Зона Надлома

Город молчал, наслаждаясь последними часами сна, перед очередным безумным забегом. Солнечные лучики праздновали дебют, осторожно касаясь серых стен высоток и тихо шепча: «Утро! Утро, пора вставать!» Скоро приедет первая электричка, и стихийный рынок возле вокзала заполнится бабушками с ближайших деревень. Они станут суетливо раскладывать на ящики, или брошенные на асфальт целлофановые пакеты творог, овощи, цветочную рассаду. Поспешат на работу те, чья смена начинается в семь. А ближе к девяти перекроют центральный проспект (как всегда без предупреждения, под ругань опаздывающих водителей), чтоб проехал правительственный кортеж. Что для столицы отлучка одной единственной девушки? Город привык к бесконечному движению, одни уходят, возможно, навсегда, но открываются двери поездов, выпуская в хитросплетенье улиц новые лица.

Глава 2. За гранью

Перед квартирой колдуна я остановилась. Постояла, переступая с ноги на ногу, вспомнила о комплекте отмычек в сумочке, а потом потянулась к звонку.

— Ольга? — удивился Ярослав.

Похоже, он снова во мне ошибся. Все же, есть в этом дне и хорошее: если ошибается маг такого уровня, значит, и я чего-то стою. Не дожидаясь приглашения, прошла в коридор, скинула рюкзак. Около вешалки притулился рюкзак колдуна: больше, объемнее. На мгновение мне почудился шорох, доносящийся из комнаты. Настороженно прислушалась, ничего… Показалось.

— Спасибо за платье, — заговорила первой, протягивая пакет.

— Не за что, — ответил мужчина. — Оставь у себя.

Я пожала плечами, положила сверток на комод и сказала то, что он, наверное, и так уже знал:

— Я иду с тобой.

Ярослав одарил долгим пристальным взглядом, наполненным силой. Я спокойно ждала не мешая. Зачем? Только потратим напрасно время на глупые препирательства, а так ничего не нужно доказывать или объяснять.

— Уверена? — спросил колдун бесстрастно, и попробуй пойми его истинное отношение!

— Уверена.

Снова повисла тишина.

— Спасибо, — неожиданно произнес мужчина. Странно было слышать от него эти слова.

— Пожалуйста.

Ох, как бы ни пришлось потом жалеть!

Машина стояла у подъезда, словно верный пес, ожидая своего господина. Я села, пристегнулась. Вот и все — лодка тронулась. Теперь можно подвести итоги. Разобраться куда я влипла, и к чему это может привести, проанализировать ситуацию. Познакомиться с… кхм… назовем его просто товарищем по несчастью. Хотя, куда больше Ярослава, меня интересовала зона Надлома. Что случилось четыреста лет назад? Возможно, там раньше жила и моя семья. Может быть, я, по незнанию, невольно, предала что-то очень важное. Какая теперь эта земля? Что принесут грядущие перемены? Помогут или запутают еще больше?

Вопросов накопилось неисчисляемое количество, но побеждала усталость. Я отлично держалась, однако слишком много всего произошло за последние сутки. Движение замедлилось, и организм стал отстаивать свое законное право на отдых. Глаза слипались.

— Куда мы теперь? — все-таки самое важное нужно выяснить сейчас.

— К морю, там сядем на корабль.

Я почему-то представила красивый старинный фрегат. С парусами цвета морской пены и изящной женской фигурой на корме. Он плыл по лунной дорожке, под мягким сиянием миллионов звезд.

— Там холодно? — поинтересовалась, проясняя картину будущего. Колдун сразу понял, о чем я.

— Нет, в Зоне лето, как и у нас.

— А потом?

— Осень, зима.

— Я не брала зимние вещи…

— Мы вернемся до наступления холодов.

Пока представилась благоприятная возможность, следовало спрашивать дальше. О земле, ее загадках и опасностях, ловушках и магии, но глаза сами собой закрылись. Я подумала, что полежу так пять минут, а потом все узнаю. Ни Ярослав, ни вопросы не испарятся. С этой мыслью я незаметно заснула.

* * *

— Ольга! Ольга, проснись!

Знакомый голос… Однако понять, где я нахожусь, сразу не получилось. В том другом, выдуманном мире, я нежилась в мягкой кровати, в домике на берегу моря. Реальность оказалась сурова. Берег присутствовал, а вот все остальное… увы.

