Битва за мир (СИ) (полная)

Но лишь двоих или троих нейтрализационная команда застала мирно лежащими на диванах, где они могли читать, смотреть фильмы или играть в игры во всемирной сети через импланты.

Толпа отступила на время, но в конце концов перестала обращать внимание на останки. И теперь с остервенением втаптывала их в пол с каждым шагом, раз за разом бросаясь на решетки в попытках проломить металлические прутья.

За эту ночь команда насмотрелась на разные жилища. Разноцветные, стандартные, стилизованные, со встроенными проекторами спецэффектов… В домах, где разоруженцы отсыпались после штурмов, хозяева не обращали на них внимания и проводили время, как обычно.

Выбравшись из транспортера, команда заинтересованно изучала ряд домов. Полупрозрачная воздушная подсветка делала все нереальным, как греза. Эти дома принадлежали трансгуманоидам, которые сочувствовали разоружению.

Финли побежал вниз по лестнице. Глушителю, судя по всему, пришел конец, а без него оставаться наедине с толпой просыпающихся разоруженцев было бессмысленно. И опасно.

А выступил Ларраск лишь к вечеру второго дня беспорядков, отметил Финли. Это могло говорить о многом. И о растерянности властей, и о несогласованности позиций… Он прислушался.

Но в этом последнем доме квартала оказалось пусто. Этажи хорошо просматривались сквозь абсолютно прозрачные стены, но пол и потолок были зеркальными. Чертыхнувшись, Барри кивком указал в сторону лестницы.

Очень скоро Финли стало ясно, что черта с два он найдет Ярем, Клэйтона и Валентайна. Он машинально скользил взглядом по бессмысленным лицам трансгуманоидов, но уже не ожидал узнать в них кого-то из своих.

— Нам же лучше, — Барри с наслаждением сплюнул на глянцевый серебристый тротуар и включил глушитель. Тот сдавленно пискнул и спустя пару секунд погас.

Фин вздохнул. Можно было раньше догадаться, в чем будет заключаться задача.

Ладно. Стоило или нет, но если ввязался, то нужно идти до конца. Как обычно. Вот Аллонию вывести не помешало бы, но…

Грязь. Откуда здесь столько грязи?

Все трансгуманоиды впали в искусственный сон сразу. Тысячи бесчувственных людей повисли друг на друге с той стороны заграждения, оставаясь на ногах, потому что падать было некуда. У решетки и дальше по обводному пути не оставалось свободного места.

Сопротивление мозга. А если бы на месте капитана оказался кто-то чужой? Кто тогда вышел бы живым из перестрелки? Риторический вопрос.

Ее легкий вскрик заставил капитана отвлечься. Алли на чем-то поскользнулась и от неожиданности выронила ручки носилок. Отключенный разоруженец выпал на дорогу, в грязь.

На память пришли полупьяные рассказы старого знакомого, который, став свободным, был вынужден искать работу. Устроился в рекламное агентство и потом долго делился с Фином подробностями всевозможных гипнотических техник для увеличения продаж. При желании ушлые агенты могли продать свободным что угодно за любую цену. С разработчиками программ антигипноза для имплантов они были в доле.

В свободном квартале нашлась только Ярем. Клэйтона и Валентайна вообще не было в Чикаго. Когда голографическая карта, отслеживая их, прокрутилась до Южной Америки, Финли отключил ее.

Но одежда так и осталась болтаться на скелете. Вместе с лоскутьями кожи, которые оказались прижаты блузкой к костям. Все это теперь висело рваными тряпками на титанизированном скелете, а Ярем — вернее, ее искусственная основа — уже уверенно прицелилась в Финли из лучемета. И выстрелила, но огненный луч просвистел мимо. Финли попал в череп секундой ранее.

— Может, проще было бы оставлять лагеря как есть, но под оцеплением? — с сомнением пробормотал Алекс.

Еще несколько просто спали. Остальных находили целыми компаниями в окружении бутылок с дорогой выпивкой, доступной только свободным, или группами в самых недвусмысленных позах, вместе с некоторыми из разоруженцев или без…

Распавшиеся тела так и остались лежать у заграждений.

