К лейтенанту Семилову подбегает сержант с конвертом в руках. Командир внимательно читает.
Лейтенант Семилов: Снова вылет. На этот раз сопровождаем другую группу бомбардировщиков.
Алексей Наумов: О! Заодно реабилитируемся с Карпенко.
Александр Дегтярев: Тем же курсом летим?
Алексей Наумов: Ага, тем же, в той степи скорее всего живого места не осталось.
Лейтенант Семилов: Ты прав, Наумов.
Александр Дегтярев: А когда полетим?
Алексей Наумов (Дегтяреву): Ну, вот, снова началось, опять трусишь?
Лейтенант Семилов (Наумову): Хватит паясничать! (Уже всем бойцам): Приводите себя в порядок, о новом вылете сообщу дополнительно. Всё ясно?
Все разом ответили: Так точно!
Лейтенант Семилов уходит. Лётчики продолжают общаться.
Алексей Наумов: Слушай, Василий, у тебя дети есть?
Василий Карпенко: Есть, двое, близняшек. Повидать бы их. И жену свою благоверную.
Алексей Наумов: Так уж и благоверную?
Василий Карпенко: Ты мне смотри: говори да не заговаривайся!
Алексей Наумов: Да нет, ты что… Я не о том, просто ты здесь, а она….
Василий Карпенко: Язык тебе вырву змеиный твой!
Алексей Наумов: Не горячись. Я хотел сказать, счастливчик ты. А у меня нет ни детей¸ ни супруги.
Василий Карпенко: Родители есть же, живы?
Алексей Наумов: Родители живы (притупившись) …наверное…
Василий Карпенко: Скучаешь?
Алексей Наумов: Конечно, Васька, как и ты…
Василий Карпенко: Да, ты прав, думаю каждый день о них, как они там без меня, в Москве? Даст Бог, свидимся!
Алексей Наумов: Под одним небом ходим, кому повезёт, тому удача сопутствует, кому нет – одна могила.
Василий Карпенко: Владыка Небесная не оставит в беде, на него уповать надо.
Алексей Наумов (съязвил): И на товарища Сталина…
Василий Карпенко (с чувством): На него тоже, отца нашего, главного защитника Отечества.
Алексей Наумов: Давай только без чувств, Карпенко, терпеть не могу, обратись ещё к нему со своими божественными размышлениями, может, тогда отделаешься лёгким наказанием – расстрелян без суда и следствия.
Дегтярева несколько удивили слова Наумова. Казалось бы, были же люди того времени, которые далеко не трепетно относились к вождю пролетариата.
Василий Карпенко (разгорячившись): Слова выбирай…
Алексей Наумов: Слова как слова, надеюсь, лейтенанту стучать не будешь…?
Василий Карпенко: Не будь ты…
Алексей Наумов (перебивая): Значит, будешь?
Василий Карпенко (снижая тон): Думай, что хочешь.
Алексей Наумов: Не заводись, Василий, пошутил немного. (Обращается к Дегтяреву). А у тебя Сашка, как на личном фронте? Жена ждёт?
Александр Дегтярев (с унынием): Никого у меня нет.
Василий Карпенко: Дело поправимое, война закончится, вернёмся живыми-здоровыми, встретит свою…
Алексей Наумов: Встретит, куда денется, млад же…
Александр Дегтярев: Я погляжу, и ты не старый.
Василий Карпенко (Дегтяреву): Давно в авиации?
На вопросы боевых товарищей приходилось Александру Дегтяреву импровизировать, чтобы не вызывать у них сомнений в том, что он не сумасшедший.
Александр Дегтярев: На фронт по мобилизации, но сначала учебка. Потом сюда.
Василий Карпенко (лукаво): Не боишься умереть молодым?
Александр Дегтярев (задумчиво): Умер уже один раз…
Василий Карпенко: Чудности говоришь.
Александр Дегтярев (также задумчиво): Нисколько…
Василий Карпенко: Я считаю, смерти бояться надо, а инстинкт человеческий в трудную минуту от пули убережет.
Алексей Наумов (передразнивая): Ты забыл добавить: и божья воля!
Василий Карпенко: Куда ж без неё…
Алексей Наумов: Моё мнение, страх порождает в нас пораженческий настрой, перед лицом смерти нужно просто его преодолеть.
Александр Дегтярев: У меня в бою, в настоящей схватке, вся жизнь пролетела перед глазами, не побоялся бить врага, а страшно всё равно было.
Алексей Наумов: Занесло тебя, Дегтярёв, первый, что ли, твой сбитый немец? Намедни двоих сбил, вся жизнь у него, видите ли, перед глазами пролетела. Шутник.
Василий Карпенко (Наумову): Пусть говорит, его понять можно…
Алексей Наумов: Прикидывается: то полечу, то не могу.
Василий Карпенко (с улыбкой): Доживём до победного, как думаешь, Алексей?
Алексей Наумов: Нам бы до завтрашнего дня дожить.
Василий Карпенко: Ты же смерти не боишься?
Алексей Наумов: Не боюсь.
Василий Карпенко: Тяжко, тяжко сейчас.
Алексей Наумов: Что об этом говорить…
Василий Карпенко: Разумеется, в любом случае, мы справимся.
Алексей Наумов: Смотрите, лейтенант идет.
Через некоторое время состоялся вылет по прикрытию очередной группы бомбардировщиков всё также во главе с лейтенантом Семиловым.
Лейтенант Семилов: Задача остается прежней.
Алексей Наумов: Вижу справа три «Мессершмита». Вступаю в бой.
Лейтенант Семилов: Дегтярёв, прикрой товарища. К вам скоро присоединится группа эскадрильи на «Ласточках». (самолеты Ла-5). Мы с Карпенко продолжим сопровождение.
Бой прошел мгновенно. Пока поспевала подмога, к немецким истребителям присоединилась ещё парочка «Фоккеров», и они не заставили себя ждать. Сначала был сбит Александр, потом Наумов. Дегтярёву, ни разу до этого не прыгавшего с парашюта, представилась возможность испытать на себе в боевой обстановке всю технику катапультирования и приземления.
На земле сбитых лётчиков ожидала ужасающая картина: повсюду свистели пули, вокруг рвались снаряды, воздух пропитался гарью горевшей техники. Сплошь и рядом огонь пожирал оставшиеся немногочисленные кусты и мелкие деревья. Кругом лежали изувеченные тела солдат воюющих сторон.
Александр Дегтярев (кричит): Наумов, ты где?
Глухой удар сзади приклада автомата положил навзничь Александра.
В голове успели лишь промелькнуть последними отголосками сознания мысли: дальние выстрелы в его сторону.
Наумов хлопками ладошки приводит в чувства Александра.
Алексей Наумов: Жив?
Александр Дегтярев: Раз глаза открыл, как думаешь?
Алексей Наумов: Хорошо, поползли.
Александр Дегтярев: Что со мной произошло?
Алексей Наумов: Ничего особенного, увидел, как тебя шлёпнули прикладом, с убитого рядом немца успел схватить автомат и расстрелял твоих обидчиков. Выбираться надо.
Александр Дегтярев: Только куда выбираться-то?
Алексей Наумов: К своим…
Александр Дегтярев: Осталось узнать…
Алексей Наумов: Чего?
Александр Дегтярев: В какую сторону, не подскажешь?
Алексей Наумов: Как бы тебе это сказать…