Ссср-1961, портал Победы (СИ)

Умными словами, как это делают профессора теории марксизма-ленинизма, не умею говорить из-за незнания терминологии, и изложил простыми словами в меру своего понимания проблемы.

— Да вы не молоток, а кувалда! Вас бы на место Суслова! — заявил Василий Иванович.

— Да уж лучше железного Шурика поставить заведовать идеологией, это его стихия в отличие от КГБ. Даже, может, важнее вышвырнуть Суслова из Политбюро, чем Брежнева. Кого вместо его точно не скажу, в реальной истории назначил Семичастного Владимира Ефимовича. Не исключен Андропов, который в Венгрии в 1956 году на месте посла хорошо поработал. По некоторым данным, недостаточно хорошо сработал на посту председателя КГБ. Вроде бы отлично, но там гниль развелась. Хотя я на его месте вас поставил бы руководить всем КГБ. А, кстати, почитайте, что бывшие диссиденты, утверждающие, что боролись против тирании партии над народом, стали писать и говорить, когда им дали волю. Новодворская, Чубайс, Познер, Матвейчев и прочие.

— Кого куда поставить командовать это не тебе решать, максимум можешь посоветовать кого куда и почему. Заметно, что настоящие враги народа по словам этих личностей. Холодная война, выходит, перешла на противостояние Российской Федерации и НАТО, то есть в худшие условия?

— Быстро поняли. Но в некоторых нюансах условия лучше, чем во времена СССР. Резко расширилась свобода слова, свобода в культурном отношении, взаимное проникновение народов во многих отношениях. И США расслабились, стали они и их представители вести себя откровеннее. Тут-то и пошли массовые проколы.

Их пятая колонна массово раскритиковала правительство, что большая зависимость РФ от экспорта сырья, и от этих денег очень зависят пенсии, пособия на детей и другие социальные выплаты, оставшиеся в наследство от позднего СССР. И тут на полуофициальном уровне объявили американцы, что поскольку в РФ намного больше стратегически ценных полезных ископаемых, то Россия должна их отдать странам НАТО безвозмездно. Наши сразу объявили, что не отдадут, и за такую попытку раскулачить применят ядерное оружие. И шутку придумали: "Каждое государство, под которым находятся стратегические важные для США природные ресурсы, представляет угрозу национальной безопасности Америки". По этому и другим случаям народ очень четко просек хищническую натуру США.

Далее, большая свобода слова резко расширила возможности и резко разнообразила антиамериканскую пропаганду нашим любителям. Попросту говоря, каждый, чьи взгляды не совпадают с взглядами руководства, имеет право критиковать США как ему захочется. Той же КПРФ весьма далекий по своим убеждениям от коммунизма президент не мешает дерьмом поливать НАТО. А у вас за роман-антиутопию об американской оккупации автора морально растопчут.

Еще, в ходе легкого доступа за границу, как в поездках, так и в общении с эмигрантами и иностранцами был развенчан американский миф о том, что там живут намного лучше, чем у нас. У простого американца зарплата в районе пяти тысяч долларов на неплохой работе. У меня полтысячи, и живу у тещи. Зарплата у меня далеко не самая высокая. В советское время было бесплатное жилье. Но из-за кредитов на жилье, машину, из-за страховок и платного образования реально у них выходит около тысячи. У эмигрантов зарплата еще ниже, так что они там живут не лучше, чем могли бы на родине. И разных мелких неприятных вещей, особенно для наших людей там полно. Например, у нас на рыбалку, на сбор грибов и ягод ограничений почти нет, и бесплатно можно. Причем многие, и я в том числе зарабатывал на сдаче ягод и грибов в заготконтору. В США или ФРГ все это под запретом. И в США, как я узнал, отпуск работодатели вообще не обязаны давать работникам.

— Ясно, очень плохо, что вы поздно поняли, что хрен редьки слаще. Сменили советское шило на американское мыло. Давай дорогу показывай, — вовремя генерал Петров напомнил, что приехали в Ивенец.

Через поселок проехали быстро. Я всунул свои пять копеек о нужде реставрации памятников архитектуры, благо, поселок ими немного богат. В деревнях отметил, что много детей и мало стариков. Меня чекисты сразу вообще не поняли, чего так сказал. Но возразил, что стало много пенсионеров на селе, а в моей деревне школу переделали в дом престарелых. Надеюсь, теперь поняли.

