«С сожалением вынужден сообщить вам, что я отразил вооруженное наступление, профинансированное посессором Кензаном. Я уверен, что нам следует немедленно приостановить все деловые отношения с Кензаном. В ближайшее время я подвергнусь новой атаке и считаю, что недвусмысленная демонстрация единства абсолютно необходима. У Кензана давняя вражда с посессором Добряни. Он собирается нанять сотню солдат и требует, чтобы я профинансировал эту операцию. Я решил отказать. Я финансировал его невоздержанность с тех самых пор, как он получил свою посессию [2]. Я выбрал все лимиты. Мы должны дать решительный отпор».

Приложение содержало заявление координатора Гелавэра, видеозапись столкновения с вооруженным отрядом полковника Джайны и копию ультиматума от Кензана, заставившего Сэйбора срочно эвакуироваться из своих апартаментов в Тэйл-Харбор.

Не в обычае Кензана было прибегать к каким-либо просьбам. Смысл его послания сводился к потоку угроз. Посессор Добряни не противостояла ему только потому, что хотела того же, чего и он. У нее была злорадная натура и желание контролировать каждый клочок еще не колонизованной земли на планете.

«Всем известно, кто она такая, Сэйбор, - провозглашал Кензан. - Я защищаюсь от ее атак с того времени, как стал наследником своего дяди. Время колебаний и шуток прошло. Дай мне то, что я прошу, или я возьму сам. А заодно и все остальное».

Кензан оформил сообщение так, что его лицо появлялось и выкрикивало текст в лицо получателю. Подростковая выходка, но она сработала. Кензан был на две головы выше Сэйбора и гораздо массивнее. В последнее время он перестал заботиться о своей физической форме. Он компенсировал это тем, что носил просторные одеяния, скрывающие брюхо. Всклокоченная черная борода прикрывала толстые щеки и двойной подбородок. Со своими многочисленными конкубинами Кензан обращался как с наложницами и не более.

Его дядя, предыдущий хозяин посессии, был убит наследничком, который только и знал, что набивал брюхо, бросал объедки домашним любимцам и влезал в долги для удовлетворения своих самых изощренных фантазий.

Банкетный сад Кензана был больше любого игрового поля. В его загонах содержалось две сотни дорогостоящих верховых животных, выведенных биоинженерами.

Междоусобица Кензана и Добряни началась, когда последняя выкрала геном одного из ценных мясных животных. Кензан выкупил эксклюзивные права на этот геном у эмигранта, навсегда покинувшего Солнечную систему. Кензан отомстил Добряни, расположив титановый рудник так, что промышленное предприятие портило вид из окон любимейшей виллы Добряни.

На Фернхайме не было центрального банка, но четыре ведущих банкира старались следовать общепринятым правилам. Сэйбор поддерживал резервы, равные 18 процентам его кредитов - консервативный выбор, основанный на суровых традициях его семьи. Другие три фаворита резервировали от 12 до 15 процентов. Сэйбор брал займы у остальных, когда его резервы падали ниже минимума, и, в свою очередь, кредитовал партнеров, когда средств не хватало им. Деньги курсировали между четырьмя банками в непрерывном, бесконечном акте балансирования, в краткосрочных ставках процента, в программах, продаваемых за тысячные доли процентного пункта. В настоящий момент Сэйбор задолжал Генриху Добблю почти восемь миллионов юри по средней процентной ставке 2,116. Другие два банкира должны были Сэйбору двенадцать миллионов.

Дисплей представил ему стандартное деловое изображение Генриха через двенадцать минут после того, как Сэйбор отправил тому сообщение. Как обычно, Генрих стоял по стойке «смирно», одетый в черное, воротник-стойка придавал ему строго официальный вид.

- Я уже видел отчет об атаке, - сообщил Генрих.

- Должен признать, Кензан застал меня врасплох. Я покинул свое жилье в целях предосторожности, чтобы дать ему время остыть.

- Сколько он протянет, если мы применим процедуру замораживания его счетов.

- От двух до четырех декад. Но замораживание лишь первый шаг. Надеюсь, что смогу нейтрализовать его через три-четыре дня.

- Нейтрализовать?

- Напрочь. Он расточитель. От по-настоящему сильного удара ему не оправиться.

- Если он раньше не возьмет тебя под свой контроль, Сэйбор.

- Я уйду в вельд. Пусть поищет меня. А потом попробует поймать.

Генрих нахмурился:

- Сколько ты собираешься торчать в вельде?

- В течение двадцати стандартных лет я организовывал туда экспедиции. Наверное, я понимаю требования выживания уже лучше, чем некоторые бездельники, которых я финансировал.

- А ты не хочешь нанять полсотни солдат и выстроить оборонительные сооружения?

- А где я построю мою временную крепость? Главный координатор разрешил мне высадиться в Гелавэре. Но он не сказал, что я могу там остаться. Мы оперируем случайными силами, Генрих. Кензан атакует меня, даже если будет знать, что я разобью его с пятикратным численным превосходством. А место, подобное этой коммуне, он ввергнет в бедствия.

- Нелогичность Кензана - один из факторов, который я учитываю. Я сам могу оказаться в очень непростой ситуации, если выступлю против него, а он возьмет твои ресурсы под свой контроль.

- Но ты можешь оказаться в еще худшем положении, если я уступлю его требованиям. Вымогательство - его тактика, и останавливаться он не намерен.

- Я способен позаботиться о себе сам, Сэйбор. И я оставляю за собой право пересмотреть свой выбор. В любое время.

Они вышли в вельд через пять часов. Двенадцатиметровый электрический барьер отделял колонизованную территорию от вельда - местной экосистемы. На цивилизованной стороне их окружали кусты роз, огороды и виноградники. На дикой стороне за преградой частоколом торчали стволы деревьев. Холодное осеннее солнце рассеянно пробивалось сквозь листья, которым скоро предстояло стать белыми и полупрозрачными перед сменой сезонов. На деревьях Фернхайма листья росли мельче и бледнее, чем на ветвях их земных сородичей. Видимо, как результат очень короткого года планеты. Каждый организм на Фернхайме ускорялся в зависимости от местных сезонов.

Шлюз у основания барьера был узким. Маунты протиснулись в него по одному. Первым ехал Чой, за ним Сэйбор. Маунты были выведены путем уменьшения размеров земных слонов и смягчения их темперамента. Маунт Сэйбора едва доставал ему до макушки, но широкая спина и колоннообразные ноги животного легко выдерживали и седока, и его поклажу. Четвертый маунт нес запасной фабрикатор, дополнительное оборудование к нему и двенадцать бутылок вина, купленные Сэйбором в коммуне.

Сэйбор подключил свой дисплей к дисплею Вейли. Он мог параллельно отслеживать экспертизу финансового положения Кензана, сосредоточившись на своем бизнесе, как всегда запутанном. Половину дисплея занимала диаграмма подъемов и спадов на высокопродуктивном планетарном рынке. Вторая половина представляла ему усилия Вейли по распутыванию паутины займов и расходов экономической жизни Кензана.

- Есть моменты, когда ограничение скорости света имеет свои преимущества, - сказал Сэйбор. - Могу представить лицо моей матушки, узнай она, что я ссудил живыми деньгами заемщика с таким балансовым отчетом.

Туча птиц окружила маунта Сэйбора, как только он протиснулся через барьерный шлюз. Трепещущие тела ударялись в прозрачный купол кабины. Стаи нелетающих птиц стремглав разбегались из-под тяжелых ног маунтов. Бледные листья создавали неуловимую инопланетную атмосферу, которую многие сочли бы тревожной.

Вспомогательный интеллект Сэйбора поставлял ему информацию о птицах и различных видах деревьев, часть этой информации собрали экспедиции, которые он финансировал. Большинство колонистов на планете были в первую очередь озабочены устройством своего очага, и лишь немногих привлекала возможность изучения новой биологической системы.

Человечество обнаружило жизнь на четырех отдаленных мирах. Два - с параллельной эволюцией, формы жизни напоминали аналогичные в истории Земли. Фернхайм был одним из параллельных миров, но со своими особенностями. Земля никогда не проходила через эру господства птиц. Фернхайм достиг этой эволюционной ступени, миновав эру гигантских рептилий. Открытие внесло переполох в ряды эволюционистов, как только первые данные об ископаемых ока-менелостях стали просачиваться через Солнечную систему.

Вейли установила связь каждого займа Кензана с соответствующими статьями его расходов. Она начала с тщательного анализа расчетов Кензана с Сэйбором. Отсюда она перешла к общественным архивам. Кензан любил хвастать. Публичные базы данных содержали информацию о каждой партии фуража для любимых скакунов, женщине или грандиозном шоу. Богач жил в долг.

Сэйбор активировал высокоуровневый поиск. До сих пор он только слышал об одном из четырех банкиров. Ар Бадов ограничился лаконичным ответом: «Окажу полную поддержку. Не подведи нас». Ар Бадов был первым банкиром планеты. У них с Сэйбором началось глубоко личное соперничество с того самого момента, как только Ар узнал, что наследник финансовой империи Хэйвори открыл дело на его планете.

Четвертый центр финансовой власти контролировала замкнутая женщина, почти затворница, по имени Зара Нев. Прошло уже семь часов с момента его первого запроса и три часа, как он сообщил банкирше, что Генрих и Ар поддержали его в конфликте. Гибкий поиск в Сети дал результаты. Зара глубоко запрятала свои данные. Он просмотрел ее послание. Это была попытка закамуфлировать формальную поддержку Сэйбора и его коллег.

- Я посчитал бы это двусмысленным отказом на мой призыв о помощи, - сказал Сэйбор. - Она не отказала мне открыто, но ее слова можно истолковать и как поддержку нашего уважаемого противника.

- Зато ничего двусмысленного в сумме складочного капитала, отданного ею Кензану в управление, - ответила Вейли. - Он может нанять подразделение в сто человек по стандартной цене полковника Джайны: два полных отделения на срок более четырех дней и полностью оснащенный дирижабль.

Они ехали по широкому, густо заросшему лесом пространству, вытянутому меж двух больших рек. Сэйбор запросил выбранный наугад курс, и дисплей выдал азимут - 15 градусов к югу в направлении холмов по берегам реки Ратагава. Маунты потопали через подлесок с устойчивой скоростью восемь километров в час. Каждый час караван останавливался для пятнадцатиминутного отдыха и кормежки животных. Маунтам давали пищевые добавки для лучшего усвоения местной растительности. Но это было малоэффективно. Здесь им требовалось на 40 процентов больше корма, нежели на Земле.

Люди оставались в кабинах, пока маунты отправляли в пасти мелкие ветви с листьями. Восемь боевых линксов, потомков земных рысей, патрулировали окружающую местность. Чой управлял кошками через их имплантанты.

Темнота накрыла лес, когда они сделали второй привал. Линксов накормили мясом из фабрикатора, и Сэйбор, по совету Чоя, дал животным полный час отдыха, поскольку решили, что следующий переход будет трехчасовым.

Путники пришли к мнению, что полковник, скорее всего, пошлет за ними своих вояк на дирижабле. Хотя вертолетный парк планеты перевалил за двести единиц, дирижабль был почти равен по скорости и двигался на солнечных батареях, то есть не был так жестко привязан к базе и дозаправкам, как вертолет.

Поиски в банках данных измотали Вейли. У нее не было ключа, поэтому она перетрясла всю информацию в открытых системах. Ее контакт со спутниками связи наконец был установлен.

- До сих пор, - сказала Вейли, - военная экспедиция Кензана выглядела многообещающей. Но теперь он получил сразу двух противников: тебя и Добряни.

Ее отчет появился на карте, обозначенный информационными значками. Кензан арендовал 50 солдат у посессора Макахиты, которому принадлежал участок земли вдоль северной границы территории Кензана. Эти 50 человек были включены в группировку, нацеленную против Добряни.

- Ему нужны солдаты, - сказала Вейли. - Однако Генрих Доббль - основная фигура в финансовых операциях Макахиты. У Макахиты пять незакрытых кредитов, он реструктурировал свой долг шесть раз за последние одиннадцать лет. Генрих Доббль перевел две трети прямых кредитов в четыре кредитных соглашения, и сейчас он основной участник пяти реструктуризаций.

- Значит, я шепну несколько слов Генриху, он - Макахите, а оба мы дадим знать нашей леди Добряни, что она может начать опустошать владения Кензана, как только он потеряет полсотни вояк Макахиты.

- Сдается мне, есть одна возможность…

- Думаю, я выберу более очевидное. Подозреваю, что дружище Генрих тоже. Имеется ли какой-то изысканный способ убедить Макахиту потребовать назад свою собственность?

- У тебя есть предложение?

- Поручаю это твоим творческим способностям. Я подключусь на самой важной, завершающей стадии, как обычно.

Система сигнализации поднимала их дважды в течение ночи. В первый раз силуэт ночной птицы приняли за дирижабль. Во второй - шесть нелетающих хищников приблизились к охранному периметру, но были блокированы тремя линксами.

Экспедиция выступила, как только первые лучи пробились сквозь листву. Сэйбору хватило краткого сна, но Вейли он прибавил два дополнительных часа. И был вознагражден за свое великодушие.

- У Макахиты тоже есть соперник на границе, - сообщила Вей-ли. - У него вражда с посессором Мингом. Началось это, когда Минг оккупировал полосу побережья, которую планировал освоить Мака-хита. Посессор Минг - добросовестный клиент, но мот, как и большинство его коллег. Думаю, ты сможешь убедить его пригрозить Ма-кахите, если предложишь какой-нибудь хороший стимул.

- И Макахита решит отозвать полсотни солдат?

- На Кензана это подействует ошеломляюще. Я попробую завязать отношения с посессором Добряни. Антагонизм этой парочки слишком глубок.

- Есть соображения?

- Их взгляды на отношения с противоположным полом. Оба стремятся подчинить партнера.

Сэйбор кивнул.

- Я слышал подобное, когда говорили, что он ее домогается. Временами он впадал в бешенство, зло иронизируя над ней.

- Есть высокая степень вероятности, что она захочет с ним разделаться, как только представится возможность.

Маунт Сэйбора бесцельно бродил по гальке у ручья. Прыгая и резвясь, один из линксов перепугал стаю водоплавающих птиц. Поднялся страшный гам.

- Посессор Минг не примет взятку, - сказал Сэйбор. - Этот «аристократ» всячески демонстрирует презрение к деньгам.

- Значит, есть что-то, кроме денег. Я вижу три возможности. Последние десять лет он чуть не разорился на обустройстве своего поместья. Выплаты Минга за архитектуру и ландшафтный дизайн составили 62 процента всех его долгов. А четыре года назад им овладела новая страсть: он принялся покупать музыкальные инструменты и нанимать музыкантов. В прошлом году Минг увлекся водной охотой.

- Да он просто одержимый! Полагаю, нам стоит обратить внимание на охоту.

Вейли прервала связь, и Сэйбор переключился на камеру заднего вида. Ветви деревьев сильно повредили прозрачную часть кабины Вейли, но он еще мог наблюдать, как она работает. Он никогда не понимал, почему мужчины, подобные Кензану, предпочитают женщин с ограниченными способностями. Вейли была восхитительна в любой ситуации. Но особенно прекрасной, чертовски прекрасной она казалась, когда ее изящная головка склонялась над дисплеем.

Чой пребывал в своей обычной задумчивости. Судя по движению рук, он мысленно принимал участие в виртуальном сражении, программируя систему защиты.

- Вот оно! - воскликнула Вейли. - Минг проводит целые декады, бороздя озеро вдоль и поперек в поисках самого крупного представителя популяции желтоперых мечеклювов.

На этот раз Вейли составила официальный краткий отчет. Опция № 1 была посвящена новому объекту охоты - наиболее быстрому и красивому подвиду мечеклювов. Энтузиасты поселили в озере несколько особей и собирались утроить их популяцию. Большинство населения, имеющего свои интересы на озере, встало в оппозицию: возрастание численности модифицированных мечеклювов легко нарушит сложившийся на озере биобаланс, что приведет к непредсказуемым последствиям для экосистемы. Минг примкнул к партии охотников, но он пока еще новичок и нуждается в поддержке. Если Сэй-бор поможет ему одержать победу, его статус неизмеримо вырастет.

Сэйбор покачал головой. Если он выдаст Мингу субсидию, это опрокинет оппозицию, но заодно и экологию озера. Нет, на такое он не пойдет.

Опция № 2. Еще одна вариация на тему социального статуса Минга. Он во всем стремился к совершенству: добиться полного восторга у своих коллег, охотясь в непогрешимом стиле. Минг закупил самые дорогие и продвинутые имплантанты, но вживленная в его нервную систему программа не принесла ожидаемого успеха. Чтобы достичь высшего уровня, ему был нужен тренер, способный посвятить его во все нюансы и секреты охоты.

- Тщеславие Минга - вот ключ, - сказала Вейли. - Его меломания заставила говорить о нем как об устроителе популярнейших концертов. Сейчас он стоит на пути к новой вершине, и классный тренер станет проводником в этом восхождении.

Сэйбор осмотрел представленный Вейли профиль тренера.

- Сейчас мы выходим на опасный уровень, - заметил Сэйбор. - Некоторые виды связи трудно сжать и зашифровать.

- Полковнику технически все равно потребуется около 17 минут, чтобы засечь нас, - ответила Вейли. - Мы сейчас в трех часах лета от ангара с дирижаблем Джайны. Я не вижу никаких следов дирижабля на экранах ближней локации.

Тренер ответит Сэйбору через двадцать минут, - сообщил фантом. - Тренер работает с учениками.

Тренер не публиковала своих гонораров, но Вейли проанализировала ее деятельность и вычислила с высокой степенью вероятности уровень ее доходов. Сэйбор решил, что сотни тысяч юри будет достаточно за быстрое согласие.

- Я хотел бы представить вам одного из моих лучших клиентов в действии, - сказал Сэйбор тренеру. - Я готов заплатить необходимый гонорар.

Он переключил дисплей на 45 секунд, чтобы показать изображение Минга верхом на тюлене.

- Я не специалист в этих делах, но мне кажется, что посессор Минг обладает врожденным талантом вдобавок к своему энтузиазму.

Тренер кивнула, но выглядела весьма задумчивой:

- Трудно дать оценку по записи. Я оцениваю перспективных учеников при личном общении.

- Понимаю. Могу предложить сто тысяч юри за ваши труды. Я был бы счастлив перевести всю сумму авансом, если вы возьметесь за моего протеже.

Что-то знакомое промелькнуло в лице тренера. Она оставила холодное безразличие, явно польщенная тем, что он не попытался предложить ей меньше.

- Должна сообщить, что посессор Минг приобрел уже много неправильных навыков. Ему придется начать с нуля и переучиться.

В пространстве за ее головой появился текстовый вызов от Вейли: Твое сообщение пытаются расшифровать. Я не могу защитить его, не разорвав вашу беседу.

- Я уверен, что посессор Минг примет условия, чтобы обучаться у тренера такого уровня, - сказал Сэйбор.

- Раз вы принимаете мои условия, то передайте ему: я подготовлю для него расписание занятий в ближайшие три-четыре дня.

Вейли заменила тренера в момент, когда они разорвали связь.

- Полковник Джайна, кажется, превзошел сам себя. Нам придется признать, что он засек нас.

- Я уложился в 13 минут!

- Они вычислили нас быстрее ожидаемого. Им, видимо, повезло. А нам придется играть на опережение.

- Имеется информация о местонахождении Минга?

- Минг сейчас охотится с членами клуба. Он носится с ними по озеру каждые четыре дня с тех пор, как начал этим заниматься. Охотники вышли из дока полчаса назад. Гончие тюлени выследили мече-клюва, ушедшего от них в первый раз.

Сэйбор добавил лог секретаря-летописца клуба на свой дисплей. Теперь он видел то же, что и охотники, в режиме реального времени.

Прямая трансляция с оптических нервов охотников рисовала ему безрадостную картину темной воды озера. Кадр сменился на картину, где охотники и гончие тюлени неслись по воде в тучах брызг, будто они рассекали облака на небе.

- Погоня продолжается в среднем час, - информировала Вейли.

- А потом традиционный ритуал по возвращении в док. Я смогу связаться с Мингом примерно через три часа, так?

- Да. За церемонией закрытия следует охотничий обед.

- И только тогда я смогу приступить к делам.