Искры истинной магии (издательская редактура)

— Блеск! — столь же лаконично ответил Ярослав.

— Среди покойников?! — Кажется, у Аллисандра волосы зашевелились.

— Самая настоящая, друг мой, — пришлось оправдать его опасения.

— Боюсь представить, какая именно неприятность должна случиться, чтобы ты впал в пессимизм, — понемногу успокаиваясь, буркнул Артем. — Наверное, явление того злополучного демона со свитой.

— Да они вроде не возражали, — пожал плечами Ярослав, — и потом у меня там какая-то дальняя родня лежит, со стороны отца, так что кладбище, можно сказать, почти фамильное. И Вик там третий год подрабатывает.

— Почему?

— Ты не совсем правильно понял, — вздохнул Артем, явно уже отошедший от последствий пассивного курения конопли, — хотя… объяснять долго. Гоблины притащили нас в сарай, там мы очнулись, вышли через заднюю стену, перерезали охранников, но нашумели, примчалась половина племени и попыталась нас загасить, но мы пришибли штук двадцать и пригрозили активированной пентаграммой, после чего нам отдали все вещи и вас в придачу, только чтобы мы ушли.

От такого вопроса мы опешили. Кажется, глаза у нас в эту минуту вытаращились, словно у глубоководных рыб. Как-то до сих пор мы не отождествляли себя с маньяками. И таких вопросов нам не задавали.

Дальше мы шли в молчании. Не знаю, о чем думали остальные, а я решил поразмыслить о судьбе наших подруг.

— С ума сойти, — резюмировал я. — Аргументируйте, пожалуйста, каждый свою точку зрения.

— Гм, вопрос сложный. — И как бы ему объяснить-то? — Ты, Аллисандр, к магии как относишься?

— Ну, в общем, идем мы по кладбищу ночью, — принялся рассказывать Ярослав, обильно жестикулируя, — склеп подходящий высматриваем, ну или хоть скамеечку какую понадежней, девчонки веселые, перспективы самые радужные, а там…

— Ленваху, — поправил меня охотник, — вообще-то так называется гоблинский покровитель воровства, грабежа и мародерства. Известен он в первую очередь тем, что племя Гремящих скал пользуется его покровительством и, как ни странно, довольно-таки часто.

— Если бы мы нашли в поселке своих подруг, — хмыкнул я, — проблемы бы не возникло.

— Если мое предположение верно, то нам ничего не угрожает, — поспешил успокоить своих друзей я. — Вы помните, что гоблины нашли трех А в святилище местного божка?

— Аллисандр назвал нас черными магами, — сказал Алколит. — А ведь он, черт побери, прав! Я всегда искал тайных знаний, как и Алхимик, впрочем, не чурался самых опасных. Да и ты, Арт, рыцарь теней и кинжала, не похож на светлого паладина. Ну что, коллеги, встаем на путь Тьмы в поисках средства для отмщения и возвращения домой?

— Конечно. Если нас не сожгут на кострах, как обещал священник, не повесят, как грозился рыцарь, и не стрескают, как мечтали гоблины. И при условии, что сейчас из тени не появится этот ублюдочный демон и не докончит начатое! — зло бросил Артем. — Кстати, колись, нарк начинающий, откуда травинки и на кой черт тебе вообще конопля потребовалась? Ты что, с ума сошел, эту гадость курить?! Да еще перед боем! К серым гоблинам зеленых чертей добавить захотелось?!

— Не обращайте внимания, так, анекдот вспомнил, — поспешил заверить их я. — Кстати, Аллисандр, что ты можешь сказать о капище, в котором нас нашли? И где оно вообще? Вроде бы там заведует какой-то Леваху.

— Это служащие падшему ангелу, люди, культ такой, — пояснил Алколит. — Он у нас считается самым главным владыкой зла. Так вот эти сатанисты пытаются усилить его влияние на души смертных: приносят жертвы, устраивают оргии…

— Видишь ли, — начал осторожно рассказывать я, — мы втроем слегка не отсюда. И, по-моему, даже не слегка.

— Есть немного, — кивнул Артем, также отошедший от наркотических грез и включившийся в беседу, — но сам посуди, куда нам еще девчонок тащить было, не в консерваторию же? Да и потом, им самим острых ощущений захотелось.

— Это заметно, — кивнул охотник, — лица у вас… не такие. Тот высокий хоть на четверть на орка похож, но где мы, а где орки? До их степей караваны раз в год если ходят, так уже неплохо. Толстенький явно гномские корни имеет, по фигуре видно, так ведь и до гор пол-империи отмахать придется. Плюс баронства еще. А ты, не в обиду будет сказано, зеленью отливаешь, но на орка не похож ни капельки, о таких я вообще даже не слышал.

— Вы шутите? — Голос аборигена заметно просел, а глаза начали бегать туда-сюда. — Что можно было ночью делать на кладбище? Да еще с женщинами?!

— За черных магов! — Охотник был настороже и внимательно следил за нашей реакцией. Странно, но за оружие он не хватался.

— Чего?! — Ассасин, пытаясь осмыслить сказанное Алколитом, впал в легкую прострацию, будто пропустивший удар по голове боксер.

— Ну, вообще-то Вампирше, — припомнил я, — сам посуди, ее статус обязывает по могилкам шляться, но Ведьма ее поддержала, а остальные согласились.

— Да? — Действительно черепушка слегка побаливает, но я это на побои от сатанистов списывал. — А чем?

— Хочешь верь, хочешь не верь, — вздохнул Алколит, — но недавно мы считали себя почти типичными студентами.

— А где тогда три В? — немного помолчав, спросил недоучившийся медик.

— С каким планом? — искренне удивился медик.

— Кому? — Кажется, у Аллисандра наступило состояние шока. Сложных фраз не строит, реагирует неадекватно.

— По словам Вархена, ну, шамана, — пояснил я, — нас они нашли в этом самом святилище, вот только так это было или нет, не помню.

— Я правильно понимаю, — осторожно заговорил охотник, тщательно и с видимым усилием подбирая слова, — вы пошли устраивать оргию на кладбище, одна из женщин, которая шла туда же, была вампиром, вторая ведьмой; там вступили в бой с демонопоклонниками и призванным ими демоном, почти уничтожили их, но напоследок словили какое-то проклятие и очнулись в святилище Леванху? А что было дальше?

— За кого ты нас принимаешь? — хрипло выдохнул Алколит.

— Ты, евгеник доморощенный, мы люди! Ты где на Урале гномов видел?! Они же только в горах водятся! — возмутился Ассасин, пытаясь подняться.

— Да, и стали искать новые способы решения своих проблем, — поддакнул Артем, — неважно насколько грубые, но неизменно действенные.

— Потому что от их пения вся империя бы разбежалась.

— Не видел, — поразмыслив секунд десять, решил охотник, — и что, он такой умный, еж этот?

— То, что вы мне сказали, правда? — уточнил абориген.

Лес был полон зверья, два раза пришлось обходить стада кабанов и один раз волчью стаю. Ни тех ни других мы, впрочем, не видели, но, по утверждениям нашего попутчика, они были рядом. Очень жаль, что не попадались грибы, видно, дождь последний раз был давненько. Впрочем, ягодник дикой ежевики нам по пути попался, но после крупных земных сортов мелкая лесная совсем не смотрелась, да и мыть ее было негде.

— Тогда дело еще хуже, чем казалось, — печально вздохнул Ассасин и, опустив голову и ненадолго задумавшись, продолжил: — Если уж силы зла есть, в чем вы меня на пару убеждаете, то просто так они от нас не отвяжутся, порода не та! Я до недавнего времени серьезно сомневался в существовании души, но уж если она есть, то терять ее как-то не хочется!

— Нет, время от времени их торговцы притаскивают всякую всячину, иногда весьма ценную, которую они неизвестно как добыли. Когда их спрашивают, откуда вещи, то гоблины утверждают, что это Ленваху поделился с ними своей милостью. Само святилище расположено в пяти минутах ходьбы от поселка, я его даже видел, когда меня мимо тащили. Туда пару раз пытались наведаться на предмет ограбления, но вот потом никто вошедших внутрь не видел. А зачем тебе это?

