Повинуйся зову желаний

Азраил шагнул в ее сторону и выгнул черную бровь.

— Нет? — спросил он, и его золотистые глаза стали яркими, как полированные слитки золота.

— Нет! — крикнула Молли.

Азраил подхватил ее на руки, как пушинку. Молли испуганно взвизгнула.

— Урок первый, — сказал он. — Не кричи на меня, когда я устал.

Открыв дверь спальни, он бросил Молли на кровать.

— Урок второй: не называй Джалию примитивной страной. — Когда она открыла рот, чтобы ему возразить, Азраил прижал руку к ее губам. — Молчи. Оскорбляя мою страну, ты оскорбляешь меня. Прекрати это делать.

Молли не могла двигаться, потому что он встал на колени по обе стороны от ее ног и прижал ее руки ладонями к кровати.

— Я вполне могу быть примитивным человеком, потому что мне приходилось делать много примитивных вещей в жизни, но я никогда не стану относиться к женщине как к собственности или причинять ей физическую боль. И ты знаешь, что сейчас я не причиняю тебе вреда, — проворчал он, выражение его красивого лица стало угрожающим.

Молли прерывисто вздохнула.

— Я больше не буду оскорблять твою страну, — тихо сказала она.

— Спасибо. — Азраил отпустил ее и вскочил с кровати. Молли заметила, что он сильно возбудился, и густо покраснела.

Она наблюдала, как он прислоняется к каменной стене у окна, словно пантера, лежащая на солнце. Он был невероятно сексуальным.

— Надо что-то делать с твоими криками. Есть способы лучше себя контролировать, — благосклонно сказал Азраил.

— Я могу давать тебе пощечины, — ответила Молли.

— Ты моя жена…

— Прекрати говорить об этом!

— Зачем отрицать правду? — пробормотал Азраил, пристально глядя на Молли, чьи красивые волосы сияли от солнечного света, как полированная медь. — Неужели ты действительно сможешь меня ударить в порыве гнева?

Молли пожала плечами и поджала губы.

— Возможно, нет. Я не жестокий человек, но ты меня бесишь.

— Я пытаюсь быть разумным, — признался Азраил, не сводя с нее глаз.

— У тебя своеобразная разумность, — задумчиво произнесла Молли, уставившись на его красиво очерченные губы.

— Воспринимай роль моей жены как работу. Я тебе заплачу, — мягко сказал Азраил. — Я сделаю все, чтобы тебе захотелось остаться здесь на несколько месяцев.

Молли была загипнотизирована его движениями и низким шелковистым голосом. Он предлагал ей роль жены, за которую она будет получать зарплату. И он решит все ее проблемы в Лондоне.

— Я не знаю, — пробормотала она в замешательстве, когда Азраил подошел к кровати и присел на ее краю в пределах досягаемости Молли.

— Ты можешь мне доверять, — проговорил Азраил. — Я выполню свою часть сделки.

Она сдвинула брови.

— Содержание Мориса в интернате обходится мне очень дорого. Но он счастлив в Уинтервуде. Я продала ювелирные украшения своей матери, чтобы оплатить дополнительные сборы, но у меня остались средства на оплату счета за следующий месяц.

— Я возьму оплату на себя, — промурлыкал Азраил, отводя кудряшку от ее нежной, покрасневшей щеки. — Для меня большая честь помочь тебе заботиться о твоем единственном родственнике. Жаль, что тебе пришлось продавать украшения своей матери.

— Это было кольцо и брошь, которые принадлежали моей бабушке, — неуверенно сказала Молли.

От прикосновения Азраила ей захотелось погладить его по щеке, но она боялась поощрять их опасную близость. Ее грудь внезапно отяжелела, а соски напряглись. Молли прерывисто вздохнула под напором ощущений.

— У меня есть изумруды, их цвет в точности как у твоих глаз, — ласково сказал Азраил. — Они тебе очень подойдут.

— О, ради всего святого, Азраил! — Молли беспомощно вздохнула, запрещая себе к нему притрагиваться. — Я никогда не носила драгоценностей.

Обхватив за талию, он усадил Молли себе на колени.

— Открой рот, — выдохнул он и запустил пальцы руки в ее волосы, заставляя Молли положить голову ему на руку.

Он прикусил ее нижнюю губу и потянул вниз. Молли захныкала. Она разомкнула губы, и он, глубоко вздохнув, скользнул языком ей в рот. Он страстно целовал ее, одновременно лаская пальцами ее между ног. Молли инстинктивно раздвинула ноги шире.

В какой-то момент она закричала, когда ее тело вышло из-под контроля, и на нее нахлынул поток ощущений. Азраил уложил обмякшую Молли на подушки и с удовлетворением улыбнулся, глядя в ее удивленное лицо.

— Вместо того чтобы спорить, нам следовало лечь в постель, — убедительно пробормотал он. — Так было бы намного приятнее.

— Но не разумно, — прошептала она, у нее кружилась голова. — Мы не женаты по-настоящему.

Азраил ничего не ответил. Он знал, чего хочет. Поэтому он выждет время. Он будет бороться за то, что хочет. Их брак станет настоящим в полном смысле этого слова, потому что меньшее его не удовлетворит.

Изначально он чувствовал себя в ловушке. Азраил всегда любил планировать крупные события, но Молли ворвалась в его жизнь, как песчаная буря, которую он счел очень волнующей. Молли умела быть страстной, обладала бурным темпераментом и острым умом. Молли не боялась Азраила, не преклонялась перед ним и не желала льстить ему. Она относилась к нему как к равному, а это, по мнению Азраила, была очень ценная черта для женщины. Он всегда чувствовал себя одиноким, даже когда служил в армии. Но с Молли он забыл об одиночестве. С какой же стати ему расставаться с женщиной, которая идеально подходит ему в жены?

В дверь постучали, и Азраил нахмурился, а потом устало вздохнул. Если он не выспится, то станет похож на зомби.

— Ты полетишь в Лондон, где уладишь свои дела и соберешь вещи, — спокойно предложил он. — Купи там свадебное платье.

— Свадебное платье? — удивленно переспросила Молли.

— Мы должны устроить надлежащую свадьбу, чтобы угодить людям. — Азраил открыл дверь и увидел Бутруса, который смотрел на него с извиняющимся выражением лица.

— Приехал принц Фируз.

Азраил поджал губы.

— Я спущусь к нему через несколько минут.

Молли неуверенно встала с кровати.

— Надлежащая свадьба? — спросила она.

— Ее ждут от нас, — признался Азраил и снял рубашку, обнажая мускулистый торс.

Смутившись, Молли подошла к окну и повернулась к нему спиной, слушая, как он открывает двери шкафа.

— Я вряд ли сумею угодить твоим подданным. Я обычная девушка.

— Ты необыкновенная. Вспомни, как ты заботишься о своем дедушке. Вспомни, как ты выдержала все, что здесь произошло. Ты криклива, но у тебя доброе сердце, ты смелая и умеешь сочувствовать, — убедительно ответил Азраил.

Молли улыбнулась, повернулась и увидела, что он надел белую тунику и золотой плащ и покрыл голову.

— Я постараюсь сыграть роль твоей жены, — тихо сказала она. — Но большего я обещать не смогу.

Его темно-золотистые глаза сверкнули, когда он посмотрел на ее улыбающееся лицо.

— Достаточно того, что ты согласилась попробовать.

Глава 7

— Мне просто не верится, что вы женитесь, — пробормотала подруга Молли, Яна, качая темноволосой головой и кладя себе на колени своего новорожденного сына, Робби. — Расскажи мне все.

Прошла неделя с тех пор, как Молли улетела из Джалии по дипломатическому паспорту гражданки Джалии. Эта неделя была очень суматошной. Молли оплатила оставшиеся счета, собрала свои немногочисленные вещи и ежедневно навещала деда, который, к сожалению, не узнавал ее, но постоянно говорил о том, что она ему кого-то напоминает. В промежутках между этим Молли покупала вещи и тратила больше денег, чем когда-либо раньше, расплачиваясь кучей банковских карт, которые дал ей Азраил. Она купила себе летний гардероб, более подходящий для климата Джалии, а также свадебный наряд.

— Когда я прочитала о твоей свадьбе в газете, я решила, что ты с ним познакомилась, пока давала уроки английского языка в том иностранном посольстве. Но ты ни о чем мне не говорила! — пожаловалась Яна. — Ты даже не сказала, что собираешься поехать в ту страну.

— Такая возможность у меня появилась неожиданно, — усмехнулась Молли.

— Полагаю, ты просто не верила, что он на тебе женится, и не хотела опережать события. Он очень красивый парень, — с завистью произнесла Яна. — Мне понятно, почему ты его скрывала.

— Все произошло очень быстро, — сказала Молли. — Я до сих пор не верю, что мы с ним поженимся.

— В моей гостиной тебя ждут три телохранителя, поэтому тебе сбежать со свадьбы не удастся. — Яна рассмеялась. — Азраил либо боится, что ты сбежишь, либо очень заботится о твоей безопасности! Я надеюсь, ты понимаешь, я ни слова не сказала журналистам, которые ко мне приходили. Ты работала у меня неполный рабочий день. Когда меня спросили о твоей семье, я ответила, что твои родители уже умерли.

— Спасибо, но ты не должна волноваться, — печально ответила Молли. — Кто-то узнал меня на фотографиях, сделанных в аэропорту, и позвонил в газету, чтобы сказать, что я работала уборщицей в ночную смену. Я не была готова к тому, что меня станут фотографировать, поэтому выглядела неопрятной.

— Нет. Ты выглядела удивленной тем, что тебя решили сфотографировать! — Яна хихикнула. — Молли, ты станешь королевой, поэтому журналистам интересно твое происхождение.

— Будем надеяться, что они не откопают родственников моей мачехи, которые назовут меня дьявольским отродьем. — Молли простонала, радуясь тому, что телохранители Азраила удерживали от нее прессу на безопасном расстоянии.

— Их привлекает история о Золушке, — заметила Яна, качая головой. — Но я бы не смогла до конца жизни жить в чужой стране. Судя по всему, Джалия довольно отсталая страна.

— Она сейчас быстро меняется к лучшему, — без колебаний ответила Молли.

— Женщины, которых я видела на фотографиях, одеты в платья длиной до лодыжки, — в ярости произнесла Яна.

— Только потому, что бывший диктатор навязал женщинам такой дресс-код. Теперь женщины могут легко купить себе современную одежду в магазинах. Еще придется расширять сеть розничной торговли, — сказала Молли.

— Ты говоришь как политик, — в ужасе прошептала Яна.

— Нет, дело не в этом. Азраил попросил одного из дипломатов составить для меня обзор тех фактов, которые я должна знать о Джалии, и теперь моя голова жужжит от этой информации, — печально произнесла Молли.

— Ты читаешь обзоры за неделю до вашей свадьбы? Кто этот парень, если он так на тебя влияет?

— Он просто пытался мне помочь. — Молли удивилась тому, что охотно оправдывает Азраила. — Если меня станут спрашивать, я не хочу показаться невеждой.

Молли говорила искренне. Она чувствовала, какую ответственность на себя взваливает, становясь женой Азраила. Она не желала выставлять себя в дурном свете и смущать Азраила. Проведя во дворце три дня накануне отъезда в Лондон, она сполна узнала, какую ответственность ежедневно несет на плечах ее муж.

Он не вернулся в спальню, в которой она ночевала, хотя это была его спальня. Бутрус случайно упомянул, что Азраил часто работает допоздна и спит на диване в своем кабинете. Принц Фируз — отец Тахира — общался с Азраилом до часу ночи. Поэтому Молли почти не видела Азраила. Она спала одна, и ее это устраивало. Секс только усложнил бы их отношения, сделал бы их более личными. А ведь они просто заключили практичное соглашение, чтобы избавить Азраила от проблем. Кроме того, он платил ей за услуги, а в такой ситуации она вряд ли могла спать с мужчиной и по-прежнему уважать себя.

Смущаясь, Яна протянула ей приложение к воскресной газете.

— Я не знаю, видела ли ты эту статью. Она об Азраиле и Джалии.

— Нет, я ее не видела. Я прочту ее, когда вернусь в отель. — Молли положила журнал в свою новую большую кожаную сумку.

— Она не очень приятная. Я имею в виду статью. — Яне было неловко. — Пожалуйста, не обижайся на меня за то, что я отдала его тебе.

— Конечно нет. — Однако предупреждение Яны заставило Молли открыть журнал до того, как лимузин повез ее обратно в отель.

Увидев свою фотографию, сделанную по возвращении из Джалии, на которой Молли была взъерошенной и уставшей, она простонала. Она была без макияжа, на ней были удобные джинсы и свитер. Хмурясь, Молли пару минут сравнивала себя и брюнетку на соседнем фото.

Брюнетка — принцесса Назира из Кварейна, племянница князя Фируза, была невестой Азраила. У Назиры были великолепные глаза и роскошные, блестящие черные волосы. Мало того что она была просто красавицей, так она еще получила диплом в области политики, учась в Сорбонне, знала минимум пять иностранных языков и занималась детской благотворительностью в Кварейне. Контраст между Молли и Назирой, имеющей безупречную родословную, был поразительным. В статье говорилось, что выбор короля Азраила, который предпочел англичанку, был одновременно спорным и удивительным. Молли побледнела и пожевала нижнюю губу, задаваясь вопросом, почему Азраил никогда не упоминал Назиру.

Зачем во дворец приезжал принц Фируз? Вероятно, он приезжал от имени своей племянницы, чтобы потребовать от Азраила объяснения относительно его внезапной женитьбы на иностранке. Но почему Азраил не сдерживал желания рядом с Молли? Она покраснела, понимая, что у нее нет ответа на этот вопрос.

В тот день, когда Молли старалась обуздать разыгравшиеся эмоции, Азраил тоже не находил себе места. Британская пресса провела тщательное расследование скромного прошлого его невесты, и это стало неприятным сюрпризом.

После того как Молли рассказала ему о своем больном дедушке, живущем в интернате, Азраил чрезвычайно удивился, узнав, что дед Молли по материнской линии умер задолго до ее рождения, а дед по отцовской линии умер очень давно. Он приказал Бутрусу проверить информацию, и тот подтвердил, что она верна.

У Молли не было дедушки, а это, несомненно, означало только одно — она солгала Азраилу. Он перевел на ее банковский счет сравнительно небольшую сумму, чтобы она оплатила пребывание своего деда в интернате. Но если дедушки не существовало, то Молли просто играла на сочувствии Азраила. Его впечатлило, что она готова пойти на жертвы ради ухода за пожилым родственником, и у него не возникло подозрений, когда она настаивала, что будет иметь дело с интернатом лично.

Азраил рассердился. Когда он стал таким наивным и доверчивым? Сексуальные связи с женщинами научили его тому, что его богатство для женщин важнее его внешности или характера. И чем дороже его подарки, тем сильнее они стремятся ему угодить.

По существу, Молли ничем не отличалась от этих алчных женщин. Думая об этом, он испытывал отвращение. Очевидно, она решила обогатиться за счет своего брака, а о несуществующем дедушке в интернате она рассказала, чтобы произвести на Азраила впечатление и потребовать от него денег. С его точки зрения, это была смехотворно маленькая сумма, но для Молли она была очень крупной. Азраил разочаровался в Молли. Он был в ярости, что она лгала ему ради своего обогащения.

Странно, что он ожидал, будто она идеальная женщина. В этом мире нет идеальных людей. Молли обманула его, и он не мог избавиться от горького чувства отвращения. Разве он может жениться на такой беспринципной женщине? Однако выбора у него нет.

Ранним вечером Молли вернулась в здание, которое Бутрус старательно называл дворцом, а Азраил — крепостью. Она ухмыльнулась, вспоминая об этом. Азраил был категоричнее своего пожилого помощника, и ей нравилась его прямолинейность. Он не позвонил ей до ее отъезда из Лондона, и она немного разочаровалась оттого, что не услышала его голос. Она предположила, что Азраил слишком занят. Молли чувствовала себя довольно странно, потому что жаждала поскорее увидеться с Азраилом. От перспективы встречи с ним у нее чаще забилось сердце и засосало под ложечкой. Поздоровавшись с персоналом, она быстро поднялась по лестнице в королевское крыло.

— Где Азраил? — спросила она Бутруса, поняв, что Азраил ее не ждет.

Бутрус заставил себя улыбнуться.

— Король у себя в кабинете, ваше величество.

— Зовите меня по имени, Бутрус, — сказала она. — Не надо официоза за закрытыми дверями.

Бутрус кивнул, а Молли провела влажными ладонями по очень дорогому зеленому платью, купленному в Лондоне. Во время встречи с Азраилом она хотела выглядеть великолепно.

Азраил поднял глаза от ноутбука, когда Молли вошла в его кабинет, даже не постучав в дверь. Он подумал, что следует потребовать от нее стучаться в будущем, и сурово оглядел ее с головы до ног. Она выглядела очень эффектно. Стройная фигура, потрясающие ноги, облегающее платье, туфли на высоких каблуках. Он возбудился, когда уставился в ее ярко-зеленые глаза, сверкающие теплом и радостью.