Помоги проекту - поделись книгой:
— Что, сдрейфили, сосунки? Нет у нас обратной дороги! Либо вперед — в Грецию, либо на тот свет!
И схватив трубку радиостанции, выдал в эфир.
— Адмирал, ты ведь не только нас потопишь! Ты всех потопишь! Ты думаешь, тебе люди это простят? Дайте нам спокойно дойти до берега, и забирайте потом это корыто себе обратно! Но если начнете стрелять, то перестреляете и заложников, а их у меня здесь много! Думай, адмирал!
Эфир молчал. Секундная стрелка неумолимо бежала по кругу. «Михаил Кутузов» неожиданно изменил курс и пошел на сближение. Расстояние быстро сокращалось. Его носовые башни по-прежнему были наведены на надстройку «Тобольска». Все со страхом смотрели на жерла шестидюймовок, готовых в любой момент изрыгнуть смерть. На большом расстоянии нет такого ощущения, но когда смотришь прямо в ствол пушки… Дистанция неумолимо сокращалась и между кораблями осталось уже чуть более кабельтова. Коломийцев так и не понял, что же заставило его крикнуть.
— Ложись!!!
И он бросился на палубу, прикрыв уши руками. В то же мгновение страшный грохот тяжелой кувалдой ударил по рубке. Ни Коломийцев, ни остальные не видели, как один из вертолетов тут же рванулся к десантному кораблю, завис над его палубой на небольшой высоте, и оттуда стали спускаться по тросам десантники. Три других подстраховывали, готовые открыть огонь при оказании сопротивления. Но сопротивляться было некому. Все, кто находился внутри рубки, еще не отошли от контузии, вызванной залпом двух башен главного калибра крейсера почти в упор. Ну а то, что орудия были заряжены холостыми, это не так уж и важно. Важно то, что с их помощью удалось достичь поставленной цели — захвативших корабль «отвлекли», и им действительно сейчас ни до чего не было дела. Дальнейшее свелось к рутинным действиям по освобождению захваченного пиратами гражданского судна с освобождением заложников. С той только разницей, что сейчас в роли пиратов выступали взбунтовавшиеся морпехи, в роли заложников — остальной экипаж, а в роли захваченного гражданского судна — боевой корабль. Но суть от этого не менялась. Первая группа блокировала рубку и машинное отделение, остановив машины «Тобольска», после чего к высадке десанта приступили оставшиеся вертолеты. Очень скоро полковник Никитин доложил на флагман.
— Закончили. У нас потерь нет. У «потемкинцев» двое «двухсотых» и девять «трехсотых». Взяли всех. Из экипажа погибли в ходе мятежа командир и старпом. Ранены командир морпехов и командир БЧ-5. Хорошо приложило залпом крейсера командира БЧ-1 и троих матросов, находившихся в рубке, но вроде бы уже оклемались. Остальные целы.
— Ясно. «Двухсотые» — ваши?
— Нет. Разборки между «потемкинцами».
— Корабль на ходу?
— Да.
— Возвращайтесь и следуйте в кильватер последнему мателоту. Всех пострадавших отправить на «Амур». Ждите борт с военной полицией. Будем разбираться…
Илларионов отдал приказ полковнику, и выдал вполголоса непечатную конструкцию специфического флотского юмора. Не все прошло гладко, как предполагалось в начале, подтверждая старую поговорку, что самый совершенный план трещит по всем швам при первом же столкновении с реальностью. Сам процесс усмирения и возвращения в родные пенаты новоявленного «Потемкина» прошел без эксцессов, если не считать, что некоторым очень раздухарившимся «революционерам» пришлось немного прострелить конечности при задержании, после чего основная масса поверивших было в то, что отныне «кто был никем — тот станет всем», сразу сообразила, что шутки кончились и сейчас можно получить телесные повреждения. Либо тяжкие, либо совсем тяжкие. И предпочла не рыпаться, сложив оружие. В общем-то, все в пределах ожидаемого и допустимого. Но вот то, что кое у кого это вызовет нездоровый интерес и обезьянью привычку подражать, наводило на нехорошие мысли. Были еще попытки устроить «потемкинский бунт» на двух кораблях, но они благополучно провалились. И если в одном случае все обошлось словесным внушением и приходом к консенсусу без перехода ситуации в острую фазу, то вот во втором все закончилось мордобоем при попытке «поднять братишек». Сами же «братишки» смутьянов и утихомирили, поскольку адекватных людей оказалось много, а смутьянов-революционеров мало, что и предрешило исход битвы. До оружия, слава тебе господи, не добрались…
Но плохим в данной ситуации было то, что скрыть этот случай вряд ли удастся. Пропаганда из Лондона начнется такая — куда там Йосе Геббельсу… Ладно, как говорится, будем посмотреть. Пока еще ничего страшного не случилось. Беглеца вернули в стойло, всех смутьянов повязали, распространение по эскадре «потемкинской заразы» предотвратили, пусть с ними сейчас военная полиция разбирается. Есть смысл начать подготовку к встрече с итальянскими, и не только итальянскими властями. Собрать набор фактов, которые можно безболезненно раскрыть, чтобы оставить себе какие-то козыри на будущее.
За этим занятием его и застал начштаба эскадры — капитан первого ранга Панкратов, с которым вчера неплохо «посидели». Его старый друг, с которым когда-то вместе еще в училище учились. Кто же знал, что так все обернется…
— Ага, явился, старый алкоголик! Чего только сейчас пришел? Уже в курсе?
— Ой, Володька, хреново мне… Чуть не подох ночью… Что стряслось? Мне такого в уши напели, что можно подумать, тут всех поголовно шиза накрыла.
— У Айболитов был?
— Был. Они меня и откачали. Сейчас вроде полегче стало.
— А случилось то, Колян, что мы все дружно влипли по самое не балуй. Сейчас за бортом хоть и Средиземное море, но несколько раньше — одиннадцатое июня 1940 года. Что-то наши ученые козлы намудрили, что мы все здесь оказались.
— Не шутишь?
— И рад был бы пошутить, но увы.
— Песец… Приплыли… Что делать думаешь?
Адмирал озвучил предполагаемый план действий, чем сразу же заинтересовал начштаба, который привык все раскладывать по полочкам и превращать отданный командующим приказ в четкие параграфы кому, что и когда делать. Особо его заинтересовали вопросы установления контактов с итальянским населением на Сицилии, к чему он подошел с неожиданной стороны.
— Володька, удастся ли тебе сходу охмурить этого самовлюбленного павлина Беню, или не удастся, пока неясно. Но я знаю способ, с помощью которого мы станем в Катании лучшими друзьями. И пока мы там будем стоять, хрен нас кто тронет и хрен кто к нам подберется незамеченным. На нас вся Катания работать будет.
— Вот как? И каким образом?
— В Италии сейчас очень напряженная обстановка с бензином. Особенно на Сицилии, которая Беню терпеть не может. Топлива едва-едва для нужд армии хватает. У буржуев, разумеется, тоже есть, а вот простое население сосет лапу. Если мы ликвидируем этот топливный кризис хотя бы частично, то население Катании будет нас на руках носить. Да и бабла прилично поднимем. Нам ведь бабло 1940 года нужно? Нужно! Хоть и в итальянских лирах, но тоже деньги.
— И как мы это сделаем? Откроем АЗС прямо на причале? А ты не забыл, что у нас в основном солярка и мазут, бензина очень мало?
— Наши запасы трогать не будем. Заставим наглов поделиться.
— Опаньки… Ты никак пиратством решил заняться?
— Ну, можно и так сказать. Только в этом деле мы будем выступать как наводчики, организаторы, и обеспечивающие силовое прикрытие акции. Всю грязную работу сделают сами итальянцы.
— И каким образом? Думаешь уговорить Супермарину заняться грабежом на большой средиземноморской дороге? Где именно, кстати, ты грабить собрался?
— Нет, Супермарина вообще ничего знать не должна. Иначе, в Лондоне об этом узнают еще до того, как мы выйдем на дело. Установим контакты с местным доном — одним из крестных отцов сицилийской мафии. Тем, кто в Катании и окрестностях верховодит. Недостаточно будет его власти — он уже сам выше обратится. С него — нужное количество шустрых пацанов, не боящихся выходить в море, а также несколько местных неприметных, но быстроходных посудин. Ищем конвой, который идет на Мальту, причем в составе конвоя обязательно должен присутствовать танкер. Девяносто девять процентов вероятности, что он будет везти бензин, пусть и не во всех танках. Поскольку сейчас у наглов вся колесно-гусеничная техника и авиация на бензине. Работаем ночью. Выбиваем весь эскорт, кто-нибудь точным огнем выводит из строя палубную артиллерию на танкере, если такая будет, а наши «жулико бандитто» берут танкер на абордаж и ведут в Катанию. Мы прикрываем по дороге. Даже если кто-то из английского экипажа в ходе боя сбежит, сиганув за борт, то все подтвердят — напали итальянцы. А поскольку Англия сейчас воюет с Италией, то какие к нам претензии?
— Интересно, интересно… Как говорил один киногерой, это настолько глупо, что пожалуй, должно получиться… Да только, тут есть один ма-а-аленький нюанс. Время у нас ограничено. Первый конвой на Мальту уже пришел. И не факт, что до третьего июля будет то, что нас заинтересует и то, что мы сможем безболезненно захватить. Ведь конвои на Мальту и с Мальты в Александрию шли не каждый день, и с хорошим прикрытием. И как сейчас все сложится из-за нашего «попадалова», неизвестно. Если все пойдет, как и раньше, то третьего июля англичане нападут на Мерс-эль-Кебир. А седьмого июля из Александрии выйдет эскадра адмирала Каннингхэма из трех линкоров, одного авианосца, пяти крейсеров и шестнадцати эсминцев. 9 июля должен произойти бой между англичанами и итальянцами возле Калабрии. Который, по большому счету, закончился ничем. Ни та, ни другая сторона потерь в кораблях не понесли, хотя повреждений итальянцы получили больше. И если мы правильно сыграем эту партию, то можем полностью лишить англичан флота на Средиземном море. А вот тогда можно и на английские конвои поохотиться. Если они вообще будут, эти английские конвои.
— Блин, совсем башка еще не соображает… Действительно, сейчас из-за нашего «попадалова» все может по-другому пойти… Ладно, Вольдемар, прорвемся. И мой тебе совет — не свети пока наши возможности. Пусть сначала лодки побезобразничают. А мы, вроде бы, и не при делах. В крайнем случае скажем, что это итальянские лодки порезвились. Если Мерс-эль-Кебир должен быть третьего, а Калабрия — девятого, то «Мурманск» успеет вернуться. Вот и устроим Сэру Эндрю Каннингхэму «сюрпрайз»…
Эскадра шла дальше, вокруг все было спокойно. Гражданские суда встречались регулярно, хоть и не так часто, как в 2012 году. Одни нейтралы. Прошло также два советских сухогруза под красным флагом, откуда с огромным удивлением разглядывали «беляков». Но военных кораблей пока не было.
Однако, вскоре появились «гости», которых давно ждали. С юга быстро приближались две крупных быстроходных цели, идущие со скоростью двадцать пять узлов. Их давно обнаружили радарами и отслеживали местоположение. И судя по тому, что курс они держали точно на эскадру, бежали сломя голову, и фиксировалась работа их радаров, то выходило, что это англичане. На итальянских кораблях радаров нет. Значит, информация с самолета дошла по назначению. Служба радиоперехвата фиксировала переговоры, но мешать не пыталась.
Когда корабли удалось обнаружить визуально, выяснили, что это старые английские легкие крейсера «Каледон» и «Калипсо». Приближаться слишком близко они не стали, а легли на параллельный курс и следовали в отдалении, уравняв ход с эскадрой. Поднимать в воздух авиацию, чтобы получше рассмотреть визитеров, адмирал запретил. Ничего, что можно было бы хоть отдаленно выдать за палубный самолет 1940 года, и в помине нет, а поднимать реактивный «МиГ-29», или «Су-33» — это значит сразу же раскрыть свои возможности. Теоретически можно было бы выдать вертолет за местный автожир, но зачем? Когда стемнеет, можно будет беспилотник послать. Его современным английским радаром не обнаружить, а звук двигателя очень тихий, не услышат. Ну а пока — пусть смотрят. Тем более, англичане и так сбиты с толку как наличием авианосца — вещи очень редкой для Средиземного моря, так и необычным видом других кораблей. А более всего — Андреевскими флагами. Вот и пусть поломают головы.
Глава 4
Проверка на вшивость
Ни адмиралу Илларионову, ни кому бы то ни было на эскадре не было известно, что в настоящий момент на линейном корабле «Уорспайт» — флагмане английского Средиземноморского флота, командующий Средиземноморским флотом адмирал Сэр Эндрю Каннингхем решает непростую задачу — что докладывать в Адмиралтейство, которое требует срочно прояснить ситуацию…
Началось все рано утром, когда пришло сообщение от Адмиралтейства об обнаружении большого конвоя, состоявшего из военных кораблей и грузовых судов, в который входил большой авианосец. Конвой был обнаружен греческим самолетом, экипаж которого сразу же доложил о своей находке. Поскольку топлива на борту оставалось немного, то он вскоре был вынужден прекратить наблюдение и вернуться на аэродром, толком ничего не рассмотрев в сумерках. Но вот огромный авианосец, который ни с чем невозможно спутать, экипаж самолета определить сумел. К счастью, на аэродроме в этот момент оказался представитель английской миссии, тут же сообщивший об обнаружении странного конвоя, но как об информации, полученной от сомнительного источника. В Лондоне к этой информации отнеслись скептически, но на всякий случай дали приказ командующему Средиземноморским флотом адмиралу Каннингхэму проверить, в чем дело. А то, вдруг эти хитромудрые итальянцы и в самом деле разжились где-то авианосцем? Сам же адмирал Каннингхэм был уверен, что грекам с перепугу померещилось в темноте, и они приняли за авианосец обычный крупный пароход. Но дал приказ находившимся неподалеку от Крита крейсерам «Каледон» и «Калипсо» проверить указанный район. Раз в Адмиралтействе подняли панику — ради бога, получите. В конце концов, хуже не будет.
К огромному удивлению Каннингхэма, крейсера обнаружили конвой и подтвердили наличие в нем авианосца. Но самое странное было не это. Корабли шли под флагом Российской империи, давно исчезнувшей с политической карты! Причем т а к и х грузовых судов и военных кораблей еще никто не видел. Помимо огромных размеров авианосца и необычных очертаний всех остальных удивляло также отсутствие дыма у грузовых судов. Получается, что у них у всех как минимум котлы на мазуте, или дизеля? Типы военных кораблей тоже оказалось трудно определить. «На себя» похожи только авианосец и крейсер. Остальное же… То ли крейсера с необычайно слабым вооружением, то ли эсминцы-переростки. А еще четыре корабля вообще непонятно, к какому классу отнести. Похожи на транспорты, но конструкция уж очень необычна. Конвой движется в западном направлении противолодочным зигзагом в трех десятках миль от Крита.
Срочная радиограмма, доставленная Каннигхему, толком ничего не прояснила кроме самого факта обнаружения конвоя и его состава. Но особо подчеркивалась одна деталь, не укладывающаяся в привычные реалии. Флаги но кораблях старые — Российской империи. Однако, названия на бортах нанесены согласно правил новой орфографии, принятой большевиками. Один из офицеров неплохо знал русский язык и определил это сразу. Через Босфор и Дарданеллы конвой не проходил, об этом было бы обязательно известно. Да и нет у Советов в Черном море ничего подобного. Через Суэцкий канал тоже не проходил. Откуда же он взялся?!
Решив оставить этот вопрос разведке, адмирал сосредоточился на том, что реально можно было выполнить имеющимися в его распоряжении силами — проследить маршрут конвоя и его реакцию на появление английских кораблей. Реакция была… нулевая. Конвой шел, не меняя курса, и полностью игнорировал «Каледон» и «Калипсо», не отвечая на их сигналы, и не делая попыток сблизиться, или оторваться. Тем ничего не оставалось, как следовать параллельным курсом и наблюдать. Миновав греческие острова и выйдя в Ионическое море, конвой мог пойти куда угодно. Поэтому, оставалось только следовать за ним, не теряя из виду, и надеяться, что разведке удастся быстро разгадать этот ребус. Во всяком случае, вели себя русские мирно. И сейчас адмирал Каннингхем смотрел на офицера разведки — коммандера Смита, ожидая объяснений.
— Сэр, я пока что не могу сказать, кому принадлежат эти корабли. Но могу со стопроцентной уверенностью утверждать, кому они не принадлежат. Начнем с Советов, поскольку на кораблях старые русские флаги. У Советов нет даже отдаленно ничего похожего. До сегодняшнего дня они не смогли ввести в строй ничего крупнее легкого крейсера. Я имею ввиду корабли собственной постройки, а не те, что были заложены в Российской империи еще до Великой войны. Большевики до сих пор не достроили свои линейные корабли типа «Советский Союз» и тяжелые крейсера типа «Чапаев», причем конца постройки не видно. С авианосцами они вообще даже не пытались экспериментировать. Поэтому, Советы отпадают. Далее — Италия. Нам известно об итальянском флоте абсолютно все. Даже больше, чем самим итальянцам, поскольку понятие секретности в Супермарине отсутствует, как явление. До начала войны они тоже не пытались строить авианосцы. Мало того, Муссолини их всерьез не воспринимает, и считает постройку авианосцев выбрасыванием денег на ветер. То есть, это не Италия. Рассмотрим Францию. Один авианосец у них есть, но находится сейчас вне пределов Средиземного моря. Это достоверная информация. У немцев есть недостроенный авианосец, но там тоже достройка очень далека от завершения. То есть, это не Франция и не Германия. А больше никого и нет в мире, кто мог хотя бы теоретически создать такой корабль. Кроме США и Японии. Но про постройку у них такого корабля, которую невозможно скрыть, нам ничего не известно. К тому же, какой смысл американцам и японцам лезть сейчас в Средиземное море, причем подняв флаг несуществующей Российской империи? Я пока не касаюсь вопроса, каким образом этот конвой появился возле Крита. Единственное разумное объяснение этому — если он сумел пройти Гибралтарский пролив незамеченным. Ибо пройти незамеченным черноморские проливы и Суэцкий канал невозможно. Никогда и ни при каких обстоятельствах.
— Ладно. Допустим, эти русские, или кто они там есть на самом деле, оказались настолько хитры, что сумели проскользнуть мимо Гибралтара в Средиземное море незамеченными. Но з а ч е м?!
— Боюсь, сэр, этого мы не узнаем до того момента, пока окончательно не прояснится их конечный пункт перехода. А пока мы можем только гадать, что они тут забыли, и к чему этот маскарад с флагом. Ясно только, что это не боевое ударное соединение, а конвой. Военные корабли охраняют транспорты с грузом. Причем тяжелых кораблей нет. Кроме авианосца.
— Но если они проскочили незамеченными Гибралтар, и дошли до самого Крита, то почему повернули обратно? Какой в этом смысл?
— Сэр, здесь у меня только одна правдоподобная версия, Порт назначения конвоя был где-то восточнее Крита. Может быть в Сирии, или в Ливане. Там вотчина французов, и месье вполне могли скрыть что-то от нас. Но не порт в Эгейском море в Греции, или в Турции, поскольку в этом случае нет смысла огибать Крит. Путь мимо Тенарона гораздо ближе. Когда конвой дошел до Крита, что-то случилось, и конвою дали новый приказ. Либо возвращаться обратно, либо идти в какой-то порт в западной части Средиземного моря. Какой именно — пока сказать трудно.
— Возможно, возможно… Информируйте меня немедленно, как появится какая-то новая информация об этом конвое…
Отпустив офицера разведки, Каннингхэм призадумался. Искушение решить все проблемы одним махом было слишком велико. Раз конвой идет под флагом давно исчезнувшего государства, то теоретически он никому не принадлежит. И если с ним что-то случится, предъявлять претензии будет некому. Если он идет на помощь Италии, то появление такого крупного авианосца, где явно больше сотни самолетов, будет представлять серьезную угрозу британскому Средиземноморскому флоту. Поскольку у него с авиацией чуть лучше, чем никак. Семнадцать торпедоносцев-бипланов «Свордфиш», и всего лишь три древних, как динозавры, истребителя-биплана «Гладиатор». Вот и вся палубная авиация на авианосце «Игл», которая есть в его распоряжении. Да и сам «Игл» тоже далеко не новинка кораблестроения. А вся базовая морская авиация — одни лишь летающие лодки, от которых в боевом отношении никакого толку. Их даже далеко на разведку не пошлешь из-за крайне слабого вооружения и малой скорости. Они просто станут легкой добычей для итальянских истребителей. Сейчас у итальянцев и так подавляющее преимущество в авиации, а если к этому добавится еще авианосец, то он перекроет все море между Сицилией и Африкой. И даже в Александрии нельзя будет чувствовать себя в безопасности.
А что если… Справиться с авианосцем никаких проблем нет — подойти всей эскадрой ночью и утопить с дальней дистанции, используя последнюю английскую новинку — радар. У итальянского флота радаров нет, это он знал точно. Ночью авианосец не сможет, да и не успеет применить свои самолеты — его утопят раньше. А больше в составе конвоя ничего опасного и нет. Не считать же реальной угрозой линейным кораблям всего лишь один легкий крейсер и какие-то крейсера-недомерки… Если кто-то все же поднимет вой — джентльмены, какие к нам претензии?! Такого флага сейчас ни у одного государства нет. Мы честно пытались выяснить, кто это такие, да только с нами не пожелали разговаривать. А поскольку конвой двигался в направлении Италии, то были все основания считать его вражеским. Но… Уж слишком все просто… Нет, не стоит так рисковать. Это не его уровень принятия решения. Сообщит в Адмиралтейство сам факт обнаружения конвоя под флагом несуществующего государства, его численность и направление движения, а там пусть лорды сами решают, что делать. Ход конвоя небольшой, идти до Гибралтарского пролива ему еще долго, время на раздумья и подготовку операции есть…
Каннингхэм написал радиограмму, сделав пометку «Срочно. Вне очереди», после чего вызвал шифровальщика и велел отправить депешу как можно скорее. А после этого подошел к большой карте Средиземного моря, висевшей на переборке, и стал прикидывать, куда может направляться этот странный конвой. Он даже не подозревал, что удержался от соблазна совершить самую большую ошибку в своей жизни…
Радиограмма с «Уорспайта» была перехвачена и расшифрована службой радиоперехвата на «Адмирале Макарове» без особых проблем. Как и все другие радиограммы, которыми обменивались английские крейсера со своим флагманом. Все же, техника 2012 года ушла очень далеко вперед от техники 1940. Теперь надо было ждать реакции английского Адмиралтейства. Адмирал Илларионов вполне допускал, что лорды Адмиралтейства способны совершить глупость, приказав уничтожить эскадру. Так, на всякий случай. Ведь судя по ее курсу, она вполне может идти в Италию. Опасаться всерьез они могут только авианосца, остальных всерьез не воспринимают. В радиограмме Каннингхэма прямо сказано об этом. А это значит, что глупости со стороны «просвещенных мореплавателей» возможны. Это было бы даже лучше — сразу расставить все точки над… «Ё». Но могут и повременить. Англичане уверены, что из Средиземного моря эскадра уже никуда не денется, поэтому торопиться незачем. Как знать, может быть удастся получить разъяснение этой загадки по линии Форин Офис…
Думали в Адмиралтействе долго. Солнце уже скрылось за горизонтом, и в воздух взмыл беспилотник, направившись к английским крейсерам, шедшим параллельным курсом. Хотя смотреть там было особо не на что — две устаревших посудины, но если есть возможность получить больше информации о потенциальном противнике, то не стоит этим пренебрегать.
Илларионов сидел в каюте, погрузившись в составление планов «большой политики», как его побеспокоил вездесущий начштаба, который уже полностью пришел в норму и развил бурную деятельность.
— Не спишь, Ваше превосходительство?
— С тобой заснешь, «энерджайзер» хренов. Набросал тут мне тезисов — сам черт ногу сломит.
— А ты как хотел? Если мы собираемся стать самостоятельным государством, то надо сразу же расставить приоритеты с кем мы будем дружить и против кого. А также дать понять, что поставим в позу пьющего оленя всех, кто совершит глупость, попытавшись нам в этом помешать. Вот я к тебе как раз за этим и пришел.
