Помоги проекту - поделись книгой:
Олег Попов
Первый психоаналитик в космосе
Художники Александр Шевченко, Дмитрий Белинский LINXY
Таинственный бушприт
Прежде, чем отойти ко сну, загляни под кровать, чтобы защититься от дьявола.
Вуаль скрывала половину ее лица. Молодой человек улыбнулся ей и потрепал по руке.
Режиссер крикнул:
— Мотор! — начался прямой эфир:
— Здравствуйте! С вами Алексей Панченко! В одном старом доме иногда собирались одинокие люди. Начиналось все застольем, потом стол убирали и включали, — Панченко щелкнул пальцами, — музыку! — Он повернулся к гостье. — Сегодня у нас в гостях девушка, которая не пропускала ни одной вечеринки! Здравствуйте, Марина!
— Здравствуйте.
— Насколько невинными были эти встречи?
— Они и не были невинными…
— Однажды хозяин квартиры, — подхватил Панченко, — пообещал в ночь на первое мая что-то необыкновенное…
— Я подумала тогда — ну что такого здесь еще можно придумать? Ну групповуха, или меняться партнерами. Я этим не интересуюсь,… но… сами знаете, как-то неудобно…
— Неудобно отрываться от коллектива! — закончил за нее ведущий. — Безусловно! Нам всем это очень хорошо знакомо! Ведь мы принадлежим к европейской культуре! Чтобы не ударить, так сказать, в грязь лицом, Марина решила почитать литературу. В одном журнале для женщин она нашла статью «Групповой секс». Статья начиналась так…
Алексей и Марина исчезли с экранов, поползли титры. Приятный тембр:
В средневековой Европе групповой секс считался наиболее рискованным, ведь в общей свалке девушка могла достаться самому дьяволу… А беременность от нечистого пока никому счастья не приносила…
Телеэкраны вновь посветлели, появилась студия.
— Больше ничего полезного для себя Марина не обнаружила, — пояснил ведущий. — В дьявола она не верила, но на всякий случай решила быть начеку, знаете ли, держать все под контролем!
— Я была очень осторожна, потому что мужчин было несколько, — подтвердила Марина. — И… незнакомых среди них не было… У одного там образование, спортсмен, работает на радио, знает английский. В общем… он со всех сторон положительный… может быть, немножко нахальный. И я с ним… В общем этим способом не забеременеешь. Правой рукой я держала…
— Бушприт! — подсказал Панченко.
— Не поняла…
— Я рекомендую в своей передаче называть это бушпритом. Вы «Алые паруса» читали?
— Ну…
— Там был парусник, помните?
— Смутно…
— Так вот — у парусников спереди торчит такой брус, — Панченко показал рукой. — Называется — буш-прит — к нему еще иногда крепится такой треугольный парус. И вот я рекомендую в своей передаче называть эту штуку — бушприт. Во-первых, знаете ли — это романтично, а во-вторых, как-то развивает, люди узнают что-то новое, потом — у экранов могут оказаться дети… Ну зачем мы будем? В общем, вы меня понимаете…
— Извините… Я забыла, как это называется?
— Пожалуйста… Буш-прит.
— В общем… не знаю как сказать теперь… в общем я находилась как бы на низком старте.
— Прекрасно, — Панченко кивнул. — Мы все вас прекрасно поняли.
— Ну и вот. А они как бы вокруг…
— Да-да. Все мы с детства помним эту игру. Например Марина встает в центр круга, а все водят хоровод. Как на Маринины именины испекли мы каравай!.. Ну и так далее…
— Можно сказать итак… Значит спереди был… про него уже рассказала… правой рукой я держалась за бушприт хозяина, хозяина этой квартиры. Про него тоже ничего плохого сказать не могу — он хорошо сохранился, компанейский, понимает молодежь. В левой руке у меня был бушприт… В общем, он тоже положительный… молоденький только совсем… Ну и, кроме того, от всего этого же не беременеют? Если вы понимаете, о чем я… Я не знаю как сказать — короче, за моей спиной, — Марина показала пальцем за спину, — был не очень хороший человек… Он тупой какой-то…
— Простите, но вы были с ним лично знакомы?
— Мы знакомы, но я с ним не общаюсь. Вроде бы он как вы… извините… с телевидения…
— Ничего-ничего. На телевидении, знаете, тоже разные люди работают.
— Да… и… вобщем-то, в том, что я от него отвернулась — ну… в этом была, что ли, моя позиция… Я его игнорировала… Я не думаю, вообще, что это мог быть дьявол… это как-то даже смешно — не тот масштаб, понимаете?.. Но оказалось… — Марина сосредоточилась на своих воспоминаниях, — что мне нравилось так его унижать… и я бы сказала…. что этот психологический фактор вдруг запустил во мне э-э-э… физиологический механизм.
— Вы хотите сказать, что достигли высшей точки? — показал ведущий.
— Да, именно это… — Марина опять ушла в себя, — и вот кто-то воспользовался тем, что я отвлеклась, потеряла контроль и… — решительно сказала она, — Да! Именно тогда кто-то и воткнул в меня свой бушприт!
— О! — воскликнул Алексей. — Марина даже не поняла, как это случилось, и опомнилась не сразу. Пока она освобождалась из этой сложной конфигурации — незнакомца и след простыл!
— Я пошла в душ, и только после этого вернулась… но уже до самого конца держала все под контролем!
— И что было дальше?
— У меня началась задержка, — вздохнула Марина.
— Каково это, по-вашему, стать добычей дьявола?! — обратился ведущий к публике, а потом повернулся к Марине. — Вы испугались?
— Я считала, что просто забеременела… ведь это бывает? Я читала, некоторые вообще беременеют от… в общем, неизвестно как беременеют… Еще я думала, если б это вдруг… ну вы понимаете… если бы это был дьявол… то наверняка это было бы как-то значительно… тем, что запоминается на всю жизнь, каким-то потрясением, а не… ну там… понимаете… и все. Но я снова в одном женском журнале прочитала страшную вещь… Оказывается, мы собирались в Вальпургиеву ночь.
По экрану поползли титры:
В ночь с 30 апреля на 1 мая открываются границы между мирами, и нечистая сила всех мастей устремляется на свой праздник, Вальпургиеву ночь. Ведьмы собираются на «шабаш» вокруг своего повелителя — сатаны. Все это сопровождается дикими пирами, плясками, совокуплениями с демонами и самим дьяволом.
— А о том, что было дальше, вы узнаете в нашей следующей передаче! — объявил Панченко. — Ровно через неделю! Но до тех пор! Будьте бдительны! Не подпускайте никого слишком близко! Особенно, если вы без трусов!
В студии выключили камеры. Алексей помог Марине снять микрофон и проводил к выходу.
Продюсер Катя показала ему жестами: вызывают на ковер.
Панченко вошел в кабинет, не зная, чего ждать.
— Здравствуйте, Леонид Михайлович!
— Знаешь что?
— Выгоните теперь?
— Дурррак! — Шеф сам когда-то работал в кадре, дикция у него была ого-го. — Ты понимаешь… — это талантливо! Это, старик, новое телевидение!
— А я, честно говоря, думал, будете прорабатывать — дескать, пошлость и тэдэ. Пусть другие каналы скромничают — а зрители смотрят нас!
— Именно! Мне тут, Леша, такая идея пришла… только она для внутреннего употребления… В бизнесе самое важное — азарт, амбиции. А скромность в бизнесе — это тормоз. Если кто-то начнет наезжать — пусть наши эксперты отрабатывают, разъясняют. Я так понял, ты эту девчонку на две передачи хочешь растянуть? Вот что! Мы с ней реалити запустим! Будет у тебя собственная программа! Зритель следит, как протекает ее таинственная беременность. Кто же, наконец, родится у этой девушки? Об этом вы узнаете через девять месяцев! Представляешь, а?
— А вдруг она, и правда, родит от хвостатого?