В ГАЗ-69 мне понравилось, что можно убрать тент, и так хорошо ехать летом без всякого кондиционера (у меня в машине такого счастья нет как кондиционер). Зато на ямах я проклял это чудо техники за отсутствие ремней безопасности и до кучи рассказал попутчикам что это такое и нафига надо в машине. Приехали к нужному повороту, Рысевец немного походил кругами, потом змейкой проехал к самой речке, но не рискнул переезжать. А потому добирались на партизанский остров пешкарусом. В три захода все перенесли на своем горбу в "козлика".

Оно, конечно, приятно летом в лесу, когда много запахов, особенно сосновая смола мне нравится, что-то цветет, ягоды кругом, свежий воздух, особенно на холмиках. Но, когда вкалываешь по черному, то не очень приятно в лесу в тридцатиградусную жару. Помылись и даже чуть-чуть покупались в ближайшем омуте. Стали обедать, причем, как оказалось, и на меня взяли еду.

Их, в частности, заинтересовали мои гостинцы в бутылках не меньше чем, скажем, принтер, который я в отличие от ноутбука, не потянул в Минск. Возжелали продегустировать белорусскую водку, и не поняли моих слов, что за рулем пить нельзя. Уговорил отложить, ссылаясь на то, что очень важный груз. И рассказал, как в моем мире строго относятся к пьяным за рулем.

Додумался включить мобильник, который мне оставили после того как достал еще в генеральском кабинете еще один, похуже и неисправный. Включил фотокамеру и сфотографировал обоих, отключив звук щелчка. Василий Иванович:

— Петя, а что ты делаешь с телефоном?

Я показал его же свежую фотографию. Как оказалось, чекисты просто не успели с телефоном разобраться до конца и не поняли, что в нем есть камера. Потому что начали с вызовов и телефонной книги. Я продемонстрировал возможность видеосъемки и функцию диктофона. А заодно коллекцию фотографий и видеороликов. И генерала, и капитана очень заинтриговали эти возможности, разве что слюна на землю не капала. Генерал, поколебавшись, достал из машины коробочку немного больше магнитолы 21 века и сказал, что это новейший диктофон, имеющийся в БССР по щедрости центра. Качество не ахти какое, но довольно компактный девайс. На вопрос, записывался ли наш разговор, Василий Иванович только рассмеялся.

Пошли вместе налегке только с ноутбуком и телефоном к проходу. Денис остался в 1961 году на случай закрытия прохода, а мы вдвоем прошли в еще мой двадцать первый век. Хватило одного вида рослого леса, чтобы отличить времена.

Само собой, были непринятые вызова. Быстро отзвонился по второстепенным вызовам. Отцу звякнул. В последнюю очередь поговорил с женой. И одновременно показал возможность громкой связи генералу Петрову. Правда, с ненаглядной недолго по телефону общался, попросил позвонить по Скайпу. Включил ноутбук и беспроводной Интернет. Включил Скайп и веб-камеру. Дождался вызова и ответил.

Моя ненаглядная была с сыном на руках. Я поздоровался и поговорил со своим Димой, четырехлетним сыночком. Петров наблюдал сначала со стороны, потом познакомился с моими, взбудораженный тем, что познакомился с видеосвязью, про которую читал в недавно вышедшем романе Ефремова "Созвездие Андромеды". Когда восхитился такой возможностью, я сказал, что есть еще электронная почта. И сделали такую штуку: жена включила в своем телефоне видеокамеру и установила так, что велась съемка компьютера со стороны, и таким образом был с той стороны запечатлен процесс видеосвязи. Узнал, что все гуд у моих, и я им рассказал свои впечатления. Василий Иванович все спрашивал мою Аню про ее работу в школе, приятно удивленный тем, что она учит детишек обращаться с ЭВМ. После сеанса связи первое впечатление генерала:

— Я, когда учился радиоделу перед войной, о таком даже не мечтал. Очень здорово. Слушай, а что, у вас все женщины так откровенно одеваются?

