Помоги проекту - поделись книгой:
Дана Рассветных
Здравствуй, я твой ангел!
Часть первая. Прелюдия. Начало Игры
Пролог
Адиалия.
Я медленно приходила в себя. Меня окружала абсолютная тьма, баюкая в ласковых объятиях небытия.
Где я? И кто это «я»? Не знаю…
Внезапно тьму прорезал зеленый луч. Затем еще один, и еще… Вскоре все пространство вокруг меня было заполнено яркими зелеными вспышками.
Поморщившись, я прикрыла глаза. Больно…
– Пора возвращаться… – донесся до меня чей–то слабый шепот.
Куда?
– Домой. Ты хочешь домой?
Дом… Какое сладкое слово. Но почему тогда сердце кольнуло забытой болью?
– Не надо, – прошелестел тот же голос. – Это прошлое. Зачем тебе оно?
Прошлое? У меня есть прошлое?
– Тебе не стоит вспоминать его… Тебя ждет новая жизнь, где не место тому, что было…
Нет! Я… я хочу помнить. Узнать, кто я. Мне плохо без имени…
В ответ тишина… Ну же, где ты, голос?
– Ты пожалеешь о своем решении, – наконец раздалось у меня в голове. – Но я могу облегчить твою боль до поры до времени, коль ты так хочешь знать свою прошлую жизнь.
Облегчить? Как? И почему будет боль?
– Тебе просто перестанет быть важным твое прошлое. А боль… боль рано или поздно все равно настигнет тебя. Как и страх… Боги ошиблись и обрекли тебя на страдания… Хотя больше они такого не допустят. Я об этом позабочусь.
Зачем?
– Ты мне важна. Благодаря тебе уходит моя скука.
Я игрушка? Не хочу…
– Не надо так категорично, девочка… Тебе взамен дается моя защита… до определенных пор. А сейчас приготовься вспомнить…
Глава 1. Златый
Илиодория, 3998 год 13–ого цикла.
Адиалия.
Вспышки света, всполохи огня, лица, тени – все смешалось в разноцветную карусель, проносящуюся перед глазами. Я знала, что вспоминаю… Вспоминаю свою прошлую жизнь в безумно родном для меня мире, имя которому – Златый.
* * *
…Вот я, двенадцатилетняя, врываюсь в Зал Заседаний и, не обращая внимание на постные лица Совета, радостно бросаюсь на шею брату, до этого чинно восседавшего во главе стола, как и полагается правителю.
– Миша, я смогла!! Я наконец–то открыла Книгу поколений!!! – Магистры изумлены, но мне все равно. Ведь на таком родном и любимом лице – лице правителя серафимов Жизни Михаила – гордость за младшую сестренку, сумевшую сделать то, чего не мог никто, кроме правителей.
– А я в тебе и не сомневался, радость моя, – со смехом отвечает мне брат, заменивший мне и пяти моим братьям отца и мать, убитых, когда мне еще не исполнилось и года, прислужниками Хаоса на заставе…
* * *
…Крики, отчаянье разлито в воздухе. Оно давит на меня, заставляя сжиматься от боли. Но я терплю и мужественно не издаю ни звука – ведь так велел Миша, пряча меня здесь. Через зарешеченное окошко в тронный Зал видно, как ставят в ряд моих братьев, подталкивая острыми мечами.
Нас предали. Кто–то отключил кристалл защиты в центральном блоке, и город остался беззащитным.
Но самое ужасное, что Толенгро – единственное место, где мы не можем воспользоваться нашей силой из–за пересечения силовых потоков, на котором и строился город.
Нас просто задавили числом прислужники Хаоса – полусумасшедшие убийцы, поставившие себе безумную цель, уничтожить мир. И нас, его стражей, в первую очередь.
В Зал входит женщина – по ауре я вижу, что это их Повелительница. Останавливается перед братьями и издевательски окидывает их сочувственным взглядом.
– Разве вы не слишком молоды, чтобы умирать? А ведь этого может не случиться – достаточно одной клятвы, клятвы верности…
– Никогда! – гордо поднял опущенную голову Михаил.
