет. Мое желание остается прежним, — он кусает меня за шею.

— А не пошел бы ты! — разворачиваюсь и уверенно смотрю ему в глаза, — я уже не та хрупкая наивная девочка, меня просто так не сломать.

— Подумай, моя принцесса, — он обходит стол, возвращается на прежнее место. — Представь, что будет, когда это видео, от анонимного источника попадет в прессу? Я тебе обрисую картину. Тут начнеться такой хаус! Все таблоиды будут пестрить им, — смотрю на лицо, некогда казавшееся мне красивым, теперь оно уродливо. Как я вообще могла связаться с таким слизняком? — Только ленивый не будет обсуждать тебя. А самое прикольное, что найдется тот, кто будет жалеть тебя, — его слова как удар хлыста, меньше всего мне хотелось увидеть жалость в глазах других людей.

— Переживу! Пошел вон! Твой контракт с моей компанией разорван! Убирайся! — во мне закипел гнев. Он хочет заставить шантажом встречаться с ним. Эта сволочь даже с места не сдвинулась. Взяв трубку, заметила, что я забыла выключить кнопку на селекторе, и скорее всего Кейт все слышала. Чертыхнувшись набираю номер охраны.

— А представь, что случиться с твоим отцо?

— Да, Мисс, — слышу голос охранника, но не могу пошевелиться ясно представляя эту картину. — Папочка не сберег принцессу. Он же в больнице сейчас? В Швейцарии? Ели выкарабкался старый черт. И самое интересное, треп Грега нашли с отруубленным членном в канализации. Знала?

— Нет.

— А я постараюсь убедить полицию, что это твоя кровавая вендетта. Случилось то это, после твоего изанасилования. Ну что, малыш? Прикончим папочку? — сердце ломит. Я не могу это допустить. Папа самый дорогой для меня человек. Вешаю трубку.

— Твои условия, — скрипя зубами, сжимаю кожанные ручки кресла.

— Так то лучше, — он победно улыбается. — Ты бросаешь этого гондона Стронга и выходишь за меня. Трахаешься только со мной. Поверь, я сделаю тебя счастливой, — сердце обливается слезами.

Почему именно сейчас? Сука, почему судьба так жестока, дала попробовать счастье на вкус и забрала.

— Хорошо.

— Ты должна сказать: Я согласна, репетируй, скоро тебе придеться говорить это перед алтарем. Я собираюсь закатить такую свадьбу, что вся Калифорния вздрогнет. Чтобы ее обязательно увидел Стронг, пусть даже на необитаемый остров свалит, — говорит Смит, выходя из кабинета. — Твой ход, малышка.

7.

Лиам