— Э! Леша! — Шеф пощелкал пальцами. — Леша! Ты с этой стороны экрана. Как только об этом забыл — ты кончился, понял?!
— Да я шучу, Леонид Михайлович. Ну, конечно.
— И еще… Зачем ты вот это — Леонид Михайлович передразнил и поморщился — «особенно когда вы без трусов»? От «хихи-хаха» избавляйся. Мы для народа… это самое… тут короче… Ты ж на золотую жилу нарвался, Леша! Такая тема! — Леонид Михайлович протянул вперед руки с растопыренными пальцами, как будто брал сейчас самый главный аккорд на самом крутом рояле. — Возможно, эту женщину… жарил сам дьявол! Это же эпос! — он чмокнул свои пальцы.
Алексей шел по коридору в самом приподнятом настроении. Поздоровался за руку с Эдиком, который недавно устроился к ним на телеканал.
— Старик, спасибо тебе, что с Мариной познакомил, — сказал Алексей. — С меня коньяк!
— Да я не пью.
— Ну, девушку свою угостишь!
— Какую мою девушку?.. Откуда знаешь?
— Извини. Опаздываю, старик, — Панченко махнул ему рукой.
На ходу Алексей сграбастал продюсера Катю и чмокнул ее в щеку.
— Ты чего? Не видишь, мой сержант за мной приехал, — отодвинулась она от него и помахала рукой милиционеру, который стоял с букетом в фойе и смотрел на них с неудовольствием.
— Сергей! Я сейчас! — крикнула она, милиционер в ответ сдержанно кивнул. — Чего шеф?
— С шефом тебе, Катюшка, повезло!
— Чего это мне-то? А тебе чего, не повезло? А это кто? — показала Катя вслед Эдику. — Интересный…
— Это Эдик, новенький.
— И как он?
— Старается, но знаешь… какой-то… — Леша высунул язык набок и постучал кулаком по лбу.
— Пока, умник! — Катя пошла к своему ухажеру.
Режиссер Константин Саввич пытался засунуть купюру в щель кофейного автомата. Тупая машина втягивала растрепанный бумажный кончик, а потом выплевывала. Режиссер кряхтел и морщился. Панченко вытащил новую бумажку и засунул в щель. Автомат съел ее. Старик протянул Алексею свои несчастные деньги.
— Угощаю! — Панченко отвел его руку. — Константин Саввич! Мне только что сообщили, я буду вести программу «Невеста дьявола ждет сына»!
— …Леша… кхе-кхм… Я бы на твоем месте не стал этим заниматься.
— Это почему?
— Не стал бы и все… — Константин Саввич прикрыл покрасневшие глаза своими морщинистыми веками. — Сам знаешь, почему…
— Я молодой, красивый и талантливый. Мне все завидуют!
Константин Саввич пожал плечами.
Поймать машину ничего не стоило.
— До Речного, ага? — спросил Панченко водителя.
— Опа! Сам Алексей Панченко!
Леша еще не привык, что его узнавали. Он улыбнулся, сел в машину и хлопнул дверью. Автомобиль тронулся.
— Смотрели сегодня вас. Вот бабы! — водитель подмигнул. — Чего она несет? Где у них логика, я не понял? Если у нее от групповухи не залетают, то от чего тогда?
— Она романтичная просто, — улыбнулся Леша.
— Все они романтичные… — Водитель прикурил и кинул спичку в окно. — Шлюхи!
Алексей не считал, что все женщины — шлюхи, но ему не хотелось возражать поклоннику. В конце концов, он не знал всех его обстоятельств. Вполне возможно, что у водителя было право делать такие выводы.
Леша вышел из машины. Подчинившись внезапному порыву, он купил эскимо и угостил им одинокую старушку. При этом вид у него был такой счастливый, что старушка остереглась кушать мороженое.
Тем временем, если сосредоточиться, можно было услышать тревожную музыку, которая звучала откуда-то. Но, с другой стороны, ее можно было и не замечать.
Поделиться книгой: