Контрабандист Сталина-4

– Спокойнее. Вы вообще задавались целью, зачем была нужна это война? Ведь к ней никто из европейцев не был готов – я даже передвинул правую руку, чтобы в случае чего быстро выхватить пистолет. Следующий раз буду разговаривать только с Миллером.

– Александр Павлович держите себя в руках. Тут дружеская беседа, на которую нас пригласили. Господин Сакис, так что Вы конкретно предлагаете? – Миллер. Он тоже заметил неадекватное поведение Кутепова.

Вот из-за характера Кутепова, в той исторической параллели, его так легко в ловушку коммунисты и заманили. Нет, на генерала он точно не тянет. Полковник ударно-штурмового усиленного полка это его максимум.

– Захватить остров Гаити и построить там Вам своё государство – смотрю, как Васильев поперхнулся вином. А я достал из внутреннего кармана листок с подготовленной справкой. Пришлось полистать литературу в национальной библиотеке. – А начинать надо с Доминиканской республики. Американские войска пять лет назад покинули её, но экономически продолжают контролировать. Сейчас на острове примерно полтора миллиона жителей, в основном негры. Захватите республику и сразу начинайте депортацию, чтобы не было партизанской войны.

Глава 9

– Вы случайно не скрытый коммунист? – Кутепов.

– Нет. Но я понимаю, что слишком большое неравенство порождает почву для революций и бунтов. И не надо на меня так смотреть. Своим подчинённым я плачу нормально по французским меркам, спросите Васильева. А все заработанные капиталы пускаю на развитие компании – киваю на капитана.

– А как же вы тогда так быстро разбогатели? – заинтересованно Миллер.

– Но я же не с нуля начал. Деньги семьи помогли подняться с колен.

– А заодно и торговля с коммунистами – Кутепов.

– И это то же – улыбаюсь я.

– Ладно. Как Вы планировали захватить Гаити? – миролюбиво поднял руку Миллер, показывая Кутепову, что пора бы и остановится.

– Сначала туда надо послать разведку в лице капитана Васильева. Дадим ему одно большое судно, способное пересекать океан. Плюс пару больших рыбацких баркасов под парусом. Так же ему нужно выделить человек 50 с семьями. Пусть организовывают дочернюю транспортную компанию и другие фирмы. Что везти мне во Францию и как, я с ним потом разберусь. Постепенно, но быстро перевозим туда ваших и греческих эмигрантов. Нужно установить связи с местными контрабандистами. Кстати на остров Тортуга тоже высадились советские. Желательно бы с ними наладить осторожный контакт – делаю паузу.

– А ещё лучше убить – Кутепов.

– Это всегда успеется. Их там высадилась порядка пяти тысяч. Я думаю, они начнут заниматься бутлегерством, контрабандой и разбоем. Пусть отвлекают от вас внимание. Дальше нужно установить с негритянскими бандитами контакт. Предложите им работу, но в Африке – смотрю на удивлённые лица русских офицеров.

– Да-да. В Африке в бельгийском Конго. Там в шахтах добывают какую-то дрянь, для создания отравляющих веществ. Типа газов. Надо там всё взорвать. Так что дадим им лодки, оружие и пусть начинают освободительную войну за свои права – чуть не сказал что цветную революцию. Объясняй потом термин.

– Так это Вы туда планировали произвести депортацию? – Миллер.

– А чем река Конго для них плохая? После оттуда и товар найдём – улыбаюсь.

– А Вы случайно не работаете на французскую разведку? – Миллер.

– Пересекаться, как и большинство коммерсантов пересекаюсь, но не работаю точно. Да Вы и сами это понимаете. Никто с моим статусом меня вербовать не будет, обычно наоборот – ставлю пустой бокал на стол.

– Но, а дальше? – Кутепов.

– А как только Васильев чуть освоиться и туда переберется тысячи две боевиков, можно сделать и массированный десант. Корабли я предоставлю. На этих же кораблях первая депортация самых беспокойных в Конго. Сразу американцев, которые там контролируют экономику трогать не надо.

– А если не поладим? – Кутепов.

– Если они пришлют войска из метрополии, и вы не сможете справиться, отойдёте вглубь острова. Он там большой. Это в нападении русские всегда были слабы, а в обороне вам равных нет – да и САСШ сейчас это не США в 1945 году.

– Ну, мало ли, что может произойти – осторожно Миллер.

– Есть у меня ощущение, что скоро случиться большие экономические потрясения. Так что американцам будет не до плантаторов на Гаити. Вот тогда я вам и советую выкупить там всю собственность и желательно заверить её через английские нотариальные конторы. Тут я вам помогу – улыбаюсь.

– Ну и конечно себя не забудете? – усмехнулся Кутепов.

– А почему я себя должен забывать? На много я там не претендую. Мне нужен глубоководный небольшой перевалочный порт и рядом ранчо с домом.

– И когда бы Вы планировали большой десант? – Миллер.

– К концу года. Это был бы лучший вариант. А вам нужно время установить все связи с соотечественниками в разных странах и всё подготовить.

Дальше мы ещё утрясали общий план. По ходу разговора Миллер всё больше им заинтересовывался в отличие от Кутепова. Похоже, у них после между собой состоится тяжёлый разговор. Как бы не произошёл раскол в их организации…

– Знаешь тётя, а вывеску надо чуть переделать. Нужно чтобы она подсвечивалась огнями – я опять посадил племянницу на плечи. Мы стоим справой стороны нашего домуса. Тут вход в наш новый спа-салон. Над ним красуется красивая надпись "Александра", в честь племянницы. Двери тоже надо поменять на резные. А то слишком простые и скромные. Но это я уже закажу в СССР.

– Да у нас и так счета за электричества огромные – вяло протестует тётя.

– Только вот твои подруги раньше обеда не просыпаются, как и другие богатые. Так что придётся.

– Хорошо. Кстати многие из них обижаются, что ты не ходишь на приёмы и вечеринки – тётя.

– И дальше не собираюсь. Нет у меня на это времени – вздыхаю.

– Что так плохо? – тётя смотрит на меня с беспокойством.

– В море мне немного легче. Но от судьбы не уйдёшь – вздыхаю я.

Дальше мы совместно инспектируем салон красоты. Многое тут сделано по специальному заказу в мастерских. Начали с парикмахерских, где впервые в Париже моют волосы под специальными раковинами. Так же как и стулья на колёсиках. Опускание и поднимание для сиденья сделано на зубчатой передаче.

С местом нам экономить не нужно. Для клиента и мастера простора много, не то что во многих парижских парикмахерских. Поэтому сами раковины и столы большие. Большие и зеркала в виде трельяжа. Фенов сейчас ещё нет. А вот огромные сушилки для волос уже есть. Поэтому у нас сушилки для волос стоят в специальном отведенном месте на два отделения. Мужской и женский зал. К месту выходит только трубка, дальше гибкий резиновый шланг с наконечником. Тут же включатель-выключатель для мастера. Сейчас парикмахеры-мастера в основном мужчины и выглядят как важные доктора в моё время и все в белых халатах.

К ним мы набрали в помощь для простых операций и учёбы молодых симпатичных девчонок. Желающих было очень много, и конкурс был бешенный. С ними был заключён долгосрочный контракт. За разрыв с их стороны неустойки вписали не маленькие. С пошивом фирменной формой тоже пришлось поморочиться, мы её чуть изменили. Сделали её светло-зелёной с красной вышивкой "Александра". Хорошо, хоть у меня для этого есть Ламанова. Зато сейчас девчонки в салоне больше напоминали стюардесс с моего времени.

Дальше посмотрели место визажиста, специалиста по маникюру и разным массажам. Есть зал для гимнастики. Присутствовала тут финская баня на два отделения и контрастный душ. Отдохнуть или подождать можно в чайно-кофейной комнатах, благо кофе и какао для нашей компании я привёз.

– Вот только тайского массажа нам и не хватает – сделал я вывод. Надо признаться, что всё, что тут у нас находиться более или менее в Париже уже было. Но всё вместе и в одном стиле это только у нас.

– А что такой таский массаж – еле выговорила Александра.

– Это надо заказать, чтобы привезли нам специалистов с нашего Индокитая. А тебе наш салон понравился? – нагнувшись к девочке, с полусерьёзным видом отвечаю я. Надо с Жаком Лефебвруа на эту тему поговорить. И не только на эту.

– Да. Так интересно – Александра захлопала в ладоши.

– Ага. Особенно сколько денег мы на него затратили. Александра ну как ты себя ведешь. А что ты собираешься делать с пустующим местом? – тётя.

