Догнать сирену (авторская редактура)

   - Ну, в том плане, что "все в семью" и так далее, Арин. Для них нет ничего более святого, чем вторая половина и потомство, которое они могут произвести только от нее. Судя по тому, что ты от своего Детри беременна, ты как раз попадаешь в категорию истинных, да?

   Я согласно кивнула, Эдна тоже, словно успокаиваясь:

   - Так вот, Ари, истинность никаким обменом крови не навяжешь. То, что с вами провели ваши отцы, не более чем попытка сблизить и подружить детей, вот и все. А все твои переживания не стоят и выеденного яйца, и, если бы твой Дориан хоть немного ударил рука об руку, давно бы и сам об этом знал. Хотя... - Эдна ненадолго задумалась. - Что с него взять, драконье молоко на губах не обсохло...Арина! - внезапно воскликнула она. - Так ты поэтому, что ли, от него бегала?! Ты думала, что он тебя по-настоящему не любит? - искреннее изумление тети стало заразительным, и мне пришлось в очередной раз за время разговора сделать подтверждающее движение головой. - Дети...какие же вы еще дети...

   И тут она хлопнула себя по лбу:

   - Как я могла забыть, дети! Ребенок! Тебя же кормить надо!

   - Да я не особо проголодалась, если честно, - смущенно улыбнулась я. - Меня Барс с Хоком на Земле хорошо накормили.

   - А на Маггелан ты на телепортацию сколько сил угрохала? - укоризненно посмотрела на меня тетя.

   Я только и могла, что удивляться подобной осведомленности.

   - Девочка моя, - улыбнувшись, поняла замешательство племянницы Эдна. - На Маггелане свои законы гравитации. И каждый член семьи Броков чувствует появление своих, где бы они ни были. Ну и некоторые бонусы в виде телепортации действуют благодаря Крылатой Богине, - добавила она, поднимаясь с пола и помогая мне. - Так, пошли на кухню, там сейчас есть одна замечательная девушка, которая нам поможет справиться с временными трудностями.

   И, легкой походкой направившись к двери, Эдна поманила меня за собой. В коридоре мы столкнулись с уже остывшим Барсом:

   - В кои-то веки покормите оберегающего вас мужчину: я с утра ничего не ел, кроме того бутерброда, который посчастливилось стащить у Арины...

   - Беременную решил объедать, блохастый? - грозно зашипела Эдна на ирбиса, а я подумала, что где-то уже слышала подобное обвинение метаморфа в нечистоплотности...И тоже ведь брюнетка была, только зеленоглазая.

   - Ой, что-то вот тут чешется, - дотронувшись пальцем до щеки и явно намекая на более тесный контакт, невозмутимо отозвался блондин. - Поможешь блошку найти? - и, наслаждаясь видом оторопевшей Эдны, обогнул нашу стройную женскую компанию, направившись к лестнице на первый этаж.

   - Один-один, - глухо отозвалась Эдна.

   Я предпочла не комментировать происходящее, взяв тяжело дышащую и постепенно начинающую злиться тетю под руку и призывая следовать за ирбисом. Просто есть действительно захотелось. А перебранки этой милой парочки лучше всякого концерта, сразу вспоминаются киса с Ван Гарденом - и как будто оказываешься дома...

   На кухне, и правда, оказалась милая девушка, которую звали Лидия. С ней вовсю заигрывал Барс, чем вызвал скептическое заламывание брови Эдны, которое благополучно проигнорировал. Зато вовсю нахваливал яблочный пирог, поданный на десерт и, судя по виду, испеченный незадолго до нашего прибытия на планету Крылатой Богини.

   - Ой, что вы, это Эдна постаралась, - выдала хозяйку девушка, чем заставила Барса неожиданно поперхнуться. Тетя при этом улыбнулась краешками губ, но предпочла не ввязываться в разговор. - Как услышала от мадам Терринии о приезде Арины, так сразу и пошла к плите, знает, что молодая хозяйка любит.

   - Да-а-а, - восхищенно протянула я. - Пироги - это у нас, видимо, семейное...знаешь, Барс, после такой вот добавки к ужину Дориан решил на мне жениться, - подлила масла в огонь, с удовольствием наблюдая, как медленно наливаются обещанием прибить одну говорливую сирену глаза блондина. Подмигнула в ответ и, как ни в чем ни бывало, повернулась к тете:

   - Восхитительно! - Эдна зарделась от удовольствия, а смущенный, почему-то, Барс спешно пробормотал слова благодарности.

   Обед как-то неспешно превратился в ранний ужин, и я, сославшись на усталость, покинула территорию кухни, отправившись к себе. Приняв душ и отыскав в бельевой подходящую сорочку на ночь, забралась в постель, удобно устроившись среди мягких подушек, и положила руку на живот. Малышка, конечно, еще совсем маленькая, но энергетические порывы вполне может передавать. Я ощутила гармонию эмбриона и, успокоившись, решила последовать совету Эдны, а именно - попытаться вспомнить все, что было связано с Дорианом. Покопавшись в памяти, вытащила одну случайно всплывшую встречу из детства, и на ум пришла идея показать Дориану свои впечатления от этого события. Поглощенная внезапным порывом, постаралась побыстрей уснуть и отправиться в домик на Земле...

   И не попала! Вместо этого очутилась в незнакомой городской местности, так и не сообразив, куда меня занесло. Подумала, что Дориан мог поставить блок на телепортацию к себе, да и сам всерьез решил больше не приходить, поэтому решила во что бы то ни стало найти его. Но как это можно было сделать? Ох, и бредовая же мысль посетила голову...но это ведь пространство сновидений, здесь возможно что угодно...Поэтому, активировав очередной портал с помощью своих крыльев, я задала ему направленность: поиск Дориана по крови...Как же хорошо, что такой проход без привязки к месту теперь, после обретения силы Призрачного, может проходить без потери памяти...

   Нашла его в своей кровати в домике на Земле, спящим на моей собственной подушке. Сон во сне? Вот это да! Отключил сам себя, чтобы не было соблазна кинуться ко мне в фантазии? Бедный Дориан...я буду очень надеяться, что ты будешь ждать меня, несмотря ни на что, а сейчас нужно показать тебе одну вещь, чтобы больше не сомневался, что мои чувства к тебе пришли из самого детства...

   Любуясь видом спящего Ди, огибаю кровать и пристраиваюсь у него со спины, в последний раз оглядывая сосредоточенное даже во сне и, кажется, немного измученное лицо. Бережно отвожу прядку со лба, проводя кончиками пальцев по его горячей коже, и устраиваю одну руку на талии дракона. Чем больше тактильный контакт, тем ярче передастся возникшая в мозгу картинка. Поэтому использую самый сильный передатчик энергии: материализую крылья и одним из них бережно обнимаю спящего мужчину. А теперь - сказка на ночь. Люблю тебя, Ди...

   Скоро у Дориана день рождения. Ему исполняется семнадцать, и папа, почему-то, получает от Патрика приглашение посетить организованную по этому поводу вечеринку. Переглянувшись с мамой, они сообщают новость мне, а я испытываю нечто сродни волнению, потому что не видела Дора с прошлых новогодних праздников, да и тогда мы едва пересеклись взглядами, но его пронзительный аквамариновый прищур, почему-то, успел запасть в душу. И сейчас, глядя, как колеблются с ответом родители, я внезапно понимаю, что очень хочу увидеть парня.

   Спустя неделю, перед самым отбытием на Рокис, оглядываю себя в зеркале и понимаю, что переживаю по-настоящему. Мне всего двенадцать лет, а так хочется понравиться мальчику, который старше на целых пять. Смотрю на собственное отражение, вижу не до конца сформировавшуюся грудь и вообще какую-то угловатость фигуры, несмотря на то, что платье мама подобрала потрясающего изумрудного цвета, выгодно оттеняющего каштановые волосы и отлично сидящего по фигуре, и понимаю, что у Дориана, наверное, уже есть какая-нибудь симпатичная девушка, вполне соответствующая его необычной внешности. Необычной, кстати, потому, что парень, как, в общем-то, и его отец, носит длинные волосы почти до пояса, заплетая их или в косу, или оставляя в свободном хвосте, чем совершенно не соответствует моде на короткие мужские стрижки. А однажды, помнится, я видела его распущенные темные волосы с иссиня-черным отливом. Наверное, тогда что-то и отозвалось в душе на мальчика, не желающего жить по общим канонам. Привлеченная необычностью, я так и не сумела побороть в себе это желание наслаждаться от одного вида "кровного" родственника.

   Возвращаюсь к действительности у самой арки перехода, чтобы в следующее мгновение, сделав шаг в неизвестность, очутиться уже на Рокисе в гостеприимных объятиях Полины Детри, мамы Дориана. Пока Патрик с отцом обмениваются дежурными фразами и последними новостями, Полина, пользуясь минуткой, отводит нас в сторону и восхищенно оглядывает меня:

   - Ари стала настоящей красавицей! - комплимент заставляет зардеться от смущения и небольшой доли удовольствия после слов самой прекрасной (после мамы, конечно!) женщины на свете. Потому что Полина великолепна: утонченная женщина с длинными золотистыми волосами и большими серо-голубыми глазами, которые сейчас смотрят на меня с почти материнской любовью. Она всегда одета просто и в то же время со вкусом, как полагается первой леди республики. Не привлекает особого внимания и, тем не менее, является для многих женщин эталоном красоты и поведения. И я бы, наверное, именно такую пару хотела видеть рядом с Дорианом, ведь сама-то точно никак не вписываюсь в нарисованный воображением образ жены молодого Детри. Но Полина смотрит с таким искренним восторгом, что я, наверное, не решусь высказать сомнения вслух, а потому благодарю за комплимент и позволяю увести нас с мамой в основной зал. Сегодня мы - что-то вроде почетных гостей...

   Полина ведет нас сразу к Дориану, и я напрягаюсь и чувствую, как потеют руки, хотя именно у меня находится коробка с подарком для именинника. В последнюю минуту собираюсь, натягиваю на лицо благополучную улыбку и протягиваю Дору упакованную и перевязанную большим бантом книгу по философии с Земли, которой молодой человек уже давно увлекается. Дориан кивает мне в знак приветствия, улыбается, а потом все мои даже самые незначительные мечты и мысли обращаются в прах, потому что мальчика моей мечты прихватывает за руку умопомрачительная девушка, которая по всем параметрам соответствует пассии сына президента...

   - Дор, какая милая упаковочка! - чирикает она, как воробушек, взмахнув белокурыми локонами и снисходительно оглядывая меня. - Сразу видно, девочка готовилась основательно! - "Ты мне не нравишься, блондинистая зараза", - решаю для себя сразу, потому что она точно уловила направление моих мыслей при подготовке книги, а теперь еще и захотела высмеять нечаянный порыв души.

   Но Дориан, словно не обращая внимания на плохо скрываемую в словах повисшей на его руке девицы насмешку, смотрит на меня все с той же улыбкой и спрашивает:

   - Можно сейчас открыть?..

   Я лишь нерешительно киваю, зачарованно наблюдая, как аккуратно он снимает бант, укладывает его на стол с закусками, стоящий рядом, а потом бережно срывает упаковку. И пропускаю тот момент, когда его глаза округляются от потрясения, потому что это очень редкая и дорогая книга, а я о ней услышала совершенно случайно и попросила папу хотя бы попытаться найти. Дориан переводит взгляд на меня, некоторое мгновение мы с ним молча смотрим друг на друга, а потом он откладывает книгу и, освободившись от цепкого захвата блондинки, наклоняется, чтобы поднести мою руку к губам для поцелуя:

   - Ты прекрасно выглядишь сегодня, Арина. Сегодня - особенно прекрасно, - добавляет он, и я не в силах сдержать окрасивший щеки румянец. - А согласится ли очаровательная дама посвятить один танец вынужденному виновнику торжества? - шутливо кланяется парень и предлагает мне руку, в то время как из зала доносится мелодия медленного танца. И я, поглощенная волшебством момента, просто киваю, вкладывая ладонь в теплую руку Дориана.

   - Мне нравится такой вариант! -смотрю в невозможные аквамариновые глаза и понимаю, что так, наверное, могла бы стоять с ним целую вечность. - Это я попросил папу отослать вам приглашения.

   И поднимаюсь с кровати, чтобы исчезнуть из сегодняшнего сновидения. Впереди еще много дел, но завтра, я очень надеюсь, мы встретимся во сне снова...

   - Чего бы ты хотела в жизни, Арина?

   - Ты? - искренне удивляюсь. - Но мы же, вроде, никогда особо не дружили, Дор.

   Выныриваю из воспоминания, вижу продолжающего смешно сопеть Дориана и понимаю, что теперь-то уж точно своего счастья не упущу. Осталось только разобраться с этим дурацким ритуалом отречения от Зова. Но теперь мы справимся. И Дора я верну, не будет он больше на меня злиться.

   Наверное, он понимает это как-то по-своему, потому что в следующее мгновение внезапно отстраняется и потерянно смотрит на меня. Потом, словно очнувшись, улыбается, глядя куда-то за спину, и произносит:

   - Тетя Терри вернулась, - я оборачиваюсь и действительно вижу маму, которая, судя по выражению на лице, успела застать наш танец и теперь странно улыбается, глядя на обоих. Я бросаю на Дориана прощальный взгляд, получая в ответ кивок, и поворачиваюсь к маме, чтобы отбыть домой.

   - Это очень хороший повод наверстать упущенное, тем более, что, оказывается, тебя выгодно приглашать из-за подарков, - широко улыбается он, и я не в силах противостоять обаянию парня и повторяю его выражение лица в точности. - Но я так и не придумал, чем отблагодарить тебя за столь ценную вещь... - внезапно серьезнеет Дориан и смотрит просто дружелюбно.

   Я пожимаю плечами, мол, выбор за тобой, и тут он оглядывает меня с головы до ног и заявляет:

   Через некоторое время мама чувствует, как мое сердцебиение приходит в норму, и отпрашивается, чтобы найти папу и поинтересоваться, когда можно будет уйти незаметными, поскольку официальная часть поздравлений кончилась, пока мы простояли на балконе. Одиссисы не любят торжеств, мы всему предпочитаем тихую домашнюю обстановку, и это знают все вокруг, поэтому к нам всегда приезжает много друзей, чтобы посидеть в неформальном семейном кругу. И то, что сегодня мы задержались настолько, это вообще, кажется, нонсенс. Сказав маме, что буду ждать ее здесь, остаюсь на балконе, подходя к перилам и любуясь вечерним Даконом - столицей республики.

   Он уверенно прижимает меня к себе, вызывая очередной приступ дрожи, и, видимо, заметив это, усмехается:

   - Не бойся. Я не кусаюсь. Сегодня ты дама моего сердца, Ари...

   - Люблю тебя...

   - Просто нас совершенно неожиданно пригласили, и я, наверное, еще не отошла от потрясения, Дор.... - сокращаю его имя непроизвольно, потому что в мыслях привыкла звать именно так, и он в ответ улыбается еще больше:

   Приподнимаюсь над Ди, осторожно целую в чувствительную точку, не в силах побороть себя. Шепчу над ушком:

   И ни на минуту не закрадывается мысль, что именно в этот вечер я подам идею Дориану, для того чтобы через год появиться у нас на пороге и произнести слова отказа от помолвки на крови...

   - Ты такая молчаливая, Арина, - ворчит парень, и я начинаю искренне смеяться, - я даже не знаю, как тебя разговорить.

   - Нравится? - раздается позади спокойный голос Дориана, и я невольно вздрагиваю от неожиданности, медленно поворачиваясь к нему и видя улыбку не только на губах, но и во взгляде. - Испугалась? - и он немного наклоняет голову вправо, а я понимаю, что мне безумно нравится этот жест.

   Он сбивает меня с толку, и я с минуту серьезно обдумываю то, что было произнесено. А потом в голове вспыхивает первый этап посвящения, пройденный в прошлом году, и я понимаю, что, отвечая на вопрос Дориана, во мне говорит сущность сирены:

   И почему-то после этих слов я вскидываю голову и смотрю ему в глаза, замечая там непонятное выражение, которому удается смутить меня окончательно. Чтобы совсем не показаться молодому человеку неопытным ребенком, прячу пылающее лицо у него на груди, слушая одновременно мелодию и его размеренное дыхание. А руки Дориана все также бережно сжимают мою талию, осторожно ведя в танце. И вдруг он задает вопрос:

   Улыбаюсь в ответ и киваю, уже не испытывая прежней робости рядом с Дором.

   - Это самый желанный подарок сегодня, Арина. Даже не знаю, как тебя благодарить, - а когда его губы прикасаются к коже, меня сотрясает первый в жизни электрический разряд от близости мужчины. И мгновенно разливается по всему телу, а я чудом успеваю сдержаться и не отскочить от Дориана, потому что прикосновение, несмотря на неожиданность, хочется продлить. Оторвавшись от моей руки, он еще мгновение смотрит пристально, а потом я, кивнув на прощание, срываюсь с места с одним лишь желанием: поскорее отыскать куда-то исчезнувшую маму для оказания моральной поддержки неокрепшему организму. Она находится на удивление быстро: обсуждает что-то с Полиной на балконе, увитом декоративным плющом, и я с радостью оказываюсь в атмосфере всеобщей любви. Узнав у меня, как прошло дарение книги, мама только улыбается, а мадам Детри извиняется и покидает нас, обещая не оставлять надолго. Мама с улыбкой притягивает к себе и потихоньку гладит мои волосы, пока я успокаиваю вконец расшалившиеся после встречи с Дорианом нервы. Она одна видела, как я пыталась репетировать перед зеркалом момент поздравления мальчика. И все равно вышло все не по сценарию, но я даже рада этому, потому что вряд ли бы тогда Дориан стал целовать мою руку.

   - Свободы, Дор. Я хочу свободы.

   Глава 6. Все началось не со зла, все началось как игра

   Утро встретило меня тусклым светом голубой звезды Большого Маггеланового Облака, скрытой из-за удаленности планеты Крылатой Богини и плотной атмосферы за привычным скоплением облаков. Для моей жизнерадостной натуры, сроднившейся с жарким климатом Орфея, такая погода была хуже смерти. А ведь здешние сирены живут в подобных условиях всю жизнь...вот и моим состоянием с самого пробуждения завладела какая-то странная апатия. Не было желания даже вставать с постели, и это несмотря на небольшую, ставшую моей постоянной спутницей, тошноту. Как там Барс советовал? Полежать подольше, завтракать попозже...хороший повод проваляться в постели до обеда.

   - Да у вас двоих уже непонятно, где заканчивается сирена и начинается метаморф, - махнула рукой очнувшаяся Лидия.

   - Совершенно верно. Вроде, и официального запрета нет, и, в то же время, сама себе врагом не станешь, - согласилась девушка.

   - Не нам судить о поступках Верховной, - неожиданно жестко произнесла Эдна, поднимаясь со своего места и покидая столовую. - Арина, готовься, вскоре предстоит посетить храм Крылатой Богини для разговора с Кале.

   - Придется встречаться с Верховной, - Эдна скрестила руки на груди, откинувшись на спинку стула. - Она готовит церемонию, сообщает правила, назначает дату...

   Поднявшись, несмотря на слабость во всем организме, с постели, быстро умылась, чтобы хоть немного избавиться от хандры, и отправилась на кухню в поисках живых душ. Судя по тишине в доме, и Эдна, и Барс еще пребывали в стране сновидений, поэтому я решила похозяйничать, если не обнаружу в царстве вкусов и запахов Лидию. Спустившись и привычно найдя нужное помещение, не без удовольствия увидела там порхающую девушку, улыбнувшуюся при виде проснувшейся сирены.

   Высокая, стройная настолько, что напоминала в буквальном смысле тростинку, эта светловолосая женщина с холодным и отчужденным выражением лица наблюдала пространство вокруг. Светлые голубые глаза казались почти прозрачными, на фоне белесой кожи и почти бесцветных губ это выглядело устрашающе. И одежда на ней была какая-то странная...вроде бы и платье, но прозрачное настолько, что ничего не скрывало. Да, конечно, я понимаю, мир женщин, но все-таки! А потом в голову пришла запоздалая мысль, что такое одеяние могло оказаться не чем иным, как рабочей "робой". И дама эта подозрительная...слишком уж необычная даже для сирены! Где сероватый оттенок кожи? Где слабый румянец на щеках? Ящерица - она и есть ящерица...

   - Это нормальная реакция на упоминание Верховной? - повела я бровью.

   - Ты знаешь, я, хоть и являюсь родственницей Кале - это наша нынешняя Верховная Жрица - но по характеру ближе как раз к Эдне. Поэтому в свое время и решила переехать сюда и помогать с домом. Да и скучно ей одной, особенно после того, как... - девушка запнулась, а я поняла, что имелось в виду: предательство якобы возлюбленного Эдны.

   - Не думала, что она собственной персоной придет. Надеялась, утерпит до того момента, как мы появимся сами.

   - Меня зовут Кале, я Верховная Жрица храма Крылатой Богини. А вот кто ты такая, еще предстоит узнать, - холодно ответила посетительница.

   Наконец, когда с едой было покончено, а стол убран окончательно, я подняла глаза на Эдну:

   Только, Дор, пожалуйста...не отворачивайся. Одна я больше не смогу это преодолеть. И ты нужен мне сильнее воздуха, который у сирен пахнет затхлостью и безнадегой. А так хочется вдохнуть тот, в моем домике, который совсем недавно был одним на двоих...

   - Доброе утро, Арина! - поприветствовала она. - Ты ранняя пташка, Эдна будет спать еще минимум полтора часа.

   - Да. За Арину, - парировала Эдна, вызвав смешок со стороны ирбиса. - Ты как раз пропустил зрелище, Верховная Жрица желала познакомиться со спасителем девочки.

   - Как давно это произошло? - спросила я.

   - Верховная вообще в последнее время много на себя берет, - добавила Лидия. - Это могла бы совершить и обычная жрица, одна из тех, кто посвящение проводит.

   - Она узнала про малышку. Теперь во что бы то ни стало попробует разгадать, зачем ты использовала паутину. Она не дура и понимает, что никакая угроза плоду уже не грозит, иначе ты просто не вынесла бы телепортацию.

   А потом меня волной накрыло осознание. Ко всем ли сиренам настолько отрицательно могла относиться Эдна? Да они последние пятьдесят лет, судя по словам Лидии, вообще не посещали этого дома, потому что в их глазах тетя выглядела изгоем, пошедшим против системы и проигравшим битву. А кто был повинен в подобном отношении? Кале! Это точно была Верховная ящ...Жрица, в смысле.

   - Я посмотрю, кто там, - Лидия уже направлялась к выходу, а я, кивнув, продолжила свое занятие.

   Всех крупных хищников, опять же, путем использования паутины, загнали в северные широты, мелкие остались на своих местах, и за их численностью следили специально выделенные женщины. Осваиваясь на новых землях и вознося молитвы Крылатой Богине, сирены добились улучшения климатических условий, благодаря чему мы с Барсом не замерзли при перебросе с Земли на новое место. С туманом ничего поделать не получилось, поэтому все население и выглядело, словно бледная копия болеющих блондинок с голубой спутницы Солнца. Сама же Лидия, несмотря на явную принадлежность касте флегматичных привидений, вела себя, на удивление, бодро и весело, что я невольно залюбовалась ею и не преминула поинтересоваться причиной.

   - А Эдна, получается, поэтому и остается - ее просьба не была удовлетворена, и она может последовать за своим несостоявшимся мужем, правильно? - догадалась я, и Лидия кивнула.

   - Отказался же, - пожала плечами девушка. - Знаешь, это ведь со стороны сирены любовь должна быть настоящей. Никто не гарантирует, что мужчина чувствует то же самое. И зачем тот парень вообще в Источник заходил, если не собирался соглашаться, правила ведь едины для всех...

   - Понимаешь, если кто-то, приходя к нашему Источнику, требует разрешения на отречение от зова, покинуть планету после этого он может, только если просьба удовлетворена. В противном случае любая попытка к бегству приводит к смерти. Тот юноша решил улететь... - тихо закончила Лидия.

   Закончив с посудой, отправилась к себе в комнату. Оставшаяся часть дня прошла без приключений. А вот ближе к ночи мои молитвы были услышаны...

   - Кале и об этом знает? - удивилась я.

   - Почему мне все больше начинает казаться, что у вас тут концлагерь по выращиванию младенцев? - раздался со стороны входа недовольный вопрос Барса.

   С этими словами она практически растаяла в воздухе. Я даже подпрыгнула от неожиданности - настолько необычным выглядело исчезновение главной ящерицы у сирен. Лидия в ответ кивнула головой, мол, ничему не удивляйся в этой жизни, и я поспешила успокоиться.

   - Увидишь сам - убедишься воочию, - отрезала Эдна, внезапно отстраняясь от меня и поднимаясь наверх мимо Барса. А в глазах оборотня мелькнул уже знакомый огонек. После чего, дождавшись, когда тетя пропадет из виду, он спокойненько отправился следом. Добивать, сразу подсказало воображение, и я, почему-то улыбнувшись, отправилась обратно на кухню, в то время как Лидия пошла закрывать за жрицей дверь.

   - Такова участь Верховной Жрицы, - вздохнула Эдна. - Она знает обо всех перемещениях в пространстве Облаков, соответственно, запрет на проникновение кого-то, кто не принадлежит расе сирен, является именно ее обязанностью.

   - Мы стараемся не говорить о ней в этом доме. Тогда... - Лидия запнулась, подыскивая подходящие слова, но я только махнула рукой, как бы говоря, что и так поняла, о чем речь. - В общем, тогда Кале очень сильно обидела Эдну, а твоя тетя, хоть человек и неконфликтный, но запомнила и старалась избегать встреч по возможности. Поэтому теперь ей, скорее всего, понадобится время на то, чтобы обдумать, как лучше решить этот вопрос с наименьшими для нас потерями.

   - Первенец?

   - Но как же тогда...как же тогда мы с Барсом смогли пройти? - изумленно поинтересовалась я.

   - Тем лучше, - заговорщически подмигнула я, чем явно заинтересовала девушку:

   - Это можно расценивать как оскорбление? - раздался сверху серьезный голос Барса.

   Лидия задумалась, подняв глаза к небу, потом неуверенно ответила:

   - Мы что-то будем творить? - подняла бровь и сделала хитрющие глаза Лидия.

   В душе, несмотря на конечную перепалку тети с ирбисом, поселилось смутное предчувствие беды. Думаю, что отправимся мы в храм не раньше завтрашнего утра. Хотелось бы, чтобы Барс был рядом, если это возможно, пусть внутрь и не допускаются мужчины... Надо будет обязательно поговорить об этом с Дорианом. Ох, если, конечно, он вообще согласится сегодня на беседу. Судя по его вчерашнему поведению, блок на свое местонахождение он ставил нехилый. Неужели и вправду так сильно обиделся? Тогда нам стоит серьезно поговорить, сделав это как можно скорее. Потому что и я теперь располагаю дополнительной информацией. И о его манипуляциях, и по ситуации с сиренами... И оттого желание увидеть его во стократ сильнее. Просто увидеть, даже если не получится поговорить. Почувствовать, что есть сердце, ради которого стоит сражаться с отжившими свое устоями сирен. А еще - обнять и утонуть в запахе хвои и солнца. И знать, что все непременно будет хорошо. Потому что щупальца сомнения, несмотря на все мое стремление сопротивляться, все сильнее пробираются в душу. И каждое воспоминание о Дориане - на вес золота, потому что вместе с ним из сердца уходит тьма. Я дитя света. Я люблю дракона, в чьем сердце света не меньше, чем у меня. И у нас будет дитя света. Я в этом уверена.