Похищенные

Как же кушать хочется… Может заказать еду в номер? Или все же спустится в ресторан? У меня же завтра совещание — закажу в номер, надо выспаться.

— Ааааа-ааа…

Кто кричал? А, это я… а чего я кричу?

— Спасите! Я не хочу тут быть! Это неправда!

Кто этот там ноет? Я? Какая же я жалкая! Прям аж противно, вот взять и выкинуть! Разбить голову о стену!

— ВАКЕТБФЕ!

А это еще что за крик!? Это не я, звук идет оттуда. Кажется оттуда — тут все не как у людей.

Точно! Это вопль! Человеческий! Кого-то там пытают!

Истошный крик откуда-то из дали, оказался для меня подобно ушату воды за шиворот, на морозах далекой родины. Словно пощёчина! Славная оплеуха, позволившая мне вынырнуть из беспамятства и бреда, в котором я пребывала последние несколько часов. Если не дней. И вновь взять власть над собственным телом и разумом.

Там наших бьют! И неважно сейчас, кто именно эти наши! Наши — это земляне! Свои, родные, люди!

— Держись братцы, я иду!

Поняв, что стоять на месте не имеет никакого смысла, ведь там пытают наших! Землян, людей, человечков! Я ломанулась вперед по коридору, со скоростью и напором породистого рысака, или вернее сказать — обезумевшего лося, крепко сжимая в руке обрезок железной трубы. Не имею понятия, туда ли я бегу, и есть ли вообще смысл бежать туда, а не оттуда, как и откуда в моей руке взялась эта труба, но лучше так, чем никак!

Макияж давно весь стек на пол, кожа в нескольких местах тоже. На их место пришли волдыри, ссадины, и боевая раскраска в стиле амазонки. Одежда полностью соответствует образу — рваная, в том числе и в неприличных местах, грязная, и черствая, словно заляпанная кровью. Но мне в принципе побоку — там наших бьют! И у меня есть чем их приласкать — поудобнее перехватываю тяжёлую железку.

Стоп, откуда у меня эта железяка?! О! Крик повторился. Туда! А теперь сюда. Нет! В другую сторону! Так, теперь будь осторожнее, Анечка, тут подозрительно чисто. Пришельцы могут прятаться за любой из дверей! Главное бить первой! Не знаю, какое у них тут оружие, и какая броня, но против лома, как известно — нет приема!

А если у них тут у всех экзоскелеты, шлемы и тяжелая броня? Магические щиты или еще какая ерунда? А если у них вообще нет голов?!

Отставить панические мысли! Вперед! И только вперед!

Подозрительно тихо стало. Видать опоздала. Сердце, успокойся! Из-за тебя ничего не слышно! И поджилки не тряситесь! А ноги не подкашивайтесь! Надо идти! Не ссать!.. ай, поздно!

Попить бы водички… Нет! Нельзя! Неизвестно, что у них тут вместо воды в кранах! Может вообще песок! А может всё на сигнализации! Не, это глупо.

Так! Там! Я слышу голоса. Ну давайте же ноги, двигайтесь!

На деревянных ногах я добралась до лестницы наверх. Снова лестница! Как же эти пришельцы любят эти лестницы! Нет, чтобы какой-нибудь лифт тут соорудить. Хотя с другой стороны: в лифт меня сейчас и тралом не затащить — страшно!

С досады я даже чуть было не выронила свою биту! Вот бы красивое было фиаско! Железный лом, катящийся по железному полу. Ну а теперь надо медленно и аккуратно подняться наверх — там точно кто-то есть!

— ВИирк! — прикусила язык я, чтоб не завизжать: в отсеке, куда выходит эта самая лестница, сидит, что ни есть настоящий, пришелец!

Вновь выглянула, и вновь чуть было не обделалась — пришелец смотрит в мою сторону! А нет, скорее в потолок.

Ну и уродец! Волосат, четырех рук, и похож на жука, затянутого в пленочную оболочку. Но голова хотя бы есть. Волосатая, четырехглазая, а возможно и все восьмиглазая — только четыре глаза направлены в мою сторону, в то время как сам уродец, как видно увлеченно разглядывает показатели многочисленных экранов перед собой, и тыкает в них грязными… просто пальцами верхних конечностей. Нижнее же — пребывают в блаженном бездействие.

Или нет!? Они же у него застыли на уровне пояса! А там наверняка оружие! Он меня видит? Или может, услышал и ждет? А глазенки так, для вида к потолку отвел. Или чтоб я туда посмотрела. Нет! Нас не проведешь! Как бы к тебе подобраться? Только, ты ж еще и на месте не сидишь! Всё куда-то катаешься на своем стуле.

Нет! Чем больше я жду — тем меньше во мне смелости! И тем скорее он меня пристрелит. Соберись, соберись, соберись! Не кричать, не визжать, просто, встала, подошла, и нет пришельца! Давай! Ну!..

Вдох, выдох, вдох, выдох! Тут могут быть еще пришельцы! Вперед!

Выпрыгиваю из укрытия, чуть ли не на четвереньках, в два прыжка подлетаю к пришельцу, и н-на! Размашистый удар, в который я вложила всю свою злобу, отчаянье и ярость, хруст, и глазки пришельца разлетаются мелкими брызгами, а сам инопланетянин впечатывается мордой в пульт управления перед собой.

— Ддда! Я сделала, сделала это! — запрыгала в нескрываемом восторге, окрылённая успехом.

И прям жить захотелось! И тяжесть с плеч ушла неимоверная!

Но тут же навалилась апатия, усталость, и боль, наверное во всех частях тела. Обнаружился невероятный зуд во всех местах, куда попала эта мерзкая слизь — то есть везде. А на ногах даже волдыри оказывается успели навзбухать, и вообще — мои ноженьки меня держать в вертикальном положении отказывается категорически.

Рукам же прилетела отдача от удара, да и волдырей на них не меньше, чем на ногах, а еще они панически трясутся. И только слезы почему-то отказываются литься, а крик застыл в горле, не желая выходить наружу.

Ладно, всё. Надо осмотреть и связать пленного. Он конечно мертв, но лучше так, чем дождаться, когда он оживет. Да, лучше связать! Так… чем бы…

— Руки, вверх!

Глава 8

Лиз и Чак

— Эй, Чак, что мы вчера курили?

— Мы вчера вроде ничего не курили.

— А, точно, вчера же нам Смит дурь подогнал. Контрафактная видать была, башка раскалывается, мочи нет.

— У Смита обычно норм дурь… но не в этот раз.

— Надо жалобу подать.

— Точно, жалобу… где мы вообще?

— Ты меня спрашиваешь, Чак!? Я не раньше тебя очнулась! Где-то в канализации, где ж еще может быть такая вонь… и грязь!

— А… ну да.

— Пошли что ль, выход искать.

— Пошли…

— Да… пошли… Ток это, у тебя есть че, а то меня ломает.

— На вот… Да мне-то оставь! Это все что есть.

— Ох…

— Слушай, Чак, чет не похоже это на канализацию. Где мы вообще?

— Да хрен его знает. Может бункер какой?

— А что мы тут тогда делаем?

— Ну может нас сюда на опыты привезли… Блин, надо косячок найти! Ну не может же быть, чтобы у военных не было косячка!

— Верно говоришь, Чак! А потом можно и на опыты.

— Точно!

— Слушай Лиз, как думаешь, что это за хрень?

— Ты меня спрашиваешь? Я что, похожа на тех, бббатаников?

— Ну не, но мало ли…

— Мало ли… слушай, а что если попробовать это…

— Не, не стоит. Хотя вон оттуда пахнет здорово.

— Точнее, пахнет виски!

— Чак, думаешь это можно пить?

— Вот сейчас и проверим… Да ни чё так, нормальненько.

— ДА? Дай мне, дай мне!

— Бееее…

— Ээээ…

— Веееаааээ.

— ВВаааааарххх…

— Не, это определенно нельзя было пить!

— Солидарна!

— Блеее…

— Веееааээ.

— Блеваакаааа…

— Слушай, если мы на военной базе, то… я не хочу на опыты!

— Знаешь Лиз, я тоже!

— Нам нужно оружие!

— А где его взять?

— Эээ… Можно сделать самим!

— Из чего? Как?

— Да не дрейф ты! Я такое в фильме видела!

— В каком?

— Фантастическом…. не дрейф, все будет!

— Не, так не пойдет. Не сработает, я тебе говорю! Хотя… можно попробовать сделать картофельную пушку! У нас есть обрезок трубы, виски…

— Это не виски.

— Ну по крайней мере оно горит. Зажигалка, и…

— В качестве снарядов можно использовать куски вон той хрени — они твердые, и их тут полно.

— Точно, пойдет!

— Думаешь этим можно кого-нибудь убить?

— Убить? Вряд ли. Но вот вырубить можно.

— Ну… тоже неплохо.