Поток

— А я собираю также личные вещи и документы, иду во двор и готовлю машину. Потом вместе выносим вещи во двор и проверяем, что собрали. Я с бабушкой очищаю дом от оставшихся продуктов, чтобы грызунам не было раздолье. Холодильники освобождаем! Все выкидываем прямо на улицу.

— Все, время пошло. — И действительно, с этой минуты время как будто понеслось вскачь. Работаю сам и посматриваю за остальными аккуратно, особенно за бабулей — как она чувствует себя, все-таки 65 лет.

Проходит десять минут. Вроде больше собирать нечего, дальше пойдет только отбраковка вещей из собранного. Машина наша, Шкода Октавия, хотя и имеет выдающийся багажник, но и он не «резиновый».

Еще пять минут, мы все сидим во дворе среди вещей. Дальше будем укладывать их в машину, проверять все и закрывать дом. Собак у ближайших соседей нет, проверять дальше и выпускать животных из домов нет возможности, хотя очень хочется это сделать. Понимаю, что в городе их ждет.

По пути домой я заметил, что собаки на улице нормально себя чувствуют, а их в наших кварталах немало. Кошек тоже видел раза два — все в добром здравии. Соседские кошечки пропали с глаз, если придут, думаю взять их с собой. Вообще, все встреченные животные были возбуждены, собаки где-то во дворах лаяли и скулили. Понимаю их…

— Олег, я думаю, как мы будем заправлять машину по пути… — Это Андрей ставит вопрос, который я упустил. Ведь заправки на пути работать не будут, если нет электроэнергии. Топливо придется как-то достать из емкостей АЗС и из баков машин.

— Да, ты прав, — отвечаю, — нам необходима канистра, она у нас есть. И шланг длиной 2–3 метра, с грушей. Шланга у нас нет.

— Олег, я на прошлой неделе заезжал в автомагазин за дистиллированной водой. В тот, который недалеко на улице кварталом выше. Там видел несколько разных моделей шлангов с грушей — висят в отделе сопутствующих товаров на входе, у кассы.

— Хорошо, что вспомнил. Будем выезжать из города с заездом в этот магазин. Все! Укладываем вещи, закрываем дом. Присядем на дорожку… Полчаса прошло в сборах, не укладываемся в график.

По-быстрому укладываю вещи в машину. Она в полном порядке и ухожена. Обходим комнаты в доме — всем нам тяжело его покидать, а как сложится дальше жизнь, не известно. Бабушка грустит больше нас, брат ее поддерживает немного и дает опереться на себя. Да, еще свое штатное оружие, пистолет ПМ и две коробки патронов, беру с собой. Пистолет вешаю в кобуру под мышку, одеваю легкую куртку, и я готов в путь.

Все проверили, дом закрыли. Садимся во дворе около машины на пару минут — на дорожку. Думаем, вспоминаем…

В путь!

Андрей садится на место водителя, я рядом. Бабушке выделяем заднее сидение, где можно и полежать. Андрей выводит машину на улицу, а я закрываю ворота, калитку на ключ.

— Андрей, давай сначала в магазин, затем — прямо на выезд из города к мосту через Дон. — Осваиваю роль штурмана. Брат ведет машину аккуратно и быстро. По мере возможности — по пути до автомагазина объехал более десятка стоящих на дороге и у дороги машин, останавливаться и смотреть, что там, нет времени. Да и смысла нет. То тут, то там, наблюдаю дымы от начинающихся пожаров.

Вот и автомагазин. Я уже намеревался бить витрину, чтобы зайти, но в последний момент решил попробовать дверь — она открылась. Захожу внутрь, и сразу слева у кассы вижу три шланга с грушами, разных моделей. Висят рядком и прямо смотрят на меня. В зале никого нет. Быстро снимаю шланги и на выход, нельзя терять время в городе. По пути к магазину мы наблюдали несколько начинающихся пожаров в ближайших к дороге домах. Ни одного живого человека не встретили — одни трупы в машинах и на улице.

Все! На этом наши дела в городе закончены, теперь как можно быстрее на выезд, к мосту через Дон, на федеральную трассу М-4 «Дон».

Еще немного, и вот он, мост. Андрей ведет машину хорошо, объезжает все препятствия легко. Полностью перегороженной машинами дороги мы не встретили. Бабушка Аня сидит сзади и комментирует нам то, что видит. А это машины по обочинам, начинающиеся пожары в городе, необычная тишина, далекий лай собак. Потом она замолчала и задумалась. Тоже, наверное, представила участь домашних животных в городе…

Вижу впереди затор из грузовых машин. Две из них остановились так, что не проехать…

— Андрей, медленно подъезжаем и смотрим вблизи.

Когда подъехали и стали смотреть, увидели нагромождение из трех «фур», которые стоят на мосту поперек дороги так, что перегнать их или растащить возможности нет. Две из трех машин лежат на боку. Как минимум нужно найти трос, чтобы попытаться оттащить в сторону одну из трех…

— Сидите в машине, — говорю своим, а сам выхожу и перебираюсь на другую сторону этого завала. Попутно заглядываю в кабину одной машины — там два человека, без признаков жизни.

Далее вижу возможное решение этой проблемы — к высокому бордюру приткнулся джип белого цвета. Подхожу ближе и осматриваю его. Это Ланд Крузер Прадо с индексом 150. Вижу, что дизель, трехлитровый, характеристик не знаю, такие машины нашему брату не по карману, но на работе приходилось кататься. В салоне один водитель за рулем. Открываю дверь, пробую пульс уже чисто символически, мысленно прошу у него прощения и аккуратно оттаскиваю его к ограждению моста. Из сумки через плечо достаю документы на машину — так, на всякий случай. Смысла в деньгах, карточках, никакого сейчас не вижу. Ключи от машины — вот они, на своем месте.

Теперь — бегом к своим!

Андрей стоит около завала и думу думает, а бабушка из машины смотрит на нас.

— Брат, у нас мало времени, есть вариант перетащить наши вещи в другую машину на той стороне завала… — Коротко рассказываю ему о своей находке. Он сразу соглашается с таким вариантом.

У бабули наше решение вообще не вызвало никакого эмоционального отклика. Раз надо, значит надо… Вот и хорошо. Брат подгоняет нашу Шкоду еще ближе к месту, где легче всего перетаскивать наши вещи через завал. Бабушку решили не задействовать, пусть отдохнет.

Еще немного, и мы продолжаем путь в новой машине. Датчик топлива показывает немногим больше половины бака. Спасибо хозяину! Андрей снова за рулем. Говорит мне, что автомобиль оснащён системой полного постоянного привода, с возможностью блокировки дифференциалов. На сиденьях велюр, между передними — здоровый холодильник, сзади места — вагон. Опять там разместили бабушку, постелили ей одеяло, дали подушечку.

Более ничего по пути не рассматривали, нервы напряжены почти до предела, в голове только одна задача — выезд из города в направлении на юг, а там будем думать, что дальше.

— Андрей, как проедем до окончания объездной, сразу за большим рынком на дороге делаем остановку. — Первую задачу мы решили, теперь надо остановиться и в более спокойной обстановке решить, что мы будем делать дальше.

Двигаемся от моста по федеральной трассе на юг. По пути встречаем машины — в основном в кюветах, много на боку, «перевертышей». Людей вокруг нет, в кабинах грузовиков видны люди без признаков жизни. Проехать везде можно, на самой дороге машин нет. Больше не останавливаемся, так как ничего нового уже не ждем, и настроение ниже просто некуда, держимся в норме только силой воли.

Вот уже закончился объездной участок трассы. После дорожного рынка и заправок в этом месте, проезжаем еще метров пятьсот, и в удобном месте, где нет других машин, останавливаемся.

Глава 2. Дорога на юг

Мы укрыли бабушку Аню пледом, а сами потихоньку выбрались на свежий воздух. Позади, после окончания участка объездной дороги остался наш город, весь в дымах от пожаров. Стоим, ни одной души вокруг, ни привычного шума от проезжающих машин. Полная тишина не радует, а угнетает.

На моих часах 9-25, у меня командирские, с механическим приводом.