Не происходило ничего нового — те же толпы, те же военные объекты, те же заграждения, те же выстрелы и взрывчатка, метко пущенная сквозь прутья. Разоруженцы достали самую коварную ее разновидность — "ползучую взрывчатку". Она разворачивалась при соприкосновении с нужным объектом, оплетала его тончайшими щупальцами и лишь после этого детонировала. За день ею подорвали три или четыре центра наведения.

Команда проникла внутрь через покореженные створки, и оператор опять цветисто выругался.

Нейтрализационная команда погрузилась в полупустой транспортер и спешно ретировалась.

Цель оправдывает средства, объявил один из их лидеров.

Все они были трансгуманоидами и отключились вместе с постояльцами.

Теперь Финли мог с легкостью отличить выключенного трансгуманоида от спящего. И эти явно находились не в отключке. Дом все-таки был вне радиуса действия глушителя, а Барри, — тут Финли непроизвольно бросил раздраженный взгляд вниз, на копошащегося на первом этаже главу команды, — не удосужился запустить отключение еще раз. И поплатился за это.

По пятнадцать уровней на каждом из шести ярусов. И везде одно и то же. Тот же оглушительный рев, выстрелы, удары и тысячи беснующихся трансгуманоидов, сходящих с ума от невозможности добраться до своего воплощения зла — здания оружейной корпорации.

Алекс обреченно вздохнул.

К утру бесчувственные трансгуманоиды были переправлены в здание корпорации, транспортер вместе с глушителем передан другой команде, и Фин с Алли вернулись на корабль. Координатор назначил время начала их следующей смены. На этот раз предстояло выйти в свободный квартал, где во многих домах свободных граждан расположились лагеря разоруженцев.

К утру они как раз очистят эту территорию и партиями перевезут отключенных трансгуманоидов в здание "Арес-М". Грузить их в транспортеры придется своими руками, потому что все роботы заняты. Черт, следовало это предвидеть и не позволить Аллонии записаться в команду. Куда ей таскать такие тяжести, она и без того выглядит так, точно вот-вот переломится…

— Это тебе надо найти экипаж, — перебила Аллония. — А я хочу внести посильный вклад в борьбу с разоружением. Это мое решение, Фин, не твоя забота.

Глава 6

Вернувшись на корабль, Финли не ушел спать. Даже несмотря на довольно сильную усталость. Она отодвинулась на второй план, превратившись в равнодушное отупение. Странно… Он никогда не мог представить себе, на что это похоже.

Раньше приходилось сталкиваться со многим. Действовать достаточно жестко, иногда фактически обирать конкурентов — совесть скромно стояла в сторонке, — ввязываться в драки на нерегулируемых приисках, наносить противникам увечья, стрелять на поражение… Да Финли не мог и предположить, что ему будет так паршиво из-за еще одной смерти, к которой он окажется причастен.

* * *

* * *

* * *

— Как дела, Несси? — почти промурлыкал Темерси.

— Ну, в их нервную систему не заглянешь, — сказала Аллония, — но, скорее всего, так и есть. Киберзомби. С той только разницей, что биологически они живы.

Неизвестность…

— Знаю, — жестко усмехнулся Темерси. — Но может случиться так, что без подстраховки не обойтись. И с жертвами придется смириться.

— Я уже не помню наизусть курса микробиологии! — перебила Несс. — Хотя… — Она отправила запрос во всемирную сеть, и поисковик послушно выбросил в имплант тысячи страниц исследований. Нет, долго разбираться, да и не в этом дело. — Мне все-таки кажется, что распад тел — это побочный эффект.

— Отключенные трансгумы просыпаются, — коротко ответил Барри. Присмотревшись, Финли понял, что дело не в нежелании говорить. Барри просто очень устал. До судорог в мышцах, до абсолютной апатии, когда хочется только лечь и не вставать. Севший голос, круги под запавшими глазами…

— В таком случае все аргументы в его пользу я изложу вечером, — Темерси поспешил свернуть разговор, иначе старика Вакрасси было бы не остановить. А до экстренного заседания требовалось еще придумать более-менее достоверную картину событий для Несс. Едва ли той понравится запасной план с жертвами.