— Кто как. Некоторые девушки и красивые женщины еще откровеннее. Но многие скромнее по меркам 21 века. В том смысле, что обычно ходят в довольно скромных штанах, правда, обычно обтягивающих задницу и немного просторных на бедрах и ниже. Часто в просторных и на попе, я в таком виде замечал и старушек в возрасте за семьдесят лет. Часто в брюках из обычной ткани, обтягивающих ноги только выше колена. Редко в длинных юбках. Зимой любят в узких штанах до колена и высоких узких сапогах. Откровенные варианты это юбка до середины бедра и выше или обтягивающие плотные штаны укороченные до такой же степени. Второй вариант даже скромнее. Это для публичных мест, — я прекрасно заметил и понял реакцию 43-летнего генерала на вид моей жены. — Большинство женщин уже не носят или редко ходят дома в халатах. Часто дома ходят как в спортзале или на даче. Вообще одеваются, кто как горазд.

Моя Аня в выпускном классе была стройной девушкой с каштановыми волосами, ростом 175 сантиметров и весом 55 или чуть больше килограмм, и даже надеялась стать фотомоделью, но не вышло. В следующие годы набрала два десятка килограмм лишнего веса. Попытки похудеть с помощью спорта обернулись тем, что фигура стала как раньше подтянутой и красивой, а не расплывчатой, но сбросить вес удалось только до семидесяти килограмм, потому как мускулатура заменила лишний жирок.

Впрочем, мне этот результат попытки похудения очень понравился и по выносливости, и по экстерьеру. К тому же после моих комплиментов Аня стала и с таким весом одеваться сексуально. Сейчас же на ней кроме трусиков была просторная футболка и спортивные блестящие лосины до колен. Я то привык, как и все в наше время к таким ситуациям, когда идут рядом парень и девушка в шортах, и у парня шорты намного длиннее. А Василия Ивановича проняло с непривычки, хоть и плохо было заметно со стороны благодаря его выдержке. Он же в таком возрасте, когда могут быть не только маленькие внуки, но и маленькие дети. Правда, я ему на всякий случай сказал:

— Не надо на мою жену облизываться, ваша, если ее так же одеть, наверно не хуже будет выглядеть.

— На фронте ко мне в кровать в очереди стояли красивые девушки, которым не хотелось в связистки на передовую. Мне даже не надо было идти на сделку с совестью, сами упрашивали, чтобы выжить в теплом месте в СМЕРШ, — рассмеялся в ответ генерал.

Показал ему Одноклассники, Вконтакте, Живой Журнал, Самиздат, ВВВ, Википедию, отечественный tut.by и некоторые другие сайты вроде Автомалиновки, сайта КПРФ и vikimapia. Последний его особо впечатлил, потому как частично отменял нужду иметь с собой рулоны карт местности мелкого масштаба. В разных поисковиках, на форумах полазил по моей подсказке. Больше всего запомнилась его реакция на разные статьи и форумы сталинистов: "Эти поклонники Сталина плохо знают, о чем говорят. Почти каждый человек на высоком посту имеет и свои провалы, и свои достижения. Ваши сталинисты описывают и мечтают попасть в страну, которая очень похожа на СССР времен Сталина, только намного лучше". И про разные ключевые фигуры в руководстве Советского Союза, и саму жизнь позднего СССР тщательно просматривал информацию, хотя я сказал, что уже все есть в наличии.

Еще, я в Одноклассниках показал свои фотографии, в том числе около своей машины. Отметил Петров, что хорошая машина. Я возразил, включая av.by:

— Вот, смотрите. Модель, на которой я езжу, снята с производства двадцать лет назад. И цена соответственно низкая. Цена на новые машины для меня неподъемная. Вот дальнейшее развитие моей Ауди, — и показал Ауди-А6-С5 выпущенную в 2010 году. Разница в цене на бэушные машины примерно десятикратная. Видя, как у генерала глаза загорелись на фоне новых машин, добавил. — По дизайну создать несложно. Но по конструкции и по электрооборудованию такую технику в Горьком невозможно производить. Пока невозможно. А мою реально. Кстати, к которому часу вам надо быть в Минске?

Василий Иванович и я глянули на часы одновременно. Часа полтора потеряли, если не два. Единственное, проверил свой почтовый ящик. Там, как и ожидал, было письмо с видеозаписью нашего разговора по Скайпу со стороны моего дома. Потом потопали к нашему ГАЗ-69. Я еще спросил по дороге:

— Вот мы беседовали в присутствии Дениса на тему двадцать первого века. Он полностью допущен ко всей информации или есть ограничения?

