Тайна «Небьюлы»

– Какой человек?

– Он прилетел на том же самолете, что и ты, и вышел сразу вслед за тобой. Я видел его у багажного транспортера, а потом в кафе. Когда мы встали из-за стола, он тоже поднялся, хотя до этого даже не дотронулся до тарелки. Мне это показалось странным…

Круз быстро повернулся:

– Где?

Эмметт покрутил головой:

– М-м… э-э… Уже не вижу… Наверное, он пошел в другую сторону.

– Как он выглядел?

– На нем были темные очки, так что было трудно разобрать лицо, а еще кожаная куртка, джинсы и черные ковбойские ботинки. Кажется, на ботинках был рисунок змеиной кожи. Но я не уверен. Может быть, просто бычья кожа.

Крузу все это не нравилось. Сначала кто-то пытается утопить его, а теперь за ним следят?

Эмметт пожал плечами:

– Наверное, просто необычное совпадение, как ты думаешь?

– Может быть, – произнес Круз, но без особой уверенности.

Головоломки тети Марисоль научили его, что совпадения случаются редко. Обычно все имеет причину, даже если ты ее не замечаешь. Круз еще раз обернулся. Ничего.

4

«Открывать. Изобретать. Оберегать». Круз даже забыл дышать, пока его глаза пытались охватить девиз Академии, вырезанный на мраморе над стальными дверями, а вместе с ним и ряд белых мраморных колонн, и крутой подъем крыши, верхушка которой, казалось, доставала до неба. Он вспомнил, что дышать все-таки нужно, только когда они поднялись на верхнюю площадку каменной лестницы.

– Вон там наша комната, – сказал Эмметт, показывая на окно в верхнем углу здания. – Пятый этаж, последнее с левой стороны.

Внутри Академия была почти такой же внушительной, как и снаружи. Стены и пол просторного фойе – из ослепительно белого мрамора с тонкими черными прожилками. Почти по всему помещению тянулась объемная карта мира. Черные настенные светильники посылали вверх расходящиеся веером лучи света. Причудливые конструкции из черного чугуна, на которых были закреплены трапециевидные черно-белые отражатели из нержавеющей стали, освещали лаконично-стильные кресла и диваны из черной кожи. Почти на всех сидячих местах в просторном зале расположились подростки двенадцати-шестнадцати лет – они общались между собой или корпели над телефонами и планшетами. Мягкие черно-белые ковровые дорожки вели к высокому гранитному столу для регистрации, такому блестящему, что Круз мог видеть в нем свое отражение. Жестом он предложил тете Марисоль пройти вперед вместе с Сэйлор.

– Увидимся наверху, – сказал Эмметт Крузу, направляясь к лифту. – Пятый этаж. Комната «Гора Эверест». Для информации: все комнаты в общежитии названы в честь различных чудес природы.

Ну конечно, так и должно быть! Ведь это Академия Исследователей!

Ожидая своей очереди, Круз изучал ковер под ногами. На нем были вытканы египетские изображения и иероглифы. Благодаря шифрованным головоломкам тети Марисоль Круз был знаком с древними формами письменности. Он знал, что означают многие символы на полу. Например, крест с петлей в верхней части – знак жизни, а солнце – течение времени.

Тетя Марисоль вернулась от стола для регистрации.

– Сэйлор расселили в одну из комнат для девочек, – сообщила она.

– Я в комнате «Большой Барьерный Риф», – хихикнула Сэйлор. – Ну надо же! Переместилась на 14 тысяч километров от дома, чтобы снова оказаться там же, только на другой стороне света.

Все дружно рассмеялись.

Сэйлор взяла чемодан.

– Спасибо за все, профессор Коронадо. До встречи в аудитории. Приятно ли познакомиться с тобой, Круз.

– Как это – «приятно ли»?

– Просто так говорят Киви. Я знаю, что это кусок предложения, но…

Круз почувствовал облегчение. Оказывается, заводить новых друзей совсем не так сложно, как он представлял.

– И мне приятно ли познакомиться с тобой, – сказал он.

– Помочь тебе устроиться? – спросила тетя, глядя вместе с ним на Сэйлор, которая везла свой чемодан к лифту.

– Нет, не надо, – ответил Круз.

Она довольно вздохнула – в точности так же, как вздыхает его отец по субботам, когда вычеркивает последнюю строчку в списке неотложных дел.

– Тогда я поеду домой и свяжусь с твоим папой. Он говорил, что ты поранил ногу, когда катался на серфе. – Она посмотрела вниз. – Ты в порядке?

– Ага. Вот, видишь?

Круз подпрыгнул на одной ноге и приземлился на другую. Его щиколотка вела себя так, словно с ней вообще ничего не случилось.

– Хорошо, тогда звони или напиши эсэмэс, если что-то понадобится. – Ее лицо медленно расплылось в теплой улыбке. – Тебе понравится в Академии. Не так уж много детей твоего возраста имеют возможность отправиться на археологические раскопки пропавших цивилизаций или на спасение исчезающих видов животных. Знаешь, ведь это приключение на всю жизнь.

– Знаю.

Он был рад, но при этом немного нервничал.

Она сжала его плечо.

– До завтра.

– Пока, тетя Марисоль.

Какой-то мальчишка на год или два старше Круза, который сидел в кожаном кресле, свесив ногу поверх подлокотника, проводил розовый костюм, покидающий фойе, кивком.

– Это твоя тетя? – спросил он.

Круз притворился, что не слышал.

– Эй! Я с тобой разговариваю, серфингист!

Круз глянул на свою футболку с эмблемой магазинчика «Правоножка».

– Да, вот ты. – На мальчишке была красная футболка с надписью «Я – Большая Шишка». – Значит, профессор Коронадо – твоя тетка?

– Хм… ну… – Круз подался в сторону стола для регистрации, но молодая женщина, которая до этого помогала Сэйлор, в этот момент ушла в заднюю комнату.

– Народ, слушайте сюда, – гаркнул Большая Шишка. – Он племянник доктора Коронадо.

Четыре головы повернулись в его сторону:

– Кто?

Круз почувствовал, что его лицо горит.

– Я… я…

Большая Шишка присвистнул.

– Реншоу! Ты и все остальные новенькие могут прямо сейчас распрощаться с призом Северной Звезды.

– Только не я, – изрек сидевший рядом долговязый мальчишка. Его сгоревшие на солнце нос и щеки были покрыты темно-рыжими веснушками, а волосы подстрижены так коротко, что можно было разглядеть небольшую родинку сбоку на голове. – Этот приз мой. Дуган Марш. М-А-Р-Ш. Напишите на кубке правильно.

Младшие исследователи откликнулись уханьем, а старшие – фырканьем.

– Мистер Марш, благодарю за смелое, хотя и преждевременное заявление.

Сотрудница, работавшая за столом для регистрации, уже вернулась. Ее плечи едва выглядывали из-за гранитной столешницы. У этой маленькой женщины были зеленые глаза и короткие густые волосы, которые напомнили Крузу воробьиные перышки. К красной водолазке возле ключицы была прикреплена табличка с надписью Тарин.

– Хотела бы напомнить, – сказала она строго, – что приз Северной Звезды присуждается с учетом целого ряда факторов, включая результаты, поведение и потенциал. В выборе победителя участвуют администрация, преподаватели и сотрудники, и я могу вас заверить, что никто – даже вот этот молодой исследователь – не будет иметь привилегий.

В фойе наступила тишина. Все глаза обратились на Круза, а он хотел сейчас только одного – раствориться в узоре ковра и затеряться среди египтян. Не об этом он мечтал, когда готовился к жизни в Академии. Такая «слава» распространится быстрее, чем вши в летнем лагере. Все легко поверят, что он оказался здесь только потому, что его тетка потянула за какие-то веревочки. Да и как он мог обвинять их за это, если и сам в глубине души думал так же?

– К тому же кубка как такового нет, – сказал Тарин. – Имя победителя высекают на большой хрустальной пирамиде в библиотеке.

Круз почувствовал, что кто-то положил руку ему на плечо.

– Не обращай внимания, – прошептал чей-то голос. Слегка повернувшись, Круз встретился взглядом с дружелюбными глазами, которые были едва видны сквозь густые темные кольца волос. – Я вижу, некоторые новобранцы пытаются наехать на тебя, – сказал мальчик. Он был на целых два дюйма выше Круза. – Кое-кто из них не переносит товарищескую конкуренцию.

– Я переношу, – сказал Круз.

– Тогда мы поладим. – Мальчик протянул руку. – Зэйн Патрик.

– Круз Коронадо.

Круз обхватил смуглые пальцы, и они пожали друг другу руки. У Зэйна было крепкое рукопожатие.

– Ррр-рафф!

Они разом посмотрели вниз. На них глядели веселые черные пуговки глаз белого вест-хайленд-терьера.

– Привет, собачонка! – позвал Круз, опускаясь на колени.

– Это Хаббард, – пояснила Тарин. – Он мой пес, но избалован вниманием исследователей, так что теперь считает, что он здесь хозяин.

Круз сначала дал терьеру хорошенько понюхать его руку, а потом почесал его между ушей.

– Рафф, рафф!

От радости Хаббард быстро замахал пушистым белым хвостом.

– Следующий, подходите.

Тарин обращалась к Крузу. Он встал и подошел к столу.

– Меня зовут Тарин Секлифф, я твой администратор по общежитию. Если у тебя возникнут вопросы, проблемы, озабоченности, жалобы, потребности или пожелания – обращайся ко мне. Я здесь днем и ночью все семь дней недели, кроме субботы с 12:00 до 19:00 – в этот промежуток времени я отдыхаю. В дневное время меня обычно можно найти здесь, на рабочем месте, а ночью – на пятом этаже в комнате «Сахара», рядом с лифтом между коридорами для девочек и для мальчиков. Я там живу. И оттуда я слышу, вижу и знаю всё, что происходит вокруг. Всё. Ясно?

«Перевод: не делай глупостей», – подумал Круз.

– Ясно, – сказал он.

– Да, и еще: пожалуйста, не корми Хаббарда. У него появились проблемы с весом, потому что все исследователи постоянно давали ему что-нибудь поесть, так что теперь вся еда и лакомства поступают только от меня.

– Хорошо.

– Подними левую руку ладонью вверх.

Круз заколебался:

– Мою… левую?..

– Да, левую руку. И сними браслет.

Круз снял растягивающийся браслет, сделанный, как у ацтеков, из красных и зеленых кусочков драконьего дерева, – прошлогодний подарок от тети Марисоль на день рождения. У его отца тоже есть такой.

Он поднял руку, и Тарин сказала именно то, что он и ожидал:

– Какое необычное родимое пятно. – Она повернула его ладонь, чтобы получше рассмотреть розовый рисунок в виде витой лестницы на внутренней стороне запястья. – Похоже на двойную спираль ДНК. Очень классно.

Вот этого он не ожидал. Почти всю жизнь его дразнили из-за этого пятна размером в пять сантиметров. Он научился носить повязки, браслеты, часы, длинные рукава и даже накручивать клейкую ленту, чтобы только спрятать его.

Тарин надела на его руку золотую полоску, как у Эмметта. В течение 15 секунд полоска постепенно сжалась, обхватив его руку, словно вторая кожа. Она была такая легкая, что он почти не чувствовал ее.

– Это твой браслет ОС, что означает «Органическая синхронизация». Хотя некоторые исследователи называют его просто «Откройся, сезам». Это твой пропуск. Поднеси его к камере наблюдения, и он пропустит тебя в любую точку в комплексе зданий, куда допущены исследователи. Он использует электрические токи твоего сердца, чтобы узнать тебя.

– Выходит, это миниатюрный электрокардиограф?

– Именно. Он также следит за твоими жизненными показателями, мозговой деятельностью, иммунной системой, закономерностями роста, физической активностью, количеством калорий, а также за тем, почистил ли ты зубы.

– Правда?