– Ничего, ничего. Она же ребёнок – взял я девочку за руки и помог ей попрыгать. – Денег затратили много и ещё сразу не окупиться. Но куда нам спешить. С местом по обстоятельствам. Ты нашла управляющего?

– Да. Это наша дальняя обедневшая родственница по матери Аврора Аргиропулос. Она и сама занимается греческой гимнастикой и будет вести у желающих.

– Ну, я вмешиваться особо не буду, лишь изредка проверять счета для общего баланса. Так что всё на тебе. Ты же сама говорила, что тебе скучно – улыбаюсь тёте.

– Да что-то в последнее время как-то… наоборот… с твоими идеями – Аспасия.

– Чаще подключай подрастающую смену – подхватываю племянницу и под её визг делаю пару оборотов вокруг себя.

– Может, ты всё же подумаешь о детях? – тётя, как только я опустил Александру на пол.

– Ну, рассказывай, как сходил и о чём разговаривал с русскими – Лефебвруа.

– Жак, Жак. Я же не ваш подчинённый, чтобы отчитываться – мы идём медленным шагом по набережной Сены. Весна в Париже в полном разгаре и таких желающих прогуляться и насладиться весенним солнышком полно. Но мы выбрали более уединённое место. На мне серая большая кепка и куртка, то у Жака удлинённое пальто и шляпа-котелок. Настоящий денди.

– Извини. Совсем с этим кризисом закрутился. Сам знаешь, как время сейчас дорого – глубоко вздохнул разведчик. Хотя, на мой взгляд, слишком глубоко.

– Извинения приняты. Хотя от обязательств тебе не открутиться – смеюсь я. Мы уже давно перешли на "ты". Потом я всё же рассказываю несколько отредактируемую версию и путешествия и разговора.

– Но, а тебе это зачем? Что ты добиваешься? – Лефебвруа.

– Жак если они останутся во Франции, то мне спокойно работать не дадут. Мало того и у вас постоянно будут проблемы с двух сторон. С их и с коммунистов с советов. Вам это надо? Пусть лучше у американцев зудит под боком.

– Да американцев. Как они мне надоели, как и наши банкиры. Топят страну. Вмешиваются, как только могут. Что с ними делать… может, ты хоть подскажешь? – Жак.

– Как только выиграете выборы, срочно их давите. Даже если слиняют и вывезут капитал, переживём. Новый создадите. Потом вы заметили, что американцы начали повсеместно строить электростанции? – достою выписку из газет и передаю Жаку.

– С их запасами угля это и не удивительно – разведчик.

– Жак. Это более чем серьёзно. За этим последует строительство больших заводов и фабрик. Ты понимаешь, к чему это ведёт?

– Твои предложения.

– Начинайте строительство тоже. Пусть и не таких больших, но много. Часть из них вполне сможет работать и на советском мазуте, там, где это будет выгодно. Ну и завоз угля из Португалии, СССР и других стран. Заставьте промышленников модернизировать свои предприятия. Старое оборудование есть куда продать.

– Да это понятно. Может ты лучше, куда шахтёров-саботажников из Эльзасца и Лотарингии пристроишь – усмехнулся Жак.

– Запросто. Отдайте мне контракты перевозки из нашего Конго. Кстати, что оттуда везут. Шахтёры немцы?

– Да. В основном цветные металлы, продукты и древесину.

– Тогда их хватайте, и я перевезу их в Намибию. Там у немцев большая диаспора. Заодно и англичанам там спокойно жить не дадут. Да и есть у меня… друг, с которым я надеюсь договориться о совместном предприятии там.

– В принципе, если ты сделаешь большую перевалочную угольную базу в Ливане, то можем поменять транспортные услуги с Конго на Абиссинию. Но тогда там тебе делать нечего.

– Жаль-жаль. Ну, там посмотрим. Вдруг у них судов не хватит, и на наш Индокитай можно больше направить. А для хорошей базы в Ливане, нужно модернизировать угольный порт в СССР и Триполи.

– Чёрт. Только этого ещё не хватало.

– Да ерунда. Подставную фирму из какой-нибудь страны, например Парагвая, а оборудование и специалисты наши. Чего-то американцы не стесняются.

– Ты издеваешься. Парагвая – рассмеялся Лефебвруа. – Мне надо посоветоваться.

– Советуйся. А пока прекратите отток людей в САСШ. Нечего поставлять им квалифицированные кадры. Держи лучше талончик. Выберешь шубу со свой женщиной – после озадачиваю его поиском массажисток из Индокитая и мы расстаёмся.

– Здравствуй Андре – захожу я в кабинет к Ситроену.

– Здравствуй. Кофе, чай? – приподнялся из-за рабочего стола промышленник и пожимает мне руку. На столе куча бумаг и чертежей.

– Чай, пожалуй – пока секретарша приносит чай, мы беседуем обо всё и ни о чём. Пересаживаемся за специальный маленький столик. А после я спрашиваю. – Андре, когда заказанная мной машина будет готова?

– Там остались ещё небольшие недоработки. Всё-таки это не простой автомобиль – Ситроен.

– Андре давай ты это доделаешь после сьёмок. Никто на машине сейчас ездить не будет, а вот съемки фильма у меня остановились.

– Хорошо. Надеюсь, я буду одним из первых, кто посмотрит твой фильм. Согласись, всё же я тоже частично там присутствую.

– Договорились. Приглашу тебя на закрытый показ перед премьерой – смеюсь.

– Тут от правительства, по моим сведеньям, скоро поступит заказ на легкую танкетку. Будут участвовать моя фирма, Рено и Брандт. Вот только они ещё не решили на гусеничном или колесном шасси её принимать будут. Мне очень нужен этот контракт. Ты же тоже вроде воевал, что думаешь?

– Андре-Андре. Во время войны уже всё придумала за нас. Тебе только стоит повторить на современный лад. Делай сразу два экземпляра. И на колёсах и на гусеницах. Если наше ведомство от них откажется, то я продам их в другие страны.

– Ну а всё-таки. Что посоветуешь?

– Дай листок и карандаш – дальше я черчу что-то похожее на итальянскую танкетку СV-3/38, но с 25 мм пушкой Гочкисса и с небольшими изменениями. Добавляю туда ещё пулемёт на американский манер на вертлюге сзади. Для этого верхние люки делаю круглыми, где крышки можно использовать для защиты. Расписываю броню от 9 до 6 миллиметров.

– Ну, вот примерно так. Договаривайся с Гочкиссом. Вместе у вас будет шанс победить на этом конкурсе. Предупреди военных, пусть сильно не увлекаются количеством. Мне всё кажется, что без вращающейся башни как у Рено в современных условиях не обойтись. Кстати что за двигатель ты хочешь поставить?

– От полугусеничного автомобиля на 30 л.с.

– Это мало. Я же тебя просил разработать двигатель воздушного охлаждения на 50 л.с.

– После прошлогодних испытаний моего Citroen-Kegresse P7bis даже армия согласилась принять их на вооружение.

– Вот подожди, поэксплуатируют и предъявят тебе претензии по мощности – перебиваю его.

– Думаешь? Но тогда там и ходовую часть надо переделывать.

– Вот и переделывай. А те, что сейчас сделаешь, пойдут в колонии. Там скорости и мощности хватит – дальше мы ещё немного рассуждаем о автомобильной тематике. Андре мне так и не сознался, что планирует запуск производства первого во Франции быстроходного грузового автомобиля C61. Возможно что, что-то решил изменить.[10]

Глава 10

Через одиннадцать дней я с капитаном Васильевым и эшелоном с американскими грузовыми машинами и другими грузами вернулся в Сан-Назер. За время пути я инструктирую капитана, какой товар интересует и примерные цены. Так же когда он будет в Мексике, чтобы предупредил Нестора Вегаса, что его заказ принят к исполнению и осенью будет доставлен.

Самому Васильеву под руководство отходит пароход "Святая Мария". Он дождётся русских семей, погрузит рыбацкие шхуны, другой груз и отправится на Гаити.

Этих "святых" четырёхтысячников французы до войны и вовремя нашлёпали целую серию. Не очень удачных и маломощных, но зато с большим запасом хода, довольно экономичных и дешёвых. Вот я и решил прикупить эти пароходы вместо проданных и потерянных. Для черноморского торгового флота будет нормально. А с учётом их состояния, так вообще. Сейчас шесть из них проходят небольшой ремонт на верфи Сен-Назера. Мой "Святой Филипп" из этой же серии. Может и его отдать советам? Подумаю.