Проект «Прометей» (СИ)

— Да ну? И за что же?

— За испытание какой-то химической хрени.

— А у тебя количество рук не увеличится после этого?

— Так потому и платят денежки.

— Ясно, — Крюгер фыркнул, последним глотком осушил бутылку и встал с драного облезлого кресла, единственного в помещении, чтобы достать из бара еще одну.

— Так что ты думаешь, кто мог тебя кинуть?

— Ну, о том, что у меня в заведении торгуют травкой, знали многие, — Фишер прошел к бару, поднял стойку и взял бутылку со стенда. Затем вновь упал в кресло. — Но о том, где именно я храню свои запасы на складе, знали только трое. Ты, я и Альфи.

— Но ведь это точно не мог быть Альфи. Ему же пустили пулю в лоб еще в том месяце, — от наплыва эмоций Цицерон встал со стула. — Так может быть, потому и грохнули, что раскололся? Чтобы не оставлять свидетелей.

— Ты же знаешь, что он мне был как сын. Да я почти полжизни с ним проработал. Я знал его еще до тебя. Мы практически вместе отстроили этот чертов бар. Ну неужели он бы меня предал? Нет! Не верю! — Крюгер швырнул пустую бутылку из-под виски, которую собирался выбросить, в каменную кладку стены. Затем зубами открыл новую и отпил. — Он не предал бы меня и под дулом! Он любил меня больше своих шлюх, — Фишер повторил последнее слово несколько раз.

— Крюгер, что с тобой?

— Знаешь, это навело меня на мысль, — Фишер вновь встал, облокотившись на стойку.

— Какую?

— Поговаривали, что Альфи в этот самый последний месяц часто видели с одной и той же девкой. Но когда его спрашивали о том, кто она и чего он с ней мутит, Альфи только отнекивался и говорил, мол, скорее всего, им просто попался похожий парень. Даже мне он ничего не рассказывал об этой телке.

— Как хоть она выглядела? Кто-нибудь говорил?

— Да вроде высокая, темноволосая. Не то с короткой стрижкой, не то по плечи.

— Я по твоему описанию сейчас на улице с сотню таких найду.

— Да подожди ты. Та деваха разодетая была, шмотки, мол, на ней дорогие висели. Потому и удивлялись, когда на них двоих натыкались, — Крюгер задумался и поиграл пальцами в воздухе, словно бы перебирая текущие мысли.

— Ну, это сужает круг, ничего не скажешь! — Цицерон стоял прямо напротив в нескольких метрах.

— Заткнись, Цицерон, я не договорил. Была какая-то примечательная вещь. Ах, точно. Часы!

— Часы? — парень проронил смешок.

— Да. Чистая механика. Золотые механические часы. Сейчас таких и в музее не найдешь, не то что в магазине.

— А те, кто видели его с этой девкой, в бинокль смотрели, что ли? Как можно разглядеть такую мелочь, если близко не подходить?

— Ну, дружок, у некоторых наших клиентов орлиное зрение. К тому же у того, кто видел, мог быть новомодный глазной протез.

— Это у нашего-то клиента?

— Но на траву же у них есть деньги. К тому же кто тебе сказал, что тот близко не подходил? Не всех же клиентов Альфи помнил в лицо. Ты вот помнишь? А слухи — они как тараканы, размножаются.

— Ну, допустим. Есть некая девка, которую он ото всех прятал. Но это же не говорит о том, что парень мог слить ей такую инфу, — гнев отступил, сменившись раздумьем.

— Чего не сделаешь ради любви, дружок.

Цицерон расхохотался.

— Ради любви?! Ты в своем уме, Крюгер?

— Может, и не в своем, — Фишер угрюмо уставился в пол.

— Ладно, я сваливаю. Если что-нибудь нарою на девку эту, сообщу, — он развернулся и зашагал к выходу.

— Давай, вали.

— А ты что намерен делать? — парень вновь развернулся к Крюгеру.

— Отсижусь здесь пару недель. Как только узнаю, что там, — он указал пальцем вверх, — никто не собирается вновь подпалить хвост старому псу, то сразу же выберусь из этой конуры на поверхность.

— А что с баром?

— А что с баром? Как только получишь свои деньжищи, можешь открыть свой и назвать его в мою честь, — он захохотал так, что сотряслись трубы под низким потолком. — Всё, вали. И найди мне этих уродов. В долгу не останусь, ты знаешь.

— Знаю, Фишер.

— И захвати в следующий раз какого-нибудь дорогого бухла. А то это пойло меня уже вконец достало.

Цицерон развернулся и зашагал прочь.

— Цицерон! — вдруг окликнул его Фишер.

— Да? — тот вновь крутанулся на каблуках.

— А может быть, это все-таки ты? Может быть, тебе за это платят?

— Ты же знаешь, что нет.

— Надеюсь, дружок. Надеюсь.

Цицерон был подавлен. Не только произошедшим, но и тем, что Крюгер его подозревал. Он шел не спеша по забитым гнилью венозным артериям города и не мог сосредоточиться на какой-то определенной мысли. В тот момент, когда уже добрался до крышки люка, в голове вдруг всплыла мысль о часах. Он произнес вслух: «Часы…» — и откинул чугунную крышку. Выбравшись на поверхность, зашагал в сторону «Прометея».

==== Глава 6 ====

Тем временем Лидия и Барек шли по главной улице города. Она называлась так потому, что была самой широкой из всех и пролегала от морского берега и начала Стены до пустошей — конечной точки Стены. В отличие от всех остальных — асфальтированных, — ее выложили камнем, и потому машин здесь было крайне мало.

— Какой прекрасный солнечный день, ты не находишь? — весело воскликнула Лидия.

— Хм-м, да, тепло… — Про себя же он подумал, что ему сложно о чем-либо с ней говорить. Даже о таких вещах, как погода.

Мимо тянулись невысокие дома исторической части города. Время от времени редкие автопилотируемые машины проезжали и сворачивали на соседние улицы.

— Ты какой-то грустный. Только не говори, что тоже переживаешь из-за сгоревшего бара.

— А почему бы и нет? Там все-таки погибли люди, — Барек был немного смущен ее приподнятым настроением.

— Может быть, и нет. Никто ведь не говорил, что они там были. Ведь это произошло ночью, — она немного нахмурилась. — К тому же там распространяли наркотические вещества. Ведь Цицерон именно там этим промышлял. И теперь на одно такое заведение стало меньше.

— Возможно, и так…

Всё это время Барек шел понурившись, но внезапно решил остановиться — выпрямился и посмотрел на нее. На ту, что шла рядом. Ничего примечательного на самом-то деле. Просто милая мордашка с почти идеальными чертами лица: широкие скулы, прямой аккуратный нос, серые с сапфировыми крапинками глаза, бледноватые выпуклые щеки, на которые постоянно норовили залезть иссиня-черные пряди прямых коротких волос.

— В чем дело? — спросила Лидия. Но вдруг у нее в сумочке что-то запикало. — Извини, мне нужно ответить, я отойду.

Она резко сорвалась с места и убежала в проулок.

Барек остался ждать девушку, терзаемый противоречивыми мыслями. Зачем всё это нужно? Ведь она ему даже не нравится. Почему он обязан куда-либо с ней идти, если не чувствует и доли влечения? И это уже во второй раз. Почему нельзя ответить на звонок при нем? Он хотел уже было пойти за Лидией, но она наконец появилась.

— Ну, пойдем? — ласково и задорно спросила девушка.

— Ты чего так долго?

— Да пока поговорила…

Она не смотрела на него. Ее взгляд был направлен куда-то вперед. Лидия помолчала немного, а потом добавила:

— А еще мне показалось, что я видела Агнус у здания на соседней улице.

— Тебе не всё равно, где она?

— Ну, мне просто захотелось ей сказать, чтобы не искала нас сегодня в баре, потому что его уже нет.

