Некроманты исчезают в полночь (любительская редактура)

— Наверное, концентрация была слишком высока… — протянула я, поглядывая на свою сумку, что секундой ранее пошевелилась.

Некромант молчал. Ощущала на себе его уничтожающий взгляд. Понимала, что нисколько мне не верит, но где наша не пропадала? Главное — делать вид, будто вообще не понимаю, о чем он.

Из кабинета ректора я вышла через несколько минут, когда мое молчание ему надоело. Правда, еще полчаса я проторчала у секретаря. Миловидная блондинка заполняла документы о моем поступлении и выдавала расписание и указания, куда мне следует заглянуть в первую очередь. Этим я и занялась, пытаясь не заблудиться в этажах, пролетах и коридорах.

Здание академии за это время преобразилось. На стенах и под потолком в колбах горел магический огонь, освещая пространство. Туда-сюда с чемоданами и рюкзаками сновали некроманты в темных одеждах. Они весело переговаривались и не обращали на меня никакого внимания, тогда как я, впервые увидев такое количество темных, несколько растерялась.

Они не выглядели умертвиями. Некромантов всегда описывали как бледных истощенных магов с темной внешностью, но среди учеников были и блондины, и брюнеты, и даже рыжие. У одной девушки волосы отливали синевой, и это удивляло. Нет, конечно, попадались мне на пути некроманты и в истинном своем общепринятом обличье, но таких было сравнительно мало, что навевало оптимизма.

— Смотри, куда прешь! — огрызнулся один из аристелей.

Я столкнулась с ним на лестнице, пытаясь пробраться среди неиссякающего потока черных мантий на второй этаж. Прижимала к себе сумку, чтобы моему зверинцу, не дай Светлая Дева, не навредили, а потому отвлеклась. За это и поплатилась.

— Сам смотри, куда прешь! — решила я не извиняться, потому что совесть некромантам не присуща, даже если они действительно виноваты.

И тут мы встретились взглядами.

Я бы не сказала, что это был разряд молний, но током меня шандарахнуло основательно. И нет, совсем не потому, что передо мной предстал классический некромант с темными волосами и черными как ночь глазами на мертвенно-бледном лице. Нееет. Передо мной предстал тот самый некромант, которого послали за мной в деревню, а потому волна небезосновательного страха пронеслась по моей коже ледяными мурашками, едва парень оскалился в широкой улыбке.

— Так-так-так… Кто это тут у нас? Маленькая некроманточка?

И вот промолчать бы мне да и вообще не отсвечивать, но…

— Ой, смотри, это ректор? — указала я рукой ему за спину.

Парень обернулся, а я быстро прошмыгнула мимо него с другой стороны, продолжая придерживать свою драгоценную поклажу. Юркнув в коридор второго этажа, старалась затеряться среди аристелей, пока не вышла туда, куда, собственно, и направлялась с самого начала.

— Здравствуйте, можно? — поинтересовалась я, заглядывая в небольшой кабинет.

— Смотря чего вы хотите, — обернулась ко мне женщина в строгом черном платье, что закрывало ее тело полностью, придавая ему некую бесформенность. — Не припомню вас. Новенькая?

— Эм, первый курс, если верить бумагам, — откликнулась я, неловко улыбаясь. Еще бы и ножкой пошаркала, если бы помещение позволяло, но каморка была слишком маленькой.

— И куда же прикажете мне вас девать? — спросила она, но будто бы и не ко мне обращалась, а к кому-то невидимому на потолке. — У меня свободных коек почти не осталось.

— А может быть, тогда мы отправим меня домой? — предложила я мечтательно.

— Хм. И не надейтесь, аристель.

* * *

Уже через час блужданий по академии у меня начала кружиться голова. Коридоры сливались в темное пятно, что подсвечивалось магическим огнем. Тысячи голосов оборачивались какофонией звуков, а я проклинала свою жадность, которая сподвигла меня на то, чтобы напихать в свою поклажу всего да побольше.

В кабинете на втором этаже в противоположном крыле мне выдали ученическую форму, состоящую из нескольких комплектов одежды. Платье среди вещей было только одно, и то считалось парадной формой аристеля, тогда как все остальное время мне предлагалось расхаживать в брюках и рубашках. Но на этом беды не закончились.

Нагрузившись сверх меры, я отправилась в следующий пункт своего путешествия — библиотеку, которая располагалась в противоположном крыле. Ворчливый старик выдал мне комплект учебников, который весил по меньшей мере тонну, и послал меня в следующий кабинет, что находился в соседнем коридоре. Там, к моему несчастью, прибавилась коробка с перьями, тетрадями и бумагой.

Но ладно бы, если бы идти было куда-нибудь поблизости. Мое невезение увеличивалось с каждой минутой моего нахождения в этой академии, а потому я снова топала по лестнице вниз, чтобы уже по другой лестнице вернуться на второй этаж в противоположном крыле и заглянуть в последний необходимый мне на сегодня кабинет.

— Не толпимся, не толпимся, — раздавала дородная женщина комплекты с бельем. — Следующие!

Отстояв очередь, готова была застонать, потому что руки мои уже отваливались. Последняя аристель вышла из кабинета, а женщина наконец обратила свой внимательный взор на меня.

— Новенькая? — вопросила она с прищуром. — Какая комната?

— Двадцать четвертая, — выдохнула я, наконец имея возможность хоть ненадолго поставить свою поклажу и дать отдохнуть рукам.

— Держи, — не глядя сунула она мне стопку, упакованную в тканевый мешочек. — Если потеряешь или испортишь, придется возмещать. За свежим приходишь раз в неделю. Грязное относишь в прачечную в конце коридора. Все понятно?

Кивнув, я со вздохом сгребла всю свою поклажу и отправилась искать дверь под номером двадцать четыре. Комната находилась почти в конце коридора второго этажа. Кое-как отворив створку, я буквально завалилась внутрь, чтобы так и замереть посреди просторной комнаты.

А посмотреть было на что. В самом центре помещения стоял прямоугольный стол с шестью разномастными стульями. У широкого окна располагались три кровати с тумбочками. Еще три кровати разместились по правую сторону, соседствуя с высоким комодом на шесть ящиков. По левую же сторону имелся шкаф — что-то наподобие буфета — и дверь, ведущая, видимо, в ванную. У входа углом на меня смотрела габаритная гардеробная.

— Это мы удачно заселились, — присвистнула Софка, выглянув из сумки.

— Угу, — кивнул паучок, высовывая мохнатые лапки.

Здесь было уютно и обжито. Кровати отличались оформлением. У кого-то лежало черное покрывало, на другой — маленькие подушечки в невообразимом количестве, на третьей бардак из разбросанных тетрадей, книг и перьев, на четвертой чемоданы…

Тумбочки тоже отличались. Я могла бы сразу сказать, что девушка, на чьей постели бардак, очень любит конфеты. Горка фантиков венчала тумбочку, а также место под кроватью. В общем, мне здесь определенно нравилось. Правда, соседок по комнате я не обнаружила.

— Надо переодеться, — произнесла я вслух скорее для себя, чем для своей живности.

Разобрав вещи, нашла свободные полки, что ждали, по-видимому, только меня. Заглядывала и в ванную, и в буфет, желая изучить выделенное мне пристанище. Даже ополоснуться, переодеться и налить себе отвару успела, заварив в причудливой миске сбор трав для бодрости. Спать хотелось жутко, тогда как за окном вовсю своей сильной рукой правила ночь.

— И что там еще пишут? — спросила я у Софки, что лежала на моей постели прямо поверх обыкновенного серого покрывала.

— Запрещено выходить из комнаты после отбоя. Запрещено хранить в комнатах артефакты любого класса. Запрещено приносить или приводить нежить в любом состоянии. Запрещено… — зачитывала она свод запретов и правил, выданный мне ректором.

— Там есть хоть что-то, что можно делать? — перебила я, откусывая от бутерброда, который минутой ранее сделала самолично из булочки и лукового варенья.

— Конечно. Можно ходить в город в выходные, — с умным видом кивнула она, перелистывая страницу.

— Иии? — подтолкнула я ее.

— И все. А ты чего хотела? Это Королевская Военная Академия, — прозвучало от нее как приговор, мигом испортив мне настроение. — Да ладно тебе, все не так плохо. Самое главное — одна на кладбище не ходи.

— Это еще почему? — поинтересовалась я, наблюдая за тем, как Угук перебирает лапками, изучая каждый угол в комнате. Видимо, искал себе местечко поудобнее.

— Потому что прятать здесь нежить, во-первых, нельзя, а во-вторых, негде. И потом, тебе что, нас мало?

Вопрос был, конечно, интересным, но обдумать ответ на него я так и не успела, потому что дверь распахнулась без предупреждения, а Софка юркнула под кровать.

— Ой, а ты чего здесь делаешь? — спросила одна из девушек.

Все они ввалились в комнату дружной компанией, но остановились на пороге, едва завидев меня, сидящую во главе стола.

— Отвар пью. Луковое варенье будете?

Ураганом ворвавшись в комнату, после секундной паузы девушки разошлись к своим кроватям. Скидывали черные мантии, открывая моему взгляду совершенно разную одежду, которая формой нисколько не была. Наверное, тоже только приехали. Об этом свидетельствовали и не до конца разобранные чемоданы и рюкзаки.

В дверь постучали, привлекая всеобщее внимание.

— Войдите, — крикнула одна из девушек, не оборачиваясь.

На ее тумбочке я нашла запас косметики, кремов и мазей. Кроме того, только над ее тумбочкой висело овальное зеркало. Было понятно, что аристель уделяет своей красоте все свободное время. Да и от других девушек она отличалась некой особой холеностью. Скорее всего, аристократка.

— Кошмарной вам ночи, — поздоровался темноволосый парень, заглядывая в комнату.

По виду он относился к тем самым привычным некромантам, но, кроме того, еще и обладал отталкивающей внешностью. Увидев его, я подавилась отваром и закашлялась.

— Аккуратнее. Куда ж ты так торопишься? — улыбнулась мне полненькая девушка с короткими русыми волосами, что венчали ее голову маленькими изящными локонами. Она несильно постучала мне по спине и встала рядом, глядя как на диковинную зверушку. — Меня Элла зовут, а тебя?

— Нара, — пожала я ее ладошку, пытаясь прийти в себя. — Я просто парня испугалась, — прошептала ей доверительно. — Он такой жуткий.

— Тише ты, — шикнула она на меня, пока из ее рук выходило зеленое свечение. Темная магия проходилась по полу, оставляя после себя сияющую чистоту. — Это Ворин жених — Эстир. Он на четвертом курсе учится.

— А разве бывают женихи, на умертвия похожие? — говорила я по-прежнему шепотом, а парень тем временем передал Воре стопку учебников и поцеловал ее в щеку, чему девушка была не слишком рада.

— Всякие бывают, — тихо ответила Элла. — Но ее никто не спрашивал. Она дочь лорда. Как отец сказал, так и живет.

— Это кто же тебе разрешил чужие кружки брать? — обернулась к нам та самая холеная аристократка, что минутой ранее прошла к буфету. — Заселили к нам воровку…

— Чего? — поднялась я со стула, откладывая бутерброд. Злость удушливой волной сжала горло, а руки мои буквально затряслись. — Я взяла одну из кружек, но не украла ее. Допью отвар, помою и верну. Проблема в чем?

— В том, что это моя личная кружка, и ты взяла ее без разрешения!

Я видела перед собой только лицо этой блондинки, тогда как весь остальной мир погряз в темноте. Ни голосов, ни звуков, ни света от колб с магическим огнем.

— А у кого я должна была спрашивать разрешение, если здесь никого не было? У тумбочки твоей?

— Так, все, тихо-тихо, — встала передо мной истинная некромантка. Черные волосы вились по ее плечам змеями и отливали синевой. Я уже видела ее в коридорах. — Арелия, ты что, слепая? У нас некромантка необученная с огромным потенциалом. В умертвие превратиться захотела? — произнесла она, по-прежнему глядя на меня, а не на ту, что стояла за ее спиной у буфета.

— А кто ей позволил чужое брать? — пискнула Арелия, но я смотрела только на некромантку, тогда как темнота постепенно сходила.

— Устроила проблему на ровном месте. — Взяв откуда-то другую кружку, девушка перелила в нее мой отвар, чтобы отдать посудину аристократке. — Сама помоешь.

Что интересно, Арелия с ней спорить не стала. Молча забрав свою кружку, включила воду в раковине и больше не проронила ни слова.

Вот так-то! Возомнила из себя королеву!

— Меня зовут Огна. Я учусь на четвертом курсе. Тебе нужно срочно показаться медсестре. Потоки нестабильны, — произнесла девушка с синими прядями.

Она показалась мне старше, чем все остальные. От нее ощущалась та самая мощь, которая чувствовалась и от ректора академии. Некромант, с силой которого приходится считаться всем окружающим.

— Хорошо. Только я не знаю, куда идти, — призналась я, усаживаясь обратно за стол.

Ни Воры, ни Эстира в комнате уже не было. Я даже не заметила, как они вышли. Настолько была сконцентрирована на этой аристократической жадюге.

— Четвертый этаж в нашем крыле, — ответила она, пододвигая ко мне вазу с печеньем. — И лучше сделать это до обеда. После обеда планируется сбор всех аристелей в холле академии…

В дверь снова постучали. Не комната, а проходной двор какой-то!

— Войдите, — крикнула Огна, угрожающе сложив руки на груди.

— Привет, девчонки, а я… — Что именно я, парень как-то подзабыл, едва наши взгляды встретились. Тот самый некромант, что был послан за мной в деревню, остановился на пороге комнаты, чтобы буквально пригвоздить меня своим взором к табуретке.

— Арод, что-то случилось? — мигом оказалась подле него Арелия.

Названный Ародом обнял ее, крепче прижимая к себе. Так по-хамски, нагло. Смотрел при этом на меня, будто собирался изничтожить здесь и сейчас. Нужно ли говорить, что отваром я подавилась повторно. Честное слово, так и помереть недолго.

— Зашел сказать тебе, что на балу меня не будет. Из-за вот этой, — он с ненавистью кивнул на меня, — всю ночь я проведу на кладбище, как и завтра.

— И здесь уже отметилась, воровка, — зло взглянула на меня Арелия, но парень дернул ее на себя, привлекая к своему телу.

— И тебе уже насолить успела? — спросил он, наконец-то переставая прожигать меня взором.

— Было бы на кого обращать внимание… — заявила высокомерно эта профурсетка.

— А идите-ка вы отсюда оба, — дала им дельный совет Огна. — И, Арод, что слышно по Рести?

— Ничего, — сразу стал серьезным парень, а черты его бледного лица заострились.

— Внимание! Внимание! — вдруг раздалось со всех сторон, оглушая. Я вздрогнула, едва звенящий голос разнесся по комнате и, наверное, даже по всему зданию академии, но девушки восприняли происходящее спокойно. — Аристель Нарилия Релти! Срочно явитесь во двор академии! Немедленно!

И вот скажите мне, почему всегда именно Нарилия?

Почему всегда именно Нарилия, я поняла, как только вышла во двор перед академией. Стоит сказать, что по холлу я не то чтобы пробежала — пролетела, стараясь максимально вжаться в одну из стен, чтобы не наступать на черное полотно, под которым были заперты души.

Строго говоря, я не знала, где именно мне сейчас было бы лучше. Там, наверху — в комнате, под уничтожающим взглядом невезучего некроманта, которого мой папенька спустил с лестницы, — или здесь, во дворе перед академией. Просто первое, что я увидела, едва отсчитала ступеньки, — некроманты, пытающиеся удержать на месте и упокоить полудохлую лошадь. Ну как лошадь? Коня, который неизвестно каким способом оказался далеко от деревни. И ведь нашел же!

— Эй, зеленоглазка! Твое умертвие? — вскинулся один из некромантов, едва мой конь бессовестно лягнул его задними ногами, отбрасывая от себя на добрых полметра.

— Да я не сказала бы… — протянула я уклончиво, робко делая несколько шагов вперед.

Даже и не знала, что нужно было делать. Как-то успокоить коня? Хорошо, но куда его потом девать? Не за ворота академии же выставить?

— Упокоевай давай! — гаркнул рослый паренек, наваливаясь на коня с одной стороны, будто желал его оседлать.

— Да я не умею, — призналась нехотя, но тут конь замер, наконец-то увидев меня.

И вот его воинственный вид мне как-то сразу не понравился. Я даже осторожный шажок назад сделала, пытаясь отыскать для себя пути отступления. Посему выходило, что бежать сподручнее всего мне было в сторону леса, потому что с противоположной стороны, словно на представление, собирались зеваки.

Я даже не моргала, ожидая от коня подвоха, и он не заставил себя долго ждать. Одним единым движением он раскидал повиснувших на нем некромантов и припустил ко мне с неизвестными намерениями. Ну, я и сиганула от греха подальше. Так сиганула, что почти добежала до елок, которые толпились, будто забором окружая лес. Почти.

Мне оставалось каких-то пару метров, когда я нелепо споткнулась о корягу, торчащую из земли, и полетела вперед, размахивая руками. Даже на спину повернуться успела, отчаянно застонав, но конь будто только этого и ждал. Всем своим немалым весом он рухнул на землю как подкошенный, тогда как его немаленькая голова разместилась у меня на животе. Так нас и застал ректор академии.

— Аристель Релти, — протянул он со вздохом. — И почему я не удивлен?