— Из моих сотрудников больше всего ему с тобой работать в 21 веке. Но лучше уточняй, что говорить. Рассказывать всякие гадости про капитализм ему даже желательно для лучшей моральной устойчивости. Кстати, насколько я понял, у нас народное хозяйство страны неплохо развивалось, как и армия после 1961 года. Но люди полностью поверили вражеской пропаганде и полностью перестали доверять всему, что говорит партия. У тебя то же самое выходит?

— Да, мы проиграли информационную войну настолько, что в результате сами развалили СССР.

— Очень хорошо. Тогда будет проще. Сделаем вот что. Растолкуем Хрущеву, да и не только ему, что главный виновник гибели страны это Суслов из-за полного фиаско проводимой под его руководством идеологии. Именно он, а не Брежнев. Леонид Ильич тоже виновник, но его роль второстепенна, как и Андропова, и Черненко. Вся эта троица не враги, а недостаточно хорошие кадры для руководства страной. Сам же ты читал, что Брежневу не дали уйти на пенсию по состоянию здоровья, хотя не раз писал заявления об уходе. И Мазурова Кирилла Трофимовича на пенсию выгнал именно Суслов за то, что пытался помешать культ личности Брежнева довести до маразма. Порекомендуем в первую очередь выгнать Суслова с заведующего отделом идеологии. И на замену обязательно Шелепина Александра Николаевича предложим. Больше никто не подходит так хорошо, как он. Образование у "железного Шурика" самое подходящее, опыт работы в КГБ есть, и еще молодые мозги. А руководить всем КГБ он и ты меня предложите. Если не согласится, так хоть генерал-лейтенантом стану. Вопросы есть?

— Что с остальными руководителями партии, и какие подробности еще мне надо знать? — сразу я спросил.

— Говори одну правду, только толкование сделай такое. Про Суслова я сказал. Брежнева не стоит только очернять, выдвиженец же Хрущева. За потакание своим людям и друзьям, несменяемость кадров и геронтократию капнуть дерьмом надо. Но это желательно списать на старческое слабоумие и маразм. Андропов вроде хороший председатель КГБ, но не без сомнительных моментов. С Косыгиным, Устиновым и Хрущевым нам еще долго работать. Никита Сергеевич, несмотря на то, что совершил несколько серьезных ошибок по вине неправильных советников типа Ларионова из Рязани, еще будет во главе страны. И виновата не партия, а гниль в партии.

— Понял. Я почти так и собирался доложить Никите. И в каком качестве я буду с вами сотрудничать в будущем, если буду вести полностью по вашим указаниям? — я был доволен поведением генерала и не удивился его карьерным замашкам в полезном для СССР направлении.

— В качестве консультанта, а потом наверно проверяющим по освоению знаний будущего. Но обещать не буду, я не смогу единолично решать вопрос твоего использования. У Хрущева спросишь. Не пропадешь на мелкой должности.

Скоро мы подошли к Каменке и переправились. Денис к тому времени собрал все съедобные грибы в радиусе пары сотен метров от машины, а дальше отходить не решился. Василий Иванович, когда мы приблизились на расстояние слышимости, громко меня спросил:

— Петька, а не слишком ли откровенно и неприлично девушки одеваются в твое время? Это ж безнравственно так выставлять свое тело напоказ, хоть мне и нравится.

— Нормально. Меня устраивает, к такому привыкаешь и только любуешься летом, когда ноги полностью голые ниже задницы. У вас на пляже или в бассейне куда больше видно. А зимой это очень даже приличная одежда, когда брюки вроде костюмных обтягивают попу. Да и мелочь это, пусть даже неприлично. Хуже другое. То, что с гомосексуализма, то есть с однополой любви сняли статус психической болезни, это еще нормально, — я подыграл генералу. — Но они пошли дальше в развитых странах, которые в составе НАТО. Легализовали браки, пусть и не везде. На территорию бывшую в составе СССР эта зараза еще не распространилась, потому как наши люди к таким извращениям плохо относятся. И этого мало. С криками дошло до венчания в церкви. Более того, сейчас разрешили в некоторых государствах усыновление детей однополыми парами. Есть безуспешные попытки объявить педофилов сексуальными меньшинствами наравне с гомосексуалистами. Говорят, успешно решается вопрос с официальным разрешением зоофилии, то есть физической любви человека с животными.

— Блин… Я всегда считал капиталистическое общество безнравственным, но это маразм полный! — генерал Петров выглядел оглушенным. Он реально был в трансе от таких новостей. Рысевец, услышавший меня, был в таком же состоянии. — Костьми лягу, но этих извращений не допущу.

— Есть такой анекдот. Богатый еврей через пару лет после распада СССР уезжает в Израиль. Его спрашивают, почему, ведь у него хорошая фирма в России. А еврей отвечает: "При Сталине за гомосексуализм расстреливали, при Хрущеве и Брежневе насильно лечили, теперь разрешили. Я не хочу дождаться, когда однополая любовь станет обязательной".

— Во время войны один армейский генерал насиловал солдат в задницу за то, что их спасал от отправки на передовую. А после окончания войны попал по чистку командного состава. Тогда во второй половине сороковых во время сокращения армии каждого офицера и генерала проверяли на вшивость и грехи военного времени.

Полные впечатлений поехали обратно в Минск. Я по просьбе капитана держал на руках два больших газетных кулька с грибами, чтоб не рассыпались и не покрошились. В них были не только вездесущие лисички и сыроежки, но и подберезовики, подосиновики и даже белые грибы. Генерал смотрел по ноутбуку с наушниками фильм "Олигарх". И ближе к Минску я ему включил сериал "Гражданин Начальник-3" с самого начала. Эта часть с самого начала больше всего пробирает жуткостью коррупции и жестокостью воров-чиновников.

А, чуть не забыл, заехали в Каменецкое лесничество, Ивенецкий отдел милиции и предупредили, чтобы сами очень близко не подходили и никого не подпускали в указанный район. Это ненадолго. Дальше я посоветовал строжайше ограничить знание местных жителей о самом переходе. Мне в ответ усмехнулся генерал "не учи ученого". Я ответил: "В двадцатые и тридцатые годы сюда переселили много поляков, и тут они большинство населения, их ненадежность сами знаете. Я же белорус из деревни Камень."

В столице БССР Дениса Сергеевича для начала озадачил билетами на вечерний поезд Минск-Москва для нас и охраны. Затем распорядился насчет оцепления места перехода 1961–2011 года. Озадачил этим какого-то полковника Чиркунова и приказал ему взять в помощь в качестве советника капитана Рысевца в качестве равного.

Два раза пробовал дозвониться в Москву и только после беседы с полковником Чиркуновым и капитаном Рысевцом по поводу охраны участка перехода (в мое отсутствие в кабинете) достучался до главного управления. Там начал разговор примерно такого содержания (я ж не подслушивал):

— Здравствуйте, Александр Николаевич! Тут ко мне один паренек подошел с очень серьезной информацией. Очень надо ее обсудить с Никитой Сергеевичем и еще несколькими людьми из руководства. А прежде с тобой перекинуться парой слов. Приезжаю на поезде, который вечером отправляется.

— Хрущева сейчас нет в Москве, но часть вопросов можно решить с Брежневым или Козловым, а потом доложить Первому.

— Ни в коем случае этим нельзя ничего говорить. А то в лучшем случае тебя отправят на понижение как Маленкова. По моим данным, нужна серьезная чистка ЦК КПСС и даже Политбюро. И своим сотрудникам ничего не говори, я при встрече тебе дам список крыс в КГБ. Желательно поставить в известность Косыгина раньше Никиты на случай, если Хрущев какой-нибудь фортель выкинет. К Миронову, как вы любите, просьба не бегать.

— Даже так! Ладно, встречу, поговорим.

— И еще больше, чем сказано! Жди, встречай.

Короче, сели мы в купейный вагон поезда "Минск-Москва" и поехали. Сам же поезд был с тепловозом во главе. Загрузли в ящиках в купе все мое барахло, кроме велосипеда. Я с генералом расположились на верхних полках, на полу и нижних полках все, что притащил из будущего, а притащил дофига. Даже удалось договориться с отделом КИПиА о покупке неисправных электронных блоков с оборудования завода, в том числе со станка с программным управлением. И на барахолке радиотоваров много чего набрали из микросхем, как я уже говорил. Много места заняла литература из магазина "Академкнига", очень многое скачал из Интернета, но все это в ноутбуке. Забыл упомянуть, в тайник я прятал и принтер. В двух соседних купе ехали крепкие парни, которые старательно делали вид, что Василий Иванович не их начальник, а так за деньги помогли весь багаж нести. Тем более, что Петров был в костюме.

Рассказал, что еще на первом курсе бывал в здании вокзала, который еще в 1961 году стоял на Привокзальной площади напротив улицы Ленинградской. А потом достроили великолепное здание напротив улицы Кирова, и без свидетелей показал фотографии нового вокзала на своем телефоне.

Все вспоминал Поселягина. У того главный герой в "Первый фронт" с собой мало что взял в 1941 год, уверенный, что Аномалия не закроется. И по сюжету гениальные Сталин и Берия, сам сталинский СССР отличная страна. И почти очевидно, что надо сделать для облегченной Победы в войне. Сказка. Тем более что не уточняет объем и содержание информации для Сталина.

А у меня? Холерик и недалекий идеалист Хрущев со своими авантюрами, которого надо направить в нужное русло. И его придворные интриганы, пусть и не сволочи, но и не ангелы. Обычные хитрющие мужики родом из простого народа. Бедная страна, которая старается и армию сильную держать, и быстро развивается. И сообразить, что надо для полной победы в холодной войне надо. Идеи есть, но тут уж победа не гарантирована и методы неясны. Будем думать. Говорят: "времена не выбирают, в них живут и умирают". Но мне дали право выбрать одно из двух. Говорят: "хрен редьки слаще". Я выбрал горькую редьку начала 60-х СССР вместо "хрен дождешься светлого будущего" 21 века. Но пока все удовлетворительно идет. Даст бог и партия, будет почти светлое будущее 70-80-х годов с продолжением, и ради этого самого хорошего продолжения полез в прошлое.

В поезде же мы, удобно устроившись, стали ужинать. До этого не выходило. Сходили в вагон-ресторан, хотя у генерала было и с собой. Я полез было в карман за своими деньгами и достал их. Василий Иванович посмотрел на ветхие купюры образца 1961 года и сказал убрать их. Сам же достал такие же, но почти новые со словами: "не позорься со своими такими купюрами нового образца".

Мы плотненько поужинали, причем выпили на двоих бутылку коньяка. Я, не имея привычки часто и много пить, захмелел и отказался от пития второй бутылки, хотя на меня даже прикрикнул Петров. Потом без свидетелей сказал, что я правильно поступил.

Когда увидел за окном остановку Слобода пригородного поезда, а потом Домошаны, то пытался увидеть вдалеке на севере Курган Славы, и не увидел, так же как и магистрали М2, идущей на аэропорт "Минск-2". В купе меня генерал спросил:

— А что ты там высматривал?

— Через Слободу идет через железную дорогу трасса на аэропорт "Минск-2". Кроме того, в районе деревни Слобода у дороги Минск-Борисов я помню Курган Славы, а сейчас не увидел. Похоже, позже построили. Чего так в первое время после войны не делают памятники на местах боевой славы?

— Точно не скажу. Нужнее строить дома для людей, чем памятники. Да и в войну было много такого, чего лучше не вспоминать. Кто-то что-то выжил наперекор своей совести, а у всех кто-то погиб, кого очень тяжело терять. Неохота болячки теребить.

— Очень даже зря. Люди стареют и умирают, живые забывают. Должны помнить, пусть и не доводить до маразма. В Беларуси главным событием истории официально объявлена Великая Отечественная война, а на других исторических периодах внимание не заостряется правительством. К примеру, на большой войне в середине семнадцатого века. Но сейчас на постсоветском пространстве объявилось ряд авторов альтернативных версий этой войны. Вот, к примеру, книга Резуна-Суворова. Более того, в Таллине поставили памятник нацистам-освободителям от советской оккупации при том, что в Берлине так и стоит памятник в Трептов-парке, а на северо-западной Украине себя вольготно чувствуют бандеровцы. Были скандалы с массовыми драками между коммунистами и бандеровцами, были избиения восьмидесятилетних дедушек-ветеранов, часто публичные. В Прибалтике многих ветеранов посадили в тюрьмы за войну против нацистской Германии. А в Литве отрицание утверждения, что ее время пребывания в составе СССР является преступлением и серьезно карается. В Российской Федерации всерьез объявили днем независимости и празднуют в таком качестве объявленный Борисом Ельциным день выхода из состава Советского Союза. Опять же, я специально узнавал, что люди в конце восьмидесятых и начале девяностых толком и не знали, как относились богатые к бедным на закате царизма. А сейчас самые догадливые сравнили данные по началу и концу двадцатого века и пришли к выводу, что хамство по отношению к малоимущим просто вернулось, и даже только частично. Оно вам надо такое будущее?

— Конечно, нет. А на какие силы, по-твоему, стоит опереться у вас в будущем, чтобы убрать власть предателей и капиталистов? Я так понимаю, на компартии? Или есть кто-то еще подходящий? — нервно отреагировал генерал Петров.

— Предатель он и в Африке предатель…

— Сам знаю. Думаешь, я не догадался, что выгоднее их подкупить, чтобы разными знаниями поделились и наших людей легализовали? А это на будущее, вдруг революцию будем делать. Мало ли, вдруг нам много чего важного не продадут из боязни за свою шкуру. И что тогда?

— Наши компартии придется ломать через колено, чтобы под вас подстроились, потому как они по факту социал-демократы с левым уклоном и именем Сталина на устах. А что касается правительства, так они уже много сделали в своем предательстве себе во вред, например, сильно ослабили армию, потому как после воровства не хватает денег на ее поддержание на должном уровне. Это и в РФ, и на Украине, и в Беларуси творится. Лично я во время своей армейской службы, которую проходил в Борисове, который сейчас проезжаем, сам в наряде охранял второй парк, где ждали своей очереди разборки на запчасти и вторчермет около сотни танков Т-80. А основа танковых подразделений у нас это Т-72, насколько я знаю. После 1991 года закупки новых вооружений почти не производилось. Только малость подновили ПВО исходя из опыта войны НАТО против Югославии, где как раз слабая система противовоздушной обороны помогла НАТО одержать легкую победу.

— А где именно служил в Борисове?

— В ремонтной части, в составе которой два батальона, один по ремонту бронетехники, второй по ремонту автомобилей, — я решил достать атлас Минской области, в котором были и карты городов, но как только начал искать, Петров меня остановил:

— Не ищи, твои карты у Дениса, ему нужнее. Опиши место, где именно.

— Вот железная дорога, вот Березина, вот известная мне улица Гагарина с проходящей по ней старой дорогой Минск-Орша. Вот Дымки и военный городок Лядище. Вот полигон. Тут танкоремонтный завод, госпиталь. А здесь моя родная воинская часть, — показал я место своей службы.

— Тут же находится танковая дивизия. Ясно, сокращение армии.

— Ага, у нас 1700 танков на металлолом разобрали.

— Ой, чем больше я тебя слушаю, тем больше гнилья вижу у вас. Петя, ты что, так опьянел от стакана коньяка?

— Я вчера встал в два часа ночи, натаскался груза в тайник и обратно, да еще и вчера от Ивенца вез большие тяжелые сумки. И сегодня с отдыхом вышло плохо. Пока был трезвый, держался. А от коньяка расслабился.

— Отдыхай, завтра у тебя тяжелый день. Погоди, включи ноутбук и фильмы, потом отдыхай, — сказал Василий Иванович.

Проснулся я уже где-то на окраине Московской области, а следом и генерал, который явно не выспался. Пока привели себя в порядок и собрались, уже начался город Москва. Я не был ни разу до этого в Российской Федерации. Вообще. До брата жены мы так и не доехали туда, где он жил в эрефии. Вернулся оттуда злой как черт и без денег, которые обещали заплатить. Устроился под Витебском водителем БелАЗа на месторождении доломита, а ведь учился на эту машину, чтобы в РФ разбогатеть. Потому так вышло, что в Москве я первый раз в жизни побывал в 1961 году.

На перроне нас встретил лет сорока лысоватый шатен с кругловатым лицом в хорошем деловом костюме, а с ним пара крепких ребят. Я сразу поздоровался:

— Здравствуйте, Александр Николаевич!

Почти одновременно со мной поздоровался генерал. Встречающий посмотрел на меня, поздоровался и спросил у Петрова:

— Доброе утро. Это ваш сотрудник?

— Посмотрим. С Никитой еще будем разбираться. Ценных вещей у нас с собой много. Есть на чем увезти?

— Я на ЗИМе приехал. Мои ребята проведут.

Занесли все сопровождающие на автостоянку и погрузили во вместительный ЗИМ, по объему достойный конкурент Додж Караван. Шелепин выпроводил из машины водителя, охрана прогуливалась рядом, изображая случайных прохожих, и расслабленно смотрела по сторонам. Василий Иванович и Александр Николаевич в ЗИМ сели пошептаться. Я пошел к ближайшей желтой бочке с квасом, до которой было метров двадцать. Меня окликнул Василий Иванович:

— Нам тоже возьми по бокалу, позовешь.

Водителю Шелепина, Сергею Ивановичу, тоже захотелось кваску. В воздухе от утренней прохлады почти ничего не осталось, уже припекало и пахло уличной зеленью пополам с пылью и немного асфальтом. Гарь от автомобилей не чувствовалась абсолютно, разве что слегка пахло дымом от паровозов с тепловозами. Я встал в очередь и ждал, рассматривая окружающий народ. Вскоре подошел к продавщице и попросил, протягивая ветхую рублевую купюру цвета старой латуни:

— Дайте, пожалуйста, четыре бокала кваса.

— Не слишком ли много вам кваса одному? И за такой потрепанный рубль не продам. Поищите у себя мелочь.

— Купюра потрепанная, но целая, и потому вы обязаны ее принять. Других нет, извините. И меня с квасом в той машине ждут товарищи с Лубянки.

— Извините, не знала. Сейчас налью, — переменилась резко в лице и поведении толстая тетка в старом халате у бочки.

— Это неважно, знали или нет. Обслуживание должно быть качественным.

Продавщица с льстивой улыбкой подала мне четыре стеклянных кружки с квасом и отсчитала мне монеты сдачи, среди которых была даже монета на пятьдесят копеек, как я помнил, довольно редкая в позднем СССР. Водитель постучал в стекло машины, и оба больших чина КГБ подошли к столику с кружками. Взяли их и стали медленно пить.

Василий Иванович был погружен в свои мысли в непонятных чувствах. "Железный Шурик" мрачный и встревоженный как Сталин осенью 1941 года.

В машине они долго не беседовали, Василий Иванович начал:

— Вот какая ситуация вырисовывается, я даже и не знаю, хорошая или нет. Ко мне в управление подошел этот паренек и рассказал, что Советский Союз развалится через тридцать лет в результате поражения в холодной войне, если не принимать специальные меры. Я, конечно, проверил его документы. Так у него паспорт Республики Беларусь, вот он. И весь груз, что с собой привезли, это он из будущего притащил. Более того, есть вроде бы постоянный проход между 1961 и 2011 годами. Я туда сходил на часик. Большинство деталей потом от его, Петра, узнаешь.

Суть вот в чем. Ты станешь в его истории председателем Комитета Партийного Контроля еще в этом году, на твое место поставят твоего друга Володю Семичастного. В 1964 году в его истории осенью выгнали Никиту на пенсию. Было за что выгонять, и были полезные вещи, за что на его партийные чины обиделись. Все против Хрущева кроме Микояна. Руководители заговора Брежнев и вы, Александр Николаевич, ключевые участники Семичастый, Косыгин, Суслов, Подгорный и, наверно, Миронов.

Станет главой партии и государства Брежнев, Суслов секретарем ЦК КПСС по идеологии и к тому же серым кардиналом по факту, а Косыгин главой Совета Министров. Миронов погибнет во время заговора в авиакатастрофе по случайности. Косыгина зажмут в тесные рамки. Подгорного и Микояна на пенсию. Тебя и Володю загонят на понижение как Маленкова, и к тому же будут травить всех, кто будет с вами общаться вне службы. Как освобожденным уголовникам вам будет запрещен въезд в Москву. Я же через девять лет стану начальником особого отдела Северной группы войск, откуда в 1980-м году уйду на пенсию генерал-лейтенантом.