— Андрей, давай отгоним машину ниже, — говорю, — вон там есть съезд с насыпи…

— Думаешь так будет лучше? — отвечает он.

— Да, надо подстраховаться, на всякий случай. Будем отдыхать, сделаем перекус, мы ведь не позавтракали утром. Мой легкий завтрак перед выездом на природу не считается. Оба мы, конечно, при этом думаем о вероятности попасть под ударную волну после нанесения ядерного удара по городу. Он точно попадает в список объектов для нападения. Видел такой список на службе, а где именно, не помню.

Брат аккуратно съехал с дорожной насыпи. Как только машина остановилась, наша бабушка проснулась. Точнее, не проснулась, а открыла глаза.

— Бабушка, как чувствуешь себя? — спрашиваю.

— Что хорошо, не могу сказать, — отвечает. — Чувствую себя удовлетворительно. — Вот что значит, бывшая докторша…

— Давайте позавтракаем, и будем думать, что делать дальше — даю им установку. Никто опять не возражает.

Разместились на траве у машины, бросили на траву одеяло, достали бутерброды и воду. Сначала поедим, на пустой желудок говорить не тянет. Поели. Вижу, что всех немного отпустило, сейчас время для нас как будто немного замедлило свой бешеный бег.

Все успокоились немного…

Начинаю говорить первым:

— Дорогие мои, говорить о том, что случилось, и почему мы остались живы, предлагаю позже, когда решим основные проблемы. И не сегодня.

— Куда дальше путь держать будем, внуки? — вставляет свое слово бабушка.

— Первая моя мысль состоит в том, — начинает Андрей, — что примерно через сутки начнет сказываться процесс разложения трупов. Поэтому нам необходимо срочно определиться с местом нашей дальнейшей дислокации, в кратчайшие сроки добраться туда, все почистить. Позднее это будет сложно сделать без соответствующей экипировки. Либо это не потребуется, если выйдем из зоны поражения…

— А какая твоя вторая мысль будет? — Значит бабушка немножко ожила и отошла, раз иронизирует в своем стиле.

— Вторая мысль о качестве жилья и места, которое надо правильно выбрать… — продолжает он. — Нужно исходить из самого негативного варианта событий. А именно, что в этом месте придется прожить минимум год. Такой срок необходим для разложения трупов, потом перемещаться и заходить в населенные пункты будет возможно без специальной защиты.

— Хорошо сказал об этом… — это я прерываю брата, а что третье?

— Третья и последняя пока мысль — о коммунальных аспектах жилья. Если не выберемся из зоны поражения, то электричества и газа не будет, а зимой необходимо организовать отопление. Еще одна проблема — вода. Необходимо иметь максимально возможный источник чистой воды, поверхностный или подземный.

— Так, главные качества места жилья определил верно, — отвечаю брату, — а ты, бабушка Аня, что скажешь по этому поводу?

— А продукты где будем брать? Ведь кушать хочется всегда… — подсказала она, пропустив при этом первую часть известного высказывания по поводу еды. Понимает, что будет не к месту сейчас.

— Хорошо, давайте я продолжу. Нужно найти место, до которого мы сможем добраться за сегодняшний день. Лучше всего под это место подходит Кавказ. Не Большой Кавказ, а та его невысокая часть — примерно от Туапсе до Анапы. Предлагаю искать его — или на побережье Черного моря, или немного дальше от него, в горах. Но в горах будет сложнее передвигаться и добывать все необходимое. Если рассчитывать на год пребывания, то там не будет проблем с отоплением жилья.

Потом добавил еще:

— Конечно, если мы проедем на юг и выберемся из зоны поражения, встретим людей, все наши планы радикально поменяются, но сейчас давайте исходить из самых неблагоприятных условий…

— Хочу на берегу Черного моря, — сказала бабуля…

— Лучше сразу посмотреть те места, которые мы знаем — сказал брат. — У меня с собой карты Краснодарского края и Ростовской области.

— Давайте, поищем в местах, которые мы знаем хорошо, — говорю. — Лично у меня два таких места на уме. Первое это Абрау-Дюрсо, а второе — в районе поселков Джанхот или Прасковеевка. Предлагаю выбирать там, если у вас нет других вариантов.

