Помоги проекту - поделись книгой:
Она что, действительно, кормила меня с ложечки, поила из чашечки, укладывала в постельку, рассказывала сказки на ночь и гоняла на тренировки на пределе моих возможностей? То есть, окружила всесторонней заботой и непрестанным вниманием? Чудовище!!! Ползу наружу выражать признательность и благодарность!
— Товарищ начальник! — взвыл ученый. — Не надо! Это не вредительство! Мы найдем ошибку! Обязательно! Ради всех святых!
— Мобильная часть устройства находится там, откуда должна передавать информацию, — отчеканила Мекрина. — А это, — коготь вновь уперся в экран, — то, что принимает прибор, разработанный вашей «шарашкой»! Так вы, кажется, называете свою лабораторию. Кто-то обещал мне, что никаких сбоев не будет! А потому я жду объяснений, гражданын академик! — у чертовка появился явный кавказский акцент. — Можэт, это слэдствиэ чъэго-нибудь врэдительства?
Так! Теперь займемся делом! Вместо рассола имеется томатный сочок. Только меня жаба задушит такую вкуснятину на всякую пьянь тратить. Самой мало!
Садюга! Извращенка! Сержант в юбке! То есть, без юбки! То есть, в штанах! То есть, я запутался! Одним словом, сержантка! Даже старшая сержантка! Страшная!!! Чокнутая солдафонка! Экстремалка! Чудовище!!!
— Не надо! — единодушно заявило высокое собрание. — Только Смерти нам сейчас и не хватает!
— Как?
А вот нас — не знаю… не знаю… Посмотрим Игорьковы варианты. Благо он переводить с научного заканчивает, и дальше грозится говорить на приличном…
— Кто ее губил! — загудел Перун. — Любомудр сам раздумал! Девка у него завелась, всё остальное по боку пустил! А после и вовсе спятил!
— Да? — поднимает бровь Витька. Хм, когда она это делает без грима на лице, совсем не страшно, даже симпатично. — Ладно, с этим потом. А что дальше было.
Согласно постановке задачи, в заданном пространственно-временном интервале континуума присутствует всего две разумных сущности, одна из которых (то есть я) являлась объектом всех вышеупомянутых воздействий, а осуществлять их могла лишь вторая сущность, идентифицированная как женщина вида хомо сапиенс под кодовым обозначением Витька. А ничего, что я так выражаюсь? Это уже шизофрения или пока остаточное явление в связи с недельным нахождением по ту сторону добра и зла (то есть, в компьютере)? Нет, надо на нормальный язык переходить, а то и сам не понял, что подумал! Будто это героическое создание совместило в своем милом личике папу, маму и старшего сержанта «учебки»? С учетом того, что о последнем я имею чисто фольклорное представление: ребята рассказывали… Упс!!!
— А вкратце?
Осталось только вспомнить, кто меня кормил (мама?), кто спать укладывал (папа?) и что за чудовище гоняло меня на тренировки…
— А то, чему там — указывает пальцем в небо, — учили, совсем не помнишь?
В оперативном отделе работали исключительно вольнонаемные. Как ни смешно, но до Мекрины никто до этого не додумался. Предшественники мобилизовали грешников с соответствующей подготовкой. Но грешник, он грешник и есть! Подлые душонки, вечно готовые укусить кормящую руку. Мекрина не то, чтобы совсем их не использовала в собственных операциях, но старалась обходиться более надежным контингентом.
Князь Тьмы хмыкнул:
— А с тобой что в этом варианте? — ну да, меняю тему. А что остается?..
— А, фигня, — отмахивается волхв. — Я ее писал…
Мое персональное наказание принюхивается.
— Что?! — с детства терпеть не могу манную кашу! Особенно, комки! — Да иди ты!
— Помехи? — задумалась дьяволица. — Помеха определенно была…
С трудом сажусь, привалившись к бревну.
Вскарабкиваюсь на бревно и вою:
Вообще, хорошая идея: устроить здесь школу боевых единоборств. В конце концов, я профессиональный педагог. Без пяти лет! Подтянуть дружину Святослава хоть на наш средний уровень, они же любых печенегов голыми руками вынесут! И Царьград возьмут без единого выстрела! А за тысячу лет так усовершенствуются…
Топтыгина, бедолагу, совсем загнала! Даже не шевелится! Бедный животный… И я бедный! Она одна богатая и здоровая! Хорошо хоть, сейчас не трогает… У костра возится… Готовит что-то… Экстремалка!
Но тут обломится! Не курил в пещере до моего появления, и после не будет! Да, тогда не было курева, а теперь есть. Но тогда не было и меня! А теперь — имеюсь в наличии, и дымить в пещере не дам! Ходи на улицу! А с пьянкой вообще покончено! Не нравится — могу собраться и уйти. Вместе с куревом, бухлом и компьютером! Что, я на первое место вышла? Фигу! Перешла на тренерскую работу. Наставник призовой тройки. Скорее, источник. То есть, технический работник класса сервисвумен: не видно, но лыжи всегда намазаны.
— Не спим мы, — прогудел Перун. — Болгарию придавили. Сейчас Святослав греков гоняет…
— Молча! — усмехнулся бог Зла. — Можно подумать, я хозяйство жены не знаю! Может, саму позвать?
И последний, самый мелкий, плюс: скандал и последующая пьянка избавили Мекрину от необходимости докладывать о проколе с амулетом. А это тот самый случай, когда мелкая техническая неполадка может сорвать самую серьезную операцию. И это сейчас важнейший вопрос, на который стоит обратить особое внимание.
— Нет там дырок, — бурчит он. — Пароли иногда менять надо. Хотя бы заводские!
Замолкает.
— Думаю, — с неожиданной уверенностью заявил Руфаил, — этот вопрос стоит отложить до завершения операции.
— А покажи! Ну пожа-алуйста! — и тон, как у ребенка, выпрашивающего конфетку.
— Я всё замечаю!
Торчу здесь уже неделю — не жизнь, а сплошное издевательство.
В душе теплится робкая надежда на шутку.
— Волхвам не положено, — бурчу я.
— Существует похожий вариант, — сообщает Игорь. — Насчет бабушки в напарницы не выйдет, но если очень постараться, то можно такой тарарам организовать, что ядерный взрыв в Лондоне во время летней Олимпиады покажется детской игрушкой.
— Вить, не мешай!
— Профессора ко мне, — скомандовала дьяволица.
— Вы не узнаете? — коготок с четкостью метронома постукивал по столешнице. — Интересно…
Но это оперативники. А вот многочисленные научные лаборатории постоянно испытывали дефицит кадров. В отличие от десантников и спецназовцев, ученые куда более склонны к созерцанию. Да и способность заниматься наукой многие потеряли задолго до конца бренного существования. В итоге кадры приходилось вытаскивать из котлов, зато предложение работы вызывало невиданный энтузиазм. Вызванный профессор и академик вместо физики времени должен был заниматься лизанием задницы огненного голема. Впрочем, срок ему выпал не слишком долгий.
Игорь даже поднимает голову от удивления:
— Под пресс! — логично решает волхв. — Или в канализационный колодец.
— И как? — лениво спросил Стрибог.
Витька гладит меня по плечу:
Медведь отказываться не стал.
Жаль выходит редко: вечно ерунда какая-то мешает. Кто мне объяснит, почему первая пара начинается в девять утра? А еще дорога! Вставать приходится — мама моя родная! И всё равно зарядка скомканная получается. И зачем, если всё дневное безобразие заканчивается часам к трем максимум?! То есть, когда нормальные люди еще последние сны досматривают!
Какая мама?! Какое чудовище?! Меня накрыло, что ли?! Не отрывая взгляд от монитора, выпрямляюсь, закидываю руки за голову и повожу плечами. Позвоночник приятно хрустит. По экрану бегут стройные колонки цифр. Черт! Точно накрыло! И капитально! Тремя днями не обошлось. Минимум неделя, а то и больше. Надо восстанавливать связь с реальностью. А то в режиме «ничего не вижу, ничего не слышу» можно любых сюрпризов ожидать. Ем я в таком состоянии, что попадется (или не ем, если не попадется), сплю, когда придется (если придется) и крайне мало, по внешнему миру передвигаться способен, но с риском для жизни, своей и окружающих. Зато эффективность работы в нирване просто фантастическая! В крайний случай с поставленной задачей за четыре дня справился! А над ней бились с момента основания нашего подразделения! Тогда мне притащили раскладушку к компьютеру и подсовывали бутерброды. А на работу возили на специально выделенной машине. После того, как я пытался лбом КАМАЗ протаранить. Собственно, протаранил, но и лоб, и, что особенно удивительно, грузовик отделались легким испугом. А сейчас?
Возмущенный покровитель животных несколько раз поменял ипостаси и сообщил:
Урод!!! С этого и надо было начинать!!!
— Да ладно! — возмутился громовержец.
Витька с виноватым видом всовывает мне миску, садится рядом и гладит по голове, приговаривая:
— Не могу, компьютер нужен!
— Ага! Но по очереди. Вернулась из больницы, а дома этот урод сидит! В моем любимом кресле! Да еще Викой назвал! Я, естественно, по морде, — Витька довольно улыбается, вытаскивает откуда-то нимб и водружает на голову на манер дембельского десантного берета. — Вот, отобрала! Мне идет?
Для всё тех же тружеников имелись и многочисленные образцово-показательные деревни с прилагающимися к ним пашнями и пастбищами. Впрочем, сеять и пасти никто не заставлял. Есть желание — вперед, на нет — и суда нет. Можешь заниматься, чем тебе, душе, угодно. Например, дифференциальным исчислением. Дождись, когда Лейбниц с Ньютоном его изобретут — и вычисляй хоть до скончания времен. Ждать-то всего ничего, веков семь, не больше. И не забудь перебраться в сектор Числобога. Того, правда придумают еще позже, и слабенький будет, плод больной фантазии неоязычников, но уж какой получится. А если невтерпеж — другое занятие найди! Можешь у Перуна мечом помахать, к примеру.
— А вот энергия мысли есть. По физической сути представляет собой гиперболическую волну с соответствующей динамикой. В квазиравновесных системах распространяется в конфигурации солитона. То есть энергообмен корпускулярный…
Витька дарит мне скептический взгляд:
— Как все! Потерял гордость и мужество и улетел к потолку! Когда чертовка пришла, он за люстрой прятался, а я из арбалета прическу на крылышках подравнивала.
— Тебе лишь бы не вмешиваться! — возмутилась Мокошь. Хоть и мужские, вроде бы посиделки, а Матери не откажешь. — Вот хорошая же идея у волхва твоего была: Алатырь-камень в Киев притащить! На корню загубили, кобели хреновы!
А небожителям, значит, ничто человеческое не чуждо. Власти жаждут больше, чем наши политики! Ну и рубились бы на собственном, псевдоматериальном уровне, доказывая у кого молнии толще. Ни хрена, сообразили, что навешивать друг другу фингалы — занятие неблагодарное. Развлекаются выбиванием из-под ног противника материальной основы. Уничтожают людскую веру простым и надежным способом: вместе с носителями. Хотя агитации, пропаганды и прямого подкупа это, само собой, не отменяет. А кто в такой войне преимущество имеет? Правильно, у кого мозгов больше! А тут Яхве, он же Христос, он же Аллах, он же Господь Бог, Всевышний и еще хрен кто, вне конкуренции! Да и других навыков поднабрался от всяких римлян, франков и арабов… Да и наши предки добавили. Или еще добавят?
По силе Алатырь покруче конкурентов будет, даже вместе взятых, но расположен неудачно: умники ободриты — точно славяне, раз умудрились намолить камень в центре здоровенного болота. Чтобы кто понимал — Буян, Руян и Рюген — не один остров, а три совершенно разных места. И последнее — наименее интересное, хотя и распиаренное за крайнюю тысячу лет. Туда все и рвутся, размахивая мечами и копьями. А в итоге прозевали, как настоящий Буян, вместе с окружающим его камышом, оказался на временно оккупированной немецкими захватчиками территории. В итоге вокруг заветного камушка одни лишь саксы крутятся, а они уже двести лет, как христиане! Алатырь, конечно, активно занимается в их среде идеологическими диверсиями, но толку с того чуть, а сама реликвия слабеет потихоньку!
Но Игорьку-то всё это знать не положено! Собственно, мне тоже. И про буку с наклейкой SONI, которой меня бабушка с поступлением в институт поздравила… И про аварийный блок… Просто взрослые при детях до пяти лет слишком много говорят, чего не следует. А дальше надо думать и сопоставлять.
— Если мы возвращаемся к себе, — Игорь невозмутимо потягивает какао, — то в истории ничего не меняется, ни в нашей, ни в божественной. Один обученный грамотной драке медведь не окажет на окружающую действительность определяющего воздействия. Соответственно, ты, как прежде, будешь кушать дедушкины пирожки, учиться на историка и бить морды хулиганам. Плюс поимеешь кучу плюшек от знакомой чертовки и неоценимый исторический материал в ноутбуке. Кстати, как он к тебе попал?
— Не вижу! — выдохнул Перун. — Не чую! Ни Любомудра, ни девки никакой!
— Идиоты! — взвыла Мокошь. — Кобели озабоченные! Увидели красивую соску и расслюнявились! Головой надо думать, а не головкой! За каким удом вы ее к волхву подпустили?! Да еще к какому волхву! «Мальчик понравился»! Лучшие кадры из-под носа уводят, а они только и думают, как чертовке хвост задрать! Что с ним сейчас?! — Мать строго оглядела масленые глазки мечтательно притихших богов и рявкнула. — Не с хвостом, с Любомудром!!!
— В остальных вариантах мне не лучше, — пытается убеждать меня Игорь. — Только ты зря страдаешь!
Ах так?! Сильно наглею. Стаскиваю футболку и прижимаюсь к спине обнаженной натурой. Даже стыдно. Но зажимаю себя в кулак и еложу руками по его груди.
Ангел исчез.
— Это прерогатива Ада!
— Бесконечное количество «выхлопа»?! — вытаращил глаза Руфаил.
— Какая?
— Офигеть! — резюмирует Игорь.
Разговор двух дебилов. Девочка-то дурака валяет. А вот я, похоже, немного не в форме. То есть до полной неадекватности!
Умница! Я бы тебя расцеловал, если бы не опасался за свою жизнь! В такой упаковке ни один шпионский прибор ничегошеньки не увидит, не услышит и не скажет. Хуже, чем я в «нирване». А вот как выяснить еще один нюанс, не потеряв здоровье? Особенно с учетом некоторых нюансов поведения моей визави? Или ну его нафиг?! Потом… когда-нибудь… В более спокойной обстановке… А сейчас только киваю.
— Витька-а, за что-о?!
— Бедненький мой… А что умеешь?
— И где они? — подаюсь вперед. От ее ответа зависит очень много.
— Русь не примет христианство и окажется во враждебном окружении, — вот сейчас он действительно похож на волхва. — Как СССР в двадцатом веке. И такое же противостояние. Как следствие двуполярного мира — усиленная гонка вооружений. Батыю через три века на Русь лучше не соваться, ничего хорошего его там не ждет. Впрочем, арабы остановят Чингисхана намного раньше. Но от этого не сильно легче. Какая, по большому счету, разница, рванет первая атомная бомба в Хиросиме 1945 или Лондоне 1724? А так же, будет ли Лондон носить это название, и какая страна применит ядерное оружие? Главное — применит, и этим человечество не ограничится… Нам в этом случае возвращаться некуда.
— Сложно там, — подтвердил Даждьбог. — Не разберешь сразу. А в Киеве уже в открытую Распятого славят. Храмы ставят! Помочь бы князю…
— Ты где спишь?
— Да, конечно! Это страшно… Мы хотели совсем не этого…
— Мужлан! Ты предлагаешь девочке пойти на королевский бал в камуфляже?!
Замолкаю.
А в целом скука жуткая. Надо бы Игоря драться научить. Чтобы, если что, мог продержаться, пока я супостатов покрошу. И топтыгина подтянуть неплохо бы. Медведь, владеющий боевым самбо, это вам не хухры-мухры!
Что за задача погрузила меня в прекрасный мир цифр и графиков на срок, вдвое превосходящий всё, ранее испытанное?! А, ну да! Корректировка модели мироздания при помощи подручных средств. Поиск точек опоры и их использование для переворачивания мира! Между прочим, теоретически вторую часть проблемы решил еще Архимед и безо всяких средств технического обеспечения, если не считать веточку омелы и песочек сицилийского пляжа. Или прутик от другого дерева был? Не принципиально! Важно, что с первой частью поставленной задачи грек, в отличие от меня, не справился! Да и о сохранении решения второй не позаботился толком! А у меня всё в файлах записано!
— Моя очередь рассказывать? — спрашивает мелкий терминатор, нежно гладя мою руку.
— Что вокруг ничего и никого не замечаешь?
— Было бы за что, вообще б убила! — нежно поет девчонка. — Ты покушай, милый, сразу полегчает. Хорошая кашка, манная! — вылавливает что-то из тарелки. — С комочками…
Картинка третья.
— Давит Распятый, — сплюнул огненным сгустком Хорс. — Так давит, что и нам на орехи достается… А мы всё спим…
— Думать. Неужели вдвоем не сможем найти выход?
Засыпаю под стук клавиатуры. Просыпаюсь посреди ночи от тех же звуков.
— Суп готов! Ладно, потом продолжим!
Картинка шестая.
— Зачем?
Ни одной мысли. И головка на плече отвлекает.
Ой, мама! Как же я лоханулась! Суперсекретный пароль с завода! Только наши знают! Так удобно! Вот дура! Как же я! Ну…
Не, топтыгин — не агент божественного влияния. Скотий бог в медвежьей аватаре повнушительней будет. А вот с камушками куда хуже. Намоленные булдыганы, силы в них закачано немерено. И уже обратный откат идет. Камни веру сильно укрепляют. Будь их побольше, могли бы весь мир разнести. Но к счастью, каменюк этих всего три: Ложе Господне, Хаджар аль-асвад да Алатырь-камень. Первые две святыни на моих будущих нанимателей работают. А третья — под славянскую группировку заточена.
Палец, увенчанный острым коготком, уперся в настенный экран, залитый ровным молочным светом.
Поделиться книгой: