Его чужая жена

— Что ж, приятель, похоже, вторую половину дня нам с тобой придется провести в обществе друг друга, — констатировал Руперт, подняв глаза на небо, затягивающееся дождевыми тучами. — Надеюсь, ты не возражаешь против чтения? Как мне помнится, в охотничьей комнате был целый шкаф, набитый пыльными фолиантами. Возможно, там отыщется что-нибудь не слишком нравоучительное?

Тори застучал хвостом о пол и радостно тявкнул.

— Я так и думал, — задумчиво отозвался его хозяин и направился в охотничью комнату, распорядившись принести туда кларет.

Дениза вышла из своей комнаты лишь к ужину, поданному, по обыкновению сельской жизни, в шесть вечера. Она умылась холодной водой, но глаза все равно покраснели, а веки слегка припухли. Можно было попробовать создать очередную иллюзию, но не осталось сил. К тому же девушка подозревала, что Руперт легко развеет ее чары.

Она накинула шаль, скрывая синяки, проступившие на коже там, где пальцы Тони днем сжимали плечи, но ткань то и дело предательски сползала, открывая уродливые пятна.

В очередной раз поддернув набивной шелк, виконтесса спустилась в гостиную. Признаться, комната стала слегка уютнее, или же дело было в том, что она была хорошо протоплена, а в темном чреве камина до сих пор алели угли.

Дениза села в кресло и задумчиво посмотрела на золотистые искры, вспыхивавшие в черных трещинах почти полностью сгоревшего полена.

Дверь скрипнула, и к девушке подлетел Тори. Опасаясь, что он будет прыгать и испачкает ей платье, женщина наклонилась и погладила пса, старательно избегая смотреть на порог комнаты.

— Я приказал разжечь камин, надеюсь, вы не возражаете? — раздался голос Руперта.

Дениза выпрямилась. Шаль вновь соскользнула, и виконтесса торопливо поправила ткань, прикрывая оголившиеся плечи.

— Ничуть.

Судя по сузившимся глазам, лорд Сен-Клер все-таки заметил синяки, как, впрочем, и покрасневшие от слез веки.

— Вижу, смятое платье было не единственным, что пострадало от вашего общения с мужем? — Он не стал церемониться.

Дениза мгновенно вскинулась, но потом пожала плечами, давая понять, что не видит смысла отрицать очевидное.

— Энтони — мой муж. Я принадлежу ему, как и этот дом, этот камин, олдсмобиль…

— Вам не стоит оправдывать его гнусные поступки! — импульсивно возразил Руперт. Девушка вздрогнула, и он добавил уже спокойнее: — Простите, мне не стоило днем оставлять вас одних.

— Вы все равно ничего бы не смогли сделать.

— Не думаю, что при мне он бы посмел… — покачал головой лорд Сен-Клер. Он подошел к столику, где стоял кларет, налил два бокала и протянул один из них хозяйке дома. — Тони сказал, вы из здешних мест?

Она улыбнулась и пригубила вино.

— Чуть южнее. Дейвон.

— А, — только и ответил Руперт. — Энтони говорил — кровь древних королей!

Дениза насмешливо посмотрела поверх бокала:

— Энтони мне польстил. Мой род — всего лишь побочная ветвь. Наш герб — мартлет: птица-вестник, перечеркнутая красной линией. Справа налево.

— Бастард… от дочери короля?

— Именно. По легенде, ее облагодетельствовал не то кто-то из бесчисленных богов, не то великий волшебник короля Ландау… Хотя мне кажется, что искуситель был просто крепким парнем из соседней деревни. — Виконтесса Сен-Клер усмехнулась. — Я вас шокировала?

— Ничуть. — Руперт приподнял бокал в шутливом госте. — И какая же из дочерей короля?

— Морриган.

— Воинственная дева.

— Увы. Так что зря вы сравнивали меня сегодня с Айне. Мое призвание — битва, а не любовь.

— Иногда любовь — тоже битва. — Руперт сказал это, глядя на тлеющие угли.

Денизе показалось, что он что-то вспомнил. Она внимательно посмотрела на него, ожидая продолжения этой фразы, но лорд Сен-Клер молчал, делая вид, что увлечен огнем в камине.

— Хотите отыскать огненного демона? — спросила Дениза, желая вернуть ту легкость разговора, которая все время ускользала, словно растворяясь в тяжелой атмосфере старинного особняка, стоявшего на краю земли.

— Здесь? В углях освященного по всем правилам дома? — Руперт рассмеялся. — Нет, благодарю покорно!

— А вы их ловили?

— Кого? Демонов?

— Огненных элементалей, — с улыбкой поправила его Дениза.

— Огненных элементалей… — Милорд тоже невольно улыбнулся. — Разумеется, мое университетское обучение включало в себя и столь интересное занятие, как огранка рубина, а потом и прогулка в грозу ради того, чтобы закопать в песок свою поделку и с нетерпеливым ужасом ждать, когда в него ударит молния.

— С ужасом? Почему?

— Если рубин окажется с изъяном, демон может вырваться, и тогда…

Деликатное покашливание прервало рассказ Руперта. Порридж появился в дверях с известием, что ужин подан, а его честь предпочитает остаться в своей комнате по причине плохого самочувствия.

Лорд Сен-Клер допил кларет и протянул руку Денизе:

— Думаю, нам не стоит задерживаться, ведь ваша кухарка не любит разогревать еду.

— Скажу вам по секрету, она и готовить не слишком любит! — рассмеялась хозяйка дома. Ее смех был очень мелодичным.

За ужином Руперт был в меру оживлен. Оставив тему огненных демонов, он с видимым удовольствием рассказывал своей собеседнице последние столичные сплетни и анекдоты. Дениза с неподдельным интересом поддерживала разговор, вспоминая немногочисленных знакомых в Ландау и иногда отпуская остроумные комментарии.

— На этом месте я должна удалиться, оставив вас с портвейном и сигарой, — заметила хозяйка дома, когда лакеи вынесли последнее блюдо.

— Я не курю и спокойно могу выпить портвейн и в гостиной, — отозвался Руперт.

— Как пожелаете.

Они встали почти одновременно и вернулись к камину. Объевшийся Тори лениво прошел за ними, запрыгнул на диван и свернулся калачиком.

Дениза села рядом с псом. Руперт занял кресло у очага, словно был хозяином дома. Огонь совсем потух, впрочем, это было и к лучшему — завывавший за окном ветер нагнал бы дыма в комнату. От сильных порывов мелкие стекла окон то и дело подрагивали, а деревья в парке скрипели так, что было слышно даже внутри.

— Итак, Морриган… — Руперт задумчиво посмотрел на Денизу, поглаживавшую его терьера. — Это объясняет, почему Тони выбрал именно вас. Ну а вы?

— Я? — Тонкие пальцы замерли на жесткой рыжевато-коричневой шерсти.

— Почему вы вышли замуж за моего кузена? — Вопрос прозвучал достаточно резко.

Женщина подняла голову. В полутьме комнаты ее глаза казались бездонными.

— Мне кажется, я уже дала понять, что не хочу обсуждать эту тему, — слишком спокойно ответила Дениза.

— Чушь, — отмахнулся Руперт. — Вы просто слишком горды и не хотите рассказывать о своих ошибках!

— А вы считаете мой брак ошибкой?

— А вы так не считаете?

Виконтесса прикусила губу.

— Вы бесцеремонны.

— Знаю. Так все же. Почему вы вышли замуж за Тони?

Дениза опустила голову и смущенно потеребила шаль. Ей не хотелось ворошить прошлое, но Руперт, несмотря ни на что, невольно вызывал доверие, и девушка решилась.

— Потому что на тот момент единственный, кто посватался ко мне и не вызвал явного отвращения, был Тони, — наконец произнесла она.

Руперт хмыкнул, словно сомневаясь в правдивости ее слов.

— Я слышал, что вы имели успех в свете.

— Который улетучился, как утренний туман Корнуи, едва речь зашла о моем приданом.

Ее собеседник вопросительно изогнул бровь, и Дениза поспешила пояснить:

— Видите ли, мои родители хоть и происходили из рода королевского бастарда, не являлись рачительными хозяевами. Имение, доставшееся отцу в наследство, было слишком огромным и в то же время слишком бедным, и все приданое моей матери ушло на нелепые попытки его благоустроить… — Она замолчала, погруженная в воспоминания.