К середине ночи с производственных этажей доставили партию новых глушителей, и нейтрализационные команды вышли на смены.

— Убиваешься? — полуутвердительно сказала она.

И международное сообщество молчало, словно затаилось, наблюдая. И межпланетное пока выжидало…

Потому что империя уже не могла позволить себе расходовать средства на покорение других государств. У нее хватало внутренних проблем — экономический застой, а в последнее время — колоссальные убытки от экологических катастроф в колониях… Собственно, острая нехватка ресурсов и заставила Совет Империи начать расширение сферы влияния. Рассматривались разные варианты, как это сделать, но многоуровневый проект Темерси пока что оказывался самым экономным. Начать с разоружения партнеров по сообществу Андромеды для их же блага, а потом подчинить и попытаться выбраться из ямы за их счет… Причем израсходовать на это подчинение совсем немного средств. Всего лишь премиальные программистам из Государственного конструкторского бюро.

— Алли, а что ты делаешь в нашей рабской компании?

— Пять минут до начала смены, — сказал Финли.

Так. Пояснений, очевидно, не будет.

— И огрызаешься, — констатировала Аллония. — А теперь вопрос на миллион: по какому поводу ты посыпаешь голову пеплом? Тебе жаль Ярем или это просто чувство вины?

— Подалась в психоаналитики? — усмехнулся Фин.

Темерси отключил голосовую связь и отложил коммуникатор. Управлять людьми оказалось намного легче, чем он предполагал.

— Я даже примерно не могу сказать, сколько времени на это потребуется, фаол Темерси, — запротестовал Фаран. Темерси, как обычно, недовольно поморщился, услышав мерхианское почтительное обращение. До сих пор не привык к этому. В родной глубинке слово "фаол", наоборот, считалось пренебрежительным. — На одну только разработку программы нужно не меньше десяти дней, но это уже завершающая стадия, а до нее…

— Почему просыпаются, выяснили?

— Так, так, нужно созывать рабочую группу, — перебил министр. — Это экстренно?

Просто раньше при всех провалах Финли еще не приходилось терять членов экипажа…

Ряды трансгуманоидов простирались по всему этажу, насколько хватало взгляда. И на нижнем. И еще на десятке следующих. Но в разы больше было еще не пойманных и не отключенных, тех, которые сейчас штурмовали военные базы и время от времени пытались прорваться в "Арес-М".

— Кто бы говорил, — фыркнула она. — Это вам на Земле алкоголь не продают, а насчет других планет — пробел в законе.

Один парень с ничего не выражающим лицом сбросил покрывало совсем рядом, буквально в двух шагах, и начал слепо шарить вокруг себя. Потом приподнялся. Двигался рывками, с промежутками, как старомодный робот. Словно его конечности были на шарнирах. Начал так же рывками вставать…

— Смена откладывается, у нас серьезные проблемы, — буркнул Барри.

Несс недовольно поморщилась. Она терпеть не могла, когда ее отчитывали, а этот град вопросов становился больше похожим на обыкновенный начальственный разнос. Причем беспричинный. Все-таки начальство что на Земле, что на Мерхии…

Когда Финли и Аллония явились в конференц-зал, то из всей команды застали там только Барри. Тот сидел на краю скамьи и задумчиво теребил свою короткую густую бороду, разглядывая пол.

Она поджала губы и сухо ответила:

— Создашь группу уже завтра, — распорядился Темерси. — Вас освободят от текущей работы, и начинайте.

Темерси решил пренебречь жертвами и идти дальше. Сегодня ему с группой программистов удалось взломать особую защиту президентского компьютера и внедрить Ларраску алгоритм постепенной смены тактики. Когда он выходил на связь с Несс, программисты расходились, в Эрхансе стояла глубокая ночь, а Скэнте был в эйфории — сладкий яд триумфа в сочетании с банальной усталостью…

Но сообщение о русских имплантах быстро свело все торжество на нет.

Но в первые дни трудностей не возникало. Почти. Не считая распада тел. Скэнте удалось, припомнив какие-то обрывки сведений по земной микробиологии, убедить Несс, что это обычная эпидемия, но сам он отлично понимал, что дело в другом. Вмешательство в работу компьютеров-имплантов провоцировало ослабление контакта тканей с остальными имплантами в организме, и он пока не знал, как этому помешать.

— Хватит висеть на орбите, отправляйся на Землю, узнай все, что сможешь. Проникни в "Арес-М", наймись в нейтрализационную команду. Сообщай обо всем, — закончил Темерси. — Не забудь только притвориться консерваторшей, иначе они что-то заподозрят.

— Черствый ты, — заявила Аллония беззлобно. — И эгоист. Команда думает, что ты стоишь за них горой, потому что ценишь и любишь, а на самом деле…

— Вижу, что не нужно, — Алли потрепала Финли по волосам, и он неожиданно для себя по-кошачьи подался навстречу ее руке. Лучшая сотрудница умела быть еще и отличным другом. Именно другом, потому что, как ни странно, при всей ее привлекательности никто из экипажа не видел в ней женщину. Фин подозревал, что она сама об этом позаботилась. Почему — не стоило и задумываться. Логику и мотивы энерджиков все равно невозможно постичь.

Он сам не знал, зачем задал этот вопрос. Запретный вопрос, который мог открыть ящик Пандоры. Вырвалось. Аллонии ведь действительно нечего было делать в экипаже, члены которого работали как проклятые и брались за любые задания, лишь бы собрать денег на налог. Она была свободной с рождения. И Фин никогда не спрашивал, что держит ее в его команде. Чтобы она сама вдруг над этим не задумалась.

Весь вчерашний день он честно пытался подстроиться под манеру управления главы отряда. Однако получалось не очень. Так и тянуло отобрать глушитель, перехватить инициативу и сделать всю работу вдвое быстрее и проще.

— Какие? — терпеливо уточнил Финли, садясь рядом.

К тому же немало раздосадовало. Каким же надо быть идиотом, чтобы не поинтересоваться техническими характеристиками абсолютно всех видов земных имплантов до начала операции? Насколько нужно расслабиться и недооценить ситуацию…

— Ладно. Созываю рабочую группу Совета Империи завтра к вечеру, — наконец сказал министр. — Но имейте в виду, запасные планы…

А Финли почти наяву видел, как и он сам, и остальные сопротивленцы бредут с завязанными глазами, не имея представления о том, что ждет на шаг впереди. Мины? Пропасть? Чудесное спасение?

Остаться наедине с апатией и смутными мечтами об алкоголе ему не дали. Аллония подошла и села рядом, не обращая ни малейшего внимания на адресованные ей предостерегающие взгляды и явное нежелание капитана общаться.

— Нет. Совпадение. Пик эпидемии случайно пришелся на начало разоружения.

— Все по плану, не считая эпидемии, — сообщила она. — Оружие уничтожается, но его еще много. Сколько же на Земле этих военных объектов, оказывается!.. И ты говорил, что с эпидемией скоро разберутся, но она продолжается. Мне это не нравится. Это точно инфекция, а не побочный эффект? И что за инфекция? Что-то я не слышала о подобной болезни.

— Все дело в том, что их защита основана на принципиально другом коде, — резюмировал глава ГКБ. — И что, интересно, мешало Русскому миру перейти на эоситеанский пятисимвольный "Баст-5"? Атлантический Союз с Эоситеем работают на нем уже лет двести…

— Отлично, — похоронным тоном отозвался Темерси. — Ладно, об этих имплантах я узнаю сам. Русским миром, Индокитаем и островами мы планировали заняться после Атлантического Союза… Спасибо, что предупредила. Твоя задача — сбор информации на местах. Выходи на связь в любое время.