– Ну, от тебя, гордец, я другого и не ждала, – кисло заметила Повелительница. – Что скажут остальные? Неужели так хочется умереть? Лишь одна клятва…
– Нет! – вслед за Михаилом по одному выкрикивают они.
– Ну что ж, – глаза ее загораются в предвкушении расправы. Отдает приказ своим прихвостням. – Убейте их. И найдите, наконец, принцессу, девчонка не могла исчезнуть.
А я сидела и смотрела. Как одного за другим моих братьев хладнокровно расстреливают из арбалетов. Вот упал Миша, Рафаил и Габриил, за ними – Аметиил и Атуриил. Последним на мраморный пол падает самый младший мой братишка – Тангриил. Ему всего 13, но не пощадили даже его…
Захлебываясь беззвучным криком, я вырываюсь из каморки, куда успел спрятать меня брат, и тут же попадаю в кольцо чьих–то рук. Невидящим взглядом окидываю лицо державшего меня – Гард, один из моих наставников, демон.
– Они… Их… – всхлипываю я, поняв, что в безопасности.
– Я знаю, девочка моя, знаю, – тихо шепчет мне Гард, осторожно беря меня на руки. – Но сейчас нам надо выбираться отсюда…
* * *
…Я с тихим ужасом смотрю на медленно рушащийся Толенгро. Гард сумел меня защитить, телепортировав за пределы города, но не сумел спастись сам. Еще одна капля в море смертей… Прислужники и их Повелительница не стали довольствоваться нашим истреблением, они захотели стереть с лица земли и нашу обитель, наш Дом, наш город…
Смотря на армию Хаоса, с удовольствием наблюдающей за представлением, расположившись кольцом вокруг города, чувствую, как в глубине моей души просыпается что–то древнее, опасное, дикое… Радужка наливается мертвым сиянием, в горле клокочет рычание… ДА КАК ОНИ ПОСМЕЛИ?!… НАКАЗАТЬ!…
Небо заполняется тучами, а моя ненависть выплескивается в проклятии:
– БУДЬТЕ ВЫ ПРОКЛЯТЫ!!! ГОРИТЕ ВСЕ ЯСНЫМ ПЛАМЕНЕМ!!!
От меня кругами начинает расходиться Сила, все набирая и набирая мощь.
Армия, непобедимая армия Хаоса, вспыхивает как спичка… Пронесшиеся над полем крики, а после – тишина… Но я уже в ласковых объятьях тьмы и ничего не слышу…
Я не хочу ничего помнить. Поэтому, с этого дня принцесса Адиалия перестанет существовать. Она погибнет там, в Тронном Зале, вместе со своими братьями… Вместо нее на свет появится Диали, у которой будет жизнь ни чем не связанная ни с серафимами, ни с принцессами…
* * *
…Забыв обо всем, отдаюсь танцу. Подружки из Академии магии, где я учусь уже четвертый год, все–таки вытащили меня на Осенний праздник.
Вдруг что–то врывается в четкую линию моих движений… Останавливаюсь в замешательстве и, сама не зная почему, начинаю искать что–то в толпе окружающих меня людей. И нахожу… взгляд глаз цвета льда пронзает меня насквозь… Парень, молодой и очень красивый. Почему бы и нет? – мелькает в голове шальная мысль. Отбросив сомнения, подхожу к нему…
– Привет.
– Привет, – лениво улыбается в ответ он, глядя в упор. А я смотрю в его пронзительные голубые глаза и понимаю, что пропала…
* * *
…Я подружка невесты – выходит замуж моя соседка по комнате в Академии. Рядом со мной стоит, дожидаясь конца церемонии Кэсс. Вспоминаю, как мы познакомились тогда на Осеннем празднике. Позже я узнала, что этот парень с пронзительными глазами цвета льда не кто иной, как Кэссандр Илиодорский, наследник трона Илиодорской империи. Но мне было все равно – к тому моменту мы начали встречаться, и я поняла, что, кажется, влюбилась, и любовь эта не безответная… Вот невеста кидает букет. Чтобы не выделяться на фоне остальных девушек, послушно вытягиваю руки, в которые, неожиданно для меня, так же послушно сваливается букет. Чувствую, как обнимает меня сзади Кэсс и слышу его тихий шепот:
– Кажется, сами Боги дают нам знак. Последуем ему?..
* * *
…Коронация. Мой возлюбленный стал сегодня полноправным императором.
Все знают, что скоро наша свадьба, и поэтому придворные дамы не упускают случая посплетничать о «безродной выскочке», но я не обращаю на них внимания. Меня больше волнует то, что Кэсс в последнее время стал очень задумчивым и как–то странно поглядывает на меня. Из–за чего бы это?..
* * *
…Свадьба. Я смотрю на девушку, отражающуюся в зеркале: тонкий стан плотно облегает белый шелк, собранные в высокую прическу короткие, по плечи, волосы цвета золота подчеркивают идеальные черты лица и огромные глаза, цвет которых под стать волосам. Сейчас в них светилось счастье, и казалось, что это искорками вспыхивают два маленьких солнца…
* * *
Медленно останавливаюсь перед Кэссом. Как же он красив сегодня! Церемония начинается, но тут к Кэссандру подходит какая–то женщина и что–то протягивает ему:
– Вот мое доказательство. Она предательница! – Я с ужасом узнаю голос Повелительницы. Но как? Как она выжила?
Медленно поворачиваюсь к императору – да, сейчас это именно император, с холодным взглядом льдистых глаз, направленном на… меня?
– Ты же не веришь ей, правда, Кэсс? – спрашиваю я его дрожащим голосом.
Вместо ответа он отдает короткий приказ:
– Взять ее.
Неверяще смотрю на него. А в это время меня с двух сторон окружает стража. Кэссандр, глядя мне прямо в глаза, медленно проговаривает:
– Бросить в пыточную.
Что?!
– Я не предательница, я никогда не предавала тебя! Прошу тебя, Кэсс! Почему ты не веришь мне?! – кричала я в то время, как стража тащила меня куда–то…
* * *
…Больно. Впрочем, я уже привыкла. Каждый день одно и то же: с утра хлеб и стакан воды, затем приходит Он. Тот, кого я раньше называла любимым… Сначала Он спрашивает, согласна ли я отдать Силу. Я не понимаю, о чем Он. Какая Сила? Не знаю… а затем… затем боль…
Не зря заклятье боли входит в список самых ужасных заклинаний – после суток такого заклятья многие умирали, а выжившие просто сходили с ума…
Но я не хочу умирать или сходить с ума – назло Ему. Поэтому держусь уже третий месяц…
Даже Он удивлен такой выдержкой… Ненавижу… Не умираю и не схожу с ума только потому, что НЕНАВИЖУ!
Ненавижу того, кому отдала всю себя, того, кто, наигравшись, сломал и выкинул… Я буду жить!
В этот раз все не как обычно:
– Если и сегодня ты скажешь нет, то на завтра состоится казнь, – ледяной взгляд таких знакомых глаз… И дерзко:
– Нет! – как когда–то мои братья…
– Как скажешь, – мне кажется, или в глубине его глаз действительно мелькает печаль?…
* * *
…Сегодня моя казнь. Меня под конвоем и в антимагических браслетах, ставших почти привычными за эти три месяца, отводят на Обрыв Смертников. Подводят к самому краю. Оборачиваюсь – сзади только бездна. Император зачитывает приговор – все очень просто, меня обвиняют в предательстве и шпионаже.
– Приговоренной предоставляется последнее слово, – я вижу, как его губы тихо шепчут «ну же». Все ясно, еще надеется, что я соглашусь отдать Силу. Позже я узнаю, что дело в древнем пророчестве о носительнице силы Золотой ветви. Но сейчас мне остается только устало вздохнуть.. Как все это бессмысленно, – мелькает в голове мысль.
– Жизнь и ее дети никогда не остаются неотомщенными. И я отомщу, – императору, глядя в его ледяные глаза. Забавно, он явно не понял смысла первой фразы.
А затем я прыгнула… Ветер, размытые серые краски… скоро… совсем скоро я умру…
Но я не хочу умирать!…
Гигантским усилием разрываю ментальные ограничители браслетов и взываю к стихии… Она не может не прийти на помощь к стражу мира… Мое тело ломает трансформация, и вот уже горлица взмывает в небо.
Поделиться книгой: