Семь мужей для избранной демоном-драконом

— Вы меня разыгрываете? — нервно спросила я. — Это что, съемки скрытой камерой? Слушайте, нельзя так издеваться над людьми. Так же можно инфаркт заполучить или в дурку загреметь.

— Куда? — растерянно спросил рыжий. — Что получить?

— Инфаркт, — повторил Дима безразличным голосом. — Сердечный приступ в их мире. Уводи ее уже скорей.

Похоже, он здесь командовал, и злить его боялись. Парнишка забеспокоился и с натянутой улыбкой подскочил ко мне.

— Идем. Я все покажу, все объясню…

Если бы он не попытался схватить меня за руку, может, я бы действительно пошла и выслушала. Но после мыслей о том, что меня сейчас убьют, это было перебором. Я отскочила, в лицо бросилась кровь. Даже дышать стало труднее.

— Не подходите! Пожалуйста, хватит. Верните меня домой.

Рыжий погрустнел.

— Простите, леди, вернуться не получится. Вы избраны самим демоном-драконом. Ось миров, — он кивнул на камень, который я считала простым памятником, — это подтвердила, перенеся вас в наш мир. А это значит, что вы выйдете здесь замуж за наших мужчин и родите от них ребенка.

— За мужчин? — я нервно засмеялась. Ну конечно это розыгрыш! Чья-то очень злая, пакостная шутка. — Все, хватит, ребята. Я ухожу.

Я снова повернулась к камню. Это единственная вещь, которая осталась хоть относительно неизменной. И еще валун достаточно большой, даже выше Димы, на которого мне приходилось смотреть снизу вверх. Может, внутри есть проход? Спрятанный голограммой, например. Может, зал — это декорации под парком, а нас перенесло сюда не волшебным порталом, который рыжий назвал Осью миров, а обычным лифтом?

Я коснулась символов, надеясь, что почувствую под пальцами пластмассу или они вообще пройдут сквозь камень. Вместо этого меня ударило током, да так сильно, что я вскрикнула. Я тут же отпрыгнула, но неприятное покалывание не проходило.

— Что за…

Ноги внезапно стали ватными, а сама я ощутила страшную слабость. Падая на пол, я успела заметить, как меняется лицо Димы и как ко мне кидается рыжий парень. А дальше все опять затянула тьма — на сей раз совсем другого рода.

3. Другой мир

Меня разбудил шум из окна. Там о чем-то спорили люди, настолько громко, будто стояли прямо за подоконником. Я перевернулась на другой бок, попыталась натянуть на голову одеяло и вспомнила, что живу в женском общежитии. На шестом этаже.

Я резко села на кровати. С губ сорвался стон.

Комната была шикарной. Огромная кровать метра два в ширину, балдахин с занавесями, камин, очаровательная ореховая мебель под старину, круглый столик, много цветов. Солнечные лучи, проходя через витражное окно с изображением дракона, окрашивали все в приятные оттенки. Проблема была в том, что спальня принадлежала не мне, и я не знала ни одного отеля в нашем захолустье, который мог бы предложить такой крутой люксовый номер.

Я лежала поверх одеяла в той же одежде, в которой шла на свидание. По крайней мере, тот, кто принес меня сюда, не стал меня раздевать. И то радость, а то после рассказов о ребенке, рожденном от нескольких мужчин, от этих извращенцев можно было ожидать чего угодно. И зачем-то мне на ноги положили большое полотенце, которое забилось под платье.

Я убрала полотенце, аккуратно его сложила и медленно, с опаской, встала с кровати. Мало ли кто-нибудь выскочит из-под стола и кинется на меня. Но нет, все было спокойно. Вздохнув, я подошла к крупному, в человеческий рост зеркалу и устало взглянула на себя.

Каштановые волосы растрепаны, часть помады осталась на подушке, платье помято, стрелки на веках размазались. Чудесно. Надо умыться и попытаться отсюда незаметно сбежать. Завтра экзамен, а попадать в рабство к приверженцам матриархата я желанием пока не горю.

При мысли о сессии я нахмурилась. Завтра ли сдача? Сколько я провалялась в этой комнате? Часов нигде не было, а мутный витраж не давал ни малейшего представления, какое снаружи время. Светло — и то ладно.

«Мобильник!» — вспомнила я и схватилась за сумочку, которую, по счастью, положили на столик рядом с кроватью. Наверное, это сделал рыжий. От Димы такого вряд ли стоило ожидать.

Телефон на вид был абсолютно целым, но оказался выключенным и никак не хотел работать. Я уже и крышку подцепила, проверила, не случилось ли чего с контактами, а экран продолжал оставаться черным.

Не судьба. То ли технику тут глушат, то ли в мобильнике уже кто-то поковырялся. Я его расстроенно отложила. Ну ладно. Раз полиция не приедет, придется выбираться своими силами. Но для начала все-таки умыться.

Дверей в туалет или ванну внутри спальни я не нашла. Из удобств обнаружился только горшок у кровати (я очень надеялась, что он декоративный) и серебряный набор: поднос, глубокая миска и кувшин с водой. Чувство, что я провалилась то ли в Средневековье, то ли в Возрождение, крепло все сильнее. Я не знала ни одного шоу, в котором на нищую студентку спустили бы столько денег ради розыгрыша. Проще поверить в фэнтези, чем в такое.

Ну, или я все-таки сошла с ума. Именно так я и подумала, когда закончила умываться и потянулась за полотенцем, чтобы вытереться. Я точно помнила, что оставила его на краю постели ровно сложенным. Теперь оно опять скомкалось и очутилось уже посередине кровати.

Кричать, падать в обморок, психовать я не стала. Просто достала из сумочки салфетку и вытерлась ей.

Если я в самом деле в параллельном мире, где существуют крылатые люди и порталы, никакие вопли и истерики все равно не помогут. Надо смириться и держать свои нервы в сохранности — они мне еще пригодятся, когда я отсюда выберусь. А я это сделаю обязательно. Если не через тот камень, который ударил меня током, то другим способом. Хотя на камень тоже стоило еще раз взглянуть. Наверное, я дотронулась не до того символа, потому он меня и шандарахнул. Осталось найти того, кто расскажет правильную комбинацию.

В дверь постучали. Я огляделась и на всякий случай схватилась за горшок у кровати. Если гость мне не понравится — пусть пеняет на себя. А нечего было меня похищать!

— Войдите.

В комнату сунулся уже знакомый рыжий парень — и спальню сразу как будто осветило солнцем. Улыбался он и правда широко и приветливо.

— Здравствуйте, леди! Быстро вы пришли в себя! Как ваше самочувствие?

— Так себе, — сухо ответила я, поставив горшок обратно. — Вернете меня домой — станет лучше.

— Я уже объяснил — это невозможно, — он развел руками. — И Ось миров сегодня это доказала, не пустив к себе. Вы наша избранная. Кстати, как вас зовут?

— Марина Дубровская.

Парень поморгал.

— Маа Рина Дуб… простите, как дальше?

— Рина, — я вздохнула. — Хватит этого.

— О, — рыжий обрадовался. — А я Микки. Или Мик. С вашими предшественницами мы уже выяснили, что Микелор эн-Тьерин слишком сложно запомнить.

— У меня были предшественницы?

— Да, четыре девушки.

Это хорошо укладывалось в сведения о пропавших в парке студентках. Я насторожилась.

— И что с ними стало?

— Вышли замуж, — бодро ответил Микки. — Очень рады. Одна из них осталась преподавателем в академии и часто бывает во дворце. Я уже устроил вашу встречу завтра вечером, если вы не против. Как мы выяснили, общение с одномирянами положительно влияет на душевное состояние.

Новость, что у меня были предшественницы, одновременно радовала и огорчала. Я не первая попала в такую ситуацию, и кто-то может поделиться со мной опытом. В то же время присутствие неподалеку других девушек означало, что никому не удалось вернуться домой. Но от меня их хотя бы не прятали, и то ладно.

— И все мы избранные? — задала я второй мучивший меня вопрос. — Все пятеро?

Микки смутился.

— Ну… Признаться, предыдущих выбирал я. Это моя обязанность, как привратника Оси миров. И кажется, я немного ошибся. Но вы, леди Рина, — он с непонятным благоговением заглянул мне в лицо, — были выбраны самим господином Дамианом.

— Дамианом?..

— Он, наверное, назвался Димой. Так привычнее для вашего языка.

Мое настроение при звуке этого имени мгновенно испортилось.

Дима. Ну, или Дамиан. Чертов аристократ, значит.

— А зачем вам вообще избранная?

— О-о, — протянул Микки. — Если коротко, то нужно, чтобы вы выбрали себе семь мужей и родили от них ребенка, который спасет наше королевство. Но это было бы сложно объяснить просто так. Давайте немного прогуляемся с вами, и я все наглядно покажу и расскажу.

Я молча кивнула.

Семь мужей. Ха-ха. Слов нет. Надеюсь, это все-таки розыгрыш.

— Ладно, — я собралась с силами. — Последний вопрос, самый важный. Где у вас туалет?

— Уборная, вы имеете в виду? Давайте покажу.

Вихрастое чудо прошлось по спальне и нажало на одну из деревянных панелей, которыми были обшиты стены. Весь участок стены отъехал немного назад, а потом в сторону, открывая небольшую туалетную кабинку.

Все мои надежды увидеть современный унитаз были разбиты в пух и прах. Под деревянным сиденьем, обшитым шерстяной тканью, стоял брат-близнец прикроватного горшка, только размером побольше.

— Прости, Микки, у меня созрел новый вопрос. У вас все еще Средневековье? — убитым голосом спросила я. — Или хотя бы Новое время?

— Ты эпохи имеешь в виду? Официально у нас Век мертвеца.

Оптимистичненько…

— Но твои предшественницы говорили, что у нас эпоха фантазии, — продолжил парень.

— Фэнтези, ты имеешь в виду?

— Да-да, это самое слово, — закивал он.

Я тихо застонала. Ну почему меня занесло именно в то фэнтези, которое до сих пор не вылезло из Средневековья? Нет бы в викторианскую эпоху. Там хотя бы какое-то развитие цивилизации.

— Ладно, Микки, — мрачно сказала я. — Подожди, пожалуйста, чуть-чуть снаружи. Я скоро выйду.

4. Немного истории

После того как я разобралась с древним туалетом и вышла к Микки, он повел меня по коридорам дворца. Несмотря на дурацкую ситуацию с попаданием в другой мир, парнишка мне понравился. Все-таки он был очень даже симпатичным, а его изумрудные глаза все время озорно блестели. Болтал только многовато — без умолку. Но и в этом я нашла плюс. Микки охотно отвечал на все мои вопросы вплоть до тех, которые даже моим соотечественникам из более продвинутого века показались бы неприличными. Видимо, предшественницы уже подготовили его к тому, чего ждать от меня.

Я больше молчала, поглядывая по сторонам. Коридоры напоминали обычный, только очень крупный средневековый замок с окнами-витражами. Везде на них были драконы или другие волшебные существа, о которых я читала в сказках, но которые никак не намекали на то, каким окажется этот мир. Люди в простой льняной одежде, встречавшиеся нам по пути, почти все низко кланялись, завидев нас с Микки. Некоторые провожали меня заинтересованными взглядами. Я действительно сильно отличалась от них в своем облегающем кремовом платье длиной по колено. Судя по тому, что я помнила из книг по истории, у них такое должно считаться недопустимым.

И тем не менее на меня никто особенно не реагировал. Уже привыкли, что ли, к попаданкам? Или у них более свободные нравы, раз тут разрешено многомужество?

Коридор, по которому мы шли, закончился тяжелыми дверьми. Два стража в доспехах по одному лишь мановению руки Микки принялись их перед нами открывать.

Я проводила мужчин внимательным взглядом. Стальные нагрудники гремят, как настоящие; начищенные шлемы блестят, отражая синий свет из витража; на ремнях висят длинные и заметно тяжелые мечи. Соседка Катюха, любительница аниме, однажды затащила меня на фестиваль японской культуры местного розлива. Тощим косплеерам в пластиковых доспехах было ну очень далеко до этих серьезных парней. И мой спутник явно занимает во дворце не последнюю должность, раз перед ним так расшаркиваются.

Когда двери отворились, перед нами предстал длинный коридор. Или, скорее, галерея — знание архитектурных терминов всегда меня подводило. С одной стороны высились большие окна, благодаря которым пространство полностью заливал яркий солнечный свет. С другой стороны стену украшали искусные фрески. Кажется, ради них и затевалась эта галерея, потому что каждое изображение было зрительно отделено от других и повествовало собственный сюжет.

Однако первым делом с надеждой я приникла к окну. Наконец-то здесь были не витражи, а нормальные стекла! Хоть увижу, что там, за пределами дворца.

Меня ждало очередное разочарование. Мы находились на уровне примерно второго этажа. Снаружи зеленела трава на небольшой лужайке, а дальше, почти вплотную к замку, поднималась крепостная стена.

М-да. Поглядела я на окрестности. Они просто очешуительно прекрасны.

Губы Микки тронула улыбка.

— Надеялись полюбоваться на город? Мы сделаем это чуть позже. С площадки, где лучше обзор.

— Можешь обращаться ко мне на ты, — предложила я. Выканье от парня старше меня, студентки-второкурсницы, резало по ушам. — И ты не сказал, как называется ваш город.

— О, я с удовольствием перейду на ты, — обрадовался Микки. — Это же признак близости в вашей культуре, да?

— Ну, вроде того, — согласилась я, оглядев его с подозрением.

У меня все никак не получалось забыть о семи мужьях. Сейчас как набросится, решив быть первым…

Слава богу, Микки ограничился улыбкой еще более широкой, чем раньше.

— Мы сейчас находимся в столице нашего королевства. Город называется Фарн, поэтому дворец так и зовется — Фарнский. Давай посмотрим на первую фреску. На ней рассказано о создании нашего королевства.

Я послушно подошла к изображению. Все равно заняться больше нечем.

В общем-то, ничего поражающего воображение там не нашлось. Шестнадцать фигур, которые окружают светящееся яйцо, — стандартная такая иллюстрация к сотворению мира. Интерес вызывали разве что сами творцы. Часть из них почему-то оставалась темными пятнами, без единого намека на внешность. Другие, наоборот, были выписаны тщательно, со всеми подробностями.

Рыжий что-то шепнул, коснулся фрески пальцами, и она в тот же миг ожила. Я ахнула, когда мировое яйцо заблестело, а дракон вдруг шевельнул хвостом. Небо цвета индиго с танцующими звездами в таком исполнении выглядело очаровательно.

— Это наши боги, — пояснил Микки очевидное, довольно улыбаясь тому, что меня впечатлил. — Они бежали из другого мира от неведомой опасности, долго не могли найти приют и в конце концов решили создать его сами. Но в сотворении принимали участие не все. Мы мало знаем о них, кроме имен.

— Почему?

— Они продолжили путь, чтобы потом создать собственные миры. Но некоторые остались. Вот, например, белокурая повелительница морей Эжения и Рейанд — покровитель труда…

— В виде бобра? — вырвалось у меня.

Ну и боги у них, однако.

— Бобры — великие животные, они очень трудолюбивы, — важно ответил Микки. — А вот еще обольстительная богиня любви Элизия, отважная воительница Виктолина и покровительница смеха Вириника. Моя любимая, — задумчиво добавил он и тут же спохватился: — Ой, тебе, наверное, все это будет слишком сложно запомнить сразу.

Я кивнула. В самом деле, многовато имен для начала.

— Тогда расскажу самое важное. Отдельно от других мы почитаем Андремакса, — мой спутник указал на алого дракона, того самого, что украшал витраж в спальне. — Он не был основателем, но направлял собратьев и помогал им. К нему восходит и род нашего правителя — Дамиана эн-Драгониса.

Отчего-то я была уверена, что Дима-Дамиан окажется высшим существом. Если не на деле, то обязательно на словах. Знаем, проходили. В Древнем Риме цезарей тоже любили объявлять потомками богов. Только умирали они совсем как обычные люди.

— Значит, он настоящий дракон? — невинно поинтересовалась я.