— Ярик хочет сказать, что мы в другом мире, — пришлось пояснить мне. — Это другая планета. Или измерение. И если я не ошибаюсь, нас притащил сюда демон.

— Развел тут, понимаешь, шпионские страсти, — хмыкнул я, пряча полезный талисман подальше. — Ну что, какие будут мысли по сложившейся ситуации?

Ассасин выругался, Алколит его поддержал. Минуту мы сидели в тишине, каждый думая о своем. Лично мне вспоминались родители, которые теперь наверняка с ума сошли от беспокойства.

— Добиться силы, знаний, могущества, — рубанул воздух рукою мой друг. — Магией, сталью, хитростью! И призвать к ответу всех. Демона. Призрака. Сатанистов. Живых и мертвых! Тела и души!

— Но почему?! — поразился я.

Посреди ночи только что задремавшего меня растолкал Артем. Едва сдержавшись от того, чтобы не засветить ему в челюсть, я, позевывая и ругаясь, поплелся к костру, рядом с которым сидел жутко довольный Алколит.

— Ты что, маленький? — удивился Алколит. — Ну что мы там могли делать с нашими дамами? Свидание у нас там было, ну и все соответствующее тоже могло бы быть, если б не помешали.

— Стоп! — Артем выставил перед собой руку с раскрытой ладонью, как щит. — Алхимик, ты человек в высшей степени разумный, скажи мне, та муть, что вы с Алколитом несли про зубастую тень, привидение и пентаграммы, это правда?

— Вы сумасшедшие? — Голос охотника упал до шепота.

Глава 4

Деревня оказались вполне приличная, похожая на комплекс новорусских дач в глубинке. Темное, старое и крепкое даже на вид дерево. Резьба по ставням. Грубовато ошкуренные вековые стволы являлись, похоже, основным строительным материалом при возведении всевозможных зданий. При входе в поселение нас внимательно осмотрели два мужичка, видом похожие на братьев Кличко на карнавале. Такие же пудовые кулаки, носы картошкой и добрые взгляды профессиональных боксеров. Довершали картину топоры, заткнутые за пояс. Чем-то родным и исконно русским веяло от их вида. В общем, пока впечатление складывалось благоприятное. Охотник повел нас к самому большому двухэтажному зданию. Внутри обстановочка тоже не разочаровала. Нормальная пивная, вот только почему-то без стойки. Столов всего четыре плюс лестница на второй этаж и дверь, ведущая, судя по аппетитным запахам, на кухню. Один стол был занят парой немолодых мужчин, в одежде которых преобладали различные меха. Видимо, охотники. Второй, обильно уставленный различными тарелками, в одиночку оккупировал суховатый мужичок лет эдак сорока пяти, бодро уничтожавший трактирную снедь. Два других были свободны. Мы заняли ближайший и вопросительно уставились на Аллисандра.

— Что у вас с деньгами? — спросил он.

— Человек, ты меня пугаешь, — вынес вердикт шаман и уселся прямо на землю, — но за тот чудный дым, что позволил мне вымолить у великого Аснаду защиту от мора для всего племени, я пойду на многое.

— А с чего к тебе-то? — удивился Ярослав. — Пусть бы старосте свои претензии выдвигали. А уж он бы отбрехивался, ему по должности положено.

— Ты зачем это ляпнул, придурок?! — насел я на Ярослава. Ассасин поддержал меня ненавязчивой демонстрацией кулака.

— А теперь рецепт, — потребовал шаман.

— Не надо так волноваться, господа маги! Сейчас сядем и спокойно все обсудим, не держите зла на племяша, у него мозгов и так мало, а те, что были, в лесу растерял.

М-да, с деньгами у нас было неплохо, но не с местными. Поиски дали нам горстку мелочи и некоторое количество купюр различного достоинства.

— Но-но! — встрял в беседу спустившийся на первый этаж охотник. — Я, к слову, тоже из таких.

И с проворностью, которая никак не вязалась с его фигурой, прошмыгнул мимо меня на кухню.

— А как так получилось, что у тебя в подвалах пусто? — спросил Артем. — Не могли же мы вчера выпить все? Нет, ну, во всяком случае, не за один раз.

Его подчиненных как ветром сдуло. Вот что значит сила авторитета.

— Да есть среди нас один умелец, — подтвердил Артем, кивнув на смутившегося Ярослава, — вот только практики у него маловато было, но если себя не жалко, то можете попробовать дать ему вылечить чирей на носу, авось голову отрезать не станет.

— Как же я вам тут чего сварю? — вопросил я голые и слегка подкопченные стены. Они сочувственно промолчали. Всю обстановку составлял очаг открытого типа, печь, какие и сейчас можно найти в любой деревне, пара деревянных столов, разнокалиберные деревянные же бадьи с чистой и не очень водой, а также маленькая дверь в полу. Опытным путем, едва не стоившим мне сломанной шеи на узких ступеньках, был найден настоящий ледник — экзотика по городским меркам и суровая правда жизни — по здешним. Припасы, впрочем, не блистали разнообразием: много мяса, немного рыбы и сыра, штабель огромадных караваев хлеба, горшки с медом и ягодами на полках вдоль стен и пара ящиков непонятного назначения. Поразившись такой находке, я запустил в ближайший ко мне ларь руки, нащупал нечто небольшое и круглое в слое песка. Это оказалось яблоко, не слишком крупное, но тем не менее вполне аппетитное на вид. Выбор продуктов был удручающее мал, поэтому я решил сделать исконно русский напиток — мед. Клюквенный, так как никаких других ягод в подвале не обнаружилось. Благо рецепт его был очень прост и не требовал сахара, который вроде бы был в Средние века дефицитом. Для начала налил на глазок два с половиной литра чистой воды в ближайший котелок, разжег огонь — хорошо, что дрова и лучина уже лежали рядом с очагом, и добавил туда примерно с килограмм меда. Оставалось только ждать, помешивать напиток и время от времени снимать пену. Жидкость забурлила, свидетельствуя о том, что вода достигла нужной температуры в сотню градусов. Теперь следовало немного охладить полученный продукт. Процесс был небыстрым, поэтому я решил отлучиться в главный зал трактира. Все постояльцы и обслуга, включая Ассасина и Алколита, сгрудились за одним столом и о чем-то тихо беседовали. Ну ничего, сейчас я этих субчиков загружу работой!

— Тот священник — один из главных у людей. Он знает много. Но не тайную мудрость заклятий, не рецепты зелий, не места хорошей охоты и не способы изготовления оружия. Он знает секреты. Тайны. Слухи. Работа у него такая. Кто-то убил другого — а ему об этом донесли, вора поймали — а что он украл, ему сказали, темного чародея сожгли — а его магическую книгу спрятали, ему известно где.

— Странные слова ты говоришь, — подумав, решил серокожий.

— Воины железа, младший вождь и тот странный фальшивый шаман? — махнул рукой гоблин. — Конечно. Тебе нужны их вещи? Я сделаю это.

— Не очень, — сознался я, — бывает, неделю тружусь над какой-нибудь фигней, трачу последние деньги, а выходит в результате пшик.

И утащил Аллисандра на кухню.

— Ну-ну, ври больше, — не поверил хозяин заведения.

— Это ж надо такое ляпнуть! — возмутился родственничек. — Да я поисковую экспедицию замутил, только чтобы не писать твоему отцу: так и так, твой оболтус потерялся. Последний раз его видели на границе гоблинских лесов. Пусть котел ему будет пухом.

— Не знаю таких, — был вынесен вердикт. — Ладно, сейчас я за вас расплачусь, а там снесете их к менялам. Хозяин! Тащи сюда всего, да побольше! Я от гоблинов живым ушел, такое отметить надо!

— Да это мы так. Внутренние разногласия, — смутился Ассасин и спрятал кинжал.

Оказывается, здесь есть упыри. Срочно найти бромид серебра в сумке.

— Легко. — Я достал из кармана сотовый телефон и вывел на экран фотографию конопли, которая имелась в каталоге картинок. Там, правда, поверх любимого наркоманами растения шла весьма ехидная надпись, но для демонстрации изображение годилось. — Видишь это растение? Знаешь его?

— Да, правда, — кивнул головой хозяин заведения, — по документам значится как ратуша. А что тут трактир открыл — так это мое личное дело. Ну так слушай дальше. Нализались тут, значит, эти свиньи городские…

Из-за двери моментально выскочил молодой парнишка, тащивший поднос с деревянными мисками и шашлыком. Что-то молод он больно для такого звания. Вслед за ним вышел мужчина постарше, видимо, отец, аккуратно несший в каждой руке по кувшину.

— Ты помнишь тех людей, которых отпустил вместе с нами? — осторожно спросил я.

— Считаные годы, — немного сгустил я краски.

— Только не в моем доме, пожалейте хотя бы свой ужин, выйдите на улицу, — совершенно серьезно предложил хозяин заведения. — А то знаю я вас — как начнете огонь метать да льдом заколачивать, так и пыли от двора не останется.

— Он глава местной церкви, — пояснил я. — Ему известно многое: осведомители, ключи к казне, места содержания особо ценных заключенных. Грязные секреты сильных мира сего. Неужели не найдется никого, готового выложить кругленькую сумму за все эти знания или за то, чтобы они не попали к кому не надо? Главное, чтобы товар с руками не оторвали. Покупатели-то будут серьезные: эльфы, сама инквизиция, гномы, черные маги, наконец!

— Нет, — покачал головой гоблин, — все лесные травы я знаю. Такой среди них нет. Оно из степи?

Фолидий заржал, как мерин, позвал племянника, и началась попойка в честь героев дня, то есть нас. Да уж, отбиться от гоблинов, алкавших моего мяса, было намного легче, чем от охотников и селян, желающих выпить со мной.

— Прежде чем объясню, — пришлось начинать торг, заинтересовать клиента в чем-то — это уже наполовину убедить согласиться даже с самым нелепым предложением, вам любой рекламщик подтвердит, — я хочу получить клятву, что ты заплатишь.

— Ну, тогда перерисовывай, — пожал плечами я. — А где растет, сам не знаю, на моей родине конопля запрещена. В общем, найдешь это растение, стебли посушишь, спалишь — и будет тебе счастье и общение с великими духами. Только аккуратнее: к ней, во-первых, привыкаешь, во-вторых, она при частом употреблении забирает жизнь.

— Приперся, охотничек! — радостно и вместе с тем зло обратился он к нашему провожатому. — Полмесяца тебя не было, я уж думал, не вернешься из леса. Ну, рассказывай, где шлялся. Здравствуйте, уважаемые, в какой дыре вы подцепили этого обормота?

— Чего ты хочешь? — подумав, спросил шаман. — У меня есть редкие травы, красивые шкуры, немного самоцветных каменьев…

— Сколько? — поразился Фолидий. — Ну ты это, чародей, ополоумел, что ли?!

В лес я пошел один. Ну, точнее, со свежепойманным проводником. Сначала меня вызвался было проводить Аллисандр, но дядя его не пустил. Фолидий своей властью старосты и трактирщика в одном лице приказал поймать живого и более-менее целого гоблина. За солидное вознаграждение, естественно. Жители деревни — все два десятка мужиков разной степени матерости и всего семь женщин — дружно выругались и пошли в лес. Уже через четыре часа в трактир ввалились счастливые аборигены, неся в сети придушенного нелюдя. Судя по морде серокожего, он уже почуял неприятности, но в чем они будут заключаться, еще не сообразил. Обработку пленника проводил Алколит. Недоучившийся медик затащил его в заранее нарисованную пентаграмму, почитал белиберду на латыни, нанес отобранным у Артема крисом какие-то символы на лоб гоблину, после чего бедняга стал стучать зубами громче, чем пациент на очереди к стоматологу. В общем, клиент созрел для переговоров. Когда отчаянно скулящему гоблину сумели втолковать, что его вовсе не собираются приносить в жертву, а всего лишь наложили заклятие отсроченной смерти, радости серокожего не было предела. А уж когда он узнал, что, чтобы избавиться от магической печати, ему надо всего лишь проводить меня к шаману племени Гремящих скал Вархену и заставить его со мной поговорить, то он готов был ползти в своих сетях! Разумеется, Алколит и Ассасин тоже хотели пойти, но гоблин, жмуря глаза от ужаса, пискнул, что провести через лесной коридор троих он не сможет. Только одного. Как объяснил Ярослав, этот самый коридор — нечто вроде примитивной природной телепортации, которой владеют некоторые обитатели лесов. Полезная штука! Идти пришлось не полтора дня, а пятнадцать минут по обычной лесной тропинке. Правда, гоблин к концу пути был весь в мыле и хрипел, как загнанная лошадь, но это уже его проблемы.

— А ты что предлагаешь? На дворе Средневековье! Маги! Гоблины! Инквизиция! — не остался в долгу недоучившийся медик. — А что ты умеешь? Кроме как своих бактерий скрещивать и порошки из банки в склянку пересыпать? Может, хочешь навоз кидать за свиньями или подаяние клянчить пойдешь? Так, боюсь, некому будет подавать, в лесу-то. А так назовемся волшебниками, будем снимать сглаз, вешать на уши — и все довольны. Курс психологии у меня в институте был, так что мозги местным запудрим без проблем. Надо же с кого-то начинать?

Обустройство на новом месте далось нам с некоторым трудом. Во-первых, мешали местные, жаждавшие от нас бесплатных чудес. В первое же утро к нам ввалились толпой жильцы этого постоялого двора (все пятеро) и, держась за головы, попросили превратить воду в вино или хотя бы пиво. Оказывается, вчера мы подчистили все (!) алкогольные запасы этого милого заведения. А в деревне, между прочим, только один поставщик винно-водочных изделий — постоялый двор, он же трактир. И свадьба у сына кузнеца с одной из местных красавиц на конец осени назначена. То есть уже буквально на носу, и тут такой конфуз. На дворе, по моему пониманию, стояло начало лета, и при чем тут осеннее торжество, я представлял слабо, но сочувствующую мину на всякий случай скорчил. Кое-как удалось отбрехаться тем, что в таком похмелье мы на это не способны. И тут два урода, которых я ошибочно считал своими друзьями, спихнули бочку на меня, заявив, что «этот зеленый тип, старательно корчащий из себя несвежий труп, — алхимик, если кто и сможет чего сварить, так это он». Охотники вцепились в меня, как клещи, и не успокоились, пока не дотащили меня до кухни и не впихнули внутрь.

— Куда?! — еле успел вцепиться в его руку. — Оно ж еще бродить будет только дня два, а потом еще и выдерживаться с месяц!

Сам же присел на лавку и прислушался к беседе. Двое охотников с вчерашним путешественником обсуждали перспективы войны империи с эльфами!

— Не хочу, конечно, сказать ничего обидного, но не слишком ли вы юны, чтобы повелевать столь грозными силами? — нашелся наконец Фолидий.

— Вот теперь верю, — неожиданно вынес вердикт хозяин постоялого двора. — Шастают ведь тут, понимаешь, всякие, представляются только что не архимагами, слов много, а результата нет. Ну, у нас с такими разговор короткий — ценное и одежду отнять и в лес спровадить. Выживет, так нехай с ним, а нет, так плакать не станем. Но если кто честно говорит, что камень он словом поднять может, а вот гору не осилит, тем наши почет и уважение. А вы ребята неплохие: и гоблинов сумеете разогнать, и амулетик какой смастрячите, и целить наверняка умеете?

— Не получится, — пообещал я, — я им теперь выпивку к праздникам готовлю, побоятся отравиться.

Мы глубокомысленно помолчали. Я спиной чувствовал любопытный взгляд со столика, за которым пировали охотники. Видимо, им было интересно, о чем это может шушукаться трактирщик с незнакомцами.

— Он не зачаровывает, а создает новые, — поправил Ассасин, — как правило, работает один из трех, если не из пяти.