В раскрытое окно проникал свежий морской воздух. Ветерок ласково касался лица, но сон уходить не торопился. Я нехотя вышла из машины, надела рюкзак…

Нас встречали. Вернее, встречали Ярослава. Мужчина лет пятидесяти забрал ключи от автомобиля. Он принял их как святыню. Словно поставить машину на стоянку — это самое большое счастье, что может постучаться в двери. Я хотела спросить у колдуна, что он ему должен, но потом передумала.

Впереди простиралось море, набережная и причалы с кораблями. Половина из них представляли собой жалкое зрелище: облезлые, с неокрашенными боками и ржавчиной. Суетливо бегали люди: в порту постоянно найдется работа. Скрипели краны, грузились неповоротливые танкеры. Ветер тянул по тротуару различный мусор: пакеты, бумажки, фантики… Все то, чему надлежало спокойно лежать в отсутствующих мусорных контейнерах. А в стороне от общей суеты парень и девушка кормили птиц. Они подбрасывали в воздух кусочки батона, а чайки, скользящие над водой по кругу, подхватывали хлеб на лету. Девушка звонко смеялась, от целой буханки у нее осталось меньше трети. Домой и этого не донесет, чаек-то вон сколько, и новые прибывают. Ловко хватают добычу, иногда успевая в последний момент цапнуть кусочек возле самого гребня волны.

— Который наш?

— На десятом причале.

Что там стояло пока не разглядеть. Обзор закрывал бело-голубой пароход. Но, уверена, моего фрегата там нет. Наверное, поэтому спешить не хотелось.

Вскоре мирную суету порта разорвал истошный крик:

— Ольга Романовна!!! Ольга Романовнааааа!

Я удивленно обернулась. Прямо на меня летела женщина. Глаза горят, платок сполз на плечи, волосы торчат дыбом, в правой руке вилы. Так можно и до причала не дойти! Невольно попятилась назад и натолкнулась на Ярослава. Пришлось возвращаться на исходную позицию. Бежать как-то не солидно. На всякий случай я приготовилась нырнуть за спину моего спутника. Я с ним поехала? Поехала! Вот пусть теперь и обеспечивает безопасность.

Между тем зубцы народного крестьянского оружия остановились в полуметре от моего лица. Вот теперь я проснулась окончательно. Женщина показалась знакомой, но где мы встречались я, пока, не могла понять.

— Ольга Романовна! Зачем вы Витьку-то моего выпустили?! Сидел он в психбольнице, прости господи, три месяца не трогал никого! А теперь света белого не видно!

— Куда выпустила? — оторопела я.

Если я правильно вспомнила, то сидеть Виктору, после лечения, лет семь. Да и выпускать заключенных не относилось к моей компетенции.

— В тюрьму! — просветила тетка. — Вот и канул мой покой, как снег прошлогодний! Вчера письмо приходит. Забивай кабана, вези мне, да так, чтоб и браткам хватило! Выдали вы, значит, такое распоряжение: обеспечение продуктами. На бумаге гербовой с печатью и подписью. А не привезу, так корову отдать надобно. Маньку нашу. Привезти вам в прокуратуру.

Я представила истошно орущую корову у нас под окнами…

— А вести-то шестьсот километров, не меньше, — продолжался рассказ, — и адрес я уже не помню! Нет у меня свинки, за долги продала. Манька одна осталась. Жалко… Может, вы его назад вернете?

Даже не оборачиваясь, я видела на лице Ярослава улыбку.

— Не верну.

— А что же мне делать?! — запричитала женщина. — Вы были моей последней надеждой, вот как увидела, так сразу и…

Что там «сразу» я предпочла недослушивать и торопливо вклинилась в монолог:

— Разводиться вам надо.

— Ага… — с энтузиазмом, но без особого понимания. — А с коровой-то что? Корову тогда можно не везти? — спросила она с затаенной надеждой.

— Можно, даже нужно! Я никаких распоряжений не отдавала. Вы не должны никого снабжать продуктами либо чем-то еще. Можете написать, что за такие письма я еще добавлю несколько лет, за мошенничество.

— А вы можете?

— Нет, — ответила честно.

— Жаль…Добавили б до пожизненного, — мечтательно вздохнула прекрасная половина семейства. — Спасибо за Маньку! — крикнула женщина на прощание.

— Первый раз вижу прокуратуру в работе, — шепнул Ярослав, когда мы снова остались одни.

— Да, вот такие у нас тяжкие будни. Собирать коров да обеспечивать свиньями заключенных, — призналась я, подавляя улыбку.

В его глазах плясали веселые искорки.

Десятый причал занимал катер, лениво выгнув ухоженный двадцати пяти метровый бок. Он казался хищным зверем, затаившимся перед прыжком. Ярослав поздоровался, протянул несколько бумажек, и мы оказались на борту. Внезапно лицо колдуна окаменело, превращаясь в непроницаемую маску, но я, обогнав мужчину на несколько шагов, этого не видела. Лишь усилилось чувство дискомфорта, возникшее еще на пристани, вынуждая остановиться.

Моего спутника опять ждали. На палубу, преграждая дорогу, вышел низенький человек в военной форме — маг. С аурой темнее ночи. По уровню я определила его как равного Ярославу. Рядом с магом выстроилось четверо сопровождающих. Наделенные силой у нас редкость, я за всю жизнь их столько не встречала, как в этот день!

— Здравия, Ярослав! — иронично поприветствовал «коллега», а дальше события развернулись с бешеной скоростью. Я даже испугаться не успела, а потом стало уже поздно.

Колдун бесшумно ступил вперед, преодолевая разделяющее нас расстояние. Левой рукой мужчина прижал меня к себе, лишая возможности шевелиться. Правую он вскинул вперед, успевая в самый последний момент. А я просто стояла и смотрела, как черные щупальца метнулись к нам вместе со словами «приветствия», и осыпались рваными хлопьями в десяти сантиметрах от ладони Ярослава. Ветер подхватил их и понес прочь, в соленую морскую воду. Не теряя времени, колдун раскрыл пространственный тайник и в нападавших полетели мелкие светящиеся шарики, на лету увеличиваясь в размере. Один из одаренных вскрикнул и упал на палубу.

От непосредственной близости мощных чар на коже выступили мурашки. Никогда раньше я не оказывалась втянутой в настоящее магическое сражение. Я так радовалась тому, что имею дар, в столице я влияла на сотни человеческих судеб, а здесь превратилась в простую пешку в чужой игре. Воспользовавшись заминкой в стане противника, Ярослав склонился, зарылся в мои волосы, лишая магов возможности читать по губам, и едва слышно прошептал:

— Ты ничего не видишь, не понимаешь. Не вмешивайся. Не отходи ни на шаг.

А потом неуловимым движением оттеснил меня за спину, закрывая обзор. За эти несколько секунд военные разобрались с его «подарочком» и в битве наступило опасное затишье.

Воздух уплотнился. Пятеро на одного. Я успела прийти в себя и до предела сосредоточилась. Их сила могла снести нас словно песчинки. Ни один закон не регулировал эти отношения. В кармане лежала бесполезная ксива, в кобуре под курткой — пистолет. Я ощущала сквозь одежду холод, исходящий от металла. Нет. Не стоит мешать. Когда-то давно, я вот так хотела стоять за спиной сильного мужчины… Сейчас это было не в моих правилах. Надеяться на кого-то, осознавая, что ничем не можешь помочь. Ненавижу! Новая колдовская вспышка создала вокруг нас защитный купол. Я рискнула чуть сдвинуться в сторону.

— Зачем тебе девчонка? — неожиданно спросил военный. — Решил попрактиковаться в человеческих жертвоприношениях?

— Куда мне до тебя, Яков! — хмыкнул колдун брезгливо. И холодно предупредил: — Не стой у меня на пути.

— А ты в свое время послушался?

В купол ударилась россыпь мелких черных клинков. Щит Ярослава устоял.

— Зачем ты вылез из своей норы? — зло выдохнул военный маг. — Что забыл в зоне Надлома?

— Германа. Но ты все равно не поверишь. Ты неправильно выбрал время, Яков. Я договорился с премьер-министром, — медленно, почти по слогам, произнес колдун.

— Ваша договоренность… — презрительно бросил маг. А дальше пошли такие ругательства, что я просто заслушалась. А зря.

Сердце обожгло болью, от моего амулета отскочило проклятие. Присутствовал еще кто-то, не замеченный ранее. Тут же раздался полный боли крик. Амулет возвращал назад все, адресованное мне, зло. Потом вспыхнул яркий свет, вынуждая зажмуриться. Когда я открыла глаза — все уже закончилось.

Я не поняла, что сделал Ярослав, но время словно остановилось. Как завороженная, я смотрела на нити, окутавшие магов. Обхватив голову руками, вышел одаренный, едва не угробивший мой амулет. Он окинул палубу блуждающим пустым взглядом, ни на ком надолго не останавливаясь.

— Вы покидаете катер, — приказывает мой спутник.

Теперь, когда битва завершена, холодная отстраненная сосредоточенность магов сменяется яростью, и я понимаю, что их встреча далеко не первая. От жгучей ненависти тянулся шлейф из прошлого. И это что-то серьезнее, чем уведенная из-под носа выгодная должность или понравившаяся девчонка.

— Сволочь! — выдыхает Яков, впрочем, это все, что маг может себе позволить.

Ярослав до боли сжимает кулак, но сдерживается. Группа одаренных медленно проходит на причал. Катер отдает швартовые; вскоре нас окружает только море, берег остается позади разноцветной полосой.

Мужчина проводил меня в каюту, и устало прислонился к стенке. У него не хватило сил удержать маску, и по ней поползли трещинки. Я поняла, что колдуну хочется сесть прямо на пол, а в душе все еще бушует ураган.

— Не выходи. Закройся, ничего не спрашивай. Хорошо? — в голосе мужчины мягкий, едва заметный нажим, но я все равно почувствовала. Я очень чутко реагировала на любые влияния.

— Не говори со мной так! Хорошо? — не сдержавшись, сорвалась на крик. Последствия последних событий.

Повисла тяжелая, давящая тишина. Видимо, нечасто на него орали девчонки. Ярослав смерил меня долгим, тяжелым взглядом.

— Здесь тебе ничего не грозит. Ляг, отдохни.

— Я не устала! Ты знал, что так будет?

Он досадливо поморщился.

— Нет. Вероятность этого была слишком маленькой.

Я лишь безучастно кивнула. Как всегда с опозданием, последовала реакция на последние события: запоздалое понимание, что меня могли убить среди белого дня в мирном портовом городе.

— Возьми, — Ярослав протянул браслет — тонкую полоску серебра. Я почувствовала в ней охранную силу. — Я тебя очень прошу: не выходи. Я зайду за тобой вечером.

— Хорошо, — ответила отстраненно, отдохнуть и вправду не помешает.

Мужчина оставил каюту в мое полное распоряжение, я задвинула засов. Потом занялась изучением браслета. Он не таил в себе никаких подводных камней. Еще один амулет, похожий на мой, только намного сильнее. Защелкнула замочек. Незримым пологом окружили спокойствие и умиротворенность. А теперь спать. Кто его знает, что там впереди и когда еще выдастся благоприятная возможность. С таким-то началом!

Когда я вновь вернулась в реальный мир, корабль все также размеренно покачивался на волнах. Часы показывали полдевятого, но за мной никто не заходил. Я подумала и решила, что вечер уже наступил, однако, просьба колдуна удерживала на месте. Для очистки совести прислушалась к своим ощущениям. Интуиция подсказала, что ничего страшного не случится, если я поднимусь на палубу.

Настороженно изучая обстановку, мышкой проскользнула наверх. Ярослав стоял на корме. Отдохнувший, снова спокойный и собранный. На мое самоуправство он никак не отреагировал, просто поинтересовался:

— Ты голодная?

До его вопроса я об этом не думала, а услышав, удивилась, как сама раньше не замечала.

— Да.

На ужин выпала гречка. Приготовленная неважно, с черными зернышками в каше, но мне показалось, что ничего лучшего я не ела.

Ветер трепал волосы, нас окружала бесконечная синева. Катер рассекал волны, продвигаясь вперед со скоростью в пятнадцать узлов. Триста десять миль от берега до цели. Шестнадцать часов пути. Они не останавливали ни нас, ни других людей, что желали оказаться в зоне Надлома. Как не удерживали пограничные посты и дурная слава места. Мне хватало приключений на работе, и одна я бы никогда не решилась на эту поездку. Одна и до вчерашнего дня.