— Из-за того, что трансгуманоид не попал под влияние? Так у них уже есть такие, — Несс припомнила, что видела вчера в пользовательском разделе сообщений агентства "Молния". — Часть трансгуманоидов остались в своем уме. У них импланты не нашего производства… то есть не из Атлантического Союза. Модели "Кир-23" и "Кир-23-09" — это импортные русские импланты. Там другой тип защиты. Точно не знаю, какой, еще не выясняла, но…

— Сопротивление поддержал даже президент. А оружейная корпорация "Арес-М" поставила отключение имплантов на поток. Разоруженцев выводят из строя и к тому же свозят в здание корпорации, так что…

— Его уже не остановишь. — В безмятежном тоне начала проявляться прохладная настороженность. — А процент погибших в любом случае не слишком изменится. Что там с сопротивлением?

Ряды людей, разложенных на термоизоляционных покрывалах, уже не были такими ровными. То и дело кто-то резко дергался, рывком приподнимался, но тут же падал обратно, когда дежурные операторы активировали глушители. Раз за разом, раз за разом… Похоже, сюда действительно стянули все глушители, какие нашлись — громоздкие маломощные "Граузы", более новые и мобильные "Стинги" и даже мелкие, мало на что влияющие, почти игрушечные аппараты, способные подействовать только на одного человека.

В зале заседаний поднялся хохот, усиленный эхом, обычным для вечно полупустых помещений. Ораски были на Мерхии воплощением жадности — эти мелкие зверьки с очень плотной коричневой шкуркой рыли гигантские подземные норы, которые набивали всем, что попадалось им на пути.

— Источник сигнала не определен, а сам сигнал, похоже, усиливается… — Барри отвернулся, остановил робота-разносчика напитков и схватил стаканчик кофе с такой жадностью, точно не видел его месяц. Кофе здесь разливали неплохой, хоть от напитка из зерен в нем и оставалось только название. — Все глушилки стянули к залам с трансгумами. Можешь пойти посмотреть. Картина та еще.

А с разоружением медлить было нельзя. Промедление сорвало бы все замыслы.

Фин недоуменно приподнял брови… и почувствовал, как Аллония дергает его за руку.

Первый этап операции прошел как по маслу. Военный министр тогда заметил, что если бы жители всех колоний в свое время оказались настолько внушаемыми, то он бы потерял должность. Такой легкой экспансии Мерхия не проводила давно. И это не могло не радовать.

— Учтите, операция не имеет прецедентов, — предупредил Темерси на заседании рабочей группы Совета Империи. — Могут быть непредвиденные трудности.

— В результате имеем модель "Кир", — подтвердил Лиосте Фаран. — К русскому коду надо искать подходы с нуля.

— Так может, нужно приостановить разоружение, пока с эпидемией не будет покончено?

Отпустив главного программиста, Темерси еще раз изучил данные по русским имплантам. Нет, не стоит и надеяться на быстрый результат. Пока мерхианцы научатся обходить их защиту и подчинять себе владельцев, время уже будет безнадежно потеряно.

— Рабочим тоже. Алкоголь продают только свободным, — Фин поднялся с пола и подал руку Аллонии. — А у нас поводки… вернее, наручники. Не обойдешь.

— О лепре слышала? Ну так это похожее заболевание, — невозмутимо ответил Темерси. Нет, показалось. Нормальный голос, просто довольный. — Только мутировавшее. Микобактерия, геном которой изначально развился из общего предка с палочкой Хансена и…

— Особенно хороший вопрос с учетом того, что ты умеешь читать эмоции, — Финли негромко рассмеялся. Алли, как всегда, видела самую суть вещей. Ярем ему, конечно, было жаль, но не до самозабвения. И лоскуты кожи, свисающие с костей поверх ткани одежды, не вставали ежесекундно перед внутренним взглядом — доводилось видеть и более жуткие вещи. Гораздо хуже было понимать собственную несостоятельность. Несостоятельность как командира, ответственного за жизни вверенного ему экипажа. Пусть даже все произошло и в нерабочее время, и он не мог ничего сделать. В этом случае фатализм не срабатывал — им можно было отгородиться от непреодолимых обстоятельств, но не заглушить чувство вины.