Отбор женихов. Найди свою драконью любовь

—  Отличная идея. Принцесса, вам очень повезло, что мы собрались в  одном  месте,  — пожурил меня блондинчик.

— Ага, — прошептала я, дрожа от страха.

Вместе мы выбрались из библиотеки. Где-то  в  замке грохотало и рычало, а затем резко затихло. Мы тоже притихли.

— Идти можете?  —  прошептал мне на ухо блондин.

Я кивнула, ощущая, насколько деревянными стали у меня ноги. Мы двинулись к выходу, то и дело вздрагивая от шорохов. Хоть и было жутко, но я задумалась о том, почему же другие призраки не появляются.

—  Мы поищем Маркольма и Стивена, —  от нас отделились братья.

Блондин кивнул, а мы втроем двинулись дальше. Да, видно, что они не  смотрели фильмы ужасов.  Так, бы знали, что первыми умирают  те, кто любит отставать от группы.

  Я вздрагивала от каждого шороха, но казалось весь дом вымер, не считая нас восьмерых.

Мы спустились в холл.

—   Осторожно, — сказал  Одервальд.

С его рук сорвался  огненный шар,  разбившийся  о тьму  с рыцарем в доспехах. Видимо, этот призрак сбежал от лысика и Маркольма, и в темноте решил перерезать нам путь, но пока Одервальд держит огонь, мы в относительной безопасности. И тут тьма кинулась на нас.

Я ощутила жуткий холод, сорвавшийся от  блондинка. Послышался металлический скрежет о лед.  Сорвалось пламя, накидываясь на тьму.

Все пришло в движение. Кругом грохотало, взрывалось и скрежетало. Я уселась на ступеньках,  прикрывая голову руками.  

Ощутила,  как меня что-то коснулось, обняв.

— Все будет хорошо,   —  прошептал на  ухо мой знакомый незнакомец. — Сейчас мы его  упокоим.

Глава 14

Светопредставление  продолжилось. В холле будто петарды начали взрываться.  Пламя кидалось  туда-сюда в полнейшем хаосе.

А затем раздался жуткий взрыв, рядом со мной что-то бухнулось.   Тьма была такая, что не увидеть ничего. Я протянула руку, ощутив рядом что-то металлическое.

Раздался оглушительный рев, соединяющийся с визгом. Я зажмурилась и закрыла уши руками, пытаясь хоть как-то заглушить его. 

Сознание поплыло, а я провалилась в темноту.

***

— Мне правую ножку,   — послышался рядом мужской голос.

—  Мне левую, — послышался второй.

— Мне грудь, — отозвался третий.

Я медленно открыла глаза, ощущая гул в ушах. Передо мной знакомый потолок с лепниной. Я приподнялась на локтях,  увидев в комнате мужчин в полном составе.

—   Надеюсь, вы не меня решили поделить,  — пробурчала я.

Вырубило меня знатно. За окном светило солнце.

Мужчины, сидевшие ко мне спиной, резко повернулись.

— И вас тоже надо бы поделить,  — едко ответил Маркольм. —  Как вы нам  написали? Ваша Анастасия. Каждому.

Я нервно сглотнула.

— А что вчера  произошло? Куда этот призрак делся?  — я перевела тему, густо краснея. — Стоп, при чем тут Ваша Анастасия?

 На покрывало упала моя записка.

— Вы же сами нам вчера подложили. И что-то еще про какой-то клининговый и фудовый было. Это оружие такое волшебное?

Я скептически посмотрела на Маркольма.

 Низам сидел возле  туалетного столика. На его красивом лице виднелся здоровенный фингал. Братья стояли у окна, скрестив руки на груди. Стивен, Тхадон и Одер сидели за столиком и резали курицу.  Фух, все выжили.

— Для вас да. Против лени.

— А мы думаем, зачем нас принцесса собрала всех  в библиотеке,  — вновь пошел на меня Маркольм. — Вечером.

—  Я никого не собирала, и ничего не подкидывала…—  прошептала я.

Резко соскочила с кровати. В комнате кто-то был.

— Кто-то был в моей комнате. Я хотела отдать вам эти записки, но я проспала.  И я точно во сне не хожу.

Я нервно усмехнулась, прекрасно понимая, что у нас замок с призраками. Кто угодно из них мог это сделать.

  —  Скажите, ваше принцейшество,  —  вновь едко сказал Маркольм. — Какие конкурсы нас еще ожидают? Раз уж  вы  сами решили от  нас избавиться.

—  Да, что произошло? Я потеряла сознание, — я скрестила руки на груди.

Я  все в том же бежевом платье, только сильно запачканном. Остальные мужчины тоже выглядели слегка побитыми жизнью.

— Кто-то смог убить вашего монстра, — отозвался Стивен. — Мы искали его по замку, но не нашли. Услышали как что-то гремит внизу, а когда прибежали, от того призрака остались одни доспехи.

— Вряд ли это были малыш и ледышка.

Тхадон аж дернулся,  а Одер и глазом не повел, но  тяжело вздохнул.  Как же  я его понимаю. Мне Маркольм тоже надоел.

—  Это были не мы, — отозвался блондин, кладя в тарелку кусок курицы.

У меня аж слюнки потекли, какая она золотистая. Ой, а там еще одна в окружении картошки. Так это они сами приготовили? Могут ведь, когда хотят.

— Значит, у нас есть засланец, — процедил Маркольм. — Принцесса, так вы и не сказали, что нас еще ждет.

— О чем ты? — я закатила глаза.

— Как о чем. Этот призрак. Вы хотели от нас испытание героизма? Вот мы с ним справились, — продолжил Маркольм, сверля меня взглядом.

Кто-то хмыкнул, а кто-то прошептал:

— Да, да, мы.

— Я ничего не придумывала. Так вышло, тем более тот призрак и меня мог убить.

— Но ты под защитой тьмы, — Маркольм вплотную подошел ко мне.

Из его ноздрей чуть ли пар не валил.

— Так, стоять. Я никакого призрака, и никакого испытания не делала. Я его сама случайно выпустила, потому что искала ответы. Вам же вообще всем плевать на это проклятие, — я посмотрела на других мужчин, которые тут же опустили глаза.

— Нам не плевать, мы всего лишь хотим выполнить свое условие, — вновь начал Маркольм.  — Тем более, это вы хотели прорядить нас, чтобы кандидатов стало меньше.

— Боже, я всего лишь хотела, чтобы вы убирались в  замке, а не сражались с чудовищами, — ответила я, отступая к кровати.

— Тогда убейте ее, — раздался женский голос,  а посреди комнаты появилась женщина лет пятидесяти в грязном черном платье.

Ее волосы были взлохмачены, а на лице сияла сумасшедшая улыбка. Мужчины тут же подобрались.

— Ох, мальчики, расслабьтесь. Я уже мертва, — она оскалилась, обнажив уродливые желтые зубы.

— Она под защитой тьмы, — рявкнул Маркольм, а мне захотелось заехать ему по голове  сковородкой.

Надоел он уже.

—  Она не под защитой тьмы. Мой друг мог бы ее убить этой ночью,  если б ему не помешали, и вы его не загнали обратно, — сказала она, открывая шкаф.

— То есть убить? Она же принцесса.

— Она принцесса, — подтвердила Тереза, доставая темно-зеленое платье. — Но скажем так. Есть настоящая принцесса, которую спасли, но подставили ее. Она смертная до конца отбора. Так, что вам стоит ее беречь.

— Или закончить отбор, — пламя вспыхнуло на руке Маркольма.

Я нервно сглотнула, понимая, что пришла грелка к тузику.

— Не спеши, — Тереза положила руку на его плечо. — чтобы завершить отбор и убить принцессу, тебе нужен ритуальный кинжал. А вот его найти еще надо. Нет, конечно, ее можно и сейчас убить, но кто знает, где настоящая принцесса. Так, что у этой еще есть время насладиться жизнью.

— И где искать этот кинжал? — спросил лысик.

Вот же. Тут с каждым часом все интересней и интересней. Хотя меня уже типает от того, сколько раз на мою жизнь покушались. И я уже просто застываю на месте, не в силах сдвинуться. То есть в смысле я и так умру? А как же… Я же еще столько не успела: в сафари львов не побывала, с парашюта не прыгала, фуагру не ела. Это я еще молчу, что детей нет. Жить и жить еще.

Хотя может тут отбор до конца жизни будет? Придет тьма, когда я уже буду нянчить пятого внука, и эти семь престарелых драконов решат, что мне пора определяться.

— Без понятия. Так что я бы на вашем месте  поберегла бы ненастоящую принцессу. Ей за весь мир отдуваться, — продолжила Тереза, кидая платье на кровать.

— Я, пожалуй, пойду, — первым поднялся Стивен, что не укрылось от Маркольма.

— Мы тоже. Там еще коридор надо помыть, — сказали братья.

— А мне посуду, — поднялся Одервальд.

Это какая их муха укусила?

— Мне тоже, — подтвердил блондинчик.

— Ясно, — протянул Маркольм, направляясь к выходу из комнаты.

Мужчины покинули мою комнату, а я так и смотрела им вслед не в силах сказать ни слова. Опомнилась, лишь когда Тереза щелкнула пальцами перед моими глазами.

— Ты же сказала, что поможешь мне.

— О, я и помогаю тебе. Не так, как Клара и Карл, — усмехнулась Тереза. — Не волнуйся, они не найдут ритуальный кинжал.

— Так, это правда. Меня принесут в жертву? — дрожащим голосом спросила я.

— Или ты принесешь кого-то из них, — пожала плечами женщина.

— И нет другого пути?

— Не знаю, ни у кого не получалось за все эти тысячелетия, — ответила она. —  Так,  что влюби в себя кого-то из драконов. Или найди того, кто стащил архивы. Там есть что-то про проклятье.

— Эй, и где искать кинжал? — спросила я у Терезы.

— Этого не знаю. Хотя, — она кивнула на колокольчик на кровати. — Эти могут знать. Но на твоем месте, я бы несколько раз подумала бы стоит ли им доверять. Кто знает, кому из драконов они расскажут про него.

Вот и думай после этого, что делать. Тереза растворилась в воздухе, а я ощутила, как сильно бьется мое сердце. Никогда не привыкну к этим выкрутасам призраков.

Мой взгляд остановился на серебряном колокольчике, лежащем на прикроватной тумбочке. Конечно, я посмотрела и в сторону курицы, а живот подтвердил мои поползновения.

Да и что я скажу этим Карлу и Кларе? Свою обиду выскажу? Кому это нужно? Вчера я могла умереть. Хотя я и так умру. Не сразу, а когда тьма придет. Бежать надо отсюда. Отсидеться где-то. Или самой найти кинжал, и спрятать его, или вообще выбрать петуха победителем, его не жалко будет заколоть, и гриль заодно будет. Только чувствую, что проклятью нужен именно дракон.

Или же прижать эту парочку, и пусть говорят, где кинжал. Только они не скажут. Во-первых, они на меня обиделись, во-вторых раз они подставили меня, о и дальше будут продолжать это делать.

Что ж хоть мужчин можно поблагодарить. Курица вышла чудесная и вкусная. Я даже пальчики облизнула.

Я вышла из комнаты, держа тарелку в руках и помогая себе ногой, и обомлела. Мужчины убирали коридор. Маркольм махал метелкой так, будто это меч. Зола вздымалась и оседала.

Он заметил меня и поджал губы, не прекращая мести.

 Ему навстречу шел лысик с другой метлой. Только я хотела что-то сказать, как они столкнулись спинами. Резко повернулись и сломали друг о друга метла. Н-да, будь у них мечи было бы эпичней.

Все-таки они воины боевые, а не диванные. Тут лучше самой сделать, чем их просить. Хотя о чем их просить, если кто-то из них лишит меня жизни.