— Да она, мне кажется, и не пришла бы.

— А вдруг? — она как-то наиграно наивно закатила глаза. — Кстати, если тебе интересно, это здание бывшего «Робо-Текс». И что она там забыла?

— Да какая разница? Ты же сама знаешь, что она странная. Так куда ты хотела пойти? — ему уже было всё равно, куда идти и что делать. Он лишь коротал время.

— Ах, я совсем забылась! Думала, что сказала. В «Доисторический зоопарк». Ты бывал там когда-нибудь?

— Давно. Еще в детстве. Почему туда?

— В такой прекрасный день лучше всего побыть на природе.

— Ну что ж, природа так природа.

Барек просто шел. Его цель была уже близка, и оставалось только ждать. Ждать и готовиться.

— Так что ты все-таки собираешься делать после окончания эксперимента? — Лидия видела всю холодность Барека и надеялась отвлечь парня от его мыслей и привлечь к себе. Она хотела заставить его что-то чувствовать.

— Вернусь в Яму, на арену. Это всё, чего я хочу. Если, конечно, к этому времени не стану мутантом, — он разулыбался.

— Но мы и так мутанты в каком-то смысле, — серьезно ответила девушка.

— Знаешь, я как-то не особо это замечаю. Если все процессы в моем теле ускорены, то почему я ношу протез?

— Ну, ускорены, но не настолько же. К тому же мы ведь все-таки не ящерицы.

— Тогда я не вижу особой разницы. Может быть, я и вправду никогда не болею, может быть, у меня ускоренный метаболизм и поэтому я чаще, чем другие, хожу в туалет, но это не делает меня сверхчеловеком. Иначе я бы не проиграл тот бой.

— Ты постоянно думаешь об этом проигрыше?

— Не постоянно, но часто.

— Может, тебе не стоит так заклиниваться? Ведь есть и другие, более приятные вещи.

— Конечно, наверняка есть, но для меня это не так важно.

— Наверное, тебе просто нужно завязать с кем-нибудь отношения, Несокрушимый Барек, — девушка таинственно улыбнулась и быстрой легкой поступью зашагала вперед него.

До зоопарка они добрались быстро. Он располагался не так далеко от бара, чуть левее центра города. Сразу за центральным парком.

Лидия свернула на главную парковую дорожку, ведущую к лиственной аллее, одной из самых больших в городе. Барек ускорил шаг, чтобы нагнать ее. Лидия резко развернулась, чуть попятилась и распахнула руки. Подняла их кверху, к высоким кленам, и опустила, расплывшись в улыбке.

— Только посмотри, как тут чудесно! — воскликнула она.

Барек улыбнулся. Он внезапно почувствовал себя лучше. В груди как будто зазвонил будильник, пробудивший его от долгого мрачного сна.

Здесь тысячи извилистых дорожек, окруженных травой, кустами и деревьями, где-то вдалеке смыкались в одну — ведущую к тому самому заповеднику, к которому они шли.

Вокруг них мелькали цветные точки людей с детьми и собаками. Но ни он, ни она почти не замечали их, потому что были увлечены друг другом. Лидия остановилась у автомата, чтобы купить мороженое.

— Как жаль, что его не делают из молока, — чуть печально заметила девушка, прислоняя палец к платежному ридеру. Спустя несколько щелчков в специальном отверстии появился рожок с розовым шариком.

— Почему? Его же как раз из него и делают.

— Из синтетического, но не коровьего.

— Так где же ты корову-то найдешь? Их сейчас разве что на экоферме встретить можно. Их там, правда, может быть, штук пять от силы. Держат для детишек. Чтобы видели, какие раньше животные были.

— Ну, так я о том и говорю. Не понимаю, почему они не могут их клонировать. Динозавров же клонировали.

— Не знаю. Невыгодно, наверное.

— Наверное. И деревьев мало осталось. Это здесь их много. А ты когда-нибудь бывал за городом?

— В смысле за Стеной?

— Ну да.