Андрей быстро принес карту Краснодарского края, и мы начали поиски. Сначала смотрим вокруг поселка Дюрсо и лагеря ЮФУ «Лиманчик». Оба места мы с братом знаем хорошо. Добраться в эти точки сможем, с большой вероятностью, до вечера, а в нормальных условиях на это нам бы хватило пяти часов.

Так, смотрим карту еще… На мой взгляд все, что на запад от поселка Дюрсо до Анапы, не имеет смысла рассматривать как убежище. Горы здесь не высокие, Кавказский хребет плавно понижается от Новороссийска к Керченскому проливу, питание речек и ручьев с невысоких гор — слабое. А нам нужно найти такой водосбор, который не будет подвергаться загрязнению выше нашего жилища. Все населенные пункты: Сукко, Большой Утриш, Малый Утриш — достаточно большие, и мы не сможем их почистить за сутки-трое. И поселок Дюрсо тоже отпадает по этой причине.

Смотрю на карту, и все эти мысли проговариваю вслух, для Андрея. От него возражений по ходу моего рассуждения нет. Сама база ЮФУ расположена обособленно, по размерам также подходит, но нет речки или ручья, а выше находится озеро Абрау, причем с достаточно плотной застройкой по берегам. Получим проблемы с чистой водой. Все остальное вплоть до Новороссийска нам не подходит — населенные пункты велики.

— Здесь, кроме Лиманчика ничего подходящего не вижу… — Андрей подводит промежуточные итоги.

— Давай дальше смотреть второй участок. От Дивноморска до Джубги есть интересные места, далее от Джубги и до Туапсе — все места плотно заселены, хотя речки есть. А далее от Туапсе — железная дорога по берегу, и далеко ехать, хотя есть интересные места…

— Например, Назарова Щель, — вставляет Андрей. — Но я думаю, учитывая ответственность выбора и последствия ошибки при выборе места — давай смотреть места, которые мы знаем.

— Правильно говоришь! Если не сможем очистить все вокруг от трупов за сегодня, и завтра, потом я даже и не знаю… Джанхот предлагаю рассмотреть в первую очередь, там и речка без застройки у берегов уходит в горы. Только в поселке придется очень много поработать. Хотя нет, дома есть выше, вдоль реки. И дорога вдоль реки идет, но вариант все равно неплохой. Хорошая бухта, защищена с двух сторон. Плав средства там найдем, и продукты в магазинах.

Вспоминаю, как мы с родителями были в первый раз в Дивноморске. Мы еще учились в школе, в младших классах, и поселок в те времена не был так застроен. Мы приезжали туда на отдых каждый год, вплоть до смерти родителей. При каждом посещении Дивноморска обязательно ездили на машине в Джанхот и Прасковеевку. Ходили по берегу к скале Парус, делали остановки по дороге и гуляли в лесу.

«Так, что это я отвлекаюсь», — думаю. — «Сейчас не время и не место для этого…»

— Там по левому берегу речки расположены базы, и дома идут вверх, в гору. Там я гулял — сказал Андрей, — но в самой долине у бухты довольно плотная застройка, везде асфальт. Не уверен, что нам там будет хорошо. Хотелось бы что-нибудь поменьше и более дикое.

— Тогда давай посмотрим на еще два места — говорю, — в них я был во время летней практики в училище. Давай посмотрим на Прасковеевку. Она расположена на речке Джанхот, ниже по ней в сторону моря — базы. Сами места вплоть до берега моря не подходят. Вдоль реки много достаточно много домов, и мы не сможем в короткие сроки все там очистить для жилья. Но есть одно препятствие…

— Но правее по берегу моря есть территория правительства РФ. Видишь — дорога возле Прасковеевки уходит влево?

— На этом месте раньше была застава, — бабушка до этого слушала нас и не вмешивалась, а сейчас вставила свое слово.

— Да, теперь вокруг резиденции бетонный забор, но я знаю два места дальше, к которым возможно проехать. И наша машина это позволяет, — смотрю на теперь уже наш джип.

— Так вот, если ехать по этой дороге, и огибать резиденцию слева, то дорога приведет нас к речке Азмашах, потом вдоль нее прямо к морю. Справа будет резиденция, а прямо выход к морю у устья речки. Немного в стороне, метров двести, вот здесь на карте — площадка на склоне и дома за забором. Там есть еще грунтовые дороги вдоль моря, которые ведут еще к отдельным зданиям, но это можно будет посмотреть позднее, потому что с водой не понятно.

— И что, там не потребуется много работать на «очистке», как вы про это говорите? — спросила нас бабушка Аня.

— С этим везде будут проблемы, но в этом месте их поменьше будет, — отвечаю, — но есть одно «но»! Дело в том, что туда мы сможем попасть, если не встретим живых людей. А так на шлагбауме дежурят люди. Но и, если все плохо, в саму резиденцию лезть не будем, мой внутренний голос категорически против этого.

— И еще одно место есть, — продолжаю. В самой Прасковеевке есть грунтовая дорога, которая уходит еще левее, если смотреть лицом к морю. Она петляет в горах, и выходит к морю вдоль небольшой речки, не вижу названия. Еще левее на карте — долина реки Пшада, с поселками Криница и Бетта.

— Последнее место также интересное для нас, — продолжаю. Там дорога заканчивается у нескольких зданий. Три года назад их еще строили, как там сейчас — не знаю. Но место совсем глухое, от него по берегу до Криницы около четырех километров, а в другую сторону до резиденции — около шести километров по карте.

Взял паузу — пусть обдумают мою информацию. Пока смотрю на дорогу с некоторой надеждой — но тихо, и ни одной машины. Над городком в пойме Дона дымы от пожаров. А небо чистое, небольшие кучевые облака, и майское солнышко начинает припекать…

— Бабушка, скажи свое слово, как старшая и самая мудрая! — это Андрей проявил уважение и чуткость.

— Что вам сказать, мои дорогие… Лично мне нравятся два последние места, о которых сказал Олег. Скажете, почему? А тем, что они самые безлюдные, а чувствую плохой фон тех мест, где много людей погибли. Когда из города выехали, мне сразу легче стало. Вот вам мое слово…

— Хорошо…, ты Андрей, что скажешь?

— В Прасковеевке мы были, хорошие места, народу там и в Джанхоте значительно меньше, тем более сейчас май. Быт мы в любом месте организуем за летний период времени, если потребуется. Главное — чистая вода. Так что я за то, чтобы отправиться по маршруту — Краснодар — Горячий Ключ — Джубга — Дивноморское — Прасковеевка. Когда прибудем к морю, предлагаю в первую очередь отправиться и посмотреть два последних варианта мест за Прасковеевкой.

— Да, давайте так и поступим, — подвожу я итог. — Едем и смотрим. Выйдем из зоны поражения — меняем планы по обстановке. А так, далее наша конечная цель — Прасковеевка. Прибываем, и сразу пробуем ехать в самый интересный пункт — на речке Азмашах, сразу за резиденцией. Если это место не подойдет, или не сможем проехать, то вернемся в Прасковеевку, и оттуда по грунтовке проедем в последний намеченный пункт, который ближе к Кринице. Там тоже интересное место. Если не подойдут два этих варианта, у нас будет возможность проехать в Джанхот и искать там место.

— В любом случае из этих трех точек выберем что-нибудь — говорит Андрей.

— Обязаны выбрать, — отвечаю, — даже если зоны поражения там нет, все равно будем двигаться к морю как к конечной точке. Раз домой не вернуться.

— Все, собираемся! — даю команду.

Встаем. Сворачиваем одеяло, карту забираю сам, коробку с продуктами — в багажник.

Бабулю аккуратно помещаем на заднее сидение этой прекрасной машины.

Андрей — снова за руль, я на свое место штурмана. Он заводит машину, аккуратно выезжает вверх по насыпи на трассу и плавно набирает скорость. А я сижу и думаю, какая у нас будет средняя скорость в пути. В прошлые годы, когда мы ездили на море и развивали скорость до 120 километров в час, средняя скорость получалась 70–80 километров. Что у нас получится в этих условиях? Ведь мы ставим себе задачу добраться до моря в намеченной точке сегодня, до наступления темноты. Сейчас время 10–05, так что план наш вполне выполним, если условия не поменяются, и серьезных препятствий не возникнет. Под серьезными препятствиями я имею в виду те, что мы еще не встречали. До этого в дороге до последней остановки не возникало сложных и непреодолимых препятствий. Все машины, в том числе и «большегрузы», стояли или у края дороги, где есть отбойники, или валялись в кюветах вдоль нее. Мест, где были столкновения нескольких машин, и те остались на дороге, было мало. Хорошо, что это произошло рано утром, да еще в выходной день.

Думаю, что если все люди испытали перед своей гибелью то же, что и мы, то с начала нарастания давления на организм этого странного действия, и до момента смерти у них было некоторое количество времени — около минуты, или немного больше. И люди могли среагировать, что-то сделать, каждый в меру своих возможностей. Кто-то смог даже остановить машину, а кто только снизить скорость. Результаты столкновений в лоб видели мало, в основном это были группы машин на автодороге М-4 Дон, причем сильно разбитых. Потому, что там они шли на большой скорости.

Одну такую группу машин на дороге только что аккуратно объехал Андрей. Едем уже двадцать минут, развивать скорость на чистых участках трассы получается не более 80 км/час. Думаю, средняя скорость получится не более шестидесяти. Это плохо, так мы доберемся до конечной точки не ранее, чем через восемь — девять часов.

По мере удаления от нашего города машин становится меньше. Не говорю о том, что не встретили ни одного живого человека по пути. Воспринимает это уже как норму. Андрей увеличивает скорость до 100–110 км/час на пустых от стоящих машин и мусора от аварий, участках дороги. Самое трудное было только что в проезде поста ГАИ на границе Ростовской области и Краснодарского края. Было много стоящих на дороге в узком месте у КПП машин, пришлось объехать этот участок по обочине. Мысленно говорю еще раз «спасибо» хозяину джипа. На нашей Шкоде этот маневр мог не получиться.

И вот впереди спуск к станице Кущевской. Спуск достаточно длинный и пологий, наверно из-за этого ни одной машины нет на дороге. Слева на возвышении известный мемориальный комплекс: церковь с одним позолоченным куполом, музей казачьей славы с деревянной дозорной вышкой. У самой дороги памятник казакам-гвардейцам — кубанский казак в бурке, на коне, застыл на скаку. Правая рука оттянута назад. Сколько еду мимо, всегда стараюсь присмотреться, есть ли сабля в руке.

На спуске смотрю вправо, сама станица видна как на ладони. Везде пожары. В двух местах огонь распространился на большой площади — целые кварталы домов горят в частном секторе. Слева от трассы — предприятия и заправочные комплексы, здесь пожаров не вижу. Думаю, что пожары возникали от сигарет и огня газовых приборов. Электричества, скорее всего, не стало сразу, как и у нас в городе.

Едем, радиоприемник не выключаем, только громкость убавил, а то слышно только шипение. Прохожусь по каналам радио — ничего нет, пусто в эфире. И это мне не нравится еще больше.

Проезжаем спуск и оказываемся на территории станицы. Раньше проехать этот участок можно было с ограничением скорости для населенного пункта. Вспоминаю, как сразу оказывался в медленно идущем потоке машин. Справа сплошной ряд торговых павильонов и закусочных, ряды стоящих машин и автобусов, группы отдыхающих людей. Все это было в прошлом.

Сейчас этого нет, трасса огорожена со всех сторон отбойниками, за ними боковые проезды к ларькам и закусочным. Проехать к ним можно, только если выехать с трассы в нескольких местах. Теперь скорость не ограничена условиями населенного пункта.

И Андрей мчится, не снижая скорости. А я сижу и думаю, как много изменилось даже в пределах небольшого периода времени моей жизни…

— Андрей, тебя заменить за рулем? — спрашиваю брата, а то надо встряхнуться. Андрей, как всегда, за рулем сосредоточен, а сейчас еще молчалив и серьезен. Наверное, думает, переживает все прошедшие с начала дня события, как всегда анализирует и пытается все осмыслить.