Руперт сидел, невольно любуясь безупречным овалом лица. Дениза обладала грацией танцовщицы, и вместе с тем в ней было что-то от величия королевы. Древняя кровь… Она заслуживала гораздо большего, чем пьяница-кузен. В эту минуту лорд Сен-Клер вдруг понял, что готов лично придушить Энтони. Виконтесса меж тем продолжала, совершенно не догадываясь о мыслях, витавших в голове собеседника:

— Когда отец понял, что он на грани разорения, его хватил удар, и вскоре он скончался. Поскольку прямых наследников мужского пола у него не было, имение отошло его младшему брату. Моя матушка ненадолго пережила отца и вскоре была похоронена в семейном склепе… Ну а я… Я осталась на попечении двоюродной тети, у которой помимо меня было на руках еще три дочери, поэтому я посчитала себя обязанной принять первое подходящее предложение и тем самым избавить тетю от исполнения сестринского долга. Виконт Сен-Клер показался мне достаточно приятным, чтобы ответить «да». — Она улыбнулась, смущенная тем, что пришлось рассказывать подобное почти незнакомому человеку. — Я удовлетворила ваше любопытство?

Руперт кивнул и слегка нахмурился.

— А ваша магия?

— Магия в Ландау? Вы опять смеетесь!

— Нет, — покачал головой лорд Сен-Клер и нахмурился, явно что-то припоминая. — Мне кажется, я видел одну из ваших кузин. Элоизу Телог.

— Да, она старшая из сестер.

— Ужасная девица! Ни капли магического потенциала!

— Ее отец из Ландау.

— Это многое объясняет. Она весь вечер преследовала меня и изводила рассказами о том, что мы с ней почти родственники! Я вынужден был бежать с бала!

Дениза рассмеялась. Впрочем, смех сразу же оборвался.

— Тете Энн приходится нелегко, — пояснила она. — К тому же дядя Говард любит охотиться и не дает продать часть леса, а расходы на кузин достаточно велики.

— Поэтому они предпочли сбагрить вас, как только представилась такая возможность?

— Вы несправедливы к ним! — запротестовала Дениза. — Дядя спросил и моего согласия. При том что мог обойтись и без этого.

— Формальность! К тому же я более чем уверен, что прежде ваша тетя Энн поговорила с вами и доходчиво объяснила, в чем состоит ваш долг. — Руперт видел, что его умышленно небрежный тон задел собеседницу.

Темные глаза полыхнули огнем, а в воздухе повеяло магией. Девушка гордо вскинула голову, вдруг всем своим видом напомнив изображения Морриган, которые Руперт видел в развалинах древних святилищ.

Правда, у каменных идолов не было живого очарования. Воздух вокруг заискрил, и лорд Сен-Клер уже готов был выставить наспех приготовленный магический щит, но Дениза моментально взяла себя в руки.

— Не понимаю, к чему весь этот разговор? — как можно более равнодушно заметила она, усилием воли подавляя в себе магию. — Если вы хотели услышать причины, но которым я вышла замуж за Энтони, то я все рассказала и не вижу дальнейшего смысла ворошить прошлое. Всего вам доброго.

Девушка встала, поправила шаль и вышла, прикрыв за собой дверь. Тори поднял голову и заскулил.

— Предатель, — укорил его Руперт.

Он дождался, пока легкие шаги на лестнице стихнут, и лишь потом поднялся на второй этаж.

Спальня хозяйки дома располагалась в конце коридора. Отдав Тори команду сидеть, Руперт беззвучно пробрался к двери, провел по створке рукой, удовлетворенно хмыкнул, почувствовав сильнейшие охранные чары, и направился по коридору к себе в спальню.

Там он составил несколько писем, аккуратно запечатал их, надписал и лишь после этого позвал лакея, чтобы тот помог ему раздеться.

ГЛАВА 7

Утром Дениза проснулась по обыкновению рано. Она долго лежала в кровати, рассматривая белый потолок, покрытый паутинкой трещин, и размышляя, стоит ли сегодня выезжать из дома. Наконец устав валяться, виконтесса встала и выглянула в окно.

Буря, бушевавшая всю ночь, закончилась, и сейчас из-за туч неуверенно выползло солнце. Оно все и решило в пользу прогулки: Денизе просто невыносимо было оставаться в старом и таком мрачном доме. Быстро одевшись, девушка прошла на кухню. Кухарки там не было. Наверняка ушла в курятник собирать яйца к завтраку.

Дениза огляделась по сторонам:

— Где же вы?

Коричневые мордашки показались из-за огромной печи. Маленькие эльфы — хранители дома.

— Мы тут…

— Здесь…

— Ты звала?