— Ну?! Неужели, наглы клюнули?!
— Клюнули, только очень осторожно. И нам надо будет очень постараться, чтобы с крючка не сорвались. Только что перехвачена радиограмма из Адмиралтейства на «Уорспайт». Каннингхэму приказано выделить все подводные лодки, какие сможет, для атаки на неизвестный авианосец. Все прочие цели не трогать, даже если будет возможность их атаковать, чтобы зря не засветиться. В случае чьих-либо претензий все обвинения в свой адрес отвергать и говорить, что это дело рук итальянцев.
— Ожидаемо… Вполне в духе британских джентльменов, даже на возможность международного конфликта наплевали… И какая реакция?
— Пока никакая. Каннингхэм переваривает радиограмму. Но скоро должен начать действовать, лодки в Средиземном море у англичан есть. У итальянцев тоже, причем много. Мы уже имели контакт с какими-то четырьмя, но они все были далеко и не смогли нас перехватить.
— В случае угрозы торпедной атаки стараться отпугнуть лодки гранатами и загнать на глубину, пока все не пройдут это место. Сейчас для неопытного акустика гранаты хорошо имитируют взрывы глубинок. А то неизвестно, кого утопим. Если же попадутся упертые, что все равно полезут, топить без разговоров и не спрашивая фамилии. Не хер нападать на конвой с гуманитаркой, который спокойно проходит мимо и никого не трогает.
Начштаба ушел и Илларионов снова занялся «большой политикой». Эскадра шла в западном направлении, не обращая внимания на двух соглядатаев, которых уже осмотрели со всех ракурсов и сняли на видео для истории с беспилотника. Вокруг все было спокойно, как через час адмирала снова потревожили. На этот раз поступил доклад от сторожевого корабля «Тайфун», шедшего в охранении, о радиолокационном контакте с небольшой целью. Предположительно — подводная лодка в надводном положении. Движется на пересечение курса со скоростью в пятнадцать узлов, имеет все шансы занять удобную позицию для атаки, если бы ей противостояли корабли и суда аборигенов. Вскоре на стол перед командующим легла перехваченная и расшифрованная радиограмма английской подводной лодки «Рейнбоу» об обнаружении конвоя с запросом подтвердить приказ атаковать авианосец. Подтверждение было получено необычайно быстро.
Командующий, командир корабля и начштаба, собравшиеся на мостике, переглянулись. Далеко слева, как ни в чем не бывало, шли два английских крейсера. Ничуть не скрываясь, хотя и выдерживающих безопасную, как им казалось, дистанцию. Благодаря своим радарам они легко могли отслеживать все перемещения эскадры, которая не делала никаких попыток этому помешать. «Рейнбоу» уже погрузилась в позиционное положение. Благо, погода это позволяла, и тихо подкрадывалась к эскадре, оставив над водой лишь рубку и едва выглядывающую палубу. Те, кто находился на мостике лодки, даже не подозревали, что их прекрасно видно с помощью аппаратуры XXI века. И теперь предстояло сделать в ы б о р.
— Все, как и было у нас. Наглы ни хрена не заботятся о радиомолчании. Именно поэтому итальянцы у них много лодок обнаружили по радиопеленгам и утопили.
— А эти два «барбоса» тоже не молчат. Периодически докладывают ситуацию и наше местоположение.
— Так их сюда за этим и послали. Значится так, товарищи офицеры… Если бы наглы с «Рейнбоу» просто наблюдали, то остались бы живы. Пугнули бы их, загнали на глубину, слегка погоняли, а потом «типа потеряли». Но у них приказ нас атаковать, поэтому игры в поддавки закончились. Проблема в том, что здесь эти два соглядатая. Пусть и не близко, но в пределах визуальной видимости, да и в радар нас постоянно наблюдают. Не было бы их, просто утопили бы эту самую «Рейнбоу» артиллерией, пока она еще не погрузилась. Но если мы начнем стрелять, то там все сразу поймут. Поэтому, придется устроить шоу и истратить одну торпеду. На «Каледоне» и «Калипсо» услышат взрыв и вполне могут подумать, что лодка смогла атаковать и одна торпеда в нас все же попала. Посмотрим, как наглы на это отреагируют.
— Но ведь лодка на связь уже не выйдет. Поймут, что это мы ее ухлопали.
— Не обязательно мы. Тут и итальянцев хватает. Но в данном случае поработаем на публику. Устроим танцы на воде так, как сейчас здесь принято. Эскорт покрутится в том районе какое-то время для приличия, прожекторами посветит, немножко постреляет, гранаты в воду покидает. Что подумают на «Каледоне» и «Калипсо», откуда сейчас внимательнейшим образом за нами наблюдают? Правильно! Мы уничтожили н е и з в е с т н у ю подводную лодку после того, как она на нас напала. Наглы пока что у в е р е н ы, что мы ничего не знаем об этой проверке на вшивость. И уверены, что никаких претензий к ним быть не может. Вот и не будем разубеждать их в этом. Если они пытаются утопить нас по-тихому, то и мы будем топить их по-тихому. И пусть только попробуют что-нибудь вякнуть в наш адрес. Мы ничего не знаем! А если кто-то на нас нападает, то это исключительно его проблемы…
Ночная тьма укрывала подкрадывающуюся лодку, и ей в этом нисколько не препятствовали. Наоборот, «Тайфун» даже несколько ушел в сторону, как бы образовав брешь в охранении. Чем немедленно воспользовались англичане, проскользнув за кормой у «Тайфуна» и оказавшись внутри ордера. «Рейнбоу» все же удалось выйти впереди эскадры и занять прекрасную позицию по меркам 1940 года. Она уже погрузилась на перископную глубину и ждала того момента, когда искомая цель окажется в нужном месте, чтобы дать залп сразу шестью торпедами из носовых аппаратов. Авианосец стоит того. И при таком небольшом расстоянии попасть тремя-четырьмя — вполне реально. Авианосцу этого должно хватить за глаза. Можно только представить, как сейчас довольно потирает руки командир подводной лодки, сумевший обмануть тупых русских! Подкрался незаметно, обманув корабли эскорта, и занял идеальную позицию для атаки.
Илларионов слушал доклады от «Тайфуна» и «Шторма», осуществляющих прикрытие от подводных лодок с левого борта. Контакт с лодкой поддерживается постоянно, но эскорт не делает резких движений, чтобы ее не спугнуть. «Адмирал Макаров» движется вперед, как ни в чем не бывало, и его силуэт хорошо виден командиру «Рейнбоу» в перископ на фоне звездного неба. Но для «Рейнбоу» пока стрелять еще рано, цель не дошла до точки залпа…
И уже не дойдет. Противолодочная торпеда покинула торпедный аппарат на «Тайфуне» и понеслась к цели. Для «Тайфуна» это было даже проще, чем на учениях. «Рейнбоу» по своим техническим данным не шла ни в какое сравнение с лодками, против которых эти торпеды создавались. Томительно бегут секунды, и вот взрыв, взметнувшийся в том месте, где поддерживался контакт с лодкой. Сразу же все приходит в движение. «Тайфун» бросается к месту взрыва, светит во все стороны прожекторами, несколько раз бухают его 76-мм орудия, посылая снаряды в «подозрительное» место, а за его кормой рвутся гранаты, предназначенные для противодиверсионных мероприятий. На крейсерах все равно толком ничего не поймут. А когда «Рейнбоу» не выйдет на связь после «успешной» атаки, сделают «правильные» выводы. Эскадра же увеличила ход и резко изменила курс, уходя в сторону от опасности.
Не приходилось сомневаться, что данный маневр не остался незамеченным с «Каледона» и «Калипсо». И вскоре адмирал читал следующую перехваченную радиограмму, в которой сообщалось о проведении атаки и возможном одном попадании торпедой. Корабли эскорта начали преследование лодки. Также задавали вопрос — следует ли вмешаться, и помочь лодке? Или продолжать делать вид, что ничего не понимают? Дабы не вводить англичан в искушение, передали приказ «Тайфуну» прекратить «преследование» и возвратиться к эскадре. «Каледон» и «Калипсо» продолжали наблюдение с большой дистанции и не вмешивались. Там прекрасно видели в радары удаляющийся с места атаки корабль эскорта и понимали, что их помощь уже не нужна. Либо лодка уничтожена, либо ей удалось уйти. Что именно — будет ясно несколько позже. А пока остается делать то же, что и раньше — наблюдать.
Посылая «Тайфун» к месту взрыва, у адмирала была шаткая надежда, что удастся выловить какие-нибудь вещественные доказательства. И они были, но не совсем то, что хотелось. Обычный плавающий мусор, который нельзя привязать к конкретному противнику. Да плюс все это в огромном пятне расплывшегося соляра. «Рейнбоу» погибла со всем экипажем, став первой жертвой Эксперимента, затеянного непонятно кем и непонятно с какими целями.
Остаток ночи прошел спокойно. Корабли охранения еще три раза обнаруживали подводные лодки, но все они были далеко и не смогли перехватить эскадру. Наутро ничего не изменилось. Далеко за кормой остались греческие острова, и вокруг простиралось Ионическое море. Изменение курса в сторону восточной оконечности Сицилии не прошло незамеченным, на что сразу же отреагировали англичане. Радиообмен между ними усилился, но никакой конкретики не было. Адмирал Каннингхэм требовал уточнить результаты ночной атаки «Рейнбоу» на авианосец. Одновременно удалось выяснить, что впереди находятся еще две английских лодки, движущиеся на перехват. Пускать в дело главные силы Средиземноморского флота англичане пока не хотели, не теряя надежды сделать все тихо и свалить на итальянцев. Сами же итальянцы то ли до сих пор не обнаружили такого «слона в посудной лавке», какой являлось по сути все Средиземное море, то ли проявляли поразительную беспечность, как уже один раз было в истории.
После рассвета были еще три контакта с подводными лодками, но на большом расстоянии, исключающем торпедную атаку. Всплывать же в светлое время суток на виду у эскадры лодки не могли. Поэтому ждали, когда она уберется подальше, после чего всплывали и сообщали об увиденном.
Читая перехваченные радиограммы, адмирал Илларионов лишь качал головой. Вот же страна непуганых идиотов! Используют радио так, как будто ничего не знают о методах радиопеленгации. Но пришельцам такое только на руку. Можно отслеживать противника, чтобы либо уклониться от встречи с ним, либо наоборот поймать. И кое-какие результаты уже появились. Первые две лодки, обнаруженные утром, были английскими, и в их сообщениях не содержалось ничего нового. Но вот третья оказалась итальянской. В Супермарину ушла срочная радиограмма об обнаружении большого конвоя с авианосцем, идущего под флагами давно несуществующей Российской империи, и запрашивались инструкции в отношении этих странных визитеров. Кем их считать? Союзниками, нейтралами, или врагами? Судя по курсу, конвой идет в направлении Мессинского пролива. Его сопровождают два английских легких крейсера. Но близко не приближаются, сохраняют безопасную дистанцию. И очень похоже, что эти странные русские и англичане — отнюдь не добрые друзья.
Илларионов думал недолго. Скрываться и дальше бессмысленно. Лучше сразу прояснить ситуацию во избежание нежелательных инцидентов. Поэтому взял лист бумаги и написал.
Средиземноморская эскадра России следует в направлении острова Сицилия. В связи с чрезвычайными обстоятельствами прошу разрешения на заход в территориальные воды Королевства Италия с дальнейшим заходом в порт Катания. Прошу выслать полномочного представителя Супермарины для установления постоянной связи с командованием итальянского флота и решения текущих вопросов. Прошу также предупредить все итальянские подводные лодки о недопустимости приближения к эскадре в подводном положении ближе трех миль во избежание нежелательных инцидентов.
Искренне Ваш,
Командующий Средиземноморской эскадрой России
Вызвав начальника штаба, адмирал дал приказ перевести радиограмму на итальянский и отправить открытым текстом. Незачем показывать итальянцам свое умение взламывать шифры. Перехватят радиограмму? Да и хрен с ней, пусть перехватывают. Все равно, в ней ничего секретного нет, обычная просьба на заход. А по приходу в Катанию и так скоро все узнают. Но так можно будет обезопасить себя от случайностей. Англичане уже показали свое истинное лицо, поэтому вести себя с ними и дальше по-джентльменски нет смысла.
Ответ от итальянцев пришел довольно быстро, причем на русском языке. Очевидно, сообщение о странном конвое под флагом Российской империи устроило там нешуточный переполох.
контр-адмиралу Илларионову
Заход в территориальные воды Королевства Италия разрешаю, следуйте в порт Катания. Офицер связи прибудет к вам заблаговременно. Прошу воздержаться от проворачивания оружия при встрече с итальянскими военными кораблями и самолетами. Итальянские подводные лодки не будут приближаться к вам в подводном положении.
Искренне Ваш,
Начальник Главного морского штаба
Прочитав радиограмму, Илларионов довольно улыбнулся. Пока что все идет, как и задумано. Итальянцы заинтересовались незваными гостями и сразу от ворот поворот не дали, что внушает надежду на дальнейшее успешное сотрудничество. Правда, эту же радиограмму должны перехватить и англичане. Интересно, как они отреагируют?
Реагирование было весьма бурным. Радиограмму итальянцев перехватили без проблем, но какое-то время потратили на перевод, поскольку на борту «Уорспайта» переводчика, знающего русский язык, не оказалось. И вот теперь адмирал Каннингхэм скрипел зубами и клял на чем свет стоит этих непонятных русских, Адмиралтейство, разведку и всех прочих, кто приложил руку к этому загадочному случаю…
Рано утром пришло сообщение из Адмиралтейства об отсутствии какой-бы то ни было официальной информации о подозрительном конвое. Ни Форин Офис, ни разведка не знают о нем абсолютно ничего. Такое впечатление, что он свалился с неба. Достоверно установлено, что к Советам этот конвой никакого отношения не имеет. Ко всем европейским странам, США и Японии — тоже. Остаются под вопросом разнообразные «банановые республики» в Латинской Америке, но их промышленность просто неспособна создать что-либо подобное. Однако, конвой есть, и продолжает движение в сторону Сицилии. И очень похоже, что встреча подводной лодки «Рейнбоу» с этим конвоем закончилась для нее печально.
Сначала поступила обнадеживающая информация от крейсеров-разведчиков, что «Рейнбоу» обнаружила конвой и атаковала. Слышен был один сильный взрыв, похожий на взрыв торпеды. Проконтролировать попадание визуально ночью не удалось, поскольку дистанция была велика. После взрыва один из кораблей эскорта тут же начал преследование лодки, а конвой резко изменил курс и увеличил ход, чтобы обойти опасный район. По видимому, охота эскорта закончилась успешно, поскольку он довольно быстро прекратил бомбежку и ушел догонять конвой. «Каледон» и «Калипсо» также проверили этот район, и обнаружили на воде различный мелкий мусор и расплывшийся соляр. «Рейнбоу» после этого на связь так и не вышла. Значит, русские ее уничтожили. И обвинять их в этом глупо. Кто позволит безнаказанно торпедировать свой корабль? Пока что оставалась слабая надежда на то, что они не смогли определить национальную принадлежность лодки. Но так не будет везти до бесконечности. «Каледон» и «Калипсо» подошли к конвою ближе с рассветом, чтобы убедиться в результативности торпедной атаки, но так и не смогли ничего обнаружить. Авианосец шел, как ни в чем не бывало. Во всяком случае, крена и дифферента у него не было. Правда это еще ни о чем не говорит, для такого огромного корабля одной торпеды явно маловато. Тем более, если она попала в какой-нибудь не особо важный отсек. Но сколько же еще торпед надо всадить в этого монстра, чтобы он утонул?! И сколько лодок будет при этом потеряно вместе с экипажами?! А ведь приказ об уничтожении авианосца никто не отменял!
Решив не накалять обстановку еще больше, Каннингхэм доложил в Адмиралтейство данные визуального наблюдения разведчиков и свои подозрения в гибели «Рейнбоу» в надежде, что там одумаются и отменят этот дурацкий приказ. Русские тоже даром время не теряли. Видать, что-то заподозрили, а может быть точно выяснили национальную принадлежность атаковавшей их лодки, поскольку связались с итальянцами открытым текстом, сообщив о своих мирных намерениях. По крайней мере стало ясно, куда они направляются. Но вот зачем? Перехват ответной радиограммы от итальянцев ничего не дал — она была на незнакомом языке. Предположили, что это русский, передали оригинальный текст в Адмиралтейство и в Александрию и стали ждать. Перевод пришел одновременно с новым приказом Адмиралтейства — уничтожить конвой. Любым способом, не заботясь более о сохранении секретности операции. По возможности захватить грузовые суда и плавучий госпиталь. Если не удастся — уничтожить. Но ни при каких обстоятельствах не позволить кому-либо из состава конвоя добраться до Сицилии, пусть даже это будет попытка выброситься на берег, чтобы не утонуть от полученных повреждений.
Закончив изливать душу, Канннигхэм подошел к карте. Если рвануть прямо сейчас на север, то можно успеть перехватить конвой в Ионическом море. Русские почему-то не торопятся. Возможно, идут экономическим ходом. Во всяком случае, шансы на перехват есть, и неплохие. Но по сообщениям «Каледона» и «Калипсо» у русских тоже есть радары. Неприятный сюрприз… Это значит, что внезапно напасть ночью не получится. Хотя, с другой стороны, чем русским помогут радары против главного калибра британских линкоров? Авиация у них тоже не сможет действовать ночью так же эффективно, как днем. Как-нибудь отобьются от торпедоносцев, если они вообще есть у русских. А если одни бомбардировщики, то даже несколько попаданий бомб в палубу линкоры переживут. Самому же авианосцу много не надо. Остальные — так вообще мелочь. Но… Почему те, кто создал такой авианосец, не позаботились о его прикрытии? Неужели, рассчитывали только на эти крейсера-недомерки? Странно…
Поняв, что гадать бесполезно, а время уходит, Каннингхэм поднялся в рубку флагмана и отдал приказ идти полным ходом на перехват конвоя противника. Возле побережья Ливии пока делать нечего. Те итальянцы, что здесь были, уже разбежались. Вскоре линкоры «Уорспайт» и «Малайя», авианосец «Игл», крейсеры «Сидней», «Орион», «Нептун», «Глостер» и «Ливерпуль» в сопровождении восьми эсминцев увеличили ход и повернули на север. «Каледону» и «Калипсо» отдан приказ не терять противника из виду и сопровождать его, насколько возможно, не проявляя агрессивных намерений и ждать подхода главных сил. Подводным лодкам при невозможности атаки авианосца атаковать любой военный корабль. Жребий брошен, Англия сделала свой выбор. Война на Средиземном море совершила неожиданный поворот.
Глава 5
Браконьеры в заповеднике
Всплывая на перископную глубину для очередного сеанса связи, командир «Мурманска» капитан первого ранга Игнатьев не предполагал услышать что-то из ряда вон выходящее. Эскадра пока еще идет экономическим ходом на Сицилию в сопровождении двух английских соглядатаев, «Мурманск» тоже особо не торопится, тщательно сканируя обстановку вокруг, до английской «Катапульты» еще уйма времени. Пока Франция не сдуется, англичане ее не начнут. Поэтому, есть смысл не торопиться, а собирать информацию об окружающем мире. По крайней мере хорошо уже то, что эти долбаные ученые умники не засунули лодку на Балтику с ее малыми глубинами. Вот там было бы весело. А Средиземка хоть не такая уж и большая, но глубины здесь все же приличные. Есть, где спрятаться. Если только в Адриатику не лезть, но там делать нечего, поскольку будем макаронников в друзья брать. Пипец, союзнички… Но лучше такие, чем вообще никаких, здесь адмирал прав. Тем более, с такими союзниками, как англичане, и врагов не надо. Ничего, сэры… Дай бог, все хорошо сложится, мы вам припомним, как вы совсем недавно бакинские нефтепромыслы бомбить собирались…
— Товарищ командир, срочная!!!
Голос радиста отвлек Игнатьева от размышлений о прекрасном, и он удивленно взял бланк радиограммы. Что там стряслось за время после предыдущего сеанса связи? Но прочитав, улыбнулся улыбкой голодного хищника, почуявшего добычу.
— Отправь ответ. «Вас понял. Приступаю к выполнению».
Когда подтверждение было отправлено и «Мурманск» снова ушел в глубину, командир собрал весь экипаж в центральном посту кроме вахтенных и зачитал перехваченную радиограмму английского Адмиралтейства. Ответом был взрыв негодования. Причем все были единодушны в своем гневе — и «белогвардейцы», и «демократы», и «сталинисты», и «поху… сты». Всем, даже «демократам», стало понятно — они ч у ж и е в этом мире. И рассчитывать, что их примут с распростертыми объятиями, наивно. Поэтому, остается только одно — самим создать такой мир, какой они хотят. Независимо от того, что это кому-то может не понравиться. Ознакомив экипаж с произошедшими событиями, Игнатьев отдал приказ — идти на перехват английского Средиземноморского флота. Ни один английский корабль не должен достичь эскадры.
Их задача минимум — уничтожить, либо лишить хода оба линкора и авианосец. В крайнем случае, их итальянцы добьют, чтобы «Мурманск» не тратил невосполнимый боезапас. А сумеют доползти до Александрии — еще лучше. Там их и накроют в свое время. Зачем топить, если можно себе забрать? Хотя бы в качестве металлолома. Задача максимум — вместе с линкорами и авианосцем прихватить еще хотя бы пару крейсеров. Уничтожить все вряд ли получится. Целей слишком много, они будут находиться на большом расстоянии друг от друга, и если после подрыва первых кораблей бросятся врассыпную полным ходом, то ловить их придется очень долго. Да это и не нужно. Важно лишить противника крупных кораблей и не допустить нападения на эскадру. А мелочь итальянцы и сами разгонят. Вроде бы, взаимопонимание с ними наметилось, поэтому надо продолжать в том же духе. Хорошо, что не торопились, поэтому возвращаться далеко не надо. Плохо то, что «Ангара» сильно отстала. С ее надводным ходом в десять узлов она однозначно не успеет к месту встречи, а под водой на аккумуляторах полным ходом далеко не уйдешь. Поэтому, надежда только на «Мурманск». Атомоход развернулся на глубине и помчался на перехват Средиземноморского флота «империи, над которой никогда не заходит солнце». П о к а еще не заходит…
Радиолокационный контакт с английскими кораблями был установлен задолго до того, как там могли заподозрить неладное. «Мурманск» уже вышел в точку между англичанами и эскадрой, и терпеливо ждал на перископной глубине, поддерживая связь с «Адмиралом Макаровым», который следил за обстановкой в воздухе, поскольку англичане подняли самолеты с «Игла» и вели разведку. Илларионов все же решил попытаться сохранить видимость непричастности к происходящему. Если после подрыва линкоров и авианосца англичане откажутся от своих намерений и уйдут — ради бога. Пусть не путаются под ногами, а пришельцы займутся большой политикой в спокойной обстановке. Мы не причем! Это итальянцы, а нас там вообще не было! А вот если не откажутся… Тем хуже для них…
Первыми придется топить этих двух соглядатаев — «Каледон» и «Калипсо», идущих слева параллельным курсом в десяти милях. Сначала полностью подавить их радиосвязь, чтобы не смогли ничего сообщить, а потом поднять в воздух «сушки» и раздолбать всех, кто захочет любой ценой выполнить приказ Адмиралтейства. Противокорабельные ракеты все же лучше приберечь для более достойных целей, чем легкие крейсера. Вступать с ними в артиллерийскую дуэль ни в коем случае нельзя. Только случайных попаданий не хватало. Сейчас нужно максимально использовать свое преимущество на дальних дистанциях. Противник приближается со скоростью двадцать три узла. В центре ордера три крупных цели — два линкора и авианосец. Идут кильватерной колонной, не используя противолодочный зигзаг, чтобы не терять время. Несколько впереди идет один из крейсеров, еще по двое крейсеров с каждого фланга. Эти идут противолодочным зигзагом. А еще дальше — внешнее охранение из восьми эсминцев. Эти рыщут, как охотничьи псы. В воздухе барражируют самолеты, поднятые с авианосца. Адмирал Каннингхэм уверен, что он все предусмотрел. Да только сейчас не они охотники. Но пока они еще об этом не знают.
Поделиться книгой: