Под шубой Деда Мороза

Глава 4

Притормозив, зыркнула туда еще раз.

«Пожалуй, фитюльке можно дать и восемнадцать. Почему нет? Жаль, меньше нельзя. Дед Мороз сбежит».

− Мило у вас, приятно так, − неожиданно выдал мужчина, и в голосе его сарказм не звучал. Лена посмотрела на него дружелюбнее и заметила:

− Мне тоже нравится. Не модно, но как-то…

− По-семейному уютно, − продолжил Дед Мороз, и этим емким высказыванием отвоевал в душе Елены крохотный уголок.

− Вот только семья здесь больше не обитает. Муж нашел себе жену помоложе.

− Школьницу?

Лена невольно расхохоталась. Ну и пусть, что прозвучавшая реплика — всего лишь приемлемый в таких случаях комплимент, и даже не слишком оригинальный. Все равно слышать такое очень даже приятно. Ей слишком давно не говорили ничего подобного. Она забыла, каково это — флиртовать с мужчиной, да еще высоким и привлекательным, который с каждой минутой нравился Лене все больше.

Этот шеф «Идеала» вызывал невольную симпатию, а это опасно для женщины, которая не имела отношений с мужчинами уже почти год.

«Машка, во что ты меня втравила?»

Впрочем, человек, занимающимся подобным бизнесом, обязан нравиться женщинам. Взять, к примеру, ее: работая старшим менеджером в супермаркете, Лена тоже неизменно внимательна к покупателям, независимо от их возраста, пола и воспитания. Значит и Дед Мороз лишь выполняет свои обязанности, независимо от собственных симпатий или антипатий.

«Елена, он всего лишь на работе. А ты — только клиентка. Прекрати любоваться его глазами. Подумай, сколько женщин любовалось ими до тебя».

Стоя к ели, Лена вдруг поняла, что уже некоторое время смотрит мужчине в лицо, и тот в ответ улыбается, а в его зрачках отражаются мигающие огни гирлянды.

«Наверное, он ждет хоть какой-то ответ».

Елена отвернулась и коснулась рукой шара-домика. Тот завертелся юлой.

− Почти. Ей девятнадцать, а мне…

− Важно, на сколько лет вы себя чувствуете, и какой выглядите в глазах близкого человека.

«Какое серьезное, почти философское замечание. Маша права — в этом заведении работают парни с интеллектом».

Но тут возникает резонный вопрос: почему эти парни не нашли какого-то другого применения для незаурядных мозгов? Неужели этот бизнес настолько прибыльный? Если так, то весьма и весьма печально, что на свете так много женщин, нуждающихся в… Росте самооценки? Утешении? Сексе за вознаграждение?

«Елена, сейчас не время и не место для самокопаний. Наслаждайся моментом».

− Вы правы. Такая обстановка подходит?

− Лучше не бывает. Можно показывать?

«Показывать? Прямо сейчас? Я же его совсем не знаю. Но разве так не лучше? Кому лучше, Елена? Правда в том, что ты давно не девочка. И все же… Мамочки, как поступить?! Это точно не сон? Возможно, если захотеть, можно проснуться? А ты хочешь?»

В то время как в женской голове все не утихал спор, Дед Мороз поинтересовался:

− Я бороду сниму, ладно? Вы и так знаете, что я не настоящий, а тут жарковато. Я как-то не рассчитывал, что так долго придется стоять в этом наряде.

Долго? Значит, она его задержала со стриптизом. И это его «стоять»… Они что, обычно прямо сразу ложатся? А как же разговор, шампанское? Неужели все голышом? Возможно, ей не обязательно обнажаться. Ведь под домашним костюмом, почти пижамой, ничего нет.

«Трусиха! Тебе куча лет. Позволь себе хоть что-то — хоть разочек!»

− Чего уж, снимайте все, − сказала, не глядя в синие глаза. Заметила, как дрогнул волевой подбородок. К этому времени Дед Мороз успел избавиться от искусственной растительности.

Глава 5

− Спасибо, конечно, за разрешение. Очень любезно с вашей стороны, но… − «Сколько реверансов! Почему мне казалось, что теперь в обиходе больше сленга, чем «любезно»? Хотя в сложившейся ситуации предпочтительнее все же более короткие фразы. Елена, не ты ли собиралась беседовать с интеллигентным человеком?» − У меня под шубой почти ничего нет. Я о приличном. — Лена с неподдельным интересом следила за тем, как Дед Мороз бросает шапку в ближайшее кресло, развязывает кушак и распахивает шубу. Девушка даже дышать перестала. — В общем, если этот наряд вас не пугает…

Женским глазам предстали линялые джинсы с черепушкой на одном колене и белая майка. Совершенно обычная майка, которую принято называть нижним бельем.

Лена не могла сказать, что ожидала увидеть, но эти джинсы и майка — так по-домашнему! И в то же время почти забытое волнение свернулось клубком внизу женского живота. Ведь фигура у мужчины оказалась ничего так. Даже больше, чем ничего. Никакого брюшка, грудные мышцы подкачаны, ноги крепкие…

От натянутой застежки Елена быстренько перевела взгляд на мужское лицо. Дед Мороз смотрел на нее одновременно озадаченно и весело, но шубу не снимал.

Так она же ему снова не ответила!

− Чего уж, поздно пугаться. Это все?

− Вы о чем?

− О шубе. − Разве он не об этом спрашивал? Или это она торопит события? Как неудобно! — Ну, если вы закончили…

− Вообще-то еще не начинал.

Лена кивнула в сторону его джинсов.

− А это что… было? Похоже на стриптиз.

Кстати, джинсы ей знакомы. Где-то она уже их видела. И кроссовки с неоновыми шнурками − тоже. Странная обувка для такого случая.

− Мне не за это заплатили.

− Она дала вам денег?

«Это ж сколько Маша потратила? Стоят такие услуги, наверное, дорого».

− Так принято. В праздники у клиентов может возникнуть амнезия, и они забывают расплатиться. Вам известен заказчик? Вообще-то планировался сюрприз.

− Сюрприз удался. Начинайте уже.

Лена начинала нервничать. Она переступала с ноги на ногу и не знала, куда деть руки. Дед Мороз нравился девушке все больше. Его мужская аура уже начала воздействие на ее весьма уязвимую женскую. Елена понимала, что выглядит не слишком, бывало лучше, поэтому беспокоилась все сильнее. Прически нет, наряд не на уровне, то есть далек от сексуального, макияж отсутствует…

«Брось волноваться. Ты — не на свидании, а всего лишь клиентка».

Дед Мороз оперся широкой ладонью о почти пустой стол, оглядел Лену с ног до головы, точнее до губ и неожиданно выдал:

− А вы — темпераментная особа.

Елену бросило в жар.

Вот, что значит профессиональный соблазнитель. Чего он ждет? Позволения? Но она совершенно не знает, как это делается или произносится. Уместные слова, жесты ей неведомы.

С мужем все было не так. Учились они в одной группе. Перед выпускным Вадим предложил пожениться. Елена прикинула, что парень он перспективный, положительный, серьезный. Она и сама давно ему симпатизировала и выделяла среди других, хоть и виду не подавала. Иных претендентов на руку и сердце не наблюдалось, поэтому девушка и согласилась. Решила, что чувства придут позже. Вот так они и жили почти десять лет: работали, копили деньги, строили дом и даже занимались сексом — без особенных изысков. Вадик как-то сказал, что в супружестве близость — необходимость, и относиться к ней нужно соответственно. А еще муж тщательно следил, чтобы Лена не забеременела. Считал, что время для этого еще не настало. Сначала нужно обеспечить себя материально, а уж потом…

Их общее «потом» кануло в лету, о чем Елена уже перестала сожалеть. Начав размышлять трезво спустя три месяца после ухода мужа, она сделала единственно верный вывод: Маша оказалась права. Вадим добивался лишь прописки, временной жилплощади и «рабочей лошадки». Именно клячей Елена и чувствовала себя после того, как узнала о появлении в новой семье мужа ребенка.

Но сейчас… Что-то происходило с ней в эту самую минуту.

− Это — секс… сексуальный намек?

Глава 6

На лице Деда Мороза расплылась медленная, искушающая улыбка, а у Елены ноги стали ватными.

− Какие намеки? Факт.

Лена вдруг поняла, что еще парочка подобных утверждений, и она сама бросится снимать с этого неимоверного мужчины шубу. Наверное, такие же чувства испытывают женщины, наблюдающие мужской стриптиз. А ведь она осуждала их, пусть и молча!

Девушка попыталась представить на месте Деда Мороза — ее Деда Мороза, не абстрактного − другого представителя сильного пола, возможно, даже более красивого, со скульптурным телосложением и кубиками пресса, обнажающегося и демонстрирующего все, что в таких случаях положено, и покачала головой. Ей вряд ли захотелось бы смотреть, как раздевается другой. Теперь в шеренге других состоял и бывший муж.

− Я не лгу.

«Он подумал, что я сомневаюсь!»

− Верю, − выдала и сама себе удивилась.

Они же почти незнакомы? Откуда такая уверенность? Тем не менее, дело обстояло именно так. Что с ней происходит? Гипноз?

− Это радует.

«С ним так легко разговаривать».

Казалось, что они знают друг друга лет сто. Вот бы и правда — познакомиться, как следует, не на один вечер. Работа у него, конечно, еще та, но выбор профессии — не совсем объективный критерий порядочности.

Взять хотя бы Вадика — главный бухгалтер в серьезной фирме, но ведь изменил же. Если бы сказал, что встретил другую, и поэтому уходит, Лена бы поняла. Попыталась бы, ведь она всего лишь человек. Но муж был пойман на месте преступления. И если бы не случай, кто знает, сколько еще все это продолжалось бы.

«Брось думать о предателе, Елена. Куда приятнее о Деде Морозе. Что он сделал с моими мозгами? С каждым его новым словом и взглядом становлюсь все больше похожей на влюбленную дурочку. Стоп. Что значит − влюбленную? Ему за тебя заплатили, очнись!»

Смутившись от несвоевременных мыслей, Елена опустила глаза.

Незнакомец незнакомцем, но джинсы и шнурки она точно видела. Вот только где? Обычно Елена не обращала внимания на чужих мужчин.

В комнате повисло молчание, и стало слышно телевизор. Точнее…

− Я сейчас!

Лена метнулась в кухню и вытащила их холодильника шампанское. Пить его она не собиралась. Зачем туда положила, и сама ответить не могла.

«Интуиция — страшная штука, поскольку контролю не поддается».

В буквальном смысле влетев в гостиную, Елена сунула бутылку в руки Дед Морозу. С пробкой тот справился быстро, и уже спустя две минуты в предусмотрительно подставленные бокалы полилась игристая жидкость.

− Так как вас зовут, госпожа Снигирева?

Стало очевидным, что квартирой Дед Мороз не ошибся. А это значит, что он на самом деле из «идеальных».

«Ну и пусть!»

− Лена я. А как обращаться к вам?

− Зовите меня Булатом.

«Прозвище? Наверное, у них так принято. Да и какая разница?»

− Тогда, с Новым годом, Булат!

− И тебя, Лена. То есть вас.

Раздался звон хрусталя.

− В создавшейся ситуации, думаю, удобнее перейти на «ты», − махнула рукой Елена и отхлебнула из бокала.

− Как скажешь.

«Клиент всегда прав. Ну, конечно».

Дед Мороз отпил глоток, а Елена с необъяснимым удовольствием наблюдала, как двигается мужской кадык. Поражаясь себе все больше, она допила шампанское и только тогда вспомнила, что кроме мандаринов на столе ничего нет. А приличная еда была в ее желудке еще в первой половине только что завершившихся суток прошлого года.

Избавив один из мандаринов от кожуры, девушка отломила половину и неожиданно для себя предложила вторую спокойно наблюдавшему за ней Булату. Тот открыл рот, и Елена с невольной улыбкой вложила туда оранжевую мякоть. Дед Мороз лизнул ее палец, и пока девушка приходила в себя от неожиданности, вымолвил, словно в оправдание:

− Сладкий же.

Лена расхохоталась и лукаво сообщила:

− Больше ничего предложить не могу.

− Уверена?

Глава 7

«Смеется? Что это я? Он заигрывает. Так, видимо, положено у них, у «идеальных». Не смущайся, Елена. Ведь так удачно придумала с мандарином. Случайно, но зато эффект какой. Аж «мурашки» по коже пошли. Интересно, что чувствуют «идеальные», когда флиртуют с женщинами?»

Елена едва не укусила себя за щеку, когда поинтересовалась:

− А бывает так, что вашим сотрудникам их клиентки вдруг понравились?