Помоги проекту - поделись книгой:
— Да, были. Я, он, твой отец и Питер Петтигрю — мы были друзьями.
Вот так Гарри вновь стал героем, хотя эта его ненужная и главное незаслуженная слава очень тяготила мальчика. Он злился, но терпел, ведь иного выхода не было. Не мог же он сказать, что дементоров уничтожил тот, кто является его защитником, тот, кто не может назвать себя человеком, да, по сути, им и не является. Он не мог в открытую заявить, что его опекает и хранит от бед Посланник, представитель Высших Сил. Страшно представить, что будет твориться в магическом мире, если он сделает подобное заявление.
Глава 17
С самого утра Гарри мучился от дурного предчувствия. Он чувствовал, что должно произойти что-то плохое, но никак не мог понять, откуда следует ждать беды. Все его естество буквально кричало о том, что опасность рядом, и она касается его самого. Мальчик вздрагивал от каждого звука, но ничего не происходило. И, в конце-концов, он смог уговорить себя, что его беспокоит не чувство приближающейся беды, а мандраж перед квиддичным матчем, который должен состояться сразу после завтрака.
За столом в Большом зале Гарри не смог проглотить ничего кроме пары глотков чая. Яичница, заботливо положенная Гермионой на его тарелку и тосты, намазанные апельсиновым джемом, остались нетронутыми. Увидев, что Оливер Вуд, капитан гриффиндорской команды по квиддичу, поднялся из-за стола, Поттер поспешил присоединиться к нему, чтобы как можно скорее сбежать от назойливой заботы Гермионы. Оливер, хлопнув Гарри по плечу, понимающе ему улыбнулся. Он прекрасно видел несчастный вид мальчика, когда Грейнджер пыталась впихнуть в Поттера что-нибудь съестное, поэтому постарался поскорее увести своего ловца от раздражителя в лице гриффиндорской выскочки. Вуду девочка не нравилась и не из-за того, что не признавала спорт и квиддич, а потому, что казалась капитану команды какой-то… фальшивой? Она все делала напоказ, например, заставляла Гарри и Рона учить домашние задания, причем заставляла так, чтобы все видели, благодаря кому эти двое еще не скатились на сплошные «слабо»… В общем, Оливер никогда не стал, бы дружить с такой, как она, хотя в его окружении девушек хватало, взять тех же Алисию, Кэти или Анжелину, которые были членами квиддичной команды.
— Демон.
Рядом с Посланником на землю с метлы спрыгнул крепкий парень и упал рядом с Гарри на колени, трясущимися руками схватил мальчика за плечи и легонько встряхнул. В голосе, когда юноша позвал Поттера, звучала паника. Он явно испытывал страх. «Боится, что малыш мертв», — подумал демон, мысленно отмечая этого парня, чтобы позже рассказать о нем подопечному. Спустя несколько секунд рядом появились и остальные члены команды, вперемешку с командой соперников. Еще через минуту подбежал и оборотень, весь бледный с плещущимся в глазах безумием, вызваным страхом. Следом за ним подоспели и Дамблдор со Снейпом. Старик был немного напуган, но больше удивлен. А вот зельевар был в ужасе и переживал за мальчика. «Интересно, его предки не грешили с моими собратьями? Так виртуозно притворяться ни один человек не должен уметь. Зачем только скрывает свое настоящее отношение к Гарри под слоями злости и ненависти? Дурак», — Посланник четко отслеживал эмоции тех, кто приближался к его подопечному. Позже он все расскажет Гарри, пусть делает выводы.
Погода была ужасная, дождь лил как из ведра, сильный ветер чуть ли не сбивал с ног и Поттер без конца спотыкался, снимал очки и протирал их полой мантии. Поэтому Вуд периодически корректировал путь Гарри, несильно подталкивая его в нужную сторону.
Небо прочертила яркая молния и появилась темная фигура с огромными черными крыльями. Эта фигура подхватила падающего мальчика, находящегося без сознания от сильного потрясения. Лицо крылатого спасителя выражало гнев и сильно отличалось от того, каким его привык видеть Гарри. Черты лица Посланника заострились, из-под вздернутой верхней губы виднелись белоснежные клыки, в глазах, обычно спокойных, плескалась ярость. Сейчас мужчина был именно тем, кем и являлся — хищным, кровожадным созданием. Он был собой — демоном…
И действительно, после неудачного урока УЗМС, Малфой щеголял по школе с перевязанной рукой, на каждом углу крича о том, что его отец разберется с недоумком-полувеликаном, которого назначил на должность профессора впавший в маразм директор. И именно малфоевским ранением Маркус Флинт, капитан слизеринской команды по квиддичу, отговорился от сегодняшнего матча. Вместо них будет играть Хаффлпафф.
Вуд часто ловил себя на мысли, что Гарри выбрал себе не тех друзей и хотел бы ему это объяснить, но как это сделать не знал. Он, вообще, относился к однофакультетнику, как младшему брату. Может быть, сказывалась разлука с собственным братишкой, а может быть и что-то другое. Во всяком случае, никто из младших студентов не вызывал в Оливере желания заботится о нем. Семикурсник жалел, что этот год для него в Хогвартсе последний, очень не хотелось оставлять Гарри без присмотра, но с этим ничего не поделаешь, его обучение подходило к концу. «Что ж, буду списываться с Невом, он хотя бы с ним на одном курсе и до конца учебы будет рядом. Зря Гарри не обращает на него внимания. Невилл был бы ему лучшим другом, чем Уизли и Грейнджер вместе взятые. Но ничего, время еще есть. Может и разглядит в нем верного товарища», — подумал Оливер, прежде чем подтолкнуть Гарри к раздевалке.
— Бывает и круче. Главного-то ты не знаешь. Не знаешь под чьей ходишь опекой.
Дождавшись пока Гарри, заснет, Посланник погладил его по голове и тихо прошептал:
Посланник пристально наблюдал за тем, что делает колдоведьма, как она лечит мальчика. Отметив, что вреда женщина ему не причиняет, демон принялся разглядывать тех, кто заполнил Больничное крыло. Снейп, Люпин, МакГонагалл, Дамблдор стояли отдельно от подростков. Первые двое пришли в себя, услышав, что с Гарри все в порядке. МакГонагалл была напугана и часто поглядывала на Дамблдора. Старик же задумчиво разглядывал Поттера. Это больше всего не понравилось демону. По всей видимости, Дамблдор сейчас поверил в то же, во что верили и студенты, а именно в то, что в Хогвартс-экспрессе дементоров уничтожил Гарри, а не какая-то неизвестная сила. И это было очень плохо. Посланник ощущал, как в душе старого мага зарождается страх перед силой его подопечного. А что люди стараются сделать со своими страхами? Верно, уничтожить их. Н-да, кажется, он сослужил плохую службу для своего человеческого детеныша. Гарри итак находился под пристальным наблюдением со стороны Дамблдора. А теперь это внимание усилится во сто крат. И, по всей видимости, старик постарается уничтожить мальчика. Не сразу, конечно, для начала он позволит мальчику окончательно убить Темнота Лорда. А уж после этого займется его устранением. Хорошо хоть у Гарри есть место, где старый маг его не достанет. А ему, Посланнику, придется следить за Дамблдором и его действиями куда как внимательнее, чем раньше. Что ж, сам виноват, именно он накликал эту беду на детеныша. В стороне от преподавателей стояли студенты: Невилл, Рон, Гермиона, Ли Джордан, вся гриффиндорская команда по квиддичу. Подростки переживали за Гарри и ожидали того момента, когда он придет в себя. Их чувства были искренними. Кто-то волновался за его подопечного больше, кто-то меньше, но самый сильный страх исходил от капитана команды. Оливер Вуд винил себя в том, что Гарри сверзился с метлы, да еще и с такой огромной высоты. Ведь это он перед каждым матчем, тихо говорил мальчику, что основная надежда именно на него, Гарри. И тот гнался за снитчем, не обращая внимания на опасность. Хотя вины-то Оливера здесь и не было. Просто Гарри очень упрям и не отступится от цели, а целью в этой игре является этот проклятый золотой шарик.
Волна гнева прокатилась от Посланника. Дементоры шарахнулись в разные стороны, стремясь спастись от ярости Высшего. Но это было бессмысленно. От демонов нет спасения, если они сами не пожелают его даровать. А он не желал. Его подопечный пострадал и мог погибнуть по вине этих тварей и поэтому отпускать их он был не намерен. Слишком дорого ему стало это человеческое дитя. Дитя, которое взяла под свою защиту сама Великая Жрица, его, демона, повелительница. Короткий взгляд на бледное лицо ребенка, яростный рык и дементоры осыпались пеплом. Держа Гарри на руках, Посланник медленно опускался вниз. Он мог не волноваться о том, что его кто-то увидит, для всех, кроме своего юного подопечного он был невидим. По хорошему, Посланник должен был бы с помощью магии опустить ребенка на землю, а самому вернуться в свой мир, но… Это проклятое но. Оно преследует его уже ни один год по человеческому исчислению. Демон не мог уйти, не узнав, что с его подопечным все в порядке. Поэтому, уложив мальчика на землю, он остался стоять рядом, раскрыв крылья и готовясь казнить каждого, кто посмеет причинить детенышу вред. Это, конечно, было бессмысленно. Здесь не было никого, кто желал бы смерти юного Поттера. А реальную угрозу он уже устранил, пепел до сих пор кружится в воздухе, его не может уничтожить даже дождь. И все же… Он стоял над Гарри, охраняя его, дожидаясь того, когда же эти никчемные людишки сообразят оказать помощь ребенку. «Сидят, словно демона увидели», — разозленно подумал Посланник, глядя на бездействующих магов. Сильный порыв ветра словно донес до магов его злость, и они встрепенулись.
— Не волнуйся, Гарри. Наша команда все-равно лучше слизеринской. А блондинчик просто-напросто побоялся замочить свою шкурку. Да и как ловец, он против тебя — никто, — Оливер ободряюще хлопнул Поттера по плечу и пошел переодеваться в форму.
Посланник тихо рассмеялся, он понял, что прощение получено было сразу, как только он ему все рассказал. Просто ребенок желает знать, кто его защищает.
— Готовы? — спросил Вуд.
— Да, Малфой удачно использовал свое, так называемое, ранение, — хмуро кивнул Гарри, ожесточенно протирая очки.
Когда же все покинули Больничное крыло, а мадам Помфри напоила Гарри необходимыми зельями, Посланник все рассказал своему подопечному и объяснил, почему его никто не видел. Он, с трудом подбирая слова, извинился перед мальчиком за то, что добавил ему проблем. И вот тут в Гарри заговорил слизеринец. В качестве прощения он потребовал сказать ему, кем на самом деле является Посланник.
Вскоре в раздевалку вошли уже готовые к игре девушки. Алисия, улыбнувшись, взяла у Гарри его очки и наложила на них водоотталкивающие чары. Поттер поблагодарил девушку за помощь и, привязав к дужкам резинку, надел их. Теперь мальчик был уверен в том, что во время игры, так раздражающая деталь его образа, не свалится. Да и дождь не будет бить в глаза, мешая видеть, что происходит вокруг.
— Слизеринцам сегодня хорошо, — пробормотал Оливер, вытирая полотенцем мокрые от дождя волосы.
Наконец, Гарри пришел в себя и демон облегченно вздохнул. Он оставался рядом со своим подопечным еще долго, даже после того, как мадам Помфри выпроводила всех из Больничного крыла, сказав, что мальчику нужен покой. Гарри на своеобразном допросе держался молодцом, говоря, что ничего не помнит. Впрочем, это являлось правдой, ведь мальчик был без сознания, когда появился Посланник. Так что Дамблдор ничего не смог узнать, даже с помощью легиллименции.
Играть в такую погоду — это чистое самоубийство. Ветер был такой силы, что даже магические экраны, защищающие седока от сноса, которые устанавливаются на метлу при изготовлении, практически не помогали. Ледяной дождь исправно делал свое черное дело: формы игроков промокли насквозь, делая юных волшебников неповоротливыми; руки мерзли и плохо слушались, норовя выпустить древко метлы; само древко было мокрым и скользким, что ухудшало итак проблематичное удерживание на метле. В общем, игроки были уже не рады матчу и мечтали о том, чтобы он поскорее закончился. Но снитч, как назло, не желал показываться в скудном из-за погодных условий поле зрения ловцов.
— Прощу, но ты должен сказать, кто ты, — изумрудно-зеленые глаза хитро блеснули.
Еще Посланника занимал Рон Уизли. Рыжик по-настоящему переживал за Гарри. Какие бы настроения не бродили в его семье, Рон старался стать для Поттера настоящим другом. Жаль, что убеждения этого мальчишки отличались от ценностей Гарри. Он мог бы стать ему верным другом и боевым товарищем. Он даже не побоялся пойти к самой Дракучей иве и собрать все, что осталось от метлы Гарри. Щепки Рон принес сюда, чтобы Поттер, когда очнется, мог попрощаться со своей метлой. Это было нечто наподобие ритуала. Для каждого игрока в квиддич, его метла являлась верной подругой и на память о ней, игрок всегда оставлял себе хотя бы щепку. Именно поэтому Рон, уклоняясь от пытающихся его прибить огромных ветвей дерева, ползал по земле, стараясь собрать все и главное найти тот кусок, на котором было выгравировано название метлы. И он нашел его, чуть не попав под удар самой большой ветки. «И все же жаль, что мальчика воспитывали в ненависти к нелюдям и в почтении к старому интригану», — подумал Посланник, разглядывая Рона.
Наконец, Гарри заметил золотую вспышку и потянул рукоять метлы на себя, поднимаясь над стадионом все выше и выше. Позади него летел Седрик, ловец и капитан хаффлпаффской команды. Неожиданно мальчик почувствовал, что стало еще холоднее, воздух изо рта стал вырываться облачками пара, как на морозе. Позади что-то закричал Диггори, но Гарри не расслышал. Он рвался вперед, ведь прямо перед ним трепетал крылышками золотой мячик, который должен обеспечить их команде победу. Поттер пролетел вверх еще полтора десятка футов и лишь тогда осознал, что утреннее плохое предчувствие не было мандражем перед матчем. Оно было предупреждением для него. Предупреждением, которому мальчик не внял. Сейчас, в эту минуту его окружили почти два десятка темных фигур в рваных плащах. Пространство вокруг Гарри кишело дементорами. Дикий ужас накрыл мальчика с головой, а в ушах зазвенел крик матери, умоляющий не убивать ее дитя. Один из дементоров подлетел ближе к мальчику и из-под длинных рукавов показались кисти рук с тонкими, узловатыми пальцами землистого цвета. Дементор тянул к нему руки, желая схватить. Гарри резко дернулся назад и не удержавшись, соскользнул с метлы. Он падал вниз, а в ушах продолжал звучать предсмертный крик-мольба его матери…
— Круто, — в глазах мальчика появилось восхищение.
Спустя некоторое время демон устроился в изголовье кровати мальчика, когда Дамблдор все же внял словам Снейпа и отнес ребенка в Больничное крыло. Мысленно он вознес хвалу Великой за то, что та дала ему амулет, позволяющий находиться в этом мире и оставаться невидимым для детекторов министерства. В противном случае здесь вполне возможно уже собрались бы все работники Отдела Тайн, хотя, надо признать они плохо выполняли свою работу. Он бывал в этом мире и без амулета, а они его ни разу не обнаружили.
— Готовы, — раздался в ответ нестройный хор голосов…
Глава 18
Гарри провалялся в больничном крыле три дня. Во время падения он ничего себе не повредил, но мадам Помфри хотела убедиться, что с пациентом и в моральном плане все в порядке. В общем-то, Поттер и сам не рвался покинуть вотчину колдоведьмы, так как не мог понять, что же его ждет за дверями этого уголка спокойствия. Но, всему когда-нибудь приходит конец, вот и его своеобразный отдых закончился. С утра мадам Помфри надавала ему кучу ценных указаний, накормила завтраком и бросив последний раз на мальчика диагностирующие чары, выпроводила из своих владений.
Студенты на удивление встретили его не испуганно-подозрительными взглядами и раздражающими шепотками за спиной, а восторженными взглядами и крепкими рукопожатиями. Всем не терпелось расспросить мальчика, который уже раз доказавшего, что он заслуживает свою славу. Подростки желали знать буквально все: что Гарри чувствовал, находясь рядом с дементорами; с помощью какого заклинания он их победил; как вблизи выглядят стражи Азкабана. При встрече с рыжиком, зеленоглазый подросток был оглушен сведениями о том, что произошло за время, которое он провел в Больничном крыле. Подумать только, Сириус Блэк заявился в Хогвартс, чтобы заколоть кинжалом Рона Уизли! Его крестный что, совсем с катушек слетел? Или у него мозги отсохли? Какого лысого Мерлина он ушел из Terra Nova? Как Анатоль это допустил? Почему не остановил Сириуса? Эти вопросы, как раскаленная кочерга ворочались в мозгу Поттера, не давая больше ни на чем сосредоточиться. Мальчик переживал за бывшего узника и полагал, что Блэк предпримет, как минимум еще одну попытку пробраться в Хогвартс. А при сложившихся обстоятельствах подобная его выходка могла смело равняться самоубийству. Ведь Министр магии в очередной раз не пожалел дементоров и отправил их охранять школу. Многие студенты лишь крутили пальцем у виска, считая что Фадж сошел с ума. Всем уже было понятно, что и эта партия стражей Азкабана не переживет встречи с Мальчиком-который-выжил. Гарри же, наоборот, боялся что встречи с этими тварями не переживет Сириус.
— Ничего, у меня есть время.
— Да, это не исключено. Джеймс очень любил своего сына, чтобы оставить его без защиты, — задумчиво произнес Сириус. — Осталось лишь узнать, действительно ли на этом доме есть кровная защита, которую якобы Гарри дала Лили. Или Дамблдор и в этом вопросе соврал.
Люпин на секунду опешил.
Мужчины проговорили еще некоторое время, прежде чем разойтись. Они договорились, что скоро встретятся вновь, чтобы поймать Петтигрю.
— Верно. Но я думаю, это произошло не только из-за анимагической формы Джеймса.
— А кто же тогда? — Сириус загорелся желанием узнать, кого представляет из себя заступник его крестника, ведь сам Гарри ему об этом не сказал.
— Так значит, мы верно звали Гарри «Сохатиком», когда он был еще совсем крохой.
— Да.
— Мне предоставили убежище. Прости, но я пока не могу сказать.
— Я верю тебе, мой друг, верю. Я вот что хочу спросить, как ты сейчас относишься к Дамблдору? — этот вопрос для Блэка был одним из самых главных и ответа на него он страшился, вдруг Ремус продолжает оставаться верным сторонником директора.
Он произнес слова клятвы, которую магия подтвердила яркой вспышкой. После этого Сириус заметно расслабился и отхлебнул из своего бокала. Откинувшись на спинку кресла, анимаг задумчиво произнес:
— Под кое-кем ты подразумеваешь Дамблдора? — напрямую спросил Люпин, взяв в руки наполненный янтарным напитком бокал.
— Нет, — Ремус усмехнулся на такое очевидное предположение, ведь всем известно, что Поттеры связаны родством с самим Годриком Гриффиндором.
— Да, — кивнул Сириус, напряженно глядя на друга, — так что, ты дашь клятву?
— Это касается тайны Гарри?
— А почему еще?
— Думаю, историю о сотворении мира ты можешь опустить, — пошутил Ремус.
Блэк нервно дернул щекой.
Блэк сначала удивленно замер, а потом радостно засмеялся.
— Сириус, что ты делаешь в доме родственников Гарри? — спросил оборотень, наконец, сообразив где находится.
— И не причинят. Здесь все гораздо сложнее, чем можно подумать. Я, вообще, был в шоке, когда узнал. Но… Знаешь, я очень горжусь нашим мальчиком. Гарри — необычный ребенок и все, что его окружает, приобретает ту же окраску.
— Это долгая история, Рем.
— Поговорим? — Блэк поставил на журнальный столик бутылку виски и два бокала.
— А ты мне ничего больше не хочешь рассказать?
— Когда уговорю матушку вернуть меня в род.
Ремус, прищурив глаза, ласково так спросил:
Блэк долго рассказывал свою историю, что-то Ремусу из нее было известно, что-то он слышал впервые. К тому моменту, когда рассказ подошел к концу, бутылка виски, которую пожертвовал Вернон из своих запасов специально для этой встречи, опустела.
Позже в тот же день Сириус передал Гарри разговор и уверил крестника, что Ремус на их стороне. Поттер был рад этому и по окончанию каникул со спокойной душой вернулся в Хогвартс, где Посланник который уже раз подменял своего подопечного.
— Здравствуй, Сириус, — Люпин настороженно оглядываясь по сторонам, осмотрел гостиную.
— Знаешь, я был уверен в том, что Петуния сможет перебороть свою ненависть к магии и полюбит Гарри. Все же он ее родной племянник. Вспомни, он был таким замечательным малышом, которого невозможно было не полюбить. А не навещал я его не потому, что не хотел. Я не мог, Дамблдор взял с меня клятву. Фактически, он истребовал ее с меня в уплату за его доброту. Ну, за то, что он позволил мальчишке-оборотню учиться в Хогвартсе. В любом другом случае я бы обязательно нашел Гарри и если бы Дурсли с ним плохо обращались, забрал к себе. Поверь мне, Сириус, на этом свете нет никого, кто был бы мне настолько дорог, как ты и Гарри. Вы остались моими единственными близкими людьми.
— Понятно. Кстати, а где ты живешь? — спросил Ремус.
— Хорошо, я расскажу. Но ты должен поклясться, что никому не скажешь о том, что здесь услышишь. Вопреки распространенному мнению я люблю своего крестника и не желаю ни его смерти, ни создать проблемы для Гарри. А то, что сейчас здесь прозвучит, кое-кому очень не понравится.
— Здравствуй, Ремус, — Блэк кивнул своему другу и указал на диван.
— Тварь, — выдохнул он.
— Хорошо, не говори, — оборотень покладисто кивнул головой. — Я все-равно уже догадался, что у Гарри есть очень… скажем так, специфичные учителя. И он знает гораздо больше, чем все думают.
— Я… не могу. Это не мой секрет.
— Как скажешь… Помнишь тот день, когда мы познакомились? Так вот, к тому моменту мы с Джеймсом уже дружили, за что нужно сказать спасибо нашим матерям…
— Я? — ошарашенно спросил он.
— Скажи, Рем, почему ты ни разу не навестил Гарри? Представляешь, каково ему жилось бы с Дурслями, если бы они продолжали ненавидеть магию? Мне страшно даже представить тот ад, на который старый козел обрек моего крестника. Хвала всем богам за то, что ожидания Дамблдора не оправдались и Гарри рос в любви.
Как Поттер и предполагал, Блэк совершил вторую попытку добраться до крысы. Причем он не поставил никого в известие о своих планах. На Хеллоуин, когда все студенты и профессора находились в Большом зале на пиру, Сириус попытался проникнуть в гостиную Гриффиндора, но Полная Дама наотрез отказалась пропускать его внутрь. Дамблдор, узнав о произошедшем, собрал всех учеников в Большом зале, сказав, что сегодня ночевать они будут здесь. После чего приказал домовым эльфам приготовить для детей спальные места. Гарри всю ночь после этого крутился в спальном мешке, злясь на крестного, себя, Анатоля, Дамблдора и даже Посланника. С какого бока тут последний, Поттер решил не думать, порция злости ему досталась за компанию.
— Когда ты хочешь это проверить?
Вторым событием стал разговор с Люпином. К нему готовились долго и основательно. Необходимо было, чтобы Ремус безоговорочно принял их сторону. Встреча состоялась в маггловском мире. Вернон и Петуния предоставили для этого свой дом.
Блэк коротко, лающе хохотнул.
— Рем, я правда не могу ничего об этом рассказать.
— Сохатый, — коротко ответил Люпин с довольной улыбкой на лице.
— Причем тут ты? Дамблдор! Да как он посмел! А я еще удивлялся почему Гарри так муштруют и не дают толком отдохнуть на каникулах… — Сириус осекся, поняв, что сболтнул лишнее.
— Знаешь, Бродяга, каждый совершает ошибки. Но Альбус наделал их непозволительно много. Если на некоторые я готов закрыть глаза, то на другие — нет. Он не имел права засовывать тебя в Азкабан, так как знал, что хранителем тайны был именно Питер. Дамблдор был обязан провести настоящее расследование, а не поддерживать тот фарс, который столь высокопарно называли судом над предателем родителей Мальчика-который-выжил. И тем более, Альбус не имел права высылать Гарри из магического мира. Он же лишил его того уровня жизни, который был предопределен для наследника древнего рода. Если так посмотреть, то Дамблдор отправил нашего малыша в изгнание. Да и сейчас он продолжает претворять свои планы в жизнь. Ты бы видел насколько стал ниже уровень обучения, он как день от ночи отличается от того, когда учились мы. Я разговаривал с Флитвиком и он сказал, что изменения в учебной программе происходили два года и завершились перед сентябрем 91 года. В тот год Гарри пошел в Хогвартс. Не наводит ни на какие мысли?
Блэк буквально почернел лицом, когда понял то, о чем ему говорил друг.
Новогодние каникулы пролетели для юного Хранителя не заметно. Было лишь несколько действительно интересных событий. Но во всяком случае, Гарри был спокоен. Сириус попал под присмотр Анатоля и заметно присмирел, не решаясь противоречить древнему вампиру. Вообще, возвращение блудного пса в новый мир было одним из запоминающихся событий. Само возвращение совпало с прибытием Гарри. Как Князь гонял Сириуса, это надо было видеть. Кто бы мог подумать, что последний из Блэков и будущий глава этого древнейшего и благороднейшего рода может улепетывать от вампира так, что только пятки в воздухе сверкали. Гарри, Дадли и все, кто находился в этот момент рядом ржали так, что попадали на землю, а ведь все было серьезно и ярость Князя не являлась наигранной, так как Анатоль негодовал из-за самовольной отлучки Блэка, да в добавок он, сын ночи, возраст которого составлял не одно столетие, получил выговор от тринадцатилетнего пацана. Разозлиться ему было на что. Вот тогда-то Сириус и понял, что шутки с Князем плохи и еще неделю красовался фиолетовыми ушами, за которые его хорошенько оттаскал Анатоль.
— Дам, — кивнул ему в ответ оборотень.
— С чего бы начать? Наверное с самого начала…
— О, это я уже заметил. Представляешь, Гарри всего тринадцать, а он уже смог вызвать Патронуса, причем не просто дымку, а полноценного. Угадай, какую форму приобретает его Патронус.
— М-м-м, даже не знаю. Льва?
— Сириус, я все понимаю. Не волнуйся. Если за все это время, что его учителя его обучают они не причинили ему вреда, то я не имею права сказать что-то против них.
— Гарри — не только сын своего отца, он еще и последний в роду Поттеров. Я считаю, что таким образом Джеймс дает ему свою личную защиту, а защита рода уже отражается в силе магии Гарри, он — невероятно сильный волшебник.
Глава 19
Почти сразу после Рождественских каникул в Золотом Трио произошел раскол. Это случилось из-за того, что Гермиона Грейнджер наябедничала профессору МакГонагалл о том, что Гарри неизвестно кто прислал новую метлу. Декан Гриффиндора не сильно разбиралась в ситуации и просто-напросто конфисковала «Молнию», сказав, что ее необходимо проверить на наличие вредоносных чар. Сам Гарри прекрасно знал, кто сделал ему столь дорогой подарок, но, к сожалению, пока не мог назвать имя дарителя.
Вся эта ситуация разворачивалась под внимательными взорами гриффиндорцев. Сделав для себя выводы, они дружно ополчились на лохматую заучку, ведь она практически совершила предательство. А именно предателей на факультете последователей Годрика не любили больше всего. И в добавок к этому они обвинили ее в том, что Гермиона желает слизеринской команде по квиддичу победы над ними, так как ловец ало-золотой команды остался без метлы. Девочке объявили бойкот, даже ее друзья — Гарри и Рон — не желали с ней общаться. Поттер был зол на Гермиону. Он считал, что девочка не имела права идти к профессору с подобными новостями, ведь метлу подарили ему, а не ей. Гарри с неприязнью вспоминал лицо Грейнджер, лучащееся самодовольством, когда МакГонагалл требовала отдать ей на проверку его подарок. Но зато он со злорадством наблюдал за тем, как все самодовольство и превосходство сползло с лица третьекурсницы, когда гриффиндорцы вынесли ей свои вердикт — порицание.
Блэк не стал дожидаться вечера и объявился в Запретном лесу еще с самого утра. И Гарри из-за этого нервничал. Сириус был очень непредсказуем, вдруг он решит сам пробраться в домик лесника. Поэтому Поттер сейчас и кружил по спальне, периодически поглядывая на карту мародеров, ожидая момента, когда же Ремус выйдет из замка. Но тот почему-то не спешил. Наконец, не выдержав, Гарри спустился в гостиную и направился к выходу. Но, сегодня все шло не так. У самого выхода его перехватили Рон и Гермиона. Они, не дав Гарри сказать ни слова, сами потащили его к Хагриду. Поттер же проклинал все на свете: и Грейнджер, которую он якобы простил, и Рона, почему-то без возражений, поддерживающего Гермиону, и Люпина, по непонятным причинам, тянувшего время… В общем, к Хагриду он пришел вместе со своими «друзьями» и в дурном настроении. А тут и лесник подкинул проблему. Он взял и вернул Рону его крысу. Гарри с трудом сдержался, чтобы не заорать. Весь план летел книззлу под хвост. Пока Поттер думал, как бы забрать у Уизли крысу, явились Фадж, Дамблдор и МакНейр. Их увидела из окна Гермиона, когда те шли по дорожке к домику лесника. Хагрид быстренько выставил ребят через заднюю дверь, чтобы министр или Дамблдор не узнали, что студенты были у него. Почему он это сделал, Гарри не понял, так как до отбоя еще оставалось достаточно времени и они имели полное право находиться вне стен замка. Да, в общем-то, думать ему было об этом некогда. Необходимо было как-то забрать у Рона крысу и отдать ее Сириусу. А еще в голове Гарри, буквально на краю сознания, кружился вопрос: а откуда Хагрид знает, что именно эта крыса принадлежит Рону? Ведь рыжий с ней у лесника никогда не появлялся, Короста на время подобных визитов всегда оставалась в замке, спала на кровати Рона.
Поднимаясь на склон, Гарри оглянулся в сторону Запретного леса и найдя взглядом огромную, черную собаку, развел руками, словно бы говоря, что крысы у него нет. Недалеко от школы ребята пересеклись с Малфоем и его телохранителями. Очередная стычка закончилась тем, что Гермиона впечатала кулак в челюсть Слизеринского принца. Гарри даже восхитился насколько мощный удар девчонка нанесла блондину. А спустя минуту после того, как слизеринцы смотались в замок, раздалось громкое карканье. Это стая ворон слетелась на кровь, когда министерский палач отрубил голову гиппогрифу. Только тогда Гарри понял насколько ему жаль Клювокрыла, ведь животное пострадало ни за что, став разменной монетой в жестокой игре волшебников. Увидев несущегося на них гримма, зеленоглазый маг мысленно махнул рукой, раз уж с самого начала все пошло не по плану, то пусть и дальнейшие события развиваются так, как того желает мироздание. Стоило Гарри додумать эту мысль, как огромный пес, считающийся предвестником великих бед, ухватил Рона за штанину и поволок к Визжащей Хижине. Поттер и Грейнджер не долго думая, рванули вслед за ними. Все последующее слилось для Гарри в сплошную вереницу сюрреалистических картин, казалось, что кто-то давно запланировал подобный сценарий, причем именно для них, для этой группы актеров.
— Иди, приведи Клювокрыла. Я сам здесь разберусь.
Поттер был искренне тронут жестом своего капитана и с благодарностью принял метлу, сказав, что он обязательно поймает снитч. И вот сегодня оказалось, что Оливеру не придется страдать, летая на старой метле. Гарри был уверен, что это Посланник что-то сделал для того, чтобы декан вернула ему подарок крестного. Гриффиндорцы же, увидев возвращение «Молнии» радовались, как малые дети. Теперь они могли облегченно выдохнуть: у их ловца есть супер быстрая метла, с которой метлы соперников невозможно было сравнивать. А значит, матч они точно выиграют.
Лишь после того, как Сириус улетел на гиппогрифе, Снейп обвинил его, Гермиону и Рона в том, что они помогли сбежать Блэку, а Дамблдор одобрительно по сверкал глазами из-за очков-половинок, Гарри позволил себе погрузиться в невеселые мысли. Их план провалился. Его крестный так и остался беглым преступником, Ремус в облике оборотня бегает по Запретному лесу, а настоящий предатель сумел скрыться…
Вчера Поттер через дневник сообщил Анатолю, чтобы Сириус к сегодняшнему вечеру был в Хогвартсе. Этот день был выбран не случайно. Гарри собирался навестить Хагрида и выразить свои сожаления о том, что Клювокрыла казнят. Сама казнь должна будет состояться сегодняшним вечером и полувеликан вряд ли будет особо обращать внимание на то, что делает мальчик в его доме. Гарри же надо будет только найти в какой угол забился крыс. И забрав его, он уйдет.
Но, наверное, самым большим ударом для девочки стало то, что в глазах МакГонагалл, учительницы, стоящей на втором месте личного пьедестала преклонения, иногда мелькало разочарование в поступке лучшей ученицы курса. Декан Гриффиндора, конечно, отреагировала на сигнал девочки и забрала метлу, но понять поступка мисс Грейнджер так и не смогла. В конце-концов, Минерва МакГонагалл сама была выпускницей данного факультета и в ее душе царили правила, установленные еще самим Годриком — одно из которых было «Будь предан другу своему, но не предай его». Лишь поэтому женщина не вмешивалась в дела своих «львят», позволяя им научить Гермиону данному правилу. Сама Минерва следовала ему неукоснительно, во всем поддерживая Дамблдора, хотя и не зная о некоторых его замыслах относительно сына ее любимых студентов — Джеймса и Лили. А если бы знала, то вспомнила бы второе правило — «Искорени зло храбростью и силою своей.» Но, к сожалению, она не знала всех планов своего друга и наставника. Однажды, раскрытие этих планов станет для декана Гриффиндора сильным разочарованием в том, кому много лет назад, она не задумываясь, отдала свою преданность…
Поделиться книгой: