Помоги проекту - поделись книгой:
— Я допросил одного из бандитов, — сказал Виская, потерев правый кулак. Гонасло усмехнулся: не зря он запретил дочери спускаться вниз. — По его словам, его командир, некто Посас, отправил отряд к вашему поместью еще позавчера. У бандитов был приказ: дождаться вашего приезда, напасть на особняк, убить вас и вашу семью.
— Спасибо вам, дон Виская, — искренне сказал генерал. Его гнев куда-то улетучился. — Я передам вашу информацию полиции, да и сам кое-что выясню. У меня много врагов… но тот, кто нанял бандитов, еще пожалеет, что родился. До конца недели я закончу дела здесь, наберу охрану. Тогда вы сможете отозвать своих людей.
— Хорошо. Скажите, дон Гонсало, что с донной Бланкой?
— С моей дочерью все благополучно. Она не пострадала, — ответил генерал, с некоторым подозрением отметив явное облегчение на лице Вискайи. — Еще раз благодарю вас… дон Санчо Панса.
Подполковник Виская криво усмехнулся, показывая, что оценил шутку.
— Читайте классиков, благородный дон, — ответил он. — Именно Санчо Панса и выбился в губернаторы. И правил знатными дворянами железной рукой. До встречи!
7
Побледнев, губернатор Мендоса смотрел на экран комма. Резким движением он выключил запись.
— Сколько всего убили… эти?
— Дон Игнасио де Морильо, его жена, сын и две дочери, шестнадцать слуг, шестеро крестьян из ближайшей деревни. Бандитам штурм поместья стоил шестерых убитых, — спокойно ответил Виская. — При отходе в горы банда была перехвачена тревожной группой на двух патрульных флаерах и полностью уничтожена. Всего, таким образом, погибло двадцать семь человек и двадцать три бандита.
— Почему ваши люди не взяли пленных? — спросил генерал Торрес.
Подполковник Виская оглядел собравшихся в губернаторской резиденции. По правую руку от Мендосы сидели командиры Гражданской Гвардии — он сам и генерал Торрес. По левую руку — прокурор Эспаньолы Леррус.
«Точно так же, как два месяца назад, — подумал Виская. — Очередное совещание по Эспаньоле. И самое обидное, что ситуация на острове почти не улучшилась».
— Решение уничтожить бандитов было принято командиром тревожной группы. У них оказались армейские ракетометы и много гауссовых винтовок. После того, как флаеры увернулись от двух ракет, капитан Давила приказал уничтожить банду огнем бортового оружия.
«И я не намерен терять своих людей, чтобы взять пленных, — мысленно добавил Виская. — Сколько раз уже было сказано!»
— Что нужно, чтобы пресечь подобные нападения? — спросил губернатор. — Следует ли запросить помощь армии?
— Нет, — ответил Виская. — План «Сеть» Эспаньольский полк способен осуществить самостоятельно. Но нам нужны беспилотники, армейские средства связи и приборы ночного видения. Сейчас, когда бандиты получили армейское оружие, Гвардия должна, по крайней мере, не уступать им в вооружении.
«Я не прошу запрещенных к использованию планетарными силами безопасности танков или артиллерии, — мысленно добавил подполковник. — Но несчастные ПНВ, которыми пользуется даже вшивая корпоративная охрана, губернатор мог бы своим людям и выделить».
— Хорошо, — ответил губернатор. — Первая партия армейских шлемов и дивизион беспилотников будут направлены не в столичную бригаду Гвардии, а на Эспаньолу. Генерал Торрес поморщился, но губернатор продолжил: — Вы получите новые игрушки до конца года. Когда вы сможете приступить к операции?
Виская удовлетворенно кивнул: армейские шлемы были снабжены ПНВ и качественной связью.
— В начале февраля. Январь мы потратим на освоение новых игрушек.
— Действуйте, — сказал губернатор.
На этом совещанье завершилось. В коридоре губернаторской резиденции Вискаю перехватил прокурор Леррус.
— Надеюсь, вы, наконец-то, добьетесь результатов, — начал Леррус. — Наиболее опасной является банда «Комманданте Посаса». Именно он стоит за нападение на Кастехонов и на Морильо.
— Собственно, «Сеть» заброшена именно на него.
— Именно, — толстый прокурор кивнул. — Я говорил с ребятами из Госбезопасности. Они очень хотят побеседовать с господином Посасом. Возможно, это позволит выйти на человека, поставлявшего бандитам армейское оружие. Того, кто заказал Кастехона.
— Это не два разных человека? — усмехнулся Педро.
— Гэбисты считают, что один, — ответил Леррус. — Причем это не обычный «крестный отец», а крупный бизнесмен, ведущий на Ла-Магдалене легальный бизнес.
— Это меняет дело, — Виская оскалился. — Раз есть возможно потрясти толстосума, я доставлю товарища Посаса в Госбезопасность. Живым и способным говорить.
— Вот и договорились, — улыбнулся толстяк. — Кстати, губернатор устраивает Рождественский бал. Я взял приглашение и для вас.
— Меня подобные развлечения не интересуют.
— Вообще-то, генерал Кастехон с женой и дочерью тоже там будут, — хитро улыбнулся Леррус. — Кстати, Бланка спрашивала про вас.
— В таком случае, я принимаю предложение, — с деланным равнодушием сказал Виская. — Надо же мне продемонстрировать уважение… коллеге-офицеру.
Сунув в карман картонный прямоугольник приглашения, Педро вышел из здания и сел в гравимобиль. И, только оказавшись за рулем, расхохотался.
«Ну и влип, дурак!».
8
Педро Виская повел плечами. В черном фраке, белой сорочке и тонких белых перчатках он чувствовал себя клоуном. Будь он по-прежнему офицером Звездной пехоты — явился бы на бал в парадном мундире. Но, к сожалению, служащие Гражданской гвардии формально считались гражданскими же лицами. И в данном случае обязаны были носить обезьяний… то есть бальный костюм. Впрочем, оно и к лучшему. В форме он бы смотрелся среди всех этих дворян и бизнесменов… как кабан на пикнике. Что поделаешь — отношение к гвардейцам как к тупым громилам в обществе Ла-Магдалены сложилось отнюдь не на пустом месте.
По лестнице в бальный зал поднимался генерал Кастехон с женой и дочерью. Генерал, естественно, был в парадной — зеленой с золотом — форме. Вместе с обеими дамами — пожилой матроной в бордовом платье и юной девушкой в синем, с обнаженными плечами — семейство Кастехонов смотрелось весьма живописно.
Виская поприветствовал генерала, после чего тот представил подполковника своей супруге, донне Саманте.
— Никогда бы не подумала, что вы служите в Гражданской гвардии, дон Педро, — сказала пожилая дама. — Право, гвардеец, пришедший на Рождественский бал, — сюжет для анекдота.
Бланка, не удержавшись, захихикала. Даже Виская хмыкнул. К сожалению, многие из его подчиненных или товарищей по службе вполне соответствовали героям популярных на Ла-Магдалене анекдотов «про гвардейца». Гражданская гвардия действительно «славилась», помимо устаревшего вооружения, плохой подготовкой солдат и офицеров. Недаром сам Виская, будучи командиром полка, вынужден был лично возглавлять операции, которые, по уму, следовало бы доверить лейтенанту или капитану.
— Так же, как и честный военный, — ответил он.
— Да ладно вам ругаться, — вмешалась Бланка. — В конце концов, дон Виская, в отличие от героев анекдотов, знает, как себя вести.
— Я прошел неплохую практику на Стерлинге, — сказал Педро, благодарно улыбнувшись девушке. — Откровенно говоря, по сравнению с аристократией Стерлинга местные латифундисты выглядят опасными анархистами.
Все трое Кастехонов рассмеялись разом. Дон Гонсало и его супруга хохотали буквально до слез.
— Стерлинг, — моя родина, — сказал донна Саманта. — Но, надо признать, вы точно описали мое первое впечатление от Ла-Магдалены, когда я приехала сюда с мужем.
— А где вы служили? — спросил Гонсало.
— Штурмбат восьмидесятой бригады Звездной пехоты, — ответил Педро, удержавшись от желания отдать честь.
— А я — в 302 пехотной, — ответил Гонсало. — Пока меня не перевели на родную планету.
— Ладно, вам, воякам, — защебетала Бланка. — Дай вам волю, весь бал проговорите. А губернатор уже кончил свою болтовню… то есть речь, сейчас танцы начнутся. Надеюсь, вы пригласите меня, — добавила она, протягивая Вискае руку, обтянутую белой «митенкой», оставляющей открытой кисть.
— К вашим услугам, донна Бланка, — сказал Педро, целуя руку девушки.
Когда танцы закончились, гости прошли к столу с легким ужином. Виская, оставив свою последнюю партнершу — смуглую толстушку, огляделся, пытаясь оттискать взглядом Бланку. Она стояла около высокого — от пола до потолка — окна губернаторского дворца и беседовала с каким-то хлыщом.
— Дон Гарсия, ваше предложение очень интересно, но мы не планируем продавать остров. Мы, Кастехоны, держимся за свою землю. Дон Виская, — обернулась она к Педро — это дон Гарсия Валино, столичный бизнесмен.
— Очень приятно, — соврал Педро.
— Наслышан о вас, дон Виская, — улыбнулся Гарсия. — Странно встретить вас среди Кастехонов. Ведь вы поставили их в неудобное положение, а аристократы этого не прощают.
— Один мой знакомый, ныне покойный, тоже считал вправе решать, кого мне прощать, а кого нет, — холодно сказала Бланка. — Вообще то, дон Педро дважды оказал нашей семье услугу. Надеюсь, Гражданская гвардия и дальше не допустит посягательств на нашу собственность.
Виская промолчал. Нельзя сказать, что обязанность защищать помещичьи имения так уж радовала его. Но служба есть служба. Кроме того, Педро, не жалуя латифундистов, с детства ненавидел бандитов и уголовную «романтику».
И, в третьих, оказать услугу некоторым представителям дворянства, например, Бланке де Кастехон, все же было… приятно.
— Я считаю, что потомки первых колонистов присвоили себе слишком много земли, которую теперь не в состоянии освоить. И эти земли должны быть переданы более предприимчивым людям, — заявил бизнесмен.
Гарсия продолжал улыбаться от уха до уха. Американец бы сказал, что его улыбка стоит миллион кредитов. Но Виская американцем не был, и манеры торгаша его раздражали.
«А ведь этот Валино был кандидатом в губернаторы от Либеральной партии. И проиграл, несмотря на призывы „отнять и поделить“. Потому что всем было понятно, что делиться он будет исключительно со своими приятелями».
— Вы удивитесь, но некоторые из латифундистов еще не растеряли деловую хватку, — заметила Бланка. — Знаете, некоторые ваши конкуренты проявляют интерес к острову Легаспи.
Неожиданно разговор прервал оглушительный девичий визг. Дамы разбегались в сторону, как будто начался пожар. Бланка и Педро решительно направились к центру беспорядка.
— Куда ты, бежишь, глупенький, — девушка наклонилась, и встала, держа в руках… поросенка. — Хочешь попасть на бифштекс? Сейчас отнесу на кухню.
Виская, поймавший еще одну свинку, внимательно ее разглядывал. Поросенок был выкрашен в какой-то подозрительно знакомый песочный цвет.
— Похоже, кто-то подложил свинью Гражданской гвардии, — сказал Педро, отдавая поросенка слуге. И совсем не куртуазно рявкнул: — Поймаю урода, лично начищу ему пятак.
Бланка передала «своего» поросенка слуге, и, вытерев руки платком, швырнула его на пол.
— Будьте любезны, дон Педро, — с безупречной вежливостью сказала она. — Добавьте ему от меня. В неофициальном порядке. Надо отучить этого… от подобных шуток.
9
— Другой дороги здесь нет, дон офицер. Они пойдут здесь.
Подполковник Педро Виская усмехнулся, кивнув проводнику. «Есть бандиты, есть их пособники, но не бывает бандитских сел». Многие жители Зеленых гор помогали «барбудас». Но немало было и горцев, имевших с бандитами личные счеты. Так что найти знающих местность проводников было можно. Вот уже неделю Эспаньольский полк преследовал банду «Комманданте Посаса» в Зеленых Горах. Бандитам оставляли одну дорогу — к южному побережью. И эту дорогу перекрыла засада.
Виская осмотрел окрестности. Проходила эта «коммуникация» по берегу реки, протекающей в неглубоком ущелье. Дальний берег вздымался над водой глинистым обрывом; над тропой нависал поросший лесом склон. Идеальное место для засады, которую и устроил взвод Гражданской гвардии.
— Господин подполковник, — обратился к командиру оператор беспилотника. — Они идут!
Виская бросил взгляд на экран, и коротко приказал: всем приготовиться!
Сначала на дороги показался дозор из трех пеших бандитов. Один шел, опустив голову — высматривал мины. Автоматы двух других смотрели на ближний склон. Зря. Гвардейцы в маскхалатах были практически невидимы снизу.
Затем появилась банда. «Барбудас», в грязном камуфляже или в гражданской одежде, шли нестройной колонной. Вооружены достаточно хорошо — армейские гауссовки, несколько снайперских винтовок и ракетометов. Затем погонщики гнали караван халиков — местных мохнатых лошадей. И наконец, в хвосте каравана, под охраной десятка боевиков, топала нагруженная мегалошадь, подняв серую безволосую голову над вершинами деревьев.
В центре отряда на халиках ехали двое. Первый — худощавый бородач в камуфляже с армейским пистолетом-пулеметом на поясе. Второй — чисто выбритый мужчина в сером охотничьем костюме.
Бородач — тот самый «Комманданте Посас». Попался, наконец. А вот второй — явно посредник из Сан-Мартина. Представитель неведомого толстосума, снабжавшего бандитов оружием и дававшего заказы на убийства неугодных. Генерала Кастехона в их числе.
— Всадников брать живыми, — командует Виская в микрофон армейского шлема. — Товсь. Огонь!
Сработали мины направленного действия, выкашивая картечью «голов» и «хвост» отряда. Гвардейцы накрыли огнем центр колонны. Растерянные бандиты заметались, падая под пулями. «Посредник» в сером рухнул на песок пляжа, спасаясь от огня.
«Комманданте», не смотря на откровенную продажность, не был трусом. Положив своего халика на бок, он укрылся за животным. Застучал его «Сполох», поливая склон горы.
Тем временем меголошадь, раненая в ноги картечью, скинула погонщика и с ревом помчалась по тропе, давя не успевших увернуться бандитов. Посас отскочил, уклоняясь от сбесившейся зверюги, но тут же рухнул, вопя от боли. Один из гвардейских снайперов всадил ему пулю в колено.
Бой был недолгим. Окруженная банда была перебита; Виская приказал не брать в плен никого, кроме Посаса и «посредника». Гвардейцы точно выполнили приказ, безжалостно добив всех раненых врагов, кроме «комманданте». Посаса (он уже не кричал; только хрипел) скрутили и перевязали. «Посредника» (он, кстати, совершенно не пострадал) поставили на ноги и заковали в наручники.
— Вызывайте флаеры, — скомандовал Виская. — Этих господ очень хотят видеть в Госбезопасности.
10
Бланка де Кастехон проглотила кусок жесткого белого мяса нарского аргонавта (и какой смысл возить бедных моллюсков с планеты на планету, когда ла-магдаленская голубая сардина гораздо вкуснее!) и окинула зал. Фуршет был в разгаре: изрядно проголодавшись за время исключительно скучной пьесы, зрители из числа местного бомонда набросились на еду.
Бланка заметила Вискаю — теперь уже полковник гражданской гвардии беседовал с незнакомым девушке мужчиной в штатском, но с явно военной выправкой. На этот раз Виская был в парадном мундире с Военным крестом.
Заметив Бланку, Педро помахал ей и вернулся к разговору.
«Похоже, бравый полковник, как и я, не сумел отвертеться от посещения „великого культурного события“ — гастроли знаменитой земной труппы, — подумала девушка. — Но лучше бы эта знаменитая труппа осталась на Земле и не навевала сон на честных людей».
Бланка повернулась к отцу, беседовавшему в это время с мерзким торгашом Валино.
— Собственно говоря, информация подтвердилась. Силы мятежников на Александрии разгромлены, — генерал Кастехон улыбнулся своему собеседнику. — Через пару месяцев генерал Батлер завершит зачистку планеты.
— Справиться с горстью оборванных повстанцев — невеликая доблесть, — пожал плечами Валино. — Имперская армия была и остается карательной структурой, способной лишь расстреливать безоружных. В сущности, она не так уж отличается от пресловутой Гражданской гвардии.
— Пресловутая Гражданская гвардия расстреливает тех, кого надо! — вмешалась Бланка. Сегодня Валино раздражал ее даже больше, чем обычно. — Последний месяц я сплю спокойно, не боясь налета бандитов.
— Как яростно вы защищаете полковника, — усмехнулся бизнесмен. — Дон Гонсало, не кажется ли вам, что ваша дочь испытывает к дону Вискае более чем дружеские чувства.
Смущенная Бланка не нашлась, что ответить. Но ее отец отнесся к словам дона Валино с поистине олимпийским спокойствием.
— Только произнесите имя дьявола…, — заметил он